Девушка кричала до тех пор, пока не начала задыхаться, а потом стиснула зубы, чувствуя надвигающийся приступ гипервентиляции. Она снова посмотрела через кровать.

Драко исчез.

Она прислонилась к кровати, прижав руку к груди. Возможно, его там вообще не было. Может, он ей просто привиделся.

Возможно, вся ее жизнь была галлюцинацией.

Быть может, он умер, а она все еще сидит в своей камере и видит его во сне.

Она просто представляла, что каким-то образом нашла его в темноте.

Нет, это было реально. Гермиона была уверена, что все это реально. Ведь то, что происходило, было намного хуже самого жуткого кошмара.

Давай внесем ясность, Грязнокровка. Я не хочу тебя. Я никогда не хотел тебя.

Она не могла понять. Некоторые фрагменты памяти имели смысл, но остальные...

Чья-то рука схватила ее за плечо, и она резко вздрогнула. Драко обошел кровать и опустился на колени рядом с ней.

Он вглядывался в ее лицо, затем его черты напряглись, а глаза сверкнули.

— Ты вспоминаешь, не так ли?

Она слегка кивнула, и ее рука потянулась вверх и сжала его запястье. Он действительно был здесь. Она чувствовала его кости под кончиками пальцев.

— Грейндж...

Гермиона уткнулась лицом в одеяло и всхлипнула от облегчения. Ее голова продолжала пульсировать. Она стиснула зубы вместе, стараясь снова не закричать.

— О боже... — она выдавила из себя эти слова. Все ее тело дрожало.

Гермиону осенила мысль, и она замерла, крепче сжимая руку Драко.

— Крестраж... тот, что носила Амбридж... это... это был ты?

Наступило молчание.

— Да.

Ее губы задрожали, и она крепко зажмурилась.

— Это... это был последний?

— Да.

Гермиона кивнула, и ее пустая рука судорожно сжалась; она вцепилась в ткань своего одеяния и попыталась все осмыслить.

Если Драко был здесь, значит, он не умер.

Но... если он не умер, значит, он никогда не приходил за ней.

Она ждала. Ждала. И ждала.

Но он так и не пришел.

Я не хочу тебя. Я никогда не хотел тебя.

Джинни.

Ее хватка на его запястье ослабла, и рука упала на пол, когда опустошение заглушило облегчение.

— Почему ты убил Джинни... — Ее голос сорвался.

— Джинни жива.

Она повернулась и посмотрела на него.

— Ханна видела ее тело. Все в Хогвартсе ее видели. Волд.. Волдеморт сказал, что ты убил ее. Ты... ты сказал мне, что убил ее.

— Джинни жива. — Он встретился с ней взглядом. — Она была беременна, помнишь? Ее сын родился 20 октября 2003 года. Мне сказали, что он был ужасно беспокойным младенцем. Она назвала его Джеймсом Сириусом Поттером. Ты его крестная.

Гермиона тихо всхлипнула, и Драко продолжил:

— Ему уже полтора года, и ты скоро с ним познакомишься. Они ждут тебя. Ты обещала Поттеру, что позаботишься о них. Ты должна держаться и поправляться, чтобы отправиться к ним.

Ее сердце забилось сильнее — проблеск надежды в темноте и холоде.

Ты отлично знаешь, насколько она важна. Я прилагал немалые усилия, чтобы она оставалась в безопасности.

Она опустила голову, ее губы скривились. Задрожав, Гермиона отвела взгляд.

— Я тебе не верю.

Он ничего не ответил.

— Я не понимаю... — она снова зажмурилась, пытаясь сосредоточиться сквозь боль. — Я не понимаю, что произошло. Я не могу вспомнить точно. — Она открыла глаза и посмотрела на него в темноте. — Но... я помню тебя.

Это был Драко. Он был так близко. Он смотрел на нее таким знакомым взглядом.

Ей хотелось схватить его и спрятаться в его объятиях, прижаться к его груди, почувствовать биение его сердца.

Ее руки судорожно сжались.

Она не могла.

Он убил всех. Он убил или казнил их всех. Гермиона почувствовала, как внутри нее все рушится под возобновившимся ужасом и опустошением.

Выражение его лица дрогнуло, губы дернулись, прежде чем он заговорил.

— Что... ты помнишь обо мне?

— Ты... — она изучала его лицо. Он был знаком и в то же время незнаком, словно вырезан из образа человека, которого она знала.

Ее пальцы дрожали, когда девушка боролась с желанием протянуть руку и хотя бы прикоснуться к нему. Просто знать, почувствует ли она прикосновение к нему как знакомое.

Он был жив. Она была так уверена, что он умер, что он должен был умереть. Но он не был мертв; она чувствовала пульс у основания его шеи.

— Ты шпионил для Ордена. Когда ты был ранен, я исцеляла тебя. Ты... — она сглотнула и посмотрела на свои запястья и алую одежду, пытаясь мыслить ясно, — ты звал меня... и...

Голову Гермионы пронзила острая боль, она судорожно вздохнула и упала.

Девушка моргнула, пытаясь вспомнить, что говорила. Ее язык был тяжелым и не двигался должным образом, словно онемел.

Она попыталась пошевелить челюстью, но та дернулась так сильно, что зубы громко клацнули. Ее левая рука и нога подкосились, и девушка начала валиться на бок.

Драко поймал ее.

— Дра... — Грудная клетка Гермионы судорожно сжалась, не давая сделать полноценный вдох, и он крепко прижал ее к своей груди.

Он ничего ей не ответил. Вместо этого Драко схватил ее за подбородок, открыл рот и быстро залил ей в рот зелье, прежде чем зажать рукой рот и нос.

В панике она попыталась вырваться. Гермиона не понимала, что происходит. Ей казалось, что легкие вот-вот лопнут. Тело билось в судорогах, и Гермиона не могла никак это контролировать. Ее онемевший язык не чувствовал вкуса зелья, которое Драко залил ей в рот.

Она не должна была глотать зелья, если не знала, для чего они.

— Грейнджер, — его спокойный голос прозвучал над ее ухом. — Тебе нужно его проглотить. У тебя приступ. Зелье остановит его, однако если ты не проглотишь его, оно подействует, но уже не так хорошо.

Горло Гермионы постоянно сжималось, а руки тряслись, но Драко не ослаблял хватки. После нескольких попыток ей удалось заставить себя сглотнуть.

Все ее тело обмякло, как будто у нее не было костей.

Драко ослабил хватку, и голова девушки упала ему на грудь. Она почувствовала, как он вздохнул и рука погладила ее волосы. Драко провел большим пальцем по ее щеке, другой рукой поддерживая ее тело. Его руки были теплыми. От него все еще пахло так же, как раньше, и ей захотелось заплакать.

Через мгновение он отодвинулся и поднял ее на руки. Она чувствовала свои кости, выступающие сквозь кожу, когда он положил ее обратно на кровать.

Мышцы рта не слушались. Она взглянула на Драко, пытаясь рассмотреть каждую деталь.

Он аккуратно положил руку ей под голову и внимательно осмотрел.

Вблизи, несмотря на слабый свет, она могла видеть, насколько сильно он был измотан. Его кожа казалось бледной и серой. Губы и глаза были напряжены.

Его зрачки были сужены, а взгляд постоянно скользил по ней, как будто он пытался убедиться, что ничего не упустил. Выражение его лица было тщательно скрыто.

— Ты была без сознания почти неделю, — сказал он через минуту. — У тебя случился приступ, и ты потеряла сознание. Целители не были уверены... проснешься ли ты. Приступы... — Она увидела, как сжалось его горло, когда он сглотнул. Драко отвёл взгляд. — Не редкость, когда имеешь дело с неврологическими повреждениями, вызванными концентрированной магической активностью. У тебя было... несколько, пока ты была без сознания, но, к счастью, ни один не причинил серьезного вреда тебе... и твоему ребенку.

Гермиона перестала дышать, и ее глаза расширились.

Ребенок. Она совсем забыла, что была беременна.

Она была беременна его наследником. Из-за программы Волдеморта. Чтобы заставить ее воспоминания вернуться.

Было что-то еще, какая-то важная деталь, которую Гермиона не помнила, но боль по-прежнему затмевала все, мешая думать. Она попыталась собраться с мыслями, но, потянувшись к нужным воспоминаниям, не смогла их найти.

Она не могла вспомнить...

Ее грудь начала судорожно сжиматься.

— Я не понимаю, — выдавила она. — Что случилось? Почему... почему?

Девушка попыталась вдохнуть, но в горле у нее застрял сдавленный звук. Ее грудь начала сжиматься все быстрее и быстрее.

Пальцы Драко, поддерживающие шею Гермионы, сомкнулись в ее волосах. Теперь с его лица, находившегося всего в нескольких дюймах от ее, пропало сдержанное выражение.

— Грейндж... Гермиона, тебе нужно дышать медленно. Гипервентиляция во время беременности может увеличить риск возникновения нового приступа. — В его глазах была мольба. — Пожалуйста, дыши, Грейнджер.

Гермиона тихо всхлипнула и кивнула.

Глубокий вдох на «четыре».

Медленный выдох на «шесть».

Она изучала его лицо. Она жадно и отчаянно всматривалась в его черты, одновременно чувствуя, как в ее душе растет боль. Гермиона не понимала, как примириться с тем, что человек, которого она знала до заточения, был тем же человеком, с которым она провела шесть месяцев в плену.

Когда ее дыхание замедлилось, слезы холодными дорожками потекли по вискам.

Драко отвел взгляд от ее лица, убрал руку и выпрямился.

Он посмотрел на нее сверху вниз, колеблясь, его рука сжалась в кулак.

— Мне жаль. Мы с Северусом думали, что вытащим тебя до февраля. Я не думал, что ты пробудешь здесь так долго.

Она прикусила губу и попыталась понять, о чем его спросить. Что случилось? Почему ты не пришел? Почему ты причинил мне боль? Зачем ты меня изнасиловал?

Почему ты стал Верховным Правителем?

— Почему... — она тихо всхлипнула, — почему ты убил всех?

Его глаза сверкнули, а челюсть дернулась, когда он выпрямился и отвернулся от нее.

— Я пытался найти тебя.

Ее сердце замерло от смеси ужаса и облегчения.

— Ты... искал меня? — Ее голос дрожал.

Он снова посмотрел на нее.

— Конечно, я искал тебя. Я искал тебя повсюду. Неужели ты думала, что я оставил тебя?

Гермиона моргнула и попыталась вспомнить отчетливо, дотянувшись до глубины своего сознания и ухватившись за воспоминания, которые могла там почувствовать.

— Когда ты так и не пришел, я подумала, что, может быть... — девушка попыталась вспомнить, но боль в голове внезапно усилилась, и ее зрение затуманилось. Она прикусила губу и постаралась не потерять сознание.

— Я думала, ты умер. — Ее глаза горели, а голос дрожал и угасал.

Гермиона подняла руку и посмотрела на наручник, застегнутый на ее запястье.

— Я... я утратила способность к окклюменции, когда моя магия была подавлена. Они сказали, что Волдеморт собирается допросить меня. Я боялась, что, если буду думать о тебе, он найдет тебя в моих мыслях. Я пыталась защитить тебя. Но, — ее голос стал тише, — иногда я думала, что если буду держаться, то в конце концов ты придешь. Потом, когда этого не произошло, я решила, что ты, скорее всего, умер...

Драко выглядел так, словно его выпотрошили. Его рука дернулась и потянулась к ней.

Уже принарядилась для сегодняшнего свидания, Грязнокровка? Темный Лорд жаждет увидеть тебя.

Дикий ужас от этого воспоминания поглотил Гермиону. У нее перехватило дыхание, и она напряглась, когда он подошел ближе.

Отведя взгляд, он сжал руку в кулак и опустил.

— Я искал тебя, как только вернулся и обнаружил, что ты исчезла. Надзирательница Амбридж не регистрировала тебя в Хогвартсе. Когда тебя схватили, то не завели никаких записей. Мы с Северусом оба подавали запросы, пытаясь найти тебя, но каждый раз приходил ответ, что нет никаких досье или записей о заключенном с таким именем или номером. Ты просто исчезла. Все присутствовавшие на праздновании победы в Хогвартсе были слишком пьяны, и мало кто ясно помнил, что ты была там. Я вызвался разыскать всех, кто пропал, в надежде, что это даст мне хоть какую-то информацию о тебе. Мне пришлось вернуть их всех. Если бы я потерпел неудачу, мою задачу поручили бы кому-то другому.

Он уставился в потолок; его лицо выглядело изможденным.

— Я перепробовал все, чтобы найти тебя. Я обыскал все тюрьмы. Я просмотрел все существующие в Хогвартсе тюремные блоки. Я просмотрел все досье заключенных. Я обратился к заклинаниям генетического следа. Они дали местоположения твоей тети и кузенов. След твоей семьи довел меня до самой Австралии, и я нашел твоих родителей там, где ты их спрятала.

Гермиона вздрогнула и уставилась на него широко раскрытыми глазами.

Драко посмотрел вниз, и его губы сжались, когда он увидел выражение ее лица.

— Они в порядке, я не причинил им вреда.

Его голова слегка склонилась набок, а челюсти сжались, когда он сглотнул.

— Я даже несколько раз использовал прорицание, но... — Драко пренебрежительно махнул рукой, — ничего. Мне и в голову не приходило, что это из-за того, что тебя держат взаперти без света и звука. Я предположил, что это означает, что где бы ты ни была, тебя совершенно невозможно обнаружить. Я объездил всю Европу. Пожиратели Смерти и союзники с определенной... репутацией, которые пропадали бесследно. Такое уже случалось несколько раз. Когда я нигде не смог тебя найти, я решил, что именно это с тобой и произошло.

Он снова отвернулся.

— Мы с Северусом задействовали все ресурсы и смогли сделать тебя персоной, представляющей интерес для самого Темного Лорда. Я думал, что пока Темный Лорд занят своей одержимостью бессмертием, у меня будет больше шансов найти тебя и увезти. Затем, когда пошли разговоры об использовании заключенных в качестве суррогатов для новой программы, Монтегю явился к Темному Лорду и предложил сделать тебя лицом программы возрождения населения, приманкой для оставшихся союзников Сопротивления и последним издевательством над Поттером. Он тоже искал тебя с тех пор, как получил свою Метку, а я... оставил его в покое; думал, что в какой-то момент он может обнаружить что-то, что я упустил. Однако ты все еще не числилась в тюремной системе. И только когда Темный Лорд лично потребовал надзирателей отчитаться, Амбридж призналась, что все это время ты была у нее.

Гермиона не знала, что сказать.