Чёрт, чёрт, чёрт!

Дверь захлопнулась с оглушительным треском, напоминающим выстрел, и я остался сидеть на краю кровати, штаны расстёгнуты, а тело в огне.

Лилиан сбежала в слезах, глаза полные боли и недоумения, а её халат развевался и на бегу распахнулся, словно флаг на ветру.

Внезапно в голове всплыло имя — «Аманда».

Какого чёрта?

Что за хрень я ляпнул.

Это всего лишь призрак из прошлого, дурацкая шутка, имя случайной девушки из колледжа, которую я особо не помнил. Я хотел её поддеть, ударить в ответ за её дерзость, заставить её отступить, а вместо этого...

Хорошо.

Пусть думает, что хочет.

Мне на неё наплевать.

Я не для этих соплей здесь.

С трудом поднявшись, я застегнул штаны, накинул рубашку и куртку — как будто это укрытие могло спасти меня от самого себя.

Ключи от машины уже были в кармане. Этот дом с этой девчонкой — клетка. Нужен был воздух, бегство, виски и шум. Я сел в машину, и мотор взревел. Дорога в клуб — мой второй дом — пролетела в темноте. Я не оглянулся на особняк в зеркале, хотя мысли о ней продолжали всплывать. Она меня заводила, да — упрямая, с блестящими глазами, полными жизни и страсти. Но это лишь контракт, никаких иллюзий.

Клуб гудел, словно живой организм: бас долбил по груди, тела извивались под мерцающими стробоскопами, как будто сами танцевали в унисон с музыкой. Бармен налил виски без лишних вопросов. Я сел в углу, внимательно рассматривая толпу. Знакомые лица, лёгкие улыбки. И вот она подошла — брюнетка в коротком, облегающем платье, её глаза манили, будто магнит, притягивая. На ней не было бюстгальтера, и её огромные буфера почти вываливались наружу, слепя мне глаза.

— Дэниел? Давно не виделись, малыш, — проворковала она, прильнув ко мне.

Я усмехнулся, обнял её за талию, чувствуя, как её дыхание становится всё ближе. Медленно поглаживая её спину, мои пальцы, словно исследователи, скользнули вниз к её упругой заднице. — Забудь имена, красавица. Давай лучше потанцуем?

Я потянул её за собой на танцпол, где резкие ритмы музыки возвышали атмосферу до предела.

Наши тела сплелись в жарком танце, как будто среди толпы мы были единственными в этом вихре страстей. Мои руки легли на её сочные бедра, ритмично двигаясь вместе с её соблазнительными движениями, словно мы были частью какого-то древнего ритуала. Она, в свою очередь, подняла руки к своим длинным черным волосам и опустила глаза.

Я запрокидывал голову и отдавался ритму звуков. Со всех сторон меня окружали другие танцующие пары, их тела плавно терлись об меня. Спутница извивалась, как змея, временами крутя головой так, что её длинные волосы касались моего лица. Во время танца она постоянно терлась задницей или покачивалась задирая жалкий кусок ткани.

С каждой секундой атмосфера накалялась, но меня она не интересовала, от слова совсем. Я не хотел её. Один раз, может быть, даже два — переспал в прошлом и на этом всё.

Устав от девушки, я подошёл к бару и заказал шоты.

Вдруг, словно тень, ко мне на плечо опустилась чья-то рука, крепко сжимая его.

Я повернул голову и увидел Жозефа Олофа с его сальной ухмылкой. Он выглядел так, будто его только что вытащили из учебника для ботанов, ещё не знакомых с обществом женщин. Я попытался не скривиться, глядя на его лицо.

Не проронив ни слова, я отпил и встал, собираясь покинуть клуб, чтобы вернуться к жене. Впервые я позволил себе так думать: "жена".

Странно осознавать, что теперь она моя.

Нет.

Мои мысли начинали уводить меня в неправильное направление. Меньше всего мне нужно размышлять о таком. Музыка глушила мысли о Лилиан. Но в глубине оставался болезненный укол. Утро будет адом. Её слёзы. Мои слова. Чёрт. Как же всё запутано.

— Эй, я вообще-то к тебе обращаюсь! — продолжал не униматься этот придурок, начинавший действовать мне на нервы.

Ещё чуть-чуть, и мой кулак найдёт применение. Он смело обогнул меня и встал прямо передо мной, среди всех этих зевак, которых заботила лишь предстоящая драма.

— С дороги! — мой голос был приглушён из-за гремящей музыки, но надеялся, что он меня всё-таки услышит.

— И чё ты такой напряжённый, женишек? А?! — гад подошёл вплотную, кладя руку на себя и зачесывая волосы назад, будто это добавило ему мужества. — Чё новая жена не дала? Если так, я мог бы помочь тебе и заменить, всё-таки изначально она должна была быть моей. Знаешь для…

Не успел он договорить, как мой кулак врезался ему в горло.

Обычно бьют в лицо, чаще всего в нос или глаз. Но по моему, горло — самое уязвимое место, идеальный способ быстро заткнуть придурка.

Он согнулся и начал выкрикивать ругательства в мой адрес. Точнее, в мою спину, так как я уже шёл по лестнице к выходу, попутно зажигая сигарету в руке.

И вдруг в последний момент до меня доходит голос сзади.

— Она не принадлежит тебе и ты это знаешь, урод!

Вечерний прохладный воздух встретил меня на улице, и тишина, непривычная и резкая, резко контрастировала с шумным и многолюдным клубом.

Я подошёл к своей Audi и сел в салон автомобиля, заводя двигатель и проверяя телефон на наличие сообщений.

Несколько от единственного друга детства.

«Поздравляю, чувак! Ты поймал целый хренов бриллиант. Надеюсь, сегодня ночью ты будешь крепко и сладко спать, ведь тебя утомит жена»

«Ну как?» — рядом смайлик с подмигивающим глазом.

Я громко вздохнул, не веря тому, что читаю, и быстро напечатал ответ этому балбесу.

«Никак».

Я тронулся с места и направился назад к дому. На светофоре я остановился и снова включил телефон.

«Только не говори, что ты, даже не начав, уже закончил? Перевозбудился, сладкий?»

Я закатил глаза, отправив ответ.

«Не называй меня так. И нет, я даже пальцем не тронул её».

Сообщение пришло мгновенно.

«Почему?»

«Потому что. Закрыли тему».

Я отключил экран телефона и поставил на беззвучный режим, бросив его на пассажирское сиденье.

Внезапно за окном разразился сильный дождь, словно небесные силы умывали мир от грехов.

К пентхаусу я добрался за двадцать минут, и, направившись в гараж, ощутил, как тишина внутри стен напоминала кладбище. Ни суеты, ни голоса жены, ни других звуков.

Я тихо прошёл в гостиную и направился к холодильнику.

Пошарив глазами, нашёл банку пива и медленно направился в свою комнату. Потянув за ручку, я вдруг замер, как вкопанный.

Внутри, в кромешной тьме, меня встретила женская фигура, тихо и уютно устроившаяся на полу у окна.

Я разглядывал её. Лилиан. Жена.

Она нежно сопела на боку, подставив одну руку под щеку и свернувшись калачиком, словно маленький комочек тепла.

Ночная рубашка облегала её тело, создавая контраст с широко синими штанами и вязаными зелено-белыми носками, на которых ярко были нарисованы снежинки.

Сделав несколько бесшумных шагов, я преодолел расстояние и медленно опустился на колени.

Не ожидал её увидеть в таком состоянии.

Я, полный противоречивых эмоций, просто смотрел на неё, укутанную в тишину и спокойствие, ещё не подозревая о буре, которая разразилась в моём сердце.

Чувствуя, как красные и опухшие глаза Лилиан говорят о том, что она плакала долго, я покачал головой и, бережно взяв её на руки, положил на кровать.

Мне не следовало позволять ей спать здесь, на моей территории. В моей комнате.

Мгновение я позволил себе её разглядывать, понимая, как это выглядит со стороны: я, мужчина, долго и пристально смотрящий на спящего человека.

Вскоре я развернулся и, опуская ручку двери, собирался так же тихо уйти, как и вошёл.

Но не удержался и снова подошёл к спящей жене, укрыв её одеялом. Так ей будет теплее. Я не хотел, чтобы она заболела или простыла. Не так уж и важно, что подумают другие. Я всего лишь заботился о репутации, и всё.

С этими мыслями я спустился вниз, сел в мягкое белое кресло и закрыл глаза.

Мой мобильник зазвучал в кармане джинсов, прерывая тишину, словно зловещий сигнал, оповещая о новом сообщении.

В темноте свет от экрана ослепил мои глазные яблоки.

«Ты сам сделал выбор, поэтому не ной! И ещё. Сладких снов, куколка.» Рядом смайл с поцелуем.

Я улыбнулся и, закрыв глаза, провалился в крепкий сон.