Я не поступала как невеста, о которой мечтали все.

Так задумано, не так ли?

Но под этим маскарадом скрывалась я — Лили, которая всегда стремилась к свободе, к выбору и возможности быть такой какой хотелось быть.

Они ждали, и каждый из них был готов осудить, или, наоборот, одобрить мой выбор и прикрытие.

Это не просто свадьба для них — это, возможно, театр, где я играла свою роль.

Внутри всё трепетало от ожидания — не только моего выхода замуж, но и чего-то большего. Это была игра обречённости, где на кону стояло нечто более ценное, чем проста свадьба.

С каждым шагом я ощущала, как адреналин наполняет каждую клеточку моего тела.

Я искала взгляд моего жениха в толпе.

Волнение быстро переросло в хаос мыслей.

Я ловила себя на том, что в фантазиях представляла, как будет выглядеть наш союз. Он не будет полон любви, заботы, совместных планов на будущее и наполнен страстью.

О, та страсть, которая действительно могла бы освободить меня, сделать сильной, стать тем, кем я должна быть!

Её не будет. С горечью подумала я.

Я знала, что эта не свадьба — где происходит просто объединение двух жизней и начало новой эры. Я не просто шла к алтарю; я шла на встречу с сомнениями и страхами, с которыми столкнусь, и, надеюсь, один раз и навсегда преодолею.

Когда я достигла ступеней, ведущих к алтарю, тёмные предчувствия, как облака, заволокли голову… Но я старалась не обращать на это внимания. Вместо этого я обратила все свои мысли к тому, что я готова оставить позади все, что тянет меня вниз. Я смотрела в будущее с надеждой и нервным трепетом. Это была возможность заново начать, создать ту жизнь, о которой я всегда мечтала.

Настало время!

Моя рука была крепко сжата в руке отца; он вёл меня к тому, кто должен был стать моим спутником в этой новой жизни.

Я понимала, что эта часть жизни будет полна испытаний, но каждое испытание будет закалять меня, как сталь, из которой куются мечи. И на этот раз я не собиралась отпускать свои мечты — я собиралась воплотить их в жизнь.

Я изменила не только платье, но и прическу с макияжем.

Аккуратный пучок распустила и оставила волосы распущенными. А глаза подвела подводкой и немного размазала её, чтобы был эффект от слёз. Тот долгий и нежный макияж, который так тщательно старался сделать визажист, был испорчен. А губы накрасила ярко красной помадой. И в уголке немного нанесла.

Моё платье представляло самое откровенное и развратное. Вместо длинного подола была мини-юбка. Спереди был лишь небольшой кусок, который прикрывал перед, а сзади полностью прозрачная юбка, открывающая мои стринги. Сверху топ с длинными рукавами, но также карсет, который зажимал мне ребра так, что трудно было дышать. Зато грудь практически вываливалась наружу. Неправильное движение — и мои девочки скажут всем «привет».

Когда я подняла голову и встретилась глазами с глазами Дэниела, я застыла.

Проигрывая в голове разные сценарии, мне в голову и мысль не пришла, что он отреагирует именно так.

С ленивой и грязной ухмылкой.

Его губы раскрылись, и один уголок рта был выше, обнажая идеально ровные белые зубы.

В глазах я не видела осуждения, лишь искреннее любопытство. Мне кажется, что он рассматривает действительно пристально, как будто изучает редкий экспонат в музее искусств. Судя по тому, как он наклонил вбок свою голову.

Я ощущала его взгляд сначала на моих растрёпанных волосах, плавно переходящего на моё лицо, где была видна размазанная ярко красная помада, затем на моё свадебное, созданное специально для него, платье.

Он лишь поднял свою темную бровь, но затем мы повернулись к священнику.

В моих руках был букет цветов, и я с замиранием сердца слушала, как он зачитывает клятву.

И вот это произошло.

Когда настало моё время произнести их.

Повернув голову в сторону гостей, я нашла стоящих неподалёку родителей.

Мама тепло улыбалась и размазывала каплю слезы в уголке глаз, её руки были соединены в ладони.

Она одними губами произнесла слова, которые заставили меня врасплох.

— Не бойся, мы рядом.

Меньше всего я ожидала от неё таких слов в день свадьбы и в том числе сейчас.

Когда на мне надето самое развратное платье невесты.

По залу раздавались смешки и голоса, когда они только увидели меня. Сейчас же все затихли и ждали моих слов.

Снова повернув голову, я уставилась вперёд и, сглотнув, тихо произнесла. Так что даже я практически себя не слышала.

— Я, Лилиан Харпер, беру тебя, Дэниел Картер, в законные мужья, чтобы с этого дня быть вместе, в хорошие времена и плохие, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас. Я клянусь быть твоей постоянной защитницей и твоей самой верной подругой. Я обязуюсь создать дом, наполненный смехом, терпением и непоколебимой поддержкой.

Я резко замолчала, и что-то меня заставило не просто стоять, смотреть прямо в одну точку и говорить роботизированным голосом заученный текст, но и повернуться к мужу.

Когда я уставилась на него, на его лице отразилось недоумение, и он вопросительно смотрел в ответ.

Я не знаю, почему решилась сказать следующие строки ему в глаза.

Просто не понимала.

— Обещаю стоять рядом с тобой, смеяться вместе с тобой, плакать вместе с тобой и......... ЛЮБИТЬ ТЕБЯ яростно Все. Мои. Дни.

По залу раздались громкие и бурные аплодисменты.

Но я рассматривала своего мужа.

Муж.

Как странно его так называть.

Ещё вчера я была Лилиан Харпер, теперь я официально Лилиан Картер. Жена Дэниела Картера.

Его тёмно-русые волосы идеально уложены гелем для волос, а подбородок чисто выбрит.

Прямой нос.

А глаза. Они в основном серые, с небольшой примесью голубого. Очень странное сочетание, как и он сам.

Четкие линии алых губ, такие мягкие и.....

Поняв, что я слишком долго смотрю на них, опускаю глаза к его костюму.

Я ожидала, что он, как и я, отнесётся к свадьбе также. Не серьёзно. Например, наденет чёрный костюм или вообще странный наряд. Но он удивил меня. Всё было традиционно и без единого изъяна. Костюм идеально отглажен, белая накрахмаленная рубашка, на заказ сшитые штаны и чистая дорогая обувь. От его одежды пахло деньгами и привилегией. Слишком идеальный.

Снаружи может и показаться, что он такой и есть, но внутри.

Я всё ещё не забыла, когда он заперся с той женщиной в туалете.

— А теперь можете поцеловать невесту!

Эти слова будто отрезвили меня.

Я застыла и широко распахнула глаза, не успев опомниться, как меня притянули его сильные жилистые руки и он огрёб меня в охапку.

Его мягкие, но одновременно твёрдые губы нашли мои, и он впился в меня настойчивым поцелуем.

При этом одна его рука была в моих волосах, сжимающих их, другая опустилась мне на бедро и подняла её так, что она висела в воздухе, и он крепко держал её в своей хватке.

Сначала я застыла.

Мои глаза были открыты и смотрели прямо ему в лицо, а его же были полностью закрыты.

Я не отвечала на поцелуй.

Просто застыв и моргая.

Но когда он вдруг неожиданно прикусил мою губу, я в возмущении открыла рот.

— Ты. Осё....

Не теряя времени и возможности, он засунул свой язык мне в рот.

И....

Я робко попыталась ответить на поцелуй.

Так как я ни разу ни с кем не целовалась, я понятия не имела, как это делается. Но на чистом инстинкте попыталась. Медленно положив обе руки ему на грудь и сжав пальцами его рубашку, повернула голову в бок и встретила его язык со своим.

Наверное, это было слишком долго и неприлично.

Мы, вот так вот, пожирали друг друга на глазах у позади стоящих гостей, но в тот момент мне было абсолютно наплевать, как это выглядит со стороны.

Ощущать его руки на своём теле и чувствовать его губы было волнующе и приятно.

Рядом стоящий священник громко откашлялся и громко проговорил.

— Пусть ваш брак будет благословлен любовью, радостью и взаимопониманием на все годы вашей жизни.

На этих словах мы наконец оторвались друг от друга.

Сзади доносились поздравления и счастливые крики гостей.

— Поздравляем!

— Желаем вам радости, любви и смеха в день свадьбы и после.

— За любовь!

— Юхуу!

Моя грудная клетка хаотично ходила ходуном, и я почувствовала, как по моим щекам расползался безошибочный румянец.

Мои глаза были то на гостях, то на Дэниеле.

Он же и глазом не повёл.

Всем своим видом демонстративно провёл тыльной стороной ладони по своим раскрасневшимся губам и вытирал их от моих слюней.

Вот же засранец!

Он сделал вид, что ничего необычного не произошло и он не засунул только что свой язык в моё горло.

К нам подошли родители.

Мама взяла меня за руки и счастливо улыбнулась.

— Как любящие родители, мы наблюдали, как ты растёшь, Лили. Теперь мы наблюдаем, как вы будете расцветать вместе. Пусть ваша история любви будет долгой, счастливой и наполненной прекрасными главами. Я надеюсь на это. И сегодня мы не теряем свою дочь — я надеюсь, мы обретаем и сына. Дэниел?

Мама переводит свой взгляд на него, и он отводит свой взгляд куда-то вдаль.

— Пусть ваш союз приносит радость не только вам, но и всем, чьих жизней вы касаетесь. Я хочу для вас только счастья. Надеюсь, со временем ваш брак превратится во что-то очень ценное. Поздравляю!

Она обняла меня в крепком материнском объятии, и я взглянула на отца.

— Поддерживаю всё, что сказала твоя мать. Пусть ваш брак будет благословлен любовью, радостью и взаимопониманием на все годы вашей жизни.

Он поцеловал меня в макушку.

Я закрыла глаза и наслаждалась этим трепетным моментом.

— Спасибо за тёплые слова, мама.

Я выразительно посмотрела на неё. На моих глазах расцвела широкая и искренняя улыбка.

— Папа.

Я нашла его мягкий отцовский взгляд, и мои собственные налились непрошенными слезами.

Я совсем позабыла о своём рядом стоящем муже.

Ему было неловко, судя по виду, стоять здесь и смотреть на проявления чувств.

Он откашлялся в кулак и громко произнёс.

— Как бы трогательно это ни звучало, но мне нужно идти. Всё-таки гости ждут и, к тому же...

Теперь его внимание было направлено исключительно на меня.

Я задержала дыхание, ожидая его следующих слов.

Он ухмыльнулся и наклонился ко мне, так что я почувствовала его дыхание возле своего уха.

— Встретимся тогда, когда настанет время ехать ко мне домой для нашей брачной ночи. Признаюсь честно, ты удивила меня сегодня своим появлением в таком образе. Если ты хочешь, чтобы я относился к тебе как к шлюхе, ты получишь это.

С этими словами он развернулся и пошёл к гостям.

Я же почувствовала, как его слова градом обрушиваются на меня.