Надежда

Не собираюсь терять ни минуты. Возвращаюсь в квартиру, завариваю крепкий чай и сажусь за ноутбук.

Быстро набираю в поисковике: «Трудовая инспекция жалоба на работодателя», «Прокуратура заявление образец», «Незаконное увольнение».

Просматриваю противоречивую информацию, освежаю знания. Конечно, как руководитель я понимаю порядок увольнения и также прекрасно понимаю, что мать в проигрышной позиции, но на практике я с такой ситуацией сталкиваюсь впервые.

Сама-то я никогда не вышвыривала беременную сотрудницу на улицу.

Выписываю адреса, телефоны, перечень документов. Вспоминаю, что часть нужных бумаг осталась в офисе. Доступа туда у меня теперь нет.

— Отлично, — шепчу я. — Просто отлично.

Но отступать некуда. Да я и не собираюсь.

Быстро принимаю душ, чтобы немного взбодриться и смыть усталость. Переодеваюсь.

Стою у зеркала и смотрю в отражение.

— Ну что, малыш, идем драться?

Улыбаюсь, и улыбка не выглядит жалкой или вымученной.

Выхожу.

Трудовая инспекция встречает меня очередями, усталыми лицами и запахом дешевого кофе. Я беру талончик, сажусь на жесткий стул и смотрю на номер электронного табло 347. У меня 412.

Два часа сорок семь минут.

Я сижу и прокручиваю в голове все, что хочу сказать. Все, что мама сделала. Как она выжимала меня из компании, как перекрыла доступ, как лишила всего. Но когда подходит моя очередь, женщина за стеклом смотрит на меня устало и говорит:

— Документы принесли?

— Какие документы?

— Трудовой договор, приказ об увольнении, расчетные листки, копию трудовой книжки.

— У меня только трудовой договор. Меня уволили незаконно, я не подписывала…

— Без документов мы не можем принять заявление, — перебивает она. — Принесете — приходите.

Я выхожу на улицу и несколько минут стою, глотая холодный воздух. Руки дрожат.

— Ладно, — говорю себе. — Мы не позволим первой неудаче сломить себя, да, малыш?

Сюда я еще вернусь, но сначала — прокуратура.

В прокуратуре очередь меньше, но лица такие же усталые. Я пишу заявление от руки, корявым почерком, потому что руки трясутся.

Излагаю все: увольнение без оснований, давление, угрозы.

В конце приписываю: «Прошу провести проверку и принять меры прокурорского реагирования».

Сотрудник, молодой парень с заспанными глазами, лениво пробегает текст взглядом.

— А доказательства? — спрашивает он. — Переписка, свидетели, документы?

— Документов нет, — говорю я. — Свидетелями могут быть оставшиеся сотрудники.

Он пожимает плечами.

— Заявление примем. Но без доказательств шансов мало.

— Так это же ваша работа, — вскипаю я, — провести проверку, разве нет?

Парень пожимает плечами:

— Наша-наша. Не волнуйтесь, — бросает быстрый взгляд в заявление и добавляет цинично. — В вашем положении вредно.

Хочется добавить, что в моем положение вредно общаться с токсичными равнодушными людьми, но сдерживаюсь.

Прибегаю к другой тактике — широко улыбаюсь.

— Я не сомневалась, что такой сотрудник как вы сделает все необходимое. Просто немного переволновалась.

— Не надо волноваться, гражданочка. Мы зарплату за это получаем. Обеспечивать законность — наш долг.

Ага, кажется, попала в цель.

— По вам видно, — продолжаю вливать мед, — что сотрудник вы опытный. Может быть вы мне можете дать совет или рекомендацию?

— Советы здесь не раздаем…

Но я делаю бровки домиком и…

— Ну ладно, что у вас там еще?

— В трудовой инспекции отказались принимать заявление. Тоже сослались на отсутствие документов… Может, что-то порекомендуете?

Устало поднимает брови, будто преисполнен мудростью тысячелетий и устал от однообразия просьб.

— Ну, что вы как маленькая. Надо понастойчивее быть и все.

— И все?

— Ну, конечно. Можно же и к начальнику заглянуть, понимаете?

Киваю:

— Ну они же должны принять заявление, верно?

— Должны, но не обязаны, — хмыкает он.

Что ж, в одном он прав — надо быть настойчивее и вернуться в ГИТ.

На улице уже темнеет. Фонари зажигаются один за другим, и город становится равнодушным.

Я бреду к метро, сажусь в вагон, смотрю в одну точку. Толпа усталых людей смыкается вокруг.

Добираюсь до квартиры дяди Кости.

Глаза закрываются сами, но спать еще рано. Хочу позвонить в больницу, узнавать про дядю Костю.

И надо приготовить что-то поесть…

Телефон вдруг начинает вибрировать. Незнакомый номер.

— Надежда, — голос в трубке заставляет сердце пропустить удар. — Вы сбежали, как Золушка. А я вас разыскиваю.

Адам.

Сажусь на диване, выпрямляю спину.

— Зачем?

— Вы в порядке? Утром вы исчезли так внезапно, что я забеспокоился.

— Я в порядке, — отвечаю сухо. — Спасибо за помощь и… ужин. Я очень благодарна.

— Благодарность звучит как прощание, — замечает он.

— Возможно. Потому что нам не о чем больше говорить. Я не собираюсь работать с мамой. И вам, Адам, больше не нужно тратить на меня время.

Пауза. Я слышу его дыхание.

— А что, если ты сама мне интересна?

* * *

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в свою новинку о любви, подлости и предательстве и, конечно же, настоящей любви!

Нас ждет сильная героиня с характером и юмором, настоящий мужчина и бумеранг, который уже вылетел))

А также немножко подарочков от меня самым быстрым)

"Развод. Предательство не лечится!"

ЧИТАТЬ КНИГУ МОЖНО ЗДЕСЬ — https:// /shrt/QRZh

— Спать с ординаторшами собственной жены — это просто за гранью даже для тебя, Андрюх.

Обмираю за дверью, услышав имя мужа.

– Пока только с одной, – нагло ухмыляется он в ответ.

Распахиваю дверь – подскакивает испуганно.

Смотрим друг на друга – отводит глаза.

– Да, Маша, я тебе изменяю. Она молодая, красивая и в постели – просто ураган. Ласкает меня так, как…

– Ах, ты мерзавец, – шепчу я, сжимая кулаки, и надвигаюсь на предателя. – Иди-ка сюда, дорогой. Сейчас я тебя «приласкаю»…

У меня было все, о чем может мечтать женщина: умница дочь, любимый муж и успешная карьера. Много лет я считала себя с ним, как за каменной стеной, а он… предал и унизил меня.

Я уверена, предательство не лечится, но я все равно буду счастлива! Даже если сейчас в это сложно поверить…

https:// /shrt/-0sE