— О нет, только не снова.

Я подбежала к унитазу и склонилась над ним.

Меня воротило всё утро. Я не могла ничего съесть, и всё выходило обратно. С каждой секундой, когда я чувствовала, как внутри меня бушует буря, мои мысли метались в поисках причин этого состояния.

«Неужели это просто нервное напряжение?» — думала я, пыталась вспомнить, что ела накануне.

Но всё напоминало лишь о пьянящем чувстве острого волнения, о той непередаваемой смешанной эмоции, когда ты стоишь на краю важного шага в своей жизни.

Я рывком спустила воду в унитазе и, утирая губы, подошла к зеркалу.

Бледное отражение смотрело на меня с укоризненной ухмылкой. Я чуть похудела, и глаза мои стали большими и круглыми, как у испуганного котёнка. Мои нервы были на пределе. Ведь сегодня был день, когда я выходила замуж. Эта мысль не покидала мою голову ни на секунду, подобно упрямой мухе, пытающейся выбраться из стеклянной банки.

Моё свадебное платье, словно манящая звезда, лежало на кровати.

Как ни странно, мне повезло, и долго выбирать наряд мне не пришлось. Когда я впервые увидела это платье, мой интуитивный голос внутренней уверенности шепнул мне: «Это оно». Но, вернувшись домой, я задумалась о том, как же я могла бы добавить в своё творение немного изюминки.

Мой взгляд задержался на ножницах в ванной, и, как художница, желающая вдохнуть жизнь в свой шедевр, я решила подкорректировать платье.

Теперь, глядя на результат, я могла лишь усмехнуться, понимая, что это будет моим личным «фирменным» стилем.

— Лили! — крикнула моя мать, прерывая мои мысли и выбивая меня из розовых грёз. — Ты готова? Визажист уже пришёл и ждёт внизу. Мне нужно, чтобы ты ускорилась. Ведь тебе нужно сделать не только макияж, но и прическу!

Я сжала руки в кулак и закатила глаза, зажмуриваясь от внутреннего напряжения.

Этого ещё мне не хватало.

Время будто замедлило свой ход, а в голове все смешивалось: шок от предстоящей свадьбы, волнения, смятение. Я понимала, что в этот момент переживание зашкаливает.

Сегодня я шокирую не только своим утончённым платьем, но и кое-чем другим.

Меня заедало беспокойство, и я, изображая роль послушной дочери, крикнула в ответ.

— Да, сейчас! Скажи ему прийти через десять минут.

Я слышала, как шаги матери отдаляются к лестнице, и, как только она вышла за порог, я тотчас же полезла в свой тайник, потянувшись за сигаретой.

Никто не знал о моей вредной привычке. Я тщательно скрывала это, и никогда не вызывала подозрений. Всегда имела наготове жвачку — на случай, если возникнет необходимость освежить дыхание. Но сейчас мне это было крайне необходимо.

Облокотившись о стену в ванной, я медленно сползла по ней, прикуривая табак. Дым мгновенно заполнил комнату, и я потерялась в своих мыслях, думая о своей первой брачной ночи: о том, как он разденет меня, как будет смотреть в глаза, и как я, наконец, смогу избавиться от всех этих мучительных переживаний.

Некоторое время спустя, когда курение стало утомительным, но расслабляющим, мы подъехали к банкетному залу, где уже поджидали гости, и их взгляды, полные ожидания, пронзали меня, как острые иглы.

Я нацепила улыбку и похвалила себя за находчивость.

Сейчас на мне не то платье, в котором я собираюсь появиться на людях.

Это лишь временная оболочка, чтобы не испортить сюрприз. Настоящее платье ждало меня на верхнем этаже в шкафу.

Когда моя сестра впервые увидела его, её шокированное выражение лица было просто бесподобным.

Она уставилась на меня, будто я только что пришла с другой планеты.

— Лили, ты уверена, что хочешь появиться в нём? — спросила она; её голос колебался от волнения.

Я кивнула, чётко понимая, что управление своим будущим лежит в моих руках.

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, я чувствовала, как волшебство с каждой минутой нарастает. Я предвкушала моё будущее представление. Это будет эпично!

Не дождавшись того момента, когда все разволновались вокруг, я решительно открыла дверь и вышла наружу.

Словно актриса на сцене, я с гордо поднятой головой шагнула вперёд.

Все собрались и ждали невесту.

Когда я подошла к отцу, который должен был меня вести к алтарю, я увидела шокированное выражение его лица.

В нём смешивались шок и ужас.

— Лил...

Прежде чем он успел что-то сказать, я уверенно взяла его под руку и сама распахнула дверь.

Мы могли бы дождаться начала звучания музыки, но я не дожидалась!

В тот момент, когда тяжёлые двери отворились, я ощущала мощь, словно вечность вдруг сжалась до одной секунды.

Громко звякнув, двери ударились о стену, распахнув передо мной весь мир, полный суждений, ожиданий и непроговорённых слов.

Да начнётся же моё представление!