— Нет!

Он посмотрел на нее, и в тусклом свете комнаты его глаза сверкнули серебром.

— Ты всегда говорила, что не можешь выбрать меня вместо Ордена и всех остальных. Я — часть тонущего корабля. Ты же не ожидаешь, что я потащу тебя ко дну вместе с собой.

— Я лгала! — Руки Гермионы тряслись, а все тело словно свело судорогой. Пытаясь вздохнуть и сдержать рвущиеся наружу рыдания, она начала раскачиваться взад-вперед. — Я не смогла бы… Драко…

Гермиона опустила голову и прижала руки к груди, задыхаясь. Ее легкие горели, а девушка продолжала делать рваные вдохи, снова и снова.

Жестокое выражение исчезло с лица Драко. Приблизившись к ней, он опустился на колени рядом с ее креслом. Осторожно, словно обращаясь с пугливым животным, Драко взял Гермиону за плечи.

— Дыши, Грейнджер. Дыши. Ты должна дышать. — Он смотрел на нее умоляюще.

Гермиона тихо всхлипнула и, склонив голову, прислонилась лбом ко лбу Драко.

— Дыши, пожалуйста, дыши, — продолжал говорить он. Она чувствовала жар его ладоней даже сквозь одежду. Закрыв глаза, Гермиона заставляла себя делать медленные вдохи и выдохи, пока ее грудь не отпустил спазм.

— Драко… Должен быть другой способ. — Она протянула к нему дрожащие руки и прикоснулась к лицу. — Ты должен жить. Ты принадлежишь мне. Мы обещали друг другу, что сбежим вместе. Помнишь? Туда, где никто нас не найдет.

Его лицо застыло. Опустив взгляд, Драко несколько раз быстро сморгнул, а потом рассмеялся, тихо и горько. Убрав руки с плеч девушки, он приподнял ее подбородок, заставляя Гермиону посмотреть ему в глаза.

— Я бы сделал все, о чем бы ты ни попросила, если бы мог.

То, с какой тоской он произнес эти слова, резало ее наживую.

— Тогда… пожалуйста… — Она провела пальцами по его щекам и обхватила его лицо ладонями. Они находились так близко друг к другу, что Гермиона чувствовала его дыхание. — Драко… должен быть другой путь. Мы сможем придумать что-нибудь. Я могу… теперь, когда ко мне вернулись воспоминания… я смогу помочь тебе.

Ее тихий голос дрогнул.

— Я знаю… что я больше не такая, какой была раньше, но ты обещал мне… Ты нужен мне, Драко. Мне нужно, чтобы ты жил. Даже пока я была заперта в Хогвартсе… Когда я думала, что ты умер… Я продолжала держаться, потому что никогда не смогла бы оставить тебя одного. Я никогда не оставлю тебя. Ты должен придумать другой выход.

Коротко выдохнув, Драко притянул ее ближе к себе и прижался губами к ее лбу.

— Грейнджер, Грейнджер, этот план — единственный возможный с тех пор, как Темный Лорд отправил тебя ко мне.

Гермиона вздрогнула. Драко продолжал говорить, а ее все сильнее затапливал ужас.

— Если бы я нашел тебя до того, как Темный Лорд вспомнил о тебе, возможно, я смог бы придумать какой-то выход. Но как только он решил, что отправит тебя ко мне или к Северусу, возможности вывезти тебя отсюда, не раскрывая наших личностей, не осталось. Северус не смог бы переправить тебя в Румынию, не нарушив данного им Обета. Это должен был сделать я.

— Нет…

Он погладил ее щеки большими пальцами:

— Я не могу убить Темного Лорда. Мы с Северусом пытались, и не раз. Я не смогу сбежать вместе с тобой, даже если у меня получится избавиться от Метки. Но я могу увезти отсюда тебя. Тогда ты будешь в безопасности.

Гермиона сжала его руки в своих:

— Я не хочу быть в безопасности. Я хочу, чтобы ты жил. Придумай новый план.

Он вздохнул и встретился с ней взглядом.

— «Все, что я захочу, за спасение Джинни». Ты обещала, Грейнджер. Я хочу, чтобы ты жила дальше. Оставила войну позади и просто продолжала жить. Это все, чего я всегда хотел для тебя. Есть обещания, которые ты должна выполнить. Тебе нужно позаботиться о Джинни. Ты поклялась Поттеру, что позаботишься о ней и ребенке.

— В первую очередь я обещала заботиться о тебе. Всегда. Я обещала всегда заботиться о тебе, — возразила Гермиона отчаянно. Ее голос дрожал, и она не могла перестать плакать. — Ты даже не собирался рассказывать мне, да? Ты упомянул февраль. Ты собирался увезти меня отсюда, несмотря на то, что я так и не вспомнила тебя. Я ничего бы не узнала, пока не стало слишком поздно… И на прошлой неделе ты сказал, что мы увидимся снова.

Уголок его губ дрогнул:

— Мне нужно было, чтобы ты не волновалась. Даже сейчас, когда у тебя нет возможности колдовать, я не доверяю тебе, — его голос напрягся. — В последний раз, когда я был честен с тобой, ты исчезла, так и не вернувшись.

Она вздрогнула, чувствуя, что едва может дышать от давления в ребрах.

— Я пыталась вернуться к тебе, — выдавила Гермиона с трудом. — Я правда пыталась… Пыталась…

Драко крепче прижал ее к себе.

— Дыши. Дыши. Тебе не надо рассказывать мне об этом, я все знаю. Я читал отчет. Ты взорвала половину Сассекса и убила почти всех, кто находился в пределах защитного барьера. Ты уничтожила практически всю популяцию дементоров в Великобритании и расправилась с пятнадцатью оборотнями, двенадцатью вампирами и полдюжиной лесных ведьм. После того, как ты потеряла палочку, тебе удалось убить еще одного оборотня, лесную ведьму и дважды ранить ножом Монтегю, прежде чем тот смог оглушить тебя. Я знаю, что ты пыталась вернуться ко мне.

— Поэтому… ты тоже должен попытаться.

— Грейнджер, я пытался. Это все, что я могу сделать. — Он вздохнул. — У нас есть время, чтобы попрощаться… Я не хочу тратить его на ссоры с тобой.

Гермиона покачала головой:

— Позволь мне попробовать найти другой способ. Я могу… я могу изучить литературу. Может, у меня получится найти способ избавиться от твоей Метки. Пожалуйста… позволь мне попробовать.

Несколько секунд Драко просто молча смотрел на нее. Затем кивнул, словно сдаваясь.

— Я предоставлю тебе все необходимое для твоего исследования при двух условиях. Во-первых, если твои панические атаки усилятся, ты сразу же прекратишь все попытки. И во-вторых, когда Северус вернется в страну, как бы ты ни была близка к разгадке, ты бросишь все и уедешь, не вынуждая меня заставлять тебя. Ты не будешь пытаться обмануть меня или манипулировать мной. Мы попрощаемся, и ты уедешь. — Его взгляд был пристальным и напряженным. — Договорились?

Гермиона поджала губы и сглотнула.

— Я обещаю, — наконец сказала она.

Она мягко обвела кончиками пальцев лицо Драко и заметила, как его глаза из серебряных стали темно-серыми, прежде чем он опустил взгляд и прижался щекой к ее ладони.

— Не обманывай меня больше, Драко, — ее голос был умоляющим. Гермиона притянула его ближе к себе, снова прислонившись своим лбом к его, и дышала, наслаждаясь их близостью. — Пожалуйста, больше не лги мне.

Тишину снова нарушил его горький смех:

— Не буду.

66.

Драко разомкнул объятия и, поднявшись на ноги, отошел назад, пока не оказался почти в пяти футах от нее. Полностью вне досягаемости ее руки.

Он вдруг стал выглядеть неуверенно, словно больше не знал, как с ней общаться. Его кулаки сжимались и разжимались по бокам, пока он колебался, не зная, что делать дальше.

Горе и боль вновь хлынули между ними, подобно приливной волне. Ей было больно смотреть на него, желать его, хотеть дышать им, словно он был кислородом, но не знать, как они смогут исправить все то, что существовало между ними сейчас.

— Тебе нужно поспать, — сказал Драко через мгновение, глядя вниз и поправляя мантию. — Завтра я принесу тебе все книги, какие только пожелаешь.

Гермиона наблюдала за ним, колеблясь и с трудом переводя дыхание.

— Может, останешься? — она выдавила из себя вопрос, прежде чем успела его обдумать.

Драко посмотрел на нее пустым взглядом, и ее сердце болезненно забилось в груди.

На несколько секунд его глаза затуманились, а затем прояснились.

— Ты ведь на самом деле не хочешь этого, — сказал он спустя мгновение, еще раз окинув внимательным взглядом ее лицо. — Не пытайся заставить себя делать что-то, потому что чувствуешь себя обязанной.

Он развернулся и направился к двери.

— Нет, — резко сказала она, вставая. — Не уходи.

Драко замер.

Гермиона сглотнула, горло сжалось.

— Я хочу, чтобы ты остался. Правда. Просто... иногда... иногда я... — она запиналась, пытаясь объяснить. — В моей голове неразбериха... я не всегда могу вспомнить... — Девушка снова нервно сглотнула. — Останься. Я хочу, чтобы ты... Я не хочу быть одна.

Она осторожно шагнула к нему.

— Ты останешься?

Ее пальцы дрожали, когда она коснулась тыльной стороны его ладони. Гермиона была почти готова к тому, что он может отпрянуть или оттолкнуть ее. Она придвинулась ближе, изучая его лицо, на котором снова застыла маска сдержанности.

Девушка опустила глаза и вложила пальцы в его ладонь. Она едва дышала, и ее рука начала заметно дрожать.

Все будет хорошо. Просто дыши, и все будет хорошо.

Послушная.

Тихая.

Не сопротивляющаяся.

Она закрыла глаза и сделала короткий, быстрый вдох. Гул заполнил ее уши.

— Гермиона. — Голос Драко заставил ее глаза распахнуться и взглянуть на него. Он смотрел на нее сверху вниз с непонятным выражением лица. — Не делай этого.

Он осторожно взял ее за запястье и высвободил свою руку, на мгновение сжав пальцы.

— Я приду к тебе завтра.

— Нет. — Она снова схватила его за руку. — Нет. Не уходи. Я не хочу, чтобы ты уходил. Я просто... я... — Ее подбородок дрожал так сильно, что ей с трудом удавалось говорить. — Я не... — она сглотнула и посмотрела на него. — Я лишь хочу держать тебя за руку. Я не... я не смогу сопротивляться, если ты откажешь...

Глаза Драко вспыхнули, и его ладонь в ее руке дернулась.

Девушка взглянула вниз и сжала руку сильнее.

— Просто останься, — сказала она, резко вдохнув. — Я хочу знать, что ты не... где-то в другом месте.

Сердце Гермионы бешено колотилось, кровь стучала в ушах, но она расправила плечи и заставила себя подойти к кровати.

Ей пришло в голову, что, возможно, следовало согласиться на другую комнату. Тогда это была бы уже не та самая кровать.

Она собралась с духом, отгоняя эту мысль. В другой комнате все равно оказалась бы точно такая же кровать. И Гермиона все еще лежала бы на ней и надеялась, что он не причинит ей вреда.

Она могла доверять ему. Она знала, что доверяла ему. Всегда.

Девушка легла на дальний край кровати и, свернувшись калачиком, взглянула на Драко. Он медленно сел с другой стороны и выглядел так неуверенно, что, казалось, вот-вот аппарирует прямо из комнаты. Она потянулась к нему.

Его ладонь дернулась, прежде чем он протянул руку и переплел их пальцы вместе.

Драко прислонился к спинке кровати и, похоже, вовсе не собирался спать. Она изучала его, обводя взглядом его лицо раз за разом, пытаясь снова запомнить.

Чем больше Гермиона его вспоминала, тем отчетливее видела, как он изменился. Он выглядел измученным, явно подавленным до такой степени, что это отразилось на его чертах.

Его пальцы дернулись в ее руке.

Этот тремор уже не казался ей типичным повреждением от Круциатуса. Он выглядел как долгосрочное психосоматическое мышечное изменение из-за постоянных воздействий. Его пытками так часто злоупотребляли, что последствия стали необратимыми.

Волдеморт неоднократно наказывал его за неудачу в поимке последнего члена Ордена — человека, ответственного за уничтожение медальона, который носила Амбридж.

У Гермионы перехватило горло, и она крепче сжала его руку.

— Ты... — ее голос дрогнул. — Ты уничтожил крестраж, потому что надеялся, что это заставит Волдеморта отозвать Северуса в феврале. Не так ли?

Он посмотрел на нее, а затем отвел взгляд, слегка опустив подбородок в знак согласия.

В груди возникло ощущение пустоты, когда девушка вспомнила все случаи, когда замечала, что его пытали. Все это время она говорила себе, что он это заслужил.

Ежедневно, более месяца.

— Мне так жаль, Драко, — сказала она.

Он напрягся, словно эти слова ударили его, и едва не отдернул руку.

— Не извиняйся передо мной. Тебе не за что извиняться, — он произнес эти слова так резко, словно едва сдерживался от рычания.

Гермиона молча смотрела на него, пока он не отвернулся.

— Ты злишься на меня? — наконец спросила она.

Драко уставился в другой конец комнаты, его лицо было непроницаемым.

— Это не означает, что у тебя есть причины извиняться передо мной.

Гермиона внимательно посмотрела на него.

— И почему же?

— Потому что... — Он моргнул. — Сначала я должен извиниться. Я... — он посмотрел на балдахин над кроватью. — Я...

— Драко...

— Господи, Грейнджер, — его голос дрожал, и он провел рукой по волосам. — Ты даже не представляешь, как я надеялся, что ты никогда ничего не вспомнишь, когда приедешь сюда. Я бы пошёл на все, только бы вернуться в прошлое и все исправить. Если бы я не признался тебе, что меня раскрыли, если бы я солгал и не попытался попрощаться — ничего этого с тобой не случилось бы.

У Гермионы перехватило горло.

— Если бы ты отослал меня, а позже я узнала, что ты умер, потому что я попросила тебя спасти Джинни, это бы меня разрушило. Я бы никогда этого не пережила. Никогда. Я бы поступила так же снова, — сказала девушка. — Повторила бы каждую секунду. Я бы сделала все это снова, чтобы спасти тебя.

Наступила оглушительная тишина.

Драко пристально посмотрел на нее, на его лице отразилась смесь шока и ярости.

— Ты не спасла меня, — сказал он, когда наконец обрел способность говорить. — Ты лишь отправила нас в ад, который длится уже два года.

Ее словно ударили кулаком.

Гермиона почувствовала, что бледнеет, когда кровь отхлынула от головы. Все ее тело задрожало.

Драко крепче сжал ее руку, и на его лице мгновенно отразилось сожаление.

— Я не...

Она опустила голову. Дыхание давалось ей с трудом:

— Я пыталась вернуться, — ее голос задрожал. — Я действительно хотела к тебе вернуться.