Он готовился попрощаться.

— Чары, окружающие поместье, будут деактивированы на какое-то время. Единственной преградой может стать появление у моего отца нового наследника, — сказал он мгновение спустя, смотря вдаль. — Полагаю, что этого все-таки не случится, так что поместье узнает наследницу рода… если она захочет предъявить свои права на него. Я подготовил документы, которые ты должна будешь взять с собой, если тебе вдруг понадобится доказать законность владения зданием. Но, думаю, у вас не возникнет причины для возвращения сюда. На тебя уже оформлены счета и переписано имущество за границей, так что при необходимости проще будет воспользоваться тем, что территориально ближе.

Плечи Гермионы начали дрожать.

Драко пристально посмотрел на нее. При дневном свете его глаза напоминали штормовое небо.

— Мы ушли слишком далеко. Ты устала. Давай вернемся.

Гермиона все еще не шевелилась. Она едва могла дышать от давления в горле, а ноги, казалось, могли в любой момент ее подвести. Существовала тысяча вещей, которые ей хотелось сказать Драко, но она не могла найти подходящих слов.

Он ступил ближе.

— Ты сможешь дойти сама?

Гермиона едва заметно покачала головой.

Драко подошел почти вплотную, двигаясь плавно и наблюдая за ее реакцией. Обвив ладонь вокруг ее талии, он поднял девушку на руки и зашагал обратно к поместью.

Гермиона сомкнула ладони вокруг его шеи и, уткнувшись лицом в плечо, расплакалась. Она проплакала всю дорогу до комнаты.

В ту ночь они лежали вместе на кровати; ее голова покоилась на груди Драко, пока девушка следила взглядом за бегущей стрелкой часов. Одна рука Драко запуталась в ее волосах, пока другая вырисовывала узоры на ее плече сквозь ткань мантии.

Гермиона села на кровати и посмотрела на него. Драко встретился с ней взглядом, на его лице была настороженность. Положив руку ему на грудь, Гермиона наклонилась и поцеловала его. Закрыв глаза, она старалась запомнить ощущение его губ, то, как они соприкасались носами, легкую щетину, которая чувствовалась под пальцами, когда она прижимала ладонь к его лицу.

Гермиона углубила поцелуй, теряясь в ощущениях. Его одежда пахла кедровым маслом, а кожа — мхом и папирусом. Рука Драко легла ей на шею, и по телу Гермионы прошла дрожь.

Прижавшись к нему вплотную, она запуталась пальцами в его волосах.

Поцелуи были неторопливыми, глубокими и такими знакомыми. Она знала эти ощущения. Жар внизу живота, волнение в груди и закипание крови в венах. Воспоминания об этих ощущениях были самыми сокровенными и важными для нее. И Гермиона спрятала их так тщательно, что никто не смог бы их отыскать. Так, что они потерялись где-то в недрах ее памяти.

Но теперь Гермиона хотела вернуть эти воспоминания обратно.

Ее рука, лежавшая на его груди, скользнула ниже. Драко схватил ее запястье, останавливая. Когда она попыталась вырвать руку, он прервал поцелуй.

— Что ты делаешь?

Гермиона села и, сделав глубокий вдох, посмотрела на него сверху вниз.

— Я хочу попробовать заняться с тобой сексом.

Она следила за взглядом Драко, пока произносила это.

Его глаза потемнели, но выражение лица стало жестче и сдержаннее.

— Нет. Этого не произойдет.

Гермиона опустила взгляд на свою руку, зажатую в его.

— Я не хочу, чтобы наша последняя близость была тогда… — ее губы дрогнули. — Когда все происходило… по принуждению.

Несколько мгновений Драко молчал.

— Нет.

Ее пальцы дрогнули, и она убрала руку с груди Драко, слегка кивнув.

— Хорошо.

Гермиона легла, положив голову ему на плечо, даже сквозь одежду чувствуя жар, исходящий от его тела.

На несколько секунд повисло молчание.

— Почему? — наконец спросил он.

— Я уже сказала.

— У тебя всегда в запасе больше одной причины.

Какое-то время Гермиона молчала, теснее прижавшись к Драко.

— Я не помню, как это ощущалось раньше, — наконец ответила она. — Я знаю, что мы были вместе, но эти воспоминания такие нечеткие, словно расплывчатые очертания чего-то далекого. Когда я пытаюсь вспомнить... все, что мне… удается возродить в памяти, в голове всплывает только то, как ты приходил ко мне каждый месяц, когда я уже находилась в поместье. Поэтому я подумала… — ее голос затих.

Существовало слишком много шансов, что все пойдет не так. Что все будет не так, как в прошлом, потому что воспоминания о последних месяцах наложили на их отношения слишком сильный отпечаток. Она могла запаниковать, когда они достигнут определенного момента, или понять, что не сможет попросить Драко остановиться. У нее может снова случиться приступ.

И тогда это разрушит все светлое и хрупкое, что было между ними. То чувство защищенности, которое она испытывала, находясь рядом с Драко.

Это может отравить все их прошлое.

Прижавшись плотнее к Драко, она сказала:

— Это не имеет значения.

Он ничего не ответил.

Гермиона уснула, слушая его сердцебиение.

Однако после этого разговора поцелуи Драко стали другими. Его руки задерживались на ее теле дольше.

Его поцелуи вызывали в ней не только привычное волнение, но и нечто большее.

Желание.

Она чувствовала, как оно разливалось по венам.

Когда Драко вернулся с задания после двухдневного отсутствия, каждое его прикосновение ощущалось пламенем на коже. Запутавшись руками в ее волосах, он скользнул левой рукой вниз по шее, а затем ниже, вдоль всего ее тела. Гермиона услышала, как он сделал рваный вдох сквозь зубы, и его дыхание защекотало ее кожу.

Она издала дрожащий стон.

— Скажи мне остановиться, — прошептал Драко. Его губы оставляли горячие поцелуи у нее на шее. — Скажи мне остановиться.

Схватившись за его мантию, Гермиона прижала его ближе к себе.

— Не останавливайся, — сказала она. — Я не хочу, чтобы ты останавливался.

Его зубы прикусывали кожу у нее на шее. Она прижала его руку к тому месту, где начинались пуговицы ее платья, и они принялись вместе расстегивать их. Пальцы Драко коснулись ее оголенной кожи, и он стал осыпать поцелуями ее плечи.

Это было приятно.

Это было знакомо.

Драко прикасался к ней так раньше. Гермиона помнила это.

Его поцелуи переместились ниже, к груди, и Гермиона откинула голову назад, задыхаясь. Она чувствовала жар его ладоней на своих плечах и спине.

Пальцы Гермионы повторили очертания его подбородка. Скользнув ладонями к его плечам, она продолжила движение вниз, словно хотела прикоснуться к каждому сантиметру его тела. Спрятанное в недрах ее памяти воспоминание о том, как ощущалась его кожа под пальцами… Сейчас она чувствовала, как в ней поднимаются знакомые эмоции, которые заставляли ее сердце биться сильнее, словно оно пробуждалось от долгого сна.

Притянув Драко за шею, Гермиона накрыла его губы своими. В этот раз поцелуй был глубже и дольше.

— Я люблю тебя, — прошептала она ему в губы. — Я люблю тебя. Я хотела бы сказать тебе об этом тысячу раз.

Гермиона принялась расстегивать его рубашку. Стащив ту вниз по плечам, она провела руками по его обнаженной коже.

— Скажи мне остановиться, и я остановлюсь, — сказал он.

— Не останавливайся.

Ее сердце бешено колотилось в груди. Закрыв глаза, Гермиона сосредоточилась на ощущениях. Вес и жар его тела, прикосновения кожи к коже. Ловя воздух ртом, она прислонилась лбом к его плечу. Ее пальцы очерчивали шрамы на его спине.

— Закрой глаза.

Она почувствовала, как с нее соскользнуло платье, и жар наполнил ее тело.

Его рука скользнула по ее груди. В этот раз все ощущалось иначе. Ее грудь стала гораздо чувствительнее, и каждое движение Драко словно посылало разряды тока по ее телу. Гермиона не могла вспомнить, чтобы раньше его прикосновения ощущались так же. Она прижалась еще ближе, едва слышно вздохнув. Он провел пальцем по ее соску, заставив все ее тело вздрогнуть.

Гермиона почувствовала его губы на своей груди.

Затем он прикусил ее кожу зубами.

Она резко замерла. Казалось, что ее окунули в ледяную воду. Весь жар в ее теле мгновенно пропал.

Она не могла...

Впивающиеся в нее острые, холодные камешки.

Ей просто хотелось, чтобы все прекратилось.

Она пыталась сделать вдох, но легкие словно отказывались слушаться.

Просто дыши, и все закончится.

Ее горло сжалось. Пальцы дрогнули на плечах Драко.

Она не могла дышать. Воспоминания затопили ее сознание.

Просто закрой глаза.

Лучше, чем Люциус. Лучше, чем Люциус.

Она хотела, чтобы это прекратилось.

Моргнув, Гермиона попыталась избавиться от наваждения, но воспоминания не исчезали.

— Остановись.

Драко мгновенно замер и попытался отодвинуться. Тихо всхлипнув, Гермиона обвила руки вокруг его плеч и спрятала лицо у него на шее, пытаясь восстановить дыхание. Сердце болезненно быстро стучало в груди.

Прекрати дрожать. Прекрати дрожать.

Драко сидел неподвижно, не прикасаясь к ней. Казалось, он не дышал.

Сделав несколько медленных вдохов, она подняла голову и взглянула на него.

— Я… лишь… — В ее груди кольнуло. — В какой-то момент все стало… слишком для меня. Думаю… Думаю, теперь мне будет легче, когда я знаю, что могу попросить остановиться. Мне было хорошо. — Ее руки крепче сжали его плечи. — Все было хорошо… пока не стало плохо…

Гермиона с трудом сглотнула.

Драко кивнул. Его зрачки были сужены, отчего серая радужка казалась огромной, делая его глаза похожими на лед. Его лицо выглядело напряженным и изможденным.

Драко выглядел так, словно она могла убить его одним своим прикосновением.

Если она все испортит, то, возможно, уничтожит последнее хорошее, что у них было.

Гермиона провела рукой по изгибу его подбородка и прижалась к нему лбом, чувствуя пульс.

Она не будет плакать, убеждала она себя. Никаких слез.

Им просто нужно больше времени.

Гермиона отправилась в библиотеку. Девушка долго избегала ее, но возможности эльфов по поиску книг были ограничены, если она хотя бы примерно не представляла себе разнообразия литературы, которая потенциально могла там находиться.

Топси ерзала рядом с ней, пока Гермиона стояла в дверях, колеблясь и стараясь не поднимать глаз.

— Я хочу начать с секции темных искусств, — сказала девушка.

— С каких именно разделов?

— Всех. Я хочу увидеть все названия книг.

Двигаясь по библиотеке, Гермиона не отрывала глаз от пола или полок. Сосредоточься на книгах. Сосредоточься на буквах.

Она должна спасти Драко. Не важно, что она не чувствует здесь потолка. Ей просто нужно дышать.

Иногда повторение мысли самой себе срабатывало.

Но не всегда.

Гермиона проснулась в своей комнате, оглядываясь в панике, каждый мускул ее тела горел. Драко сидел рядом с ней, держа ее за руку.

Она в недоумении посмотрела на него, пытаясь вспомнить, как сюда попала.

— У тебя был приступ в библиотеке, — сказал он без всякого выражения. — У тебя началась паническая атака, Топси не смогла тебя успокоить, затем произошёл приступ. Тяжёлый, с вмешательством противосудорожного зелья. Я был в Австрии.

Гермиона ничего не ответила. В горле у нее ощущалась такая боль, словно она кричала как резаная.

Драко некоторое время смотрел в окно, а потом вздохнул. Он начал массировать центр ее ладони, не глядя на нее, постукивая палочкой по зажимам, пока мышцы не расслабились и пальцы не разжались. — Ты не можешь получить все, Грейнджер. Наступит момент, когда ты должна будешь осознать, что не все желания сбываются, и тебе придется позволить себе довольствоваться тем, что есть.

Его руки перестали двигаться, и он просто смотрел в окно в течение минуты. Драко медленно сглотнул и повернулся, чтобы взглянуть на нее сверху вниз. — Целитель разума сказал, что, если у тебя случится еще один подобный приступ, произойдут необратимые повреждения мозга и, вероятно, выкидыш.

Гермиона сжала губы, убрав от него руку, и свернулась в клубок вокруг живота.

— Я не могу оставить тебя здесь, — сказала она хриплым голосом.

Девушка почувствовала, как кровать сдвинулась, и Драко убрал ее волосы с лица, заправив локон за ухо, и наклонился над ней.

Он тихо вздохнул, когда его рука соскользнула с ее волос и легла на плечо.

— Тебе придется заботиться о других. Ты обещала Поттеру позаботиться о Джинни и Джеймсе. У тебя есть ребенок, который нуждается в тебе, и ты это знаешь.

Она прижала руку к животу и тихо всхлипнула.

— Я не хочу выбирать. — Ее голос хрипел, и говорить было больно. — Мне всегда приходилось это делать, и я никогда не выбирала тебя. Я так устала от того, что не могу выбрать тебя.

Он сжал ее плечо, прежде чем его рука скользнула вниз к ее руке.

— Ты не выбираешь. Ты обещала... «все, что я захочу», ты обещала. Не ломай себя, пытаясь спасти меня. Я хочу этого больше всего на свете. Убирайся подальше от этого поганого мира. Позволь мне вытащить тебя, Грейнджер. Дай мне знать, что ты в безопасности, вдали от всего этого. Скажи нашей дочери, что я спас вас обеих. Это... все, чего я хочу.

Она неуклюже выпрямилась; руки ее не слушались, но Гермиона заставила себя подняться и схватила его за руку.

— Драко, я так близка к решению. Дай мне еще немного времени, и я найду способ убрать твою Метку. Я уверена, что существует способ. Пожалуйста, не заставляй меня прекращать попытки.

Драко откинулся на спинку стула и взглянул на нее. Его глаза сверкнули.

— Я не знаю никого, кто бы так плохо исполнял свои обещания, как ты. Ты... вполне вероятно... самый худший хранитель обещаний, которого я встречал.

Ее горло сжалось, но она вздернула подбородок и встретила его пристальный взгляд.

— Я храню только те, что имеют значение.

Драко поднял бровь.

— Нет. Ты просто даёшь противоречивые обещания, а затем выбираешь, каких из них стоит придерживаться, в зависимости от того, чего ты хочешь. Я размышлял об этом некоторое время... — Его голос звучал легко. Затем вся легкость исчезла, и он отвел взгляд. — Вот почему ты никогда не выполняешь обещаний, которые дороги мне.