— Запах друдского кедра ни с чем не сравним, — понюхав пять рассыпанных на ладони зёрен, сказал Бэйс Кормер. — Ваше Величество, спасибо за такой превосходный дар!

— Я высоко ценю вашу помощь, милорд, — ответил Леор, дружелюбно улыбнувшись. — Вы приютили нас у себя дома, в столь сложное для Аэльмаров время. Я всегда буду это помнить.

Встреча двух аристократов проходила на стене замка. С внешней стороны находился сад, где росли яркие цветы и персиковые деревья, усыпанные большими спелыми плодами. Леор любил это место и если хотел поговорить с Кормером один на один, просил встречи здесь. Утреннее солнце уже вышло из-за гор, слышалось лёгкое щебетание птиц.

— Ваше Величество, я не мог поступить иначе, — лорд завернул зёрна обратно в тряпку и убрал в карман. — В отличие от других больших долин, Кормеры хорошо помнят свои клятвы. Мне доложили, что ночью принцесса Элизабет была вне города. Это связано с захватом Октавии?

— Да, — коротко кивнул король. — Как раз насчёт этого я и хотел с вами поговорить. Сестра встретилась в бою с Малгреном и Фиеном, заставив их отступить.

— Принцесса сражалась с двумя прановоинами и почти победила? — Густые седые брови Кормера взмыли вверх. — Элизабет невероятна!

— По словам сестры, до победы ей было далеко, но именно тууронцам пришлось бежать. Фиен атаковал разумом моего нового советника Арэна и потерял из-за этого сознание.

— Значит у вас появился новый руномаг? Поздравляю, Ваше Величество!

— Арэн не руномаг, — покачал головой Леор.

— Тогда кто он? — удивился лорд Кормер.

— Сложно сказать, — вздохнул король, повернувшись в сторону сада. — Он умён не по годам и очень удачлив. Будучи в рабстве у Туурона, он смог договориться о союзе с виверной и выбить с лорда Хентоса дань — три праннита, один из которых друдский кедр. Арэн подарил мне двадцать зёрен. Как он всё это провернул, я сам до конца не понимаю, а кое-что про него я даже не могу вам рассказать.

— Я хотел бы с ним познакомиться, — почесывая короткую седую бороду, сказал Бэйс.

— У вас будет такая возможность, милорд. Но прежде надо принять меры насчёт тууронских лазутчиков.

— Это вызывает у меня большое беспокойство, — мрачно произнёс лорд Кормер. — Вести их поиски слишком опасно. Остаётся только готовиться к их новому удару. Я отдам приказ страже города и замка быть бдительнее, но, Ваше Величество, вы сами понимаете, что мои люди ничего не сделают против двух прановоинов. Рассчитывать придётся только на принцессу Элизабет.

— Тем не менее, милорд, ваша помощь всё равно будет очень важна. Я и Кристофер допросили Октавию. Тууронцы ждали, пока к нам вернётся кинжал Сердце Адолии, чтобы затем убить меня и сестру. Они планировали неожиданно напасть через подземные ходы вашего замка. Октавия всё тщательно изучила и доложила лазутчикам, как действует ваша стража: сколько и где находится людей, график смен, слабые места без руновоинов. Тууронцы знают всё.

— Я займусь этим вопросом, Ваше Величество, — решительно ответил Бэйс. — Всё будет изменено. А ещё я потрачу резерв пергаментных сигнальных рун, чтобы передать их страже. Займусь этим сейчас же.

— Спасибо, милорд, — искренне поблагодарил его Леор.

Бэйс Кормер сделал лёгкий поклон и ушёл. Они с Аэльмаром плыли в одной лодке. До вчерашнего дня Леор безоговорочно доверял Бэйсу, но после предательства Октавии король стал относиться ко всем с большей осторожностью. По настоящему доверять Аэльмар сейчас мог только сестре и Кристоферу.

Молодой Гело, увидев с окна башни, что Кормер ушёл, подошёл к королю.

— Я сопроводил Арэна в зал для совещаний, — доложил Кристофер. — Элизабет тоже скоро подойдёт.

— Что думаешь об Арэне? — спросил король.

— Я думаю, Леор, что тебе не стоит проходить в это место на стене, — с упрёком сказал Гело. — За твоей головой охотятся. Октавия точно сказала тууронцам, что ты любишь переговариваться здесь.

— Ты полностью прав… — тихо ответил Аэльмар. — Это в последний раз. Я подумал, что Малгрен и Фиен точно не нападут сегодня.

— Но это не единственные враги короны, — напомнил Кристофер. — Леор, ты должен быть осторожнее. Что касается Арэна, то я нахожу в нём много странного. На вид он моложе меня, но мыслит как опытный и мудрый мужчина. Даже небольшого знакомства с ним мне хватило, чтобы это увидеть. Честно говоря, этот человек вызывает у меня подозрение, но раз принцесса Элизабет готова доверить ему Кнут Государев… Я полностью полагаюсь на её выбор.

— Вчера ты был другого мнения, — Леор усмехнулся. — Ты предполагал, что Арэн тууронский диверсант. Да и в принципе был на него сильно зол.

— Некоторая злость на Арэна у меня ещё осталась, — губы Гело едва заметно сжались. — Он подверг принцессу Элизабет опасности. Тем не менее все закончилось хорошо. Сердце Адолии вернулось Аэльмарам, что исключает причастность Арэна к тууронцам.

— Я тоже так думаю, — король направился в сторону башни. — Ладно, пойдём на малый совет. Послушаем, что скажет Арэн. Он обещал какой-то план. После возвращения артефакта у нас много вариантов как действовать.

Последнюю фразу Леор произнёс негромко, уже начиная уходить в тяжкие мысли. Преобразование обычного человека в руновоина с помощью Сердца Адолии занимает сутки. Сам ритуал длится гораздо меньше, времени требует восстановление заряда внутри клинка.

Чтобы создать отряд в тридцать человек, потребуется месяц. Подготовка сотни — это дело уже больше трёх месяцев. Есть ли это время у Аэльмаров? Леор долгое время ничего не предпринимал, но это не значит, что и враги бездействовали.

Дядя Сайлас активно набирал армию, тратя свои золотые запасы. Когда он нападёт — неизвестно, но это может произойти уже в ближайшие недели. А если вдруг Верданты узнают о возврате Сердца Адолии, они нападут ещё раньше.

Обдумывая всё это, король не заметил, как пришёл в небольшой зал и подошёл к круглому столу. Опомнился юноша, когда понял, что все вокруг смотрят на него.

— Садитесь, — приказал Леор, усевшись на своё место. — На повестке дня два тууронских прановоина, прячущихся где-то в долине. Октавия не знает численности врага, но, скорее всего, у них небольшой отряд элитных руновоинов. Я попросил лорда Кормера усилить бдительность стражи и обратить внимание на слабые места для лазутчиков. У кого есть предложения как ещё противостоять двум прановоинам?

Король обвел всех взглядом. Арэн встал из-за стола

— Ваше Величество, можно инсценировать вашу смерть и пустить слух, что принцесса Элизабет ранена. Это заставит тууронских лазутчиков действовать более нагло и необдуманно. Также Виссара будет ночью искать прановоинов по их ауре. Зная, где находится враг, мы сможем лучше подготовиться.

— Инсценировка моей смерти? — спросил Леор, нахмурившись. — Это неоправданный шаг. Когда будет объявлено, что я жив, Сайлас Вердан станет называть меня самозванцем. Это укрепит его позиции.

— Нет, с этим проблем не будет, — покачал головой Арэн. — Когда вы создадите знамя с розой, благодаря Сердцу Адолии, никто не будет сомневаться в вашей легитимности. Инсценировка вашей смерти нужна не только для выманивания тууронцев, но и для подготовки руновоинов с помощью Сердца Адолии. Принцесса Элизабет будет у всех на виду, и ваши враги не смогут заподозрить, что родовой артефакт вернулся к Аэльмарам. Если эта информация станет кому-то известна, то ваши враги бросят против вас все свои силы. Лучше всего сейчас сделать вид, что Аэльмары ослаблены.

Король сильно задумался над словами своего нового советника. Изначально предложение Арэна показалось ему полной глупостью, но когда юноша привёл больше аргументов, план уже не выглядел таким идиотским.

«Он мыслит дерзко и нестандартно, — подумал Леор, смотря на Арэна. — Никто бы из здесь присутствующих не предложил бы инсценировать мою смерть. Когда Октавия была в совете, она любила говорить что-то вопиющее, но это были слова ради слов. Октавия в таких ситуациях сразу понимала, что её предложение отвергнут. А вот Арэн не такой. При всей рискованности его плана, это была продуманная комплексная стратегия».

— У кого-то есть возражения? — спросил король. — План Арэна хороший, хоть и авантюрный.

Кристофер посмотрел на Леора удивлённым взглядом. Он хорошо знал Аэльмара. Принц, а теперь уже король, легко соглашался только на консервативные, взвешенные решения. Риск и неопредёленность обычно вызывали у него сильные раздумья, потому что Леор всегда хотел находить самое разумное решение.

Причём Гело видел, что изначально Леору не понравилось предложение Арэна, но тот смог его быстро переубедить. Кристофер стал чувствовать, что уступает новому советнику в прыткости ума. Это не вызывало у Гело зависти, он даже наоборот был рад, что теперь рядом с королём появился толковый человек. Молодой маг решил не идти против предложенной Арэном стратегии, а помогать её развивать, поэтому пока промолчал.

— Значит возражений нет? — спросил Леор. — Элизабет, что ты думаешь по поводу этого всего?

— Изображать раненую мне не по душе, но такие хитрости нужны на войне. От Аэльмаров подобного не ожидают. А когда удар неожиданный, он наиболее опасен.

Слова сестры окончательно убедили короля принять план Арэна. Следующий час собравшиеся обсуждали разные детали и приготовления, но общая стратегия не изменилась — Леор Аэльмар для всех будет мёртв. А ещё Арэн предложил устроить охоту на тууронских прановоинов. Если напасть на них вместе с гвардией Кормера, то лазутчиков можно взять в окружении. Главное — найти их.

* * *

Малгрен Готс грелся у рунического камня под отвесной скалой. Одежда тууронца была насквозь промокшая, и он слегка завидовал Фиену, который магией смог высушиться за пару мгновений. На юге Адолии последние месяцы стояла знойная жара, но теперь пришли холодные дожди с севера. Ливень плотной стеной шёл буквально в метре от временного лагеря.

— Командир, есть новости из Корсграда, — присев на колено возле Малгрена, сказал руновоин в мокрой одежде торговца. — Ночью короля Леора Аэльмара убили, а принцессу Элизабет сильно ранили. В городе объявлен траур.

Лицо альбиноса скривилось в непонимании. Кто из прановоинов континента смог ранить принцессу? А если серьёзно ранил, то почему не добил? Или там не было прановоинов, и всё сделала группа магов?

— Надо добивать сучку, — кровожадно прошептал Фиен.

— Нет, — покачал головой Малгрен, — Что-то не так. Это похоже на ловушку для нас с тобой. Та виверна почему-то выжила. И ты сам говоришь, что она ищет нас уже две ночи подряд.

— Виверна слаба, — возразил ассасин. — Она не будет помехой.

— Тупоголовый, — проворчал ястреб себе под нос. — Элизабет не убила виверну, значит у них союз. Если добавить к этому новость о смерти короля, то всё ещё больше напоминает ловушку.

— Малгрен, ты слишком переоцениваешь адолийцев

— А ты их слишком недооцениваешь. Из-за твоей ошибки принцесса Элизабет всё ещё жива. Мы отступаем. Аэльмары стали действовать куда непредсказуемее.

— Ты готов вернуться на родину без добычи? — усмехнулся Фиен. — Надо довести дело до конца.

Ястреб отстранённым взглядом посмотрел на бушевавший в метре от них дождь. Раньше Готс всегда приносил только победы, но сейчас он чувствовал, что из охотника становится добычей.

— Над нами сгущаются тучи, — мрачно прознёс Малгрен. — Здесь становится куда опаснее. — Мы отступаем — это окончательное решение.

— Я хочу убить того кучерявого пацана, — встав прямо перед ястребом, сквозь зубы сказал Фиен. — Мне нужна его голова.

— У тебя будет такая возможность, — кивнул альбинос. — Но не сейчас.