— Ничего. Просто у меня выдалось очень плохое Рождество, — ответила она напряженно.

Он издал слабый смешок и высвободил своё запястье из ее хватки. Отступив на шаг, Драко взглянул на ее лицо. Он сделал глубокий вдох.

— Ты не должна активировать защитные чары без крайней необходимости, — сказал он. — Ты не можешь появляться здесь просто потому, что у тебя выдался неудачный день или ты переживаешь из-за чего-то. Я не должен аппарировать сюда без веской причины, это может скомпрометировать меня. Если ты будешь продолжать приходить в хижину просто так, в следующий раз я буду вынужден хорошо подумать, стоит ли мне реагировать на твоё появление.

Гермиона почувствовала, как от лица отхлынула кровь.

Когда Кингсли и Грюм решат разоблачить Драко, мы дадим тебе час, чтобы предупредить его.

— Прости. Я больше никогда не появлюсь здесь без крайней необходимости, — пообещала она. Драко не выглядел убежденным ее словами. — Клянусь, — добавила Гермиона, смотря ему прямо в глаза. — Если я когда-нибудь активирую защитные чары, значит, это будет чрезвычайная ситуация.

Драко отрывисто кивнул.

— Ты дала мне слово, и я верю, что ты сдержишь его.

Она ответила ему слабым кивком головы. Драко беззвучно аппарировал из хижины.

Гермиона осталась стоять посреди пустой комнаты. Она не знала, что ей делать дальше.

48. Флэшбэк 23.

Декабрь 2002

В следующий раз, когда Гермиона появилась в хижине, на Драко были лишь брюки и рубашка. Она удивленно посмотрела на него.

Драко приподнял бровь и окинул себя взглядом.

— Мне вовсе не хотелось, чтобы ты запуталась в моей мантии, — сказал он, многозначительно растягивая слова.

Он пристально посмотрел на нее сузившимися глазами, прежде чем жестом подозвать к себе.

— Учитывая, что ты не участвуешь в полномасштабных сражениях, нам нужно сконцентрироваться на расширении твоих навыков ближнего боя, — отрывисто начал он. — У вампиров, лесных ведьм или гарпий нет волшебных палочек, но все они очень опытны, когда дело доходит до нападения на волшебников. Они используют близкие контратаки, которые трудно отразить магией. Большинство волшебников изучают защитные заклинания, готовясь к дальнему бою, но умная лесная ведьма подберется к тебе на расстояние вытянутой руки за считанные секунды. Они в курсе, что боевые заклинания трудно насылать с близкого расстояния. У оборотней могут быть волшебные палочки, но большинство из них предпочитают рукопашный бой. Ты же... маленькая и слабая. — Гермиона фыркнула, и Драко мягко посмотрел на нее. — В любом бою ты окажешься в невыгодном положении. Ты должна научиться защищать себя творчески.

— Я поняла, — резко кивнула Гермиона в ответ.

Глаза Драко сверкнули, и он навис над ней.

— А теперь представь, что я вампир. Моя цель — твоя шея. У тебя нет напарника, который тебя прикроет. Пока ты отбиваешься от гитраша, я уже приблизился к тебе, — он шагнул ближе, пока их тела не соприкоснулись. — Твои действия?

Гермиона взмахнула палочкой вверх, но Драко был слишком близко, чтобы она могла выполнить движение, подходящее для большинства защитных заклинаний. Прежде чем она успела отпрянуть и сделать выпад назад, его рука резко ударила ее по запястью. Волшебная палочка вылетела из ее пальцев и покатилась по полу. Она развернулась к нему спиной, чтобы наклониться за ней, но рука Драко сомкнулась на ее запястье, и он дернул ее назад.

— Теперь ты обезоружена. Твой ход, Грейнджер, — он начал наклоняться к ее горлу, как будто собирался укусить ее.

Она вскинула левую руку, чтобы оттолкнуть его, но его вторая рука сомкнулась вокруг ее левого запястья. Гермиона попыталась высвободить руки, но его хватка была железной.

— Один совет, — непринужденно сказал Драко, пока она пыталась освободиться. — Не оставляй свои запястья открытыми. Как только я схвачу тебя за запястье, у меня сразу появится значительное преимущество. Мне будет гораздо проще удерживать тебя, а твои тщетные попытки сбежать окончательно провалятся. То же самое касается и твоих ног. Будь осторожна, пиная ногой выше колена. Если тебя схватят за лодыжку, то через несколько секунд ты окажешься на земле. Удар коленом будет гораздо эффективнее. Удар по ногам противника тоже подойдёт, но для этого ты должна будешь максимально задействовать свой вес. Бей изо всех сил ступни, лодыжки или боковые части коленей противника. Твоя цель: вывести его из строя или хотя бы отвлечь внимание. Удар коленом в пах подействует одинаково эффективно на всех: волшебников, вампиров, оборотней... даже ведьмы ненавидят его.

Гермиона попыталась ударить Драко коленом, но он, схватив ее за запястья, вывернул руку и легко уклонился от ее ноги.

— Видишь ли, когда твои руки оказываются в ловушке, твои возможности ограничены, а мои... почти безграничны в зависимости от того, что я хочу сделать с тобой дальше.

Его лекция начинала раздражать. Гермиона наступила Драко на ногу и пнула в голень. Он тихо зашипел.

— Лучше. Но если бы я был вампиром, у тебя бы уже не осталось сил сопротивляться. Тебе явно не хватает способностей к грязным приемам.

Он резко отпустил ее, и Гермиона, вырвавшись, повернулась к нему лицом. Драко серьезно посмотрел на нее.

— Грейнджер, если на тебя нападут, ты окажешься в меньшинстве. Даже если тебя не будут превосходить численно, физически ты никогда не будешь так же сильна, как большинство темных существ. Они сделают все возможное, чтобы убить тебя. Борьба будет складываться не в твою пользу во всех возможных проявлениях. Делай все, что будет в твоих силах, чтобы сбежать.

Гермиона коротко кивнула.

— Дерись с умом, — холодно продолжил он. — Будь хитрее. Когда твой противник сильнее, очень важно использовать его слабые места против него. Ты никогда не станешь сильнее оборотня, но они всегда теряют контроль над собой из-за жажды крови и поэтому ведут себя в нападении очень предсказуемо. Если ты будешь держать это в уме, то, возможно, сможешь пережить вашу встречу. Кроме того, — он бросил на нее быстрый взгляд, — не стесняйся бить в ответ, несмотря на то, что сейчас мы просто тренируемся.

Драко вернул ей волшебную палочку и снова напал на нее. И снова, и снова. Он был неумолим и раздражающе разговорчив. Он обезоруживал ее даже без помощи магии, а затем ставил ей подножку или выкручивал руку за спину, заставляя ее беспомощно падать на пол. Затем безжалостно твердил свои замечания, растягивая слова и действуя ей на нервы.

Гермиону все больше злило его поведение, а его, казалось, это только сильнее забавляло.

— Теперь я лесная ведьма, — объявил он с ухмылкой, прежде чем накинуться на нее в двадцатый раз. Гермиона бросила в него серию парализаторов, пытаясь удержать приличное расстояние, но он легко уклонился от них, приближаясь к ней. Она постаралась присесть, чтобы увернуться от него, но Драко поймал ее за лодыжку. Девушка развернулась и попыталась бросить проклятие, но он выхватил палочку из ее руки и швырнул ту в угол, а затем уселся на ее бедрах. — Сейчас я уже, наверное, вспорол бы тебе живот и начал бы поедать твои внутренности, — заметил он, небрежно проводя рукой по ее животу. — Рукопашный бой у тебя получается ещё хуже, чем танцы. А уж танцовщица из тебя точно была никакая.

— Я никогда раньше так не дралась, — раздраженно ответила Гермиона, изо всех сил пытаясь освободиться. — Ты хоть представляешь, сколько существует видов рукопашного боя? Я изучила десятки книг, но до сих пор не имею ни малейшего представления о том, какой вид борьбы мне предстоит изучать. — Она яростно сверкнула глазами и добавила, все еще находясь под ним: — В таком положении я могу заколоть тебя одним из своих ножей.

Он задумчиво посмотрел на нее и кивнул.

— Мы должны использовать тренировочные ножи. Я принесу набор в следующий раз.

Гермиона в недоумении посмотрела на него.

— Почему ты сегодня в таком хорошем настроении?

Несколько месяцев она была вынуждена терпеть его холодную ярость, а теперь он вдруг стал веселым и разговорчивым безо всякой на то причины.

С минуту он просто смотрел на нее, а затем ухмыльнулся.

— Наверное, я решил наслаждаться жизнью. А может быть, мне просто неожиданно приятно сидеть на тебе сверху.

Гермиона в изумлении посмотрела на него, пытаясь оценить, не был ли он под кайфом.

Драко встал и протянул ей руку. Девушка удивленно моргнула и приняла ее. Затем внимательно посмотрела на него.

Он выглядел странно счастливым... даже в какой-то степени был ласковым с ней. Гермиона же не могла разделить его радости. Она чувствовала себя на грани нервного срыва, даже просто сталкиваясь с ним взглядом.

Месяц. У нее был только месяц. Месяц, чтобы найти способ взять его под контроль.

Контролировать Драко. Даже если она и могла это сделать, Гермиона понятия не имела, как сможет доказать это Ордену.

«В конце концов, что он получает от встреч с вами? Вы даже не спите с ним. Он учит вас дуэльной тактике, обучает вас окклюменции. Какую пользу он получает от вас взамен?»

«Не совсем уверен, как можно назвать то, кем вы для него являетесь».

Гермиона почувствовала, что у нее начинается приступ паники. Она в отчаянии посмотрела на Драко.

— Не бойся использовать свои локти, — сказал он. — Когда ты отражаешь атаки с близкого расстояния, удар кулаком не будет результативен. Локти, в свою очередь, жёстче и идеально подходят для ближнего боя. Гораздо лучше той же самой пощечины.

— Пощечина когда-то подействовала на тебя довольно хорошо, — парировала Гермиона.

Драко едва заметно фыркнул.

— Если собираешься напасть на тринадцатилетнего ребенка, то непременно используй ее.

Гермиона нахмурилась.

— Еще раз, — сказал он, когда она отдышалась.

Драко бросился на нее. Вместо того, чтобы попытаться убежать, она двинулась к нему и в последний момент отступила в сторону. Он тут же развернулся, но она уже ударила его жалящим заклинанием и зацепила его лодыжку заклинанием подножки. Драко находился слишком близко к ней, поэтому у нее не было возможности снова воспользоваться палочкой. Она попыталась увернуться, но он схватил ее за руку, отбросил палочку и потянул за собой на землю.

Гермиона брыкалась, царапалась и рычала, пытаясь вырваться, но он весил по меньшей мере на пятьдесят фунтов больше. Она попыталась вырваться, но уже через минуту была полностью придавлена им.

— Если бы я был оборотнем, то уже разорвал бы тебе глотку, — тихо сказал он. Его губы были почти у основания ее шеи, и Гермиона внезапно осознала, что он прижимается к ней всем своим телом. Его дыхание касалось чувствительной кожи на стыке ее шеи и плеча. Его ноги были между ее ногами, и когда она попыталась освободиться, то ещё сильнее вжалась бедрами в его.

Он резко отпрянул и встал, свирепо глядя на нее. Его рот слегка приоткрылся, а глаза потемнели.

— Если ты когда-нибудь будешь сражаться с оборотнем, я бы не рекомендовал пытаться вырваться подобным способом, — произнес Драко напряженным голосом, вытаскивая палочку и снимая проклятие, попавшее в его ногу.

— И что же мне тогда делать?

— Cломай ему нос ударом головой, а когда он отпустит твои запястья, выколи ему глаза, — сухо ответил он. — Атакуй его колени, пах, глаза, лодыжки. Как я уже упоминал, ты должна вывести из строя своего противника.

— Верно, — она поднялась с пола и задумчиво посмотрела на него.

— Еще раз, — сказал Драко. Он снова напал на нее.

К тому моменту, как Гермиона аппарировала из хижины, она вся оказалась покрыта синяками. Драко снова и снова сбивал ее с ног, одновременно читая ей лекцию о предпочтительных методах нападения всех потенциально опасных темных существ.

Вернувшись на Площадь Гриммо, она спряталась в ванной и принялась растирать все тело настойкой растопырника. Гермиона потратила весь вечер, читая литературу по самообороне и просматривая свои заметки о Драко.

Она не знала, что делать. Не знала, как его контролировать. Не представляла, как доказать, что может добиться контроля над ним.

Гермиона не знала, чего именно он хочет. Ее. Каким-то образом... по какой-то причине... он хотел ее. Но она не понимала, как именно была связана со всем остальным планом в его голове.

Она тщательно перебирала свои воспоминания: пересматривала, упорядочивала, пыталась найти что-то, что могло бы помочь.

По ночам Гермиона лежала в постели и гадала, насколько сильно она рисковала, пытаясь продлить ему жизнь. Возможно, она действительно была скомпрометирована. Ненадёжна. Быть может, Северус прав, и Драко было лучше умереть. Возможно, став настолько важной фигурой в армии Волдеморта, он просто пытался занять его место.

Но она никак не могла смириться с подобным вариантом. Отказывалась в него верить.

Девушка свернулась в клубок. Ей казалось, что она может умереть от охватившего ее отчаяния.

Каждую последующую неделю, пока Драко тренировал ее, она постоянно отвлекалась. Повторяла все движения механически, и Драко это заметил.

— Есть ли хоть какой-то смысл в трате моего времени на тебя, если ты даже не пытаешься ничему научиться? — спросил он с раздражением на лице.

Ее губы скривились. Гермиона почувствовала, как глаза защипало. Она отвела взгляд.

— Я просто больше не вижу в этом смысла.

Он смотрел на нее несколько секунд, слегка ошеломленный.

— Я думал, ты не хочешь умирать, — наконец ответил Драко.

— Если на меня нападет стая оборотней, маловероятно, что я это переживу. И если даже у меня получится выжить, меня будут буквально собирать по кусочкам, так что вряд ли такая жизнь будет вообще стоить борьбы, — тихо сказала она.

Он отодвинулся назад и пристально посмотрел на нее, будто что-то переосмысливая.

— Что случилось?

— Я устала, — ответила она, уставившись в пол. — Я устала от этой войны. Я устала пытаться спасти людей и смотреть, как они все равно умирают. Или же спасать их, а потом наблюдать, как они умирают позже. Я чувствую себя Сизифом, пойманным в свой личный ад. Я не знаю, как выбраться из него, и не знаю, как продолжать жить в нем дальше.