Гермиона каждый день беспокоилась о Драко, но видеть его было всего лишь другой гранью агонии. Он был изможден и находился на грани нервного срыва. Он почти не смотрел на нее, почти не разговаривал с ней. Он только обучал ее, отдавал свитки с информацией, забирал пергаменты с заданиями от Грюма, а затем исчезал.

Всякий раз, когда она пыталась заговорить с ним, он игнорировал ее.

Через несколько недель перед аппарацией он остановился и вместо того, чтобы просто исчезнуть, произнес:

— Скажи Грюму, чтобы тебя покормили. Ты выглядишь как труп.

Он аппарировал прежде, чем Гермиона успела ответить.

Вернувшись на Площадь Гриммо, она увидела Анджелину, игравшую в шахматы с Кэти. Выражение лица девушки было слишком серьезным.

— Гарри, Рон и Терри вернулись. Сейчас Орден проводит разбор полетов. О Джинни им еще никто не рассказывал.

Гермиона кивнула и отправилась в столовую.

— В замке так много охранных чар, что некоторые даже трудно обнаружить, — сказал Гарри тихим неохотным голосом, когда Гермиона открыла дверь. Он тяжело опустился на стул. Под его глазами залегли такие темные тени, что казались ей синяками. — Мы двигались через руины Хогсмида, пытаясь найти хоть один из старых потайных ходов. Мы пытались отыскать проход из Сладкого Королевства, но он обрушился. Поэтому нам пришла в голову мысль попытаться приблизиться к замку через Черное озеро. Но когда мы погрузились, инферналы начали всплывать и... Захарию схватили и потащили на дно…

— Гарри тут ни при чем. Озеро было моей идеей, — вмешался Рон, как только голос Гарри затих. — Когда он попытался броситься за Захарией, я остановил его.

На лице Рона была написана сильная растерянность, словно он до сих пор находился в шоке. Гарри даже не взглянул на друга.

— Это было правильное решение, Рон. С существами в воде почти невозможно бороться, — сказал Ремус, положив руку на плечо Рона.

— Это недостаточная причина, чтобы позволить Захарии утонуть, — сказал Гарри горьким голосом, его лицо исказилось от разочарования. Он держал в руках потрепанное перо и неуклонно срывал зазубрины с каждой стороны, пока крутил его в пальцах. — Мы могли бы что-то сделать, если бы Рон не задержал меня и не оставил Терри одного.

— Сохранить тебе жизнь — вот истинная задача Рона, Гарри, — сказал Кингсли. — Такова его цель: если ты продолжишь вести себя агрессивно, я переведу его к другому человеку и лично займусь твоей защитой. Нуждаешься в смене своего напарника, Гарри?

Гарри свирепо посмотрел на Кингсли, сминая перо в руке.

— Нет.

— Хорошо. Есть что-то еще, что вы хотели бы сообщить?

Гарри молчал.

— Мы отступили после того, как потеряли Захарию, — сказал Рон обманчиво равнодушным тоном, все его тело казалось безвольным. — Большая часть миссии была потрачена на разведку, а затем на поиск потенциальных тайных ходов.

Кингсли медленно кивнул.

— Попасть в Хогвартс жизненно необходимо, чтобы положить конец этой войне. У вас будет несколько дней, чтобы прийти в себя, а потом мы пошлем туда команду побольше.

— Я бы хотел записаться добровольцем на следующее задание, — сказал Ремус, наклоняясь вперед. — До наступления полнолуния еще далеко. Я знаком с Запретным лесом, и у меня есть несколько идей, которые стоит проверить.

— Я тоже, — кивнула Тонкс.

— Хорошо. Гарри, Рон, Ремус и Тонкс из Ордена. Мы с Грюмом посмотрим списки и соберём еще две команды.

Гарри кивнул и рассеянно посмотрел на дверь.

— Хорошо. Что-нибудь еще?

— Да... — медленно произнес Кингсли.

Гермиона внутренне съежилась. Гарри пристально посмотрел на Кингсли.

— Что случилось?

— Пока тебя не было, Джинни Уизли подхватила болезнь Спаттергруа...

— С ней все в порядке? Мне нужно увидеть ее, — Гарри вскочил на ноги, его глаза были широко раскрыты и полны паники.

— Ее поместили в карантинную зону, — сказал Кингсли, прежде чем Гарри успел сбежать в больничную палату. — Спаттергруа не смертелен, но очень заразен. Вспышка подобной болезни может иметь разрушительные последствия для Ордена. Ей не разрешено принимать посетителей, пока она не поправится.

Гарри сглотнул и вцепился в спинку стула.

— Ладно. Сколько времени это займет? Пару недель?

Все присутствующие обернулись и выжидающе посмотрели на Гермиону, стоявшую у двери. Выражение лица Гарри стало настороженным, когда он встретился с ней взглядом.

— Болезнь Спаттергруа долго лечится. Обычно исцеление занимает месяцы, но может длиться даже до года, прежде чем все инфекционные маркеры окончательно исчезнут. Невозможно сказать, как долго она пробудет в карантине, — тихо сказала Гермиона.

— Несколько месяцев? Год? — Гарри выглядел так, словно был на грани срыва. — Вы... вы не можете изолировать ее так долго. Это какое-то издевательство. Должен же быть какой-то способ навестить ее. Какие-то зелья. Или заклинания.

— Грейнджер как наш самый квалифицированный целитель единственная имеет право посещать ее, чтобы отслеживать состояние Джинни. Добби доставляет ей еду, поскольку домашние эльфы невосприимчивы к болезням и не могут являться переносчиками. Ты можешь отправлять с ними письма и сообщения. Они единственные, кому разрешено находиться в этой комнате. Если ты попытаешься вступить в контакт с Джинни, то потенциально поставишь под угрозу все военные усилия. Гарри, я скажу это только один раз: если ты попытаешься нарушить карантин, она будет перемещена в другое никому не известное место, пока не поправится. Если у тебя есть вопросы, задай их Грейнджер. Собрание окончено.

Все присутствующие вышли. Через несколько минут Гермиона осталась наедине с Гарри.

— С ней ведь все будет в порядке, правда? — сказал Гарри, как только комната опустела. — Она... ей не больно?

— Со временем она поправится, — ответила Гермиона, нервно теребя руки за спиной. — Ей совсем не больно. Она принимает восстанавливающие зелья и спит большую часть времени. Исцеление от Спаттергруа зависит от хорошего иммунитета, и я сделаю все возможное, чтобы она чувствовала себя комфортно.

— Ясно, — Гарри несколько раз кивнул. — Это... это хорошо. Ты не знаешь, как она заболела?

Гермиона покачала головой.

— Болезнь возникает от контакта со спорами грибов. Больше никто не заразился. Возможно, просто невезение.

Гарри кивнул и шагнул ближе, выражение его лица стало серьезным.

— Можно мне ее увидеть? Только один раз? Только на минутку. Я просто хочу убедиться, что она знает, что я люблю ее.

Уголок рта Гермионы дернулся, когда она покачала головой.

— Мне очень жаль, Гарри, но она в карантине. Не существует никакого «только на минутку». Никто не может туда войти.

Глаза Гарри стали еще больше.

— Я буду осторожен. Я буду следовать всем твоим инструкциям. Лишь один раз, — его голос был одновременно умоляющим и заговорщическим.

Она так хорошо знала этот тон.

Гермиона посмотрела на него и печально улыбнулась, почувствовав, как сжались кулаки у неё за спиной.

— Мне очень жаль, Гарри. Я не могу нарушить приказ. Даже ради тебя.

Примечание к части

Арт к флэшбэкам

Автор winchesterchola https://winchesterchola.tumblr.com/post/622849790281170944/you-are-without-a-doubt-the-most-exceptional-asset

51. Флэшбэк 26.

Март 2003 года.

Беременность Джинни протекала даже лучше, чем Гермиона смела надеяться. Джинни постоянно чувствовала слабость из-за влияния беременности на ее магию, но кроме постоянного желания спать и отвращения к еде особых проблем ее состояние не доставляло. Зная историю об опасной беременности Нарциссы Малфой, Гермиона превратилась в параноика, пытаясь принять во внимание все тяжелые последствия, которые может вызвать магическая беременность. Но Джинни, похоже, ее нынешнее физическое состояние мало тревожило.

— Наследие Прюэттов: женщины нашего рода легко беременеют и легко переносят беременность, — ответила Джинни, пожав плечами, когда Гермиона поинтересовалась об этом у нее.

— Мне бы не хотелось оставлять тебя без присмотра, если твое состояние окажется схожим с тем, что описывают книги о беременности ведьм, — сказала Гермиона, изучая проекцию в виде ярко-желтого шара, трепещущую над животом Джинни. — На магической голограмме все в норме и ребенок кажется здоровым. Но я не очень хорошо разбираюсь в заклинаниях подобного рода.

Гермиона перелистнула следующую страницу «Руководства по эффективному уходу при магической беременности и родам» и принялась подробно изучать заклинание для проверки предлежания плаценты.

— Ты что-нибудь слышала о Гарри и Роне? — спросила Джинни после нескольких манипуляций Гермионы с диагностическими чарами.

Гермиона кивнула и отменила все диагностические процедуры, проводимые над Джинни.

— Они снова вернулись в Хогвартс. До сих пор от них не поступало никаких сообщений.

— Гарри иногда посылает мне патронуса по ночам. Я думаю, он делает это, когда наступает его очередь дежурить. Его олень приходил в мою комнату прошлой ночью, — Джинни сжала губы и выглядела так, будто вот-вот расплачется.

Гермиона сжала ее руку.

— Мне так стыдно, что я лгу ему, — сказала Джинни, дергая себя за кончики волос. — И что я заставляю лгать тебя. Я сожалею. Мне следовало быть более осторожной.

— Все в порядке. Тебе не нужно беспокоиться еще и обо мне, — Гермиона устало пожала плечами, сжала книгу и сунула ту в сумку.

Джинни наклонилась вперед и схватила Гермиону за левое запястье.

— Ну, у меня здесь не так уж много дел. И я думаю, что тебе нужен кто-то, кому не безразлично твое состояние. Ты слишком худая. — Джинни провела большим пальцем по локтевой кости Гермионы, словно желая продемонстрировать свои слова. Гермиона рывком высвободила запястье и опустила рукава. — Ты выглядишь так, словно вообще не спишь. Скажи мне, что ты нашла себе кого-то.

Гермиона отвела взгляд.

— Ну, Джордж предпринимал попытки, — ответила она с ухмылкой. — Но я не думаю, что он действительно имел это в виду.

Джинни ткнула ее в бок.

— Я серьезно. Ты не сможешь пережить эту войну в одиночку. Никто не сможет. Мы останемся в живых, если будем держаться вместе. — Джинни внимательно оглядела Гермиону. — Я имею в виду, возможно, раньше ты была в порядке. Но теперь... ты... ты больше не выглядишь так, будто справляешься. Кажется, с самого Рождества я ни разу не видела тебя спящей. Неужели у тебя вообще никого нет?

Гермиона с отвращением сморщила нос.

— Я уже упоминала, что мне не нужен секс, чтобы снимать напряжение от войны. — Она усмехнулась и покачала головой. — Если я заведу себе приятеля по перепиху, это вряд ли улучшит мое эмоциональное состояние.

Джинни закатила глаза и покачала головой.

— Я не говорю, что тебе нужен приятель для перепиха. Тебе ведь даже не с кем поговорить... никто не обнимает тебя после тяжелого дня. Ты отталкиваешь от себя любого, кто пытается помочь, как это было с Гарри на Рождество. Не понимаю, почему ты никому не позволяешь разделить твою ношу. Я знаю этот взгляд; он у тебя такой же, как у Гарри, когда война разрывает его на части. Но Гарри знает, что у него есть Рон, я, ты, моя семья, Ремус, Тонкс, Орден и даже его глупые маггловские бои. У него есть все это, чтобы передохнуть на некоторое время и снова собраться с силами. Признай, что в моих словах есть смысл.

Гермиона смотрела на свои ногти и с минуту возилась с заусенцами.

— Каким должен быть мой груз, чтобы кто-то был готов разделить его со мной? — в ее голосе звучала горечь.

Она отвернулась и с минуту смотрела в окно, а потом снова взглянула на свои руки.

— Намного хуже, Джинни, думать, что рядом есть кто-то, на кого можно опереться, а потом обнаружить, что это не так, когда ты больше всего в этом нуждаешься. Я не стану... не стану так рисковать. Я не смогу с этим справиться.

Джинни разочарованно фыркнула и ткнула пальцем в одну из своих зачарованных пустул на запястье.

— Гарри и Рон злятся на тебя, потому что им не все равно. Предполагать, что люди собираются подвести тебя, и поэтому никогда не давать им шанса — глупая стратегия. А что, если они будут с тобой в сложный момент, но ты никогда не узнаешь об этом, потому что недостаточно доверяла им?

Гермиона покрутила палочку в руках.

— А что, если случится иначе? В момент, когда они действительно будут мне нужны?

Последовала пауза, и Джинни печально вздохнула.

Гермиона на мгновение закрыла глаза, прежде чем снова открыть их.

— Это уже вошло в привычку, Джинни. Я не знаю, как жить с людьми по-другому.

— А как же я? — возразила Джинни с легкой улыбкой.

Гермиона посмотрела на нее:

— Ты?

— Почему ты не можешь поговорить со мной? Мы дружим уже много лет, живем вместе почти четыре года. Но ты даже не подумала, что я могу быть той, с кем ты можешь поговорить. Даже до того, как я вступила в Орден, мы с Гарри уже могли говорить о разных вещах. Ты можешь поговорить со мной. Ты можешь мне доверять. Я не буду судить, а поддержу тебя. Если тебе кто-то нужен, ты можешь поговорить со мной о чем угодно.

Гермиона виновато посмотрела на Джинни.

— Джинни... я... дело не в том, что я тебе не доверяю. Я... просто... не знаю...

У Джинни вытянулось лицо.

— Неважно. Я не принуждаю тебя к разговору. Я просто хотела, чтобы ты знала, что тебе есть с кем поговорить. Если ты когда-нибудь этого захочешь. Даже если я буду не согласна с тобой, я не перестану быть твоим другом.

— Спасибо, Джинни, — сказала Гермиона, отводя взгляд. — Я действительно ценю это. Если бы я могла... я бы поговорила с тобой. Но я даже не знаю, с чего начать. И... — она взглянула на часы, — мне пора идти. Скоро начнется смена Падмы, а я все еще подстраховываю ее на дежурствах.

— Ладно, — вздохнула Джинни. — Тогда мне стоит отпустить тебя. С Падмой все в порядке?

— В той степени, в какой это могло бы быть возможно. Она приспосабливается к протезу; он беспокоит сустав, и она быстро устает... заклинание все еще не идеально синхронизируется с конечностью. Мы с Флитвиком продолжаем работать над балансом.