Обхватила его за шею, прижалась, ощущая своей грудью крепкое накачанное тело, и поцеловала. Сначала просто чмокнула, а потом не удержалась и поцеловала снова. На этот раз более длительно, лаская Женькины губы. Поняла, что соскучилась, хоть и прошло всего-то ничего, утром расстались, но вот соскучилась. Похоже, и он тоже. Потому что только первые секунды старательно делал вид, что удивлен прилепившемуся к нему существу, а потом ответил. Обнял и стал целовать сам.

— Полинушка, — выдохнул, когда я отстранилась. — Я… я такой болван, — стал гладить меня по волосам, любуясь их белым блеском. — Зачем это? — мотнул подбородком, обведя им комнату. — Он вас арестовал? А ты-то причем? Если вампирша накосячила, ты ж за нее не в ответе. Пусть сама выкручивается.

— Ну-у… — затянула я, не зная, с чего начать. — Долгая история. В двух словах не рассказать, — прижалась к нему левым ухом, ощущая горячее тело оборотня.

— Почему я должен тебя охранять? — Женька провел ладонью по моей спине, вызывая там мурашки. Приятные. — И какого черта этот старый хрен к тебе клеится? Мне Борька сказал, он видел, — все-таки ревнует к Элиндеру, ага.

— Не клеится, — заявила я максимально твердо, чтобы любимый не сомневался, что говорю правду. Хотя на самом деле точно также считала сама. Клеится. Периодами. — Просто у него манера такая. При общении с девушками, — уточнила. — Он и к Аллочке свой мужской интерес проявлял, предлагая с ним переспать. Причем без всяких косых намеков, а прямо. Словами. Так что не обращай на него внимания. Я-то тебя люблю. А кто на меня облизывается, то второстепенно. И пофигу.

— Я тоже тебя люблю, — Женька стал снова меня целовать, а я млела в его жарких объятиях. — Жаль, что мы сейчас не на озере, — прошептал, бросив тоскливый взгляд на кровать, аккуратно заправленную мохнатым с желтыми цветочками коричневым пледом, вздохнул. — Долго это будет продолжаться?

— Так, ладно, — я выскользнула из его рук и отошла. — Не будем лишний раз провоцировать инквизитора. Слышал, небось, что он с Арсюшей, помощником декана психов, сделал? А он всего лишь запрыгнул к Аллочке на окно.

— Да уж. У нас все в шоке были. Конечно, охрана сразу об этом узнала, как только безрукий вампир прибежал в свой деканат жаловаться декану. Еще дурак так орал. А мы и без его воплей услышали б, как он матерился.

— Вот. Результат, что не послушался Орфео, — кивнула я, усаживаясь на стул у журнального столика, стащив оттуда оставленный управляющим рюкзак, положила его на колени, прижала обеими руками к себе. — Поэтому ведем себя… в общем, как надо. То есть ты меня охраняешь и всё. Целоваться будем потом, как только это закончится.

— А что «это»? Ты так и не сказала.

— Садись, — я показала глазами на соседний стул, что стоял у стены с противоположной стороны столика, увидела, как из рюкзака в мои ладони потекли тонкой струйкой голубые искры и уже не удивилась. Помню, что надо бы учебник про них почитать, а мне всё некогда. — Долгий разговор пока отложим. А если вкратце, то мы с Элиндером расследуем убийство Старой. И в то время когда я ему помогала, на меня кто-то магически напал, высосав энергию. Мы не знаем кто, но собираемся это выяснить.

— Ого! — Женька уселся, сложив сжатые кулаки на стол, облокотился, придвинув ко мне свое лицо. Было видно, что ему очень хочется до меня дотронуться, но делать этого не стал. Поерзал на стуле и откинулся на спинку, вздохнул. — Поэтому ты здесь и поэтому тебе нужна охрана, — высказал свою правильную догадку. — У тебя сейчас слишком мало магии, чтобы защититься. Я понял.

Умный же! Сразу выхватил главное. Зря вампиры говорят, что оборотни тупые. Глупые предрассудки. А скорее всего — чванливость кровососов. Мол, мы такие утонченные, бессмертные, а эти… шавки. Похоже, Аллочка от своей создательницы нахваталась того же. И придется мне, когда расследование закончится, как-то ее переубедить. Не терпеть же постоянные ее презрительные взгляды в сторону моего любимого. Выбирать между ними не собираюсь.

Загляделась на парня и согласилась с собой, что сделала неплохой выбор. Мой красавчик реально мощный, с почти круглым лицом и волевым подбородком, янтарно-карими глазами, короткими темными волосами, которым замечательно шла модная стрижка. Даже униформа охраны Академии, состоящая из унылой серой футболки и черных джинсов, Женьку не портила.

— Что-то не так? — спросил он меня, увидев, как я его разглядываю.

— А? Не. Всё норм, — отмахнулась я. — В итоге. Теперь мне нужно время, чтобы восстановиться, — не знаю почему, но не стала рассказывать, что во мне вампирская кровь. Наверное, не хотела лишний раз вызывать в Женьке ревность. Потому как пить кровь у древнего, это нечто интимное. И пусть у любимого с фантазией не очень, придумать про мою измену он может. — А ты пока поспи, мы ж рано сегодня встали.

— Не-а, — не согласился Женька. — Я лучше посижу. Тем более обед скоро, а я жуть какой голодный. Мы ведь даже не позавтракали из-за… — резко повернул голову в сторону медленно открывающейся двери, напрягся. — Этой, — ухмыльнулся, увидев, а ранее учуяв, сомнамбулу с именем Аллочка. — Чё это с ней? — удивился, когда та еле-еле передвигая ногами, вползла в комнату, также медленно дошаркала розовыми тапочками до кровати и обессилено плюхнулась на спину, раскинув в стороны руки.

— А это еще одно предупреждение от инквизитора, — я еле-еле сдержалась, чтобы не захохотать, до того у подруженьки был жалкий вид. Даже прическа из вечно торчавших в разные стороны жгуче-черных волос как-то поникла, обвисла. — Наша драгоценная красотка с какого-то рожна решила, что может древнему навалять. За Арсюшу, который сам-то говно и предатель. Так ведь нет. Решила за него заступиться. Спрашивается, нафига? — последний вопрос задала уже ей.

— А-а, понятно. Кровь мертвеца отхватила, — усмехнулся Женька. — Ну, молодец, чё.

— Чья бы корова… — с трудом ворочая языком, начала Аллочка огрызаться на оборотня, потом увидела мой сердитый взгляд, и затухла. — Мне так плохо, а вы смеетесь, — решила, что будет лучше, если мы ее пожалеем.

— Десятый раз повторять не буду… Нет, всё же повторю, что прежде чем сделать что-то глупое, надо хотя бы перед этим подумать, — назидательно произнесла я. А потом смилостивилась и спросила. — Совсем плохо?

— Угу, — подружка попыталась выжать из себя слезу, как всегда не получилось, но по ее сморщенной мордашке было понятно, что действительно радоваться тут нечему. — Вот, к вам пришла, а то одной совсем того. Муторно. Не могу уже потолок разглядывать, он весь белый, а с вами какое-никакое разнообразие.

— Скоро пройдет. Мажордом сказал минут через двад… — я посмотрела на будильник в квадратном деревянном корпусе, стоявший на столике и исправилась. — Уже через пятнадцать. Так что полежи пока, а мне надо делом заняться, — расстегнула рюкзак и полезла за учебником. Увидела, как из коробки с бусами, которая была рядом, тотчас вырвалось синее пламя и обхватило мою ладонь. Не испугалась, потому что пламя не обжигало, а приятно грело. — Хм-м… — задумалась.

— Чё там у тебя? — спросила Аллочка, внимательно за мной следившая. Делать-то ей нечего, заметила всё-таки, как я невольно вздрогнула от неожиданности, дернула рукой. — Барабашка укусил? — типа пошутила. Значит, приходит в себя, что радует.

— Не угадала, — усмехнулась я. — Еще две попытки, — включила викторину, чтобы выиграть время. Говорить правду не хотелось. Решила, что незачем моим друзьям знать, что со мной. И самой-то не понятно, а они вопросами засыплют, отвлекут.

— Ёжик в тумане? — подружке стало немного веселей. — Иголками колется?

— Не-а.

— Ну-у… тогда-а… м-м… не знаю, — вдруг сдалась Аллочка, что удивительно. Наверное, ее мозг тоже тормозил, как и тело.

— Па-пам, — я полезла в рюкзак второй рукой, быстренько схватила учебник, чтобы пламя не успело перекинуться и на эту руку, вытащила, показала друзьям. — Нужная книга, — продолжила менторским тоном, — которую я сейчас буду читать, а вы оба молчать и ждать. Хочу до обеда кое-что в ней найти.

— А я-то причем? Я давно молчу. Это дохлая никак не заткнется. Приперлась тут и каркает, — Женька вытянул вперед ноги, уперся спиной в спинку стула, перекрестил на груди руки и закрыл глаза, не обращая внимания на недовольно прищурившуюся в ответ на его слова вампиршу.

— Полин, — тут же заявила она, — сама смотри, как он меня провоцирует. Видишь? А я на счет вонючей псины вообще…

— Еще слово и… Стоп! — гаркнула я.

Не то чтобы на Аллочку взъелась, нет, на самом деле я испугалась, увидев как внезапно сдулось пламя, а в коробке с бусами послышалось тихое потрескивание. Неужели, шарики полопались? Как тогда в кабинете Старой? И теперь у меня не будет запаса магии? Блин-блин-блин. Мне стало страшно, а по загривку пробежал холодок ужаса. Ведь если так, то я теряю огромное преимущество, которое обрела в подвале разрушенного дома. Ничего не понимаю. Да что происходит-то?

Уже не думая о друзьях, лихорадочно вытащила коробку из рюкзака и задрожавшими пальцами ее открыла. Так и есть. Черт! Бусы, а вернее то, что от них осталось за вычетом пяти кристаллов (два на купальнике и три на браслете) из ярко-голубых стали абсолютно прозрачными, а по некоторым пошли трещины. Хорошо, что не рассыпались совсем. Вспомнив про осколки, собранные на полу деканата, я достала их из кармана штанов и положила в уголок коробки.

Подумала: «Наигралась, Полинушка? А теперь всё. Не уберегла. Не убереглась. Из-за этого Элиндера. Что б его. Из-за его расследования. Вот надо было мне?» Вздохнула сокрушенно. Конечно, надо. Подруженьку свою спасала, как в свое время она меня от жениха. А еще раньше я её от охотников. Тут уж ничего не поделаешь. Похоже, не зря мы встретились. Карма у нас теперь такая — друг друга спасать.

— Бусы порвались? — поинтересовалась вампирша, усаживаясь на кровати и заглядывая через мое плечо на стол, где лежала коробка. — Красивые, — вытянула шею, чтобы получше рассмотреть. — Бриллианты? А ты не говорила, что у тебя такие есть, — тут же высказала мне претензию, что не всё обо мне знает.

Ну, не была бы тогда Аллочка Аллочкой с ее-то любопытством.

— А я даже не знаю, представляешь, бриллианты это или кристаллы хрусталя, — задумалась я над ее вопросом, которым почему-то никогда не задавалась. — А может аметисты или просто стекляшки.

— Как так?

— Потому что подарок. Одной старой ведьмы из моей родни. А в этом случае про ценность не спрашивают, — ответила я и ласково погладила подушечкой указательного пальца шарик с трещиной. — Ой, — удивилась, увидев, что…

Что из моего пальца соскользнули несколько синих искр, которые тут же впитались в бусину, и трещина в ней пропала. Во как! Интересненько. Я осторожно дотронулась до следующей — результат оказался аналогичным. Задумавшись, задержала палец на том же шарике и внезапно обнаружила, что его цвет стал меняться на чуть-чуть, совсем чуточку, голубоватый. Именно. Ошибиться я не могла, не слепая. И отличить прозрачность от других тонов могу.

Кажется, я начала понимать!

— Раз от старой бабки, то точно дорогой, — рассуждала тем временем Аллочка за моей спиной. — Наверняка. Раньше бижутерию не носили. И стекляшек, насколько помню, тогда не было. Мне моя создательница рассказывала, почему она только настоящие камни уважает. Стекло в ее молодости еще не изобрели. Так что у тебя как есть бриллианты. Ух ты, Полинка. Какая ты богатая.

— Не знаю, спорить не буду, но вряд ли сильно, — я быстро захлопнула коробку и также быстро запихнула ее в рюкзак, забросила его под кровать подальше от себя, чтобы бусы перестали вытягивать из меня магию, которой у меня и самой-то кот наплакал. Раскрыла учебник и стала по оглавлению искать хоть что-нибудь напоминающее про кристаллы-хранители. — Я читать, а вы молчать, — услышала, как шумно вздохнул Женька, мол, опять меня приплели, а я тут и вовсе ни при чем, но вслух этого не сказал.

— Ладно, — Аллочка плюхнулась обратно на кровать. — Жду обеда.

Листая страницы, теперь мне хотелось узнать лишь подробности, как работают такие кристаллы, а принцип я поняла. Они что-то вроде пауэр-банка для мобильного телефона, где аккумулятор более мощный и от которого всегда можно зарядить «сдохнувший» гаджет. Так и тут. В прозрачный шарик закачивается магическая энергия (каким образом — не знаю, но какой-то механизм есть) и накапливается там до определенной степени…

Внезапно вспомнила, что и раньше обращала внимание на изменение цвета бусин на браслете, когда приходила с занятий Старой. С тех, на которых она учила меня создавать огненные шары. Очень, кстати, магозатратно. Поэтому и бледнели шарики — я из них забирала магию, если мне не хватало своей. А потом со временем, когда я восстанавливалась, они тянули ее из меня. Как говорится — обмен воды… ой, магии в природе. Надо же. А я причисляла это к странному преломлению света.

И не сильно заморачивалась, потому что бусы вновь голубели.

Как интересно, оказывается. Найдя ведьмин клад, я приобрела не только ее силу, но и магическую запаску. Класс. Хорошо б еще кто-нибудь объяснил, что с ней делать, с этой запаской. То есть — как вообще она работает? Можно ли взять из нее только кусочек магии, нужный объем, можно ли не отдавать, когда в ней пусто? Как остановить, если ты слишком близко…

Вот черт!

Непентес! Гадский «непентес», убивший мою наставницу!

Он же аналогичен!

Только более мощный.

От осенившей меня догадки даже вспотела шея, а пальцы, которыми я листала учебник, стали мокрыми. Офигеть. Какая же я дурочка, что больше месяца носила с собой кристаллы, не подозревая, какая бомба в них заложена. Святая простота. Да уж. Считала, что ведьмовская магия в них, а она давно во мне, перешла в момент моего касания к кладу, а не к бусам. А с другой стороны, если бы не они, я могла бы сегодня и вовсе магии лишиться. Не зря говорят — всё, что ни делается, всё к лучшему…

В дверь тихонько постучали, и голос управляющего сообщил:

— Дорогие гости, обед готов. Прошу вас спуститься в столовую.

— Мы идем! — крикнула я и захлопнула бесполезный учебник. Похоже, знания о магических кристаллах даже в общем виде в первый курс не заложены. А «непентес» вероятно из разряда особых дисциплин. — Виталий Алексеевич, — рванула к двери первее вампирши, которая стала тянуться, зевать и проверять свой организм на способность двигаться. — А есть здесь библиотека? — увидела удаляющуюся спину и почувствовала запах мужского тела, догнавшего меня сзади.

— Ты чё творишь? — буркнул недовольно Женька, хватая меня за руку. — Тебе нельзя одной. Забыла? — зашагал по коридору рядом.

— Так тут… Ага, забыла, — не стала я объясняться. В большей мере мне был интересен ответ управляющего, который остановился у лестницы и обернулся к нам.

— Как таковой библиотеки нет. Есть шкафчик с художественной литературой. Детективы, про любовь. Ширпотреб одним словом. У нас здесь только отдыхающие бывают и гости по обмену, которые тоже в основном отдыхают, а не работают. А вам что нужно, госпожа Девяткина? Если что-то специфическое, то вам в Академию.

— Ясно. А когда Элиндер вернется, не знаете? — я заправила за ухо прядку волос, внезапно свалившихся мне на глаза от мощной струи воздуха. Понятно, что ветер просто так возникнуть в закрытом коридоре не мог. — Аллочка ожила, — пояснила Женьке, который завертел носом в разные стороны. — Сейчас набегается и вернется, — предсказала появление подружки, возникшей перед нами через секунду.

— Ура! — взвизгнула она заливисто. — Я норм. Полинка, смотри, — на радостях подпрыгнула вверх. — Зараза, — гулко шмякнулась головой о потолок, приземлилась и стала тереть макушку. — Ну чё тут потолки такие низкие.

— А чтоб такие ду… — начал было Женька и осекся. — Думающие о себе слишком много набивали шишки, — хохотнул.

— Господин Орфео передо мной не отчитывается, — ответил мне мажордом и двинулся по лестнице вниз.

— Понятно, — потопала я за ним, таща за собой Женьку, Аллочка же, немного помотав головой, обогнала нас и оказалась за накрытым столиком раньше всех.

Потом мы поели, дружно, если не считать мелких колкостей, которыми осыпали друг друга мои охранники, и вернулись в мою комнату. Тоже вместе. Потому что Аллочка категорически не хотела сидеть одна. После инъекции Элиндера она полностью восстановилась и жизнь-нежизнь бурлила в ней с новой силой.

— Полин, а зачем ты у нашего пенька про библиотеку спрашивала? — поинтересовалась она, когда мы оказались на прежних местах. Вампирша вольготно развалилась на кровати, закинув правую руку под голову и упираясь ею в спинку, Женька на стуле, предварительно там поерзав, потому что сидеть надоело, и я рядом, упершись локтями в журнальный столик. — У нас вроде как внеплановые каникулы? А ты зачем-то с учебником своим. Отдыхай.

— Да я бы с радостью, если бы не… — начала я и замолчала. У меня возникла отличная идея. — А если нам заняться тренировкой? — изнывать от скуки точно не моё, а гостевые апартаменты уже стали напоминать тюрьму, из которой никуда нельзя. Ни любовью с Женькой заняться (ну, это было в моих планах утром, а теперь хотя бы побыть вдвоем), ни по парку погулять. — Вот смотрю я на вас, а вы всё собачитесь. А если на меня убийца нападет? Колдун. Вдруг. Внезапно. Что делать будете?

— Я волком обернусь, — Женька поиграл накачанными мышцами на руках. — И горло ему перегрызу.

— А я ему шею сверну. Раньше, чем волчонок зверем станет, — Аллочка изобразила мордочку «а чё такова».

— Если успеешь, — усмехнулась я. — И то пока только на словах. А давайте-ка попробуем, как это будет выглядеть в натуре. Я буду тут, — выдернула из-под вампирши плед, скрутила его как ковер, сложила пополам и посадила на свой стул. — Это манекен меня, — пояснила для особо непонятливых, обоих. — А сама я буду колдуном. Он же двигаться будет, — скакнула вправо и помахала руками, типа вот он тут.

— Думаешь, он будет так делать? — спросила меня Аллочка на полном серьёзе, меняя свое положение с лежачего на сидячее.

— Не обязательно, — я не стала говорить, что это просто дурацкий пример, но улыбку не сдержала. Иногда подружка меня реально удивляет. — А может именно так и будет сигналить, чтобы вас привлечь, — хихикнула, представив как тощий седой старик (почему-то он таким мне кажется) подпрыгивает на одной ноге и изображает мельницу, чтобы его заметили «полуслепые» вампирша и оборотень.

— Чувак будет огненными шарами кидаться как Полина или вихри мутить, а не ручками фортели выписывать, — вместо меня обрисовал ситуацию Женька, сначала долго и пристально смотревший на Аллочку и только потом понявший, что она не шутит.

— Я так и подумала, — та сделала вид, что притворялась идиоткой. — С чего начнем? — спрыгнула с кровати, подняла правую ногу вверх, почти на шпагат, благо широкие розовые шорты позволяли, немного так постояла (если честно — очень красиво смотрелось) и заняла центр комнаты. — Я тут буду сторожить.

— Не-а, не пойдет, — не согласилась я. — Так подучается, что ты наготове, а надо, чтобы естественно было. Ложись обратно, — подошла к двери. — Теперь ждите, — вышла из комнаты и сделала несколько шагов по коридору. Затаилась.

В общем, проскользнуть обратно незамеченной, вернее, не услышанной, у меня не получилось. Ни разу. Я сделала насколько попыток и убедилась, что слух у моей охраны на высоте. Хорошо. Надеюсь, что звук открывшегося портала они услышат тоже. А потом мы стали сражаться, устроив такой бедлам, что на шум прибежал мажордом, поинтересовался, чем мы занимаемся, и, с ужасом оглядев раскиданные стулья и сдвинутую кровать, удалился, тяжело вздыхая.

Самое удивительное — мои друзья перестали огрызаться. Похоже, совместное патрулирование пространства вокруг пледа на стуле пошло им на пользу. Только вот когда я попадала в Женькины объятия, тут же вылетала из них благодаря вампирше, бившей не жалеючи моего любимого кулаком по почкам, и получая взамен очередную рваную полосу на своей кофточке от звериного когтя.

Короче, нам было весело. И не скучно. И время до ужина, когда нас туда позвали, пролетело совсем незаметно.

Элиндер так и не появился, только прислал мне небольшую старинную книгу в выцветшей коричневой обложке с деревянной закладкой и запиской: «Ты хотела подробностей про «непентес», они тут. Может, найдешь, за что зацепиться». Ни когда будет, ни куда пропал — ни слова. Даже обидно. Как вариант, уехал к тому самому таинственном владельцу пропавшего артефакта.

Опять же. Тот, насколько я поняла, живет в Москве, и вряд ли инквизитор уехал так далеко, когда я в смертельной опасности. С другой стороны, его давно нет. Да и на «Сапсеане» долететь в столицу можно за четыре часа. Ой, а самолетом-то еще быстрее. Не удивлюсь, что у древнего вампира окажется личный «джет» с собственными пилотами и красавицей-стюардессой.

Утвердившись в мысли, что Элиндер в Москве, я открыла книгу…

Ах да. Перед этим мы устроили перестановку в комнате, наведя порядок и притащив Аллочкину кровать. Подружка ни в какую не оставалась одна, обосновав свое упрямство тем, что тренировались мы тут, а оттуда у нее другой вид. И она может не успеть (она-то!), опоздать и так далее. Согласилась я на это только в обмен, что буду спать с Женькой, а «остальные» возражать не будут.

— Хорошо, — подружка залезла под одеяло и от нас отвернулась.

— А я с тобой, — Женька сгреб меня, усадил к себе на колени, преданно уткнулся носом в шею и спросил, увидев, что я зачиталась. — Интересно?

— Офигеть как!