— Отлично. Договор заключен, — также быстро ответил Элиндер, очень довольный собой. — Подтвердим сделку как демоны? Что? — сделал удивленное лицо. — Даже целоваться не будем? Нет? Жаль, — захохотал, увидев мое возмущение, которое я уже собиралась высказать в нецензурной форме, и вышел из машины.

Не торопясь выпрямился во весь свой могучий рост, захлопнул за собой дверку, оглядел замерших, но готовых к нападению волков, демонстративно смахнул щелчком с левого плеча невидимую пылинку и поднял перед собой руку с жетоном, показав его сначала оборотням, а потом вампиру с ведьмой. Упругой походкой опасного хищника, выследившего добычу, двинулся к представителям ректората, игнорируя стаю, и, не дойдя пары метров до портала, остановился.

— А я бы не отказалась от его поцелуя, — откинувшись на спинку сиденья и пристально наблюдая вместе со мной за происходящим, неожиданно ляпнула Аллочка, пришедшая в себя, удовлетворившись моим данным Элиндеру словом, и понявшая, что инквизиторская тюрьма ей пока не грозит.

— Ещё чего, обрыбится, — фыркнула я, понимая, что став собой прежней, подруга вернулась и к прежнему репертуару. Красивых представителей противоположного пола она просто обожала. А в бытность, будучи еще человеком, собирала в коллекцию, как рассказывала. — Не-а, ни за что, — помотала я головой.

— Какой мужчина! — пропустила Аллочка мимо ушей моё высказывание. — Вот с кем бы я замутила вместо Арсюши. Этот болван ничего из себя не представляет, а кичится только тем, что ходит в помощниках этого, — дернула подбородком, показывая в сторону главы клана, смотревшегося в своих помятых шортах садоводом-любителем на фоне одетого с иголочки Элиндера.

— Возьми да замути, — усмехнулась я, подумав, что если надменный и вечно улыбающийся вампир увлечется моей подругой, то возможно забудет, что у него когда-то была обещанная ему невеста. А у меня Женька есть, с которым и в отношениях проще, и без прочих выкрутас. Лишь бы его вожак ему чего-нибудь не отгрыз, как грозился. — Ты ж теперь на всё время расследования в его апартаментах жить будешь. Так что вперед. Флаг тебе в руки.

— О, точно. Рядом же будем, — подруга замолчала, явно прокручивая в голове варианты, с чего начнет поползновения к инквизиторскому телу.

— Хватит мечтать, — одернула её я и, положив ногу на ногу, расправила задравшийся подол сарафана, — лучше послушай, о чём они говорят. Я-то не слышу, а очень хотелось. Между прочим, тебя это в первую очередь касается.

— Ну, не скажи, теперь это твоя забота, — беспечно отмахнулась подруга, продолжая пялиться на Элиндера и придумывая что-то дальше.

Ах ты, мартышка! Свалила свою проблему на меня и в ус теперь не дует! Впрочем, о чём я? Ничего ведь нового. Да, да, ничего удивительного в перемене её настроения нет, я уже успела привыкнуть. И вполне понятно, что после стресса наступила эйфория, Аллочку отпустило и её нежизнь вновь стала кайфом. Позже подруга осознает, что неправа, обдумает своё эгоистичное поведение и без лишних вопросов побежит мне помогать. Так-то где-то внутри она добрая и исполнительная. И решительная, когда надо.

— Алка! Пёс тебя укуси за одно место! Смотри туда и слушай, иначе сожгу, — сделав вид, что рассердилась, я подняла руку с браслетом и тряхнула. Обычно это помогало. — Ну-у, что там?

— Да ничего интересного, — отмахнулась было вампирша, но скосив глаза на три многогранных шарика, переливавшихся голубыми искрами, препираться передумала. — Перевожу в краткое. Элиндер освобождает меня от тюрьмы под залог и берет на поруки на время рассле… Ой, гад! — аж поперхнулась. — Всего на месяц! Представляешь? Если в течение месяца убийцу не найдут, то вернет меня в лапы правосудия, — округлила ошарашено глаза.

— Ерунда, — пришла моя очередь отмахиваться от подруги. — Обычная стандартная формулировка. Потом можно будет договор пролонгировать, — при специфике моей работы с папой по поиску сокровищ я отлично знала законы Темных. И человеческие юридические тоже. — А чего-нибудь поинтереснее не сказал?

— Из того, что я слышала, нет, — поджала Аллочка нижнюю губу, закусив. — Вроде бы, — задумалась. — Не, ничё такого. Думаю, сейчас он сам всё расскажет. Вон уже возвращается.

— Только повернулся, — я увидела, как Элиндер, поднял руку и поманил нас к себе как в первый миг нашей встречи. — Зовет нас, — глубоко вдохнула, выдохнула, ещё раз выдохнула, чтобы успокоиться и не послать вампира на ху… тор бабочек ловить, потому что я не собачка бегать по его команде.

— Он сказал «выходите, не бойтесь, я всё утряс», — перевела Аллочка шевеление губ инквизитора. — Идем, — подтолкнула меня к двери, чтобы не вылезать на свою сторону, где кучковались волки.

— Палатку забери, — попросила я подругу. — Сдается мне, сюда мы больше не вернемся. А вещь Женькина, он её у кого-то взаймы брал. Надо будет вернуть, — вышла из тачки и пошла к вампиру, убедившись, что Аллочка мою просьбу выполнила.

— Госпожа Марфа любезно согласилась организовать портал в мои апартаменты, — широко разулыбался нам Элиндер и поцеловал ручку старой ведьмы в знак признательности. Мне показалось, он ёрничал, но бабка, этого не поняв, довольно улыбнулась в ответ. — Прошу, девочки, — подставил локти, чтобы мы с Аллочкой подхватили его под белы рученьки.

Что мы и сделали, а затем смело шагнули в серое марево, парившее над дорогой.

Несколько секунд тишины и мелькания перед глазами разноцветных огней (больше, наверное, в голове, чем на самом деле, как от солнечного удара), и вот они, гостевые апартаменты, о которых мы с Аллочкой даже не подозревали. Потому что это был отдельный вход в самом дальнем флигеле трехэтажного здания Академии и с другой стороны от парадного, куда мы попали сразу после беседы с Дариной, пропустившей нас через капеллу.

В отличие от мощных двухстворчатых дубовых дверей, величественно возвышавшихся в центре Академии, чтобы поступающие адепты прониклись духом многовековой истории, здесь была обычная дверь. Правда, из такого же дуба, но похожая на подъездную любого питерского дома. И окна — абсолютно такие же, как и на всех этажах, что в учебных кабинетах, что в общаге (кроме башенок, где жили преподы) — высокие почти квадратные, состоящие из трех секций в ширину и по две вверх.

Портал выплюнул нас прямо перед входом, так что я с интересом стала разглядывать, где оказалась. Точно ни разу здесь не была, хотя с Женькой мы частенько гуляли за Академией, уходя подальше в парк и прячась от его стаи. Только вот этого аккуратно выстриженного газона приличного размера с двумя пышными клумбами у самого здания, я не видела. Похоже, здесь был наложен морок, отводящий глаза. Наверное, для того, чтобы любопытные студенты не совали свой нос, куда не надо.

— Рад приветствовать вас, господин инквизитор, — неожиданно, напугав меня, произнес звучным басом пожилой коротко стриженый полноватый мужчина, неизвестно откуда появившийся наверху трехступенчатой лестницы, ведущей к двери. Одернул, поправляя, на себе черную в тон брюкам жилетку, надетую на темно-серую рубашку с длинным рукавом, радушно улыбнулся. Тут же поднял вверх ладонь и отрицательно качнул головой, останавливая кого-то позади нас. — Это свои.

Я мгновенно отпустила локоть Элиндера и развернулась. Что и следовало ожидать — к нам на всех парах по засыпанной гравием дорожке откуда-то из парка неслись два огромных волка и злобно скалились. Увидев жест управляющего гостиницей, они резко затормозили в нескольких метрах от нас и тотчас перекинулись в молодых широкоплечих парней, одетых в серые футболки и черные джинсы — униформу охраны Академии.

Один парень, белобрысый, кивнул встречавшему нас мужчине и сразу же повернул назад. А второй, тёмно-русый, замешкался, уставившись на меня. Какого чёрта? А потом я его узнала. Ёшки-матрёшки! Да ведь это Женькин друг, один единственный из стаи, кто знает о нас. Вот так встреча! Плохо. Не представляя, зачем мы тут, может рассказать Женьке, как я с вампиром перед тайными апартаментами под ручку выхаживаю. А мой возлюбленный как все мужики — собственник и ревнивый.

— Вы сегодня с дамами? — уточнил у Элиндера управляющий. — Гостьям отдельные номера или они к вам подселятся? — поинтересовался, явно намекая на интим, хотя вряд ли мы с Аллочкой походили на девочек по вызову.

Впрочем, неважно. Важно, что принял нас за партнерш вампира. И волчара тоже так решит, если уже не подумал. Вон как на меня смотрит и точно Женьке проболтается. Демон вас забери, господин инквизитор. Мало мне проблем с подруженькой, вляпавшейся в чьи-то сети (почему-то мне кажется, что приплели её к убийству ведьмы неспроста), теперь непонятки с моим парнем разруливать придется. Ох, как не люблю я этого — выяснения отношений.

— Кто с кем будет спать, мы позже решим, — ещё и Элиндер подлил масла в огонь дурацкой шуточкой, а Женькин друг, зыркнув на меня исподлобья, быстро развернулся и поспешил вслед за напарником, догоняя. — А пока, голубчик, организуйте-ка нам небольшой перекус и отдельный столик в вашей уютной столовой. Полина, догоняйте, — видимо заметил, что я стою, не двигаясь, ко входу спиной.

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним и Аллочкой, вцепившейся мертвой хваткой в локоть вампира и, судя по всему, не собиравшейся его отпускать. Похоже, подружка начала претворять в жизнь свою бредовую идею по соблазнению инквизитора. На что я хмыкнула, вздохнула, бодренько взбежала по ступенькам наверх и догнала процессию, уже заходившую в дверь, любезно распахнутую встречающим.

— А вы здесь кто? Управляющий? — решила уточнить у мужчины, когда поравнялась с ним. — Красивенько, — оценила небольшой совершенно пустой холл с развешанными на стенах картинами в золоченых рамах.

— Мажордом Виталий Алексеевич, — представился тот. — Всегда к вашим услугам, — чинно поклонился, шагая за мной.

— Ага, понятно, — кивнула я. — Но это ведь всё равно управляющий? — показала свои знания, мол, тоже не лыком шита. — Значит, по всем вопросам к вам? — заглянула в серые холодные глаза, абсолютно ничего не выражающие, пытаясь определить по ауре, к какому виду существ относится новый знакомец.

Не поняла и удивилась. Обычно с ходу вижу, кто передо мной, моя усиленная голубыми артефактами ведьминская магия это чувствует, а тут полный ноль. Что за фигня? Не новый же вид, о котором я не слышала?

— Полина, вы с нами? — отвлек меня от раздумий остановившийся в центре холла Элиндер, с улыбкой, вечной своей, за мной наблюдавший и, кстати, гладивший Аллочку по тыльной стороне её ладошки. Ого! Да подружка делает успехи. — Мы идем обедать. Или завтракать. Там и поговорим.

— Да, да, уже иду, — откликнулась я, отвернувшись от мажордома, и последовала за вампирской парочкой. — Кушать действительно хочется, — вспомнила, что завтракали с Женькой рано утром перед поездкой, схомячив заранее приготовленные несколько бутербродов с чаем, а потом из-за Аллочки перекусить не успели. — Чем нас порадуют? — преодолев короткий коридор и зайдя за порог, оглядела безлюдное помещение.

Столовая оказалась как бы и не столовая как в самой Академии, одно лишь название, и выглядела как обычная большая кухня обычной квартиры. Только без рабочих столов и техники. С двумя окнами, расположенными вдоль правого крыла здания.

У стены напротив входа примостилась барная стойка с полками, уставленными бутылками с разноцветными этикетками, а остальное пространство занимали три стола (один слева и два справа от центра), каждый на четыре человека, судя по стандартному размеру.

Элиндер выбрал дальний у окна, ближе к барной стойке. Усадил первым делом Аллочку, слишком резко вырвав у неё свою руку, отчего у вампирши удивленно округлились глаза, и пододвинул под её попу деревянный стул с высокой спинкой. Не обращая внимания, куда усядусь я, шустро завернул за барную стойку и стащил со второй сверху полки высокую бутылку с длинным горлом, из темного стекла и зеленой с серебром этикеткой. Повертел, что-то на ней разглядывая, и удовлетворенно хмыкнул.

Я обошла стол, решив, что инквизитор сядет рядом с Аллочкой, и устроилась напротив неё, чтобы удобнее было разговаривать и видеть его лицо. Вернее, эмоции, которые будут там появляться. По крайней мере, я так думала. Ведь сейчас мы должны будем обговорить детали нашего договора, и хотелось бы отметить, какие из этих деталей наиболее важны для вампира.

— А тут мило, — сказала Аллочке, которая со скучающим видом смотрела в окно на выстриженное зеленое поле и о чём-то размышляла. — Не как в тюрьме. Здесь будут за тобой ухаживать, прислуживать, кормить по расписанию и…

— Да, да. И никуда не выпускать. Класс! — фыркнула она, повернувшись ко мне. — Я долго здесь не протяну, фу-у, — заныла, пытаясь вызвать во мне жалость. Увидела, как я усмехнулась, поняла, что не прокатило, и нажим усилила. — Полинушка, найди убийцу. Скорее. Мне ж учиться надо, а тут я со скуки сдохну. Или дядьку того до смерти выпью, — кивнула на показавшегося в боковой двери мажордома с полным подносом. — Как представлю, что за мной «это» присматривать будет, фу-у…

— Он разве человек? — шепотом спросила я, удивившись про «выпью».

— Ага, — Аллочка презрительно сжала губы, склонилась над столом и тоже понизила голос, почти до хриплого сипения. — Не совсем, правда, а… — замолчала, не успев договорить, и перевела глаза от меня наверх, выпрямилась.

— О чём, девочки, секретничаем? — спросил за моей спиной Элиндер, а затем возник в поле моего зрения, шагнув к торцу стола и показывая нам бутылку. — Смотрите, какую красоту я в баре нашел. Ещё вчера хотел попробовать, да руки не дошли. Представляете, это знаменитое французское желтое Вин Джайн ДАрбуа 1774 года, которое обнаружили ровно двести двадцать лет спустя в подвале винодельни.

— Правда? — восхищенно захлопала ресницами Аллочка, взявшись изображать дурочку, которая верит каждому слову мужчины. Метод у неё такой соблазнения, чтобы «рыбка» заглотила наживку поглубже. — А вы и в старинных напитках разбираетесь? Какой же вы молодец, — перешла ко второй фазе, называемой восхвалением.

В это время к нашему столу подошел мажордом, поставил поднос и начал расставлять тарелочки с мясными салатами, колбасной нарезкой, маленькими чашечками кофе и… манной кашей. Хм-м.

— Разбираюсь немного, — скромно улыбнулся Элиндер, начиная наживку заглатывать. — Но больше верю экспертам, которые писали, что букет этого напитка включает в себя ноты орехов, карри, корицы, ванили и сухофруктов. Представляете, какой набор? И аромат должен быть очаровательный.

— Ну, написать можно, что угодно, — я никогда не понимала преклонения перед старым пойлом. — Насколько знаю, от времени только крепость становится лучше, а это… — пожала плечами.

— Ах-ха, — хохотнул Элиндер вместо того, чтобы рассердиться на мою негативную оценку его радости. — А вы ведь, Полина, правы, — явно похвалил, и ко мне сразу закралось подозрение, что теперь он ловит меня на живца. — Очень даже правы.

— Надеюсь, — хмыкнула я.

— Так и есть, — продолжал убеждать меня Элиндер в моём же суждении. — При правлении Людовика Шестнадцатого винодельня Аниколя Вермеля была одной из тысяч захудалых погребков, где за медяки продавался перебродивший только что сок, больше похожий на ослиную мочу. Я в то время отлично проводил время, весело… — внезапно замолчал, поняв, что сболтнул лишнего.

А я прикинула, сколько ж вампиру лет, если не врёт. Свои двадцать пять (примерно) плюс двести двадцать до девяносто четвертого и еще тридцать один к нашему году. Двести семьдесят шесть. Ого! Опять же, не обязательно он «родился» в семисотом. Так что однозначно можно утверждать лишь одно — ему давно за двести.

— Господин инквизитор, — мажордом поставил на стол две пол-литровые бутылочки из темно-коричневого пластика с белыми этикетками и надписями R+ II группа. — Извините, что не предупредил вас раньше, — подошел к Элиндеру и что-то прошептал тому на ухо.

Вампир пристально посмотрел на дядьку и вдруг захохотал во всё горло.

— Идите, Виталий Алексеевич. Спасибо, что сказали, — распорядился вампир, просмеявшись, и управляющий, забрав поднос, чинно развернулся и потопал туда, откуда явился. Видимо, небольшая узкая дверца в стене напротив окон была входом в кухню. — Не придется нам, девочки, попробовать настоящего ДАрбуа. Подделка. На самом деле внутри семилетнее ничто, а этикетка на цветном принтере напечатана, — поставил бутылку на стол и уселся рядом со мной.

— Почему-то так и подумала, но не стала вас разочаровывать, — Аллочка насупилась, увидев, куда примостился Элиндер, а потом взяла себя в руки и мило улыбнулась, подвинув ближе чашку с кофе и колбасную нарезку. — Ну, не может здесь просто так стоять напиток, купленный на аукционе за сто тысяч евро. Насколько помню, там всего три штуки продавались.

— О! Да вы знаете? И об аукционе тоже? — удивился Элиндер просвещенности моей подружки. — А я вот опоздал туда и очень жалел, что мне не досталась ни одна, — посмотрел на единственную тарелку с манной кашей и подсунул её мне.

— Спасибо, — я решила не отказываться от горячего, в желудке заныло уже от запаха пищи, и приняла ухаживание инквизитора. — А на счет аукциона, — взяла ложку, — в интернете всё есть, — выдала Аллочку, которая, пока древний хвалился своим открытием, нажимала кнопки в спрятанном на коленках под столом телефоне, набирая в поисковой строке браузера нужный запрос. — Да? — усмехнулась, когда та поджала губы.

Знаю, что поступила плохо. Не по-дружески. Однако в данный момент мне почему-то захотелось, чтобы Элиндер перестал Аллочкой восхищаться. Уж очень у него был заинтересованный взгляд, который он периодически бросал на вампиршу. Именно такой мужской, раздевающий. И я подумала, что не отказалась бы, если б этот взгляд был брошен на меня. Аж мурашки по коже. Вот чёрт! Я ревную? Сбрендила?

— Девочки, выпьем чего-нибудь горячительного в честь заключения договора? — Элиндер ловко ушел от скользкой темы наших с Аллочкой взаимных упреков и махнул рукой, подзывая мажордома, выглядывавшего из двери кухни. — По чуть-чуть.

— Я сначала поем, — отказалась я. — Да и с утра не пью вообще, — зачерпнула ложкой остывающую кашу. — И прежде хотелось бы узнать, что вы от меня хотите и как это будет связано с моей подругой.

— А для кого-то утро закончилось давно, — Элиндер привычно посмотрел на свои золотые часы, задрав левый рукав пиджака. — Одиннадцать скоро. Три рюмочки моего принеси и минералки без газа, — сказал подошедшему мажордому (фу, надоело так его называть), который тут же пошел выполнять распоряжение. — Ешьте на здоровье, Полина. А вы, Алла, худеете? — обратил внимание, что она только кофе мелкими глоточками отхлебывала.

— Нет. Просто жду, когда вы всё расскажете, — буркнула Аллочка, видимо решив, что сейчас актуальнее разобраться с договором и тюрьмой, чем охмурять инквизитора. Так-то она не дурочка, как я уже говорила. — Долго тянуть собираетесь? — вот совсем восхищением в этих словах не пахло.

— Вау, да вы умеете огрызаться? — усмехнулся Элиндер и нехорошо так прищурился, глядя вампирше в глаза и наблюдая за её реакцией. Похоже, не любил глупых баб, в которых та собиралась играть. Зря она с этого начала. — По рюмашке? — поднял свою, уже принесенную и наполненную темно-желтой жидкостью. Дождался Аллочку, решившую, что всё равно здесь оставаться, и выпил одним глотком.

Я успела доесть кашу, сложила из сырокопченой колбасы и куска лепешки бутерброд, и молча стала жевать, стараясь не показать, как сильно нервничаю. Понимаю, что вампир специально тянет, затеяв болтовню про старинный напиток, чтобы вывести меня из себя. Вон Аллочка уже злиться начала. А, как известно, когда переживаешь, голова соображает плохо. Совсем плохо. Я же не хочу допустить новой ошибки. Хватит того, что в спешке согласилась на инквизиторские условия.

Равномерное пережевывание, которое не трещало, конечно, за ушами, но отвлекало, помогло. И так я этим увлеклась, разглядывая кусочки сала в колбасе, что пропустила мимо ушей то, что говорил Элиндер.

— Полина, вы с нами? — задал он ставший уже привычным вопрос. — Я тут про условия наши рассказываю, а вы опять где-то в облаках. О своем ненаглядном оборотне вспомнили? — подколол, одновременно выдавая себя, что кое-что обо мне знает.

Интересно откуда? Подглядывал за нами на озере, когда вместе с Аллочкой туда заявился? Или раньше узнал? Хорошо бы выяснить.

— Да, задумалась. О нём любимом. Он классный, горячий. Настоящий волк, — не стала разочаровывать собеседника в его «провидческих» способностях. А заодно, наверное, хотела вызвать в нём ревность. Зачем? Ну да ладно. — Так что я должна вам найти? — высказала свою догадку, чтобы ускорить процесс обсуждения.

— Как я уже говорил Алле, прежде всего я хочу найти убийцу госпожи Старой, — Элиндер тоже решил не затягивать. Наконец-то! Наверняка самому надоела игра в кошки-мышки. — Но есть нюанс. Перед её смертью у одного очень уважаемого господина похитили некий артефакт. И очень похоже… а честно говоря, я уверен, что с его помощью удалось вашего декана, заметьте, одну из самых могущественных ведьм, убить.

— И всё? Найти артефакт? И Алла будет свободна? — я была ошарашена, ожидая подвоха, а его не оказалось. Или он есть? — Хотите сказать, что так просто?

— Нет. Думаю, не просто. И до смерти опасно!