Глава двадцать восьмая

— Привет, ребят. — Я шагнул вперед, поднимая все четыре руки открытыми ладонями вверх. Не стоит пугать ребятишек, ничего плохого они не сделали. — Мы пришли с миром. Но серьезно поговорить все равно придется. — И опустился на одно колено, чтобы стать одного роста с подростками. А то мои два с лихуем ощутимо давят на детишек. Как бы в бега не пустились, а когда бегают такие как я в мирное время, то это вызывает смех. А в военное время панику.

А Анатолий тем временем набирает на своем смарте какой-то номер. Отошел вдаль по коридору, негромко говорит с каким-то чиновником.

А я тем временем рассматривая ребятишек, а они меня. Вокруг некоторая зона отчуждения образовалась, все ж таки детдом, не школа. Тут детвора всегда настороже, в любом случае.

— Ты от наших родителей? — задает вопрос одна из девчонок, и ставит меня этим наглухо в тупик.

— Нет. Ребят, я пока ваши следы в хранилище не увидел, то даже не подозревал об вашем существовании. Извини, но я не от ваших родителей. Хотя, попытаюсь помочь. Марк, перекинься. — мой фамилиар при тихом восторженном ахе детворы перетек в коточеловека. — Я маг, Анатолий тоже маг, у нас есть знакомые маги. Попытаемся выяснить. И да, Марк демон. — Тут фамилиар решил похулиганить, и зубасто улыбнулся. А в боевой форме зубки у него как у акулы.

Восторженно-испуганный визг детворы, получившей бесплатное шоу, заставил ускориться солидную даму, что шла к нам по коридору с видом мрачным и решительным.

— Это кто? И какая? — Я негромко спросил у ближайшего дварфенка, который выдвинулся чуть вперед, прикрывая сестренок.

— Наталья Паллна, наш завуч. Но тетка хорошая, хоть и вредная. — так же негромко ответила одна из девчонок, огненно-рыжая синеглазка. Колер у ребятишек двух оттенков, ярко-рыжие и темно-каштановые. У шатенки глаза ярко-зеленые, кстати. У обеих россыпи веснушек по щекам. И очень симпатичные куркосые мордочки при вполне себе гармоничных фигурках, вырастут, станут красотками. Пацанятя чуть пониже, но так всегда, девочки развиваются скорее. Но и мальчишки ничего такие, широкоплечие крепыши.

— Ладно. Только, ребят, придется говорить не только с завучем, но и с директором, и еще несколькими серьезными людьми, они сюда подъедут скоро. — Это Толик подошел. Тоже не нагнетает, говорит спокойно. Обернулся к подошедшей завучу, и поздоровался. — Здравствуйте. Я Анатолий Завалишин, директор подземных баз хранения города. Это мой товарищ, маг первой категории (тут окружающие мальчишки восторженно присвистнули, а высокая девчонка-блондиночка захлопала в ладоши, и зашептала соседке, что я тот, который с телевизора), Аким Власов. Знаете, нам надо поговорить с вами, и директором, и еще этими товарищами. Разговор будет довольно серьезный. Сразу скажу, что ничего предъявлять мы не собираемся, но… но поговорить надо.

— Здравствуйте, молодые люди. Я Наталья Павловна, завуч нашего заведения. — дама внимательно нас осмотрела, отметила мои атамы и пистолеты, не пропустила Булаву за спиной. Чуть поджала недовольно губы, но насчет этого ничего не сказала. — прошу вас, идите за мной. Дети, вы впереди меня.

До кабинета директора, что находился в торце этого крыла на втором этаже дварфята шли под конвоем завуча, чуть насупившись. Видимо, не впервой так.

Сам приют располагался в немолодом, судя по всему, сталинском, здании. Высоченные потолки, огромные окна, широкие коридоры. Дверь в директорский кабинет тоже высоченная и здоровенная.

— Олег Семенович, тут к вам товарищи. — Завуч завела детишек, и сама уселась на высокий стул около директора, немолодого и полностью седого мужчины. Три мажеских перстня на руках. Роговые очки на столе, трубка на специальной подложке. Куча книг на полках и в книжных шкафах, огромный старый глобус, еще царский, с империями. Где только откопал? Я тоже такой хочу!

Фотографии на стенах, много фото. В том числе армейские, времен Второй Мировой, где директор в форме старшего лейтенанта артиллерии позирует в Варшаве.

И магический хрустальный шар на треноге, но чуть-чуть сколотый. Таким работать можно, но только старому хозяину, который его знает от и до. Но все равно, шар рабочий.

— Здравствуйте, товарищи. — голос директора суховат, хрипловат, и деловит. Кстати, директор детдома не может не работать с КГБ, пусть просто информатором. Но вряд ли, скорей агентурный сотрудник. — чем могу быть полезен, и что натворили эти ребята?

— Здравствуйте, Олег Семенович. Мы с вами знакомы, а это мой товарищ и однокашник, маг первой категории Аким Власов. — Мы с Толиком уселись напротив директора и завуча, а мелкие уселись по кивку директора в рядок на старом диване. — И нет, ничего особого дети не натворили. Ну, если не считать, что вскрыли старую секретную подземную дорогу, по которой добрались до моего хранилища, и зачем-то снимали печати с ларей с картошкой.

— Мы картошку брали. По чуть-чуть, по паре из ящика. А потом пекли на костре около забора, в саду. Там, где вы разрешаете костры жечь, Олег Семенович. Мы с ребятами делимся всегда, из группы. Да и соседям отдаем, нам не жалко. — шатеночка жалобно смотрит на всех нас огромными глазами, остальные её косплеют. Пять пар огромных жалостливых глазенок. Я засмеялся.

— Красивый спектакль. Наверное, все тают, когда вы это устраиваете? Скажите, Олег Семенович, а откуда у вас эти ребятишки, если это не секрет. Они же дварфы? — Я уселся поудобней, поправив пару ножей слева на поясе. Поймал восторженный взгляд одного из пацанят, достал из ножен Левый, и протянул рукоятью пацану. Пусть смотрит, Левый ему ничего плохого не сделает.

— Не беспокойтесь, Левый его не тронет. — Директор, было напрягшийся, успокоился, и кивком усадил на место подскочившую было завуча.

— Да, дварфы. Нашли совсем маленькими, около места прокола на севере области, семь лет назад. Если хотите получить большую информацию, то оформляйте официальный запрос. Это дети, они под защитой государства. — директор улыбнулся.

— Мы знаем. — Кивнул Толик. И продолжил. — Сейчас должны подъехать товарищи из КГБ, горотдела и со старого завода. Ребят, вы как умудрились то?

— И кто из вас кто? — поинтересовался я.

— Я Алина, это моя сестра Олена, мои братья Всеслав, Всеволод, Всемир. — рыженькая привстала, и быстро потыкала пальчиком в себя, сестру и парней.

— Понял, Толь. Бери в себе на подработки, а то так и будешь из-за пары картошин подновлять рунные цепочки. — Я усмехнулся, слушая шаги в коридоре. Похоже, товарищи из органов приехали.

Точно, прибыл зам городского начальника отдела, и майор в полевой форме с голубыми петлицами со звездочкой в венке из лаврушки.

Чекисты здорово удивились тому, что пятеро ребятишек вскрыли секретнейший объект. И их это явно не обрадовало. Потому как какой толк брать расписки с детворы? Ну да, пообещают. Но они просто в силу своей неопытности, и детского восприятия мира глупенькие. И не закроешь их. Не даст никто.

Короче, прошлось снова подписывать акты об соблюдении тайны, но «строго секретно» меня, с моей «особой папкой», не впечатлило. Похоже, старый ЗКП, построен при Сталине, и законсервирован под видом старого недостроенного завода. А что Шестое управление контролирует, так тому множество причин может найтись.

— Да, я пообещал ребятишкам попробовать их родителей поискать, не возражаете? — я поглядел на директора с завучем. Они тут самые главные по детям, они за них отвечают.

— Что вам для этого надо? — директор смотрит в корень. А чекисты слушают.

— Ну, может, летом ко мне на практику отправите? Я смотритель Приаральских доменов. Я оформлю запрос на информацию для работы, проконсультируюсь в территориальном МПАКе, разработаю ритуал, получу одобрение нашего главного мага, и от КГБ. Все-таки иномирный поиск, потребуется виза из Ташкента, как минимум, а то и из Москвы. — Я почесал затылок. Вот ищу себе проблемы на свою шею. С другой стороны, а кто кроме нас ребятишкам поможет? — Товарищи помогут, проведем сканирующий поиск, как можно шире, но минимальной мощности. Так, отголосок. Только чтобы астральный сонар звякнул. — я поглядел на настороженных детишек. — Ребят, учтите, междумирный поиск вещь очень сложная, и далеко не всегда успешная. Да и мало ли, из-за чего вас сюда отправили. Если у ваших родителей хватило сил вас сюда перекинуть, то вполне могло и знаний хватить на вас маячки навесить, хоть на ауру, хоть просто артефакты какие-либо дать. У вас с собой ничего такого нет, личного?

Детвора переглянулась, глянули на директора, и с его разрешающего кивка вытащили из-за воротов небольшие ладанки.

— Можно? — я встал, и подошел к детишкам. Аккуратно просканировал артефакты.

— Ну, сильные накопители, генераторы щитов от физических и магических атак, но так, третий уровень максимум. Марк, погляди, может ты чего скажешь? — мой фамилиар, про которого все забыли, а чекисты еще и не видали, встал и перетек в котолюда, после чего подошел в детворе и принюхался к артефактам.

— Мруу… сильные вещи, пахнут каждый своим хозяином, н коротко, в радиусе пары метров уже не чувствуются. Но сильные, очень сильные. — И кот опять перетек в няшную форму.

— То есть вполне могут быть резонаторами. Приемопередатчик, ответчик, выдаст импульс по запросу. Жаль, не раскурочить и не посмотреть. — с сожалением констатировал майор. И встал. — Так, товарищи, инцидент оформлен и закончен. Ребята, больше так не делайте. Олег Семенович, мы завтра приедем, запечатаем дверь в вашем подвале. Но на всякий случай, получите дублирующий ключ. Мало ли что. Товарищ Власов прав, там все старое, можно сказать, древнее. Но положено.

— Дверь в хранилище сами запечатаете? — встал и Толик, поправляя костюм.

— Да, но опять же, оставим вам допуск и ключи. Секретность гикнула, но такое всегда планируется. Не бывает вечных секретов, увы. — встал в чекист в гражданском, так и не представившийся, кстати. Но, мне по барабану, а директор и Толян его, скорей всего, знают.

Встал и я, пожал руки пацанам, забрал свой нож. На молчаливую просьбу достал свой пятисотый, вытряхнул в ладонь патроны, и дал ребятишкам подержать. Сто пудов, такой пушки в тире детдома нет.

— Ну что, Толь, решили твою загадку? — до базы мы пошли поверху. Что тут, чуть больше километра, просто наверху улицы, дома, вместо восьмисот метров пришлось пройти километра два.

— Да. Забавно, из-за картошки вскрыть секретный тоннель. — Толян засмеялся. — Кто-то в Москве кипятком писать будет. Но тут никто не виноват, ну кто мог предположить, что в детдоме у дварфов откроются родовые способности? И что те захотят печеной картошки. Кстати, ты прав, потребую их себе в хранилище. Пусть подрабатывают. И им картошка, и заработок небольшой, и мне спокойней. Да и чекистам тоже. А ты как, куда сейчас?

— Да домой полечу. — я потянулся. После камлания до сих пор по жилам жидкий огонь бегает. Пару дней точно не поспать. Ну, найду чем заняться, утащу своих девок куда-любо за город ночью, и придумаю. Что с ними сделать. А то дома мама и кузины бдят. — Только к ученице заскочу, уточню кой-какие вопросы. И домой.