Девушка наблюдала за их приближением, зажав палочку в поднятой руке, готовая к атаке.

Возможно, Гермиона не могла убить дементоров, но она могла попробовать их сжечь.

Огромные языки Адского пламени вырвались из кончика ее палочки и, заметавшись, преобразились, превращаясь в несколько десятков огненных химер. Когда дементоры стали приближаться к земле, подгоняемые сзади огромным прозрачным драконом, Гермиона вскинула руку с палочкой вверх, заставив Адское пламя плотной стеной направиться вверх.

Небеса заполонились горящими фигурами дементоров, которых пожирало пламя, принявшее форму гигантского пылающего дракона.

Гермиона позволила себе смотреть на это всего несколько секунд, прежде чем снять заклятие, развернуться и броситься к антиаппарационному барьеру, пока дементоры, объятые огнем, с воем падали на землю.

Она успела пробежать несколько десятков ярдов, когда что-то набросилось на нее сзади и повалило на землю. Брыкаясь и пинаясь, девушка смогла вырваться из рук существа и ударила вампира заклинанием, прежде чем тот успел укусить ее. Вампир рухнул на землю, а Гермиона быстро поднялась на ноги.

Девушка едва успела выпрямиться в полный рост, когда из темноты выпрыгнула лесная ведьма, целясь когтями ей в лицо. Гермиона отскочила в сторону, взмахом палочки лишая ведьму рук и ног. Оглянувшись, она увидела, как поляну заполонили темные существа. Целое полчище тварей успело подкрасться к ней, пока девушка пыталась справиться с дементорами.

Она замерла, дожидаясь, когда они подойдут ближе, а затем ударила рукой с зажатой в ней палочкой по земле, превращая почву в жидкость. Оборотни, вампиры и лесные ведьмы погрузились под воду. Прежде чем они успели выплыть на поверхность, Гермиона отменила заклинание и, отвернувшись, продолжила бежать к барьеру.

Кто-то ударил ее сзади. Гермиона споткнулась и полетела на землю. Прокатившись кубарем несколько метров, она смогла перевернуться на живот и, оперевшись на руки, встала, не глядя посылая в нападавшего Бомбарду максима.

Совсем юный оборотень, в которого попало заклинание, опустил взгляд на свой живот, вспоротый проклятием, и повалился на землю. Скорее всего, он выживет благодаря своей ликантропии. Гермиона кинула серию режущих проклятий еще в нескольких тварей, успевших подобраться к ней слишком близко.

Она уже начала поворачиваться, чтобы продолжить путь, когда сзади произнесли:

— Экспеллиармус!

Заклинание вырвало палочку у нее из рук и заставило Гермиону отлететь на несколько метров назад. Падая, она ударилась головой о торчащий из земли камень. Ее зрение помутилось, перед глазами заплясали черные точки. Приподнявшись на локтях, девушка дезориентированно огляделась в поисках палочки.

Грэхэм Монтегю стоял в пятнадцати футах от нее. Палочка Гермионы была зажата в его руке.

— Сегодня однозначно мой день. Такое чувство, словно мы виделись только вчера, — сказал он, ухмыляясь. На его лице было написано злое торжество. — Не ожидал встретиться с тобой так скоро. Устроила все это в одиночку? — Он кивнул на дым, поднимающийся над руинами лаборатории, и на горящих дементоров.

Гермиона не шевелилась, ее взгляд был прикован к палочке.

— Блять. Готов поспорить, что получу Метку за то, что поймал тебя. — Он перевел взгляд на нее, а затем победно улыбнулся и, сжав ее палочку обеими руками, сломал пополам.

Гермиона замерла от ужаса.

Без палочки она не сможет аппарировать.

— Ну же. — Монтегю поманил ее к себе рукой, в которой была зажата его собственная палочка. Темные существа уже успели сгрудиться вокруг него. — Не усложняй. Иди ко мне, грязнокровка.

Гермиона обвела взглядом поле, надеясь придумать, как поступить дальше.

Она ссутулилась, словно признавая поражение, в то же время стараясь незаметно вытащить кинжал из внутреннего кармана мантии.

Неуверенными шагами Гермиона стала приближаться к Монтегю и окружавшим его темным тварям.

Один из оборотней выступил вперед и потянулся к ней, собираясь схватить за руку.

Гермиона нанесла удар.

Блеснуло лезвие, и она отрубила оборотню руку, а затем вспорола ему живот.

За свою жизнь девушка успела вылечить достаточно ран, нанесенных лесными ведьмами, чтобы знать точно, где их слабые места.

Увидев летящее в ее сторону проклятие, Гермиона бросилась на землю. Ей нужно было добраться до Монтегю. У него единственного здесь была волшебная палочка.

Лесная ведьма выпрыгнула вперед, собираясь схватить ее за горло, но Гермиона успела развернуться и вогнала острие в шею существа, прежде чем продолжить прокладывать себе путь к Монтегю.

Глаза мужчины расширились от ужаса, и он снова попытался проклясть ее. Но в дуэлях Монтегю явно уступал Драко. Медлительный и неповоротливый. Гермиона уклонилась от первого проклятия. То же самое произошло и со вторым. Фиолетовый луч рассек ткань ее мантии, попадая в живот. Она продолжала приближаться к Монтегю, пока тот не споткнулся, пытаясь убежать от нее, и растянулся на земле.

Перехватив кинжал в руке, девушка метнула его в Монтегю, целясь в центр груди.

Он успел поставить защиту, но пропитанное ядом лезвие легко прошло сквозь магический барьер и вошло в плечо мужчины. Она почти попала ему в сердце.

Гермиона схватилась за второй кинжал.

Лицо Монтегю исказил ужас.

— Авада Кедавра!

Вместо зеленого луча из его палочки вырвался только сноп искр.

— Авада Кедавра!

Снова ничего.

— Круцио!

Красный луч проклятия пролетел мимо. Он сделал еще одну попытку.

Гермиона подошла вплотную и вогнала нож ему под ребра.

Пользуясь тем, что ее руки заняты кинжалом, Монтегю прижал кончик палочки к ее горлу и выкрикнул:

— Круцио!

Выпустив из ладоней рукоятку ножа, Гермиона с криком повалилась на землю. Она извивалась и корчилась от боли. Казалось, агония пронизывала каждое нервное окончание в теле. Горло саднило от крика. Было ощущение, что нервные клетки ее мозга перегорели. Кровь наполнила рот. Боль. Ничего, кроме бесконечного ада боли.

Наконец, все прекратилось.

Гермиона заставила себя открыть глаза и увидела, что Монтегю стоит на четвереньках. Его плечо и часть туловища были залиты кровью. Похоже, что он и сам с трудом оставался в сознании. Волшебная палочка безвольно повисла в его руке.

Гермиона всхлипнула и с трудом втянула воздух сквозь сжатые зубы, пытаясь перевернуться на живот и приподняться.

Достань его палочку. Достань его палочку.

Мышцы дрожали и не слушались, пока Гермиона пыталась встать.

— Тупая сука… Ступефай!

***

Гермиона очнулась от крика.

Она лежала на земле. Каждый мускул в ее теле болел и сопротивлялся движениям, когда девушка попыталась сесть. Она была заперта в огромной металлической клетке с десятком других людей. Некоторые из них казались Гермионе смутно знакомыми.

Было уже темно. Единственным освещением служили факелы, отбрасывающие на землю оранжевые блики. Гермиона чувствовала запах крови и темной магии. Крики не стихали. Как и смех. До неё то и дело доносились злые, беспощадные и истерические приступы смеха.

Гермиона огляделась, понимая, что находится в Хогвартсе. У подножия Астрономической башни расположилось несколько десятков одинаковых клеток, заполненных людьми. Крики доносились с вершины башни.

Девушка подняла взгляд вверх.

В пятнадцати футах над землей к стене Астрономической башни была прикована Молли Уизли. Женщина кричала, плакала и пыталась вырвать руки из связывающих их цепей. Артур, висевший точно в таком же положении рядом с ней, вопил от боли. Посланное в него проклятие беспрерывно резало его на части.

— Пожалуйста! Не поступайте так с ним!!! Накажите лучше меня! Он не понимает, что происходит! Пожалуйста, прекратите! — голос Молли срывался, но она продолжала умолять Пожирателей.

С металлических цепей рядом с женщиной свисали окровавленные куски мяса. Гермиона прищурилась, пытаясь рассмотреть получше.

Оторванные руки.

Чье-то туловище.

Голова Джорджа.

Поднявшаяся из желудка кислота заставила Гермиону согнуться пополам. Ее рвало так сильно, что боль от конвульсий отдавалась в позвонках спины.

Вытерев рот ладонью, она снова подняла взгляд вверх.

Билл, Чарли, Фред и Джордж были мертвы. То, что осталось от их тел, кусками свисало с цепей. Рон все еще оставался жив, но был истерзан так сильно, что вряд ли смог бы продержаться долго. Из вспоротого живота Тонкс свисали внутренние органы. Ремус висел на цепях рядом с ней. Их тела были в таком ужасном состоянии, что не оставалось сомнений: они мертвы.

Чуть выше семьи Уизли, Ремуса и Тонкс к стене была прикована еще чья-то фигура. Тело, от которого остался только скелет.

Руки Гермионы невольно дрогнули, когда она ухватилась за прутья клетки.

— Это… Это Гарри? — с трудом выдавила она.

— Да, — ответила девочка, сидевшая рядом с ней. Ее голос был лишен эмоций. Если Гермиона правильно помнила, девочку звали Муфалда. — После того как Сама-Знаешь-Кто в последний раз использовал Убивающее проклятие, он применил другое заклинание, и тело Гарри начало гнить. Потом Сама-Знаешь-Кто подвесил его тело так высоко… чтобы все могли видеть, как это происходит. А всех друзей Гарри… Их пытают уже несколько часов.

Крики Артура становились все тише.

— Пожалуйста! Прекратите! Артур! Артур! — Рыдая, Молли пыталась дотянуться до мужа.

Руки Гермионы дрожали. Опустив подбородок, она отвела взгляд от Астрономической башни.

На ней не было ни ее мантии, ни цепочки, ни браслета. Пока Гермиона лежала без сознания, кто-то снял с нее все вещи и переодел в тонкое серое платье. Даже из ее волос достали все резинки и заколки. На ней осталось только кольцо, которое ей дал Драко.

— Малфой!

Гермиона на мгновение замерла, а затем повернулась, чувствуя, как кровь стынет в жилах. По полю, перемежаясь с металлическими клетками, были расставлены шатры. Пожиратели Смерти, стража и министерские чиновники веселились и пили внутри. Какой-то Пожиратель вышел вперед и бросил проклятие в одно из тел, висящих на Астрономической башне. Послышался очередной взрыв пьяного хохота.

Несколько мужчин кидали похотливые взгляды на сидящих в клетках женщин.

— А ты хорошенькая. Может, Темный Лорд позволит мне забрать тебя в награду за мои заслуги, — сказал Пожиратель, пытаясь схватить одну из пленных сквозь прутья решетки.

— Малфой!

Гермиона снова обернулась, ища взглядом Драко, но вместо него увидела приближающегося к клетке Люциуса.

— Мы уже думали, что ты и остальные собираетесь пропустить все веселье, — послышался чей-то хриплый голос.

Увидев, что Люциус подходит ближе, девушка забилась в угол клетки и отвела взгляд, стараясь стать незаметной. В ушах все еще звенело от взрыва, поэтому Гермиона задержала дыхание в надежде что-то расслышать.

— Мое присутствие было необходимо, — ответил Люциус. Его голос был раздражающе спокоен. — Случилась… непредвиденная ситуация.

Гермиона почувствовала, как сжалось горло.

Драко.

Голос второго говорящего стал тише:

— Сассекс?

— Верно, — ответил Люциус. — Темный Лорд не намерен сильно распространяться об этом. Только самые приближенные в курсе произошедшего.

Ее плечи опустились от облегчения. Речь шла не о Драко.

— Так это правда? Никто не выжил? — Мужчина с хриплым голосом, видимо, не собирался так легко сдаваться.

— Разве я не сказал сейчас, что об этом лучше не распространяться? Ты действительно хочешь узнать то, что Темный Лорд желает сохранить в тайне? — произнес Люциус вкрадчиво, почти нараспев. — Когда он и так фильтрует наши ряды в поисках шпионов? Я бы не хотел быть рядом, когда Темный Лорд узнает, что ты пытался выведать информацию. До сих пор с дрожью вспоминаю о том, что случилось на прошлой неделе с бедным Руквудом.

— Я не… Я просто хотел… Я всего лишь поинтересовался ради приличия. Смотри! Я оставил кое-кого специально для тебя. Многие хотели сами прикончить его, но я сказал всем, что это должен сделать ты. Посмотри, он все еще жив.

Гермиона подняла взгляд и увидела, что Люциус и другие Пожиратели смотрели на Астрономическую башню.

Неподвижное тело Артура свисало с цепей, а крики Молли превратились в тихие всхлипы.

— Некоторые из них все еще держатся. —Пожиратель кинул проклятие в Ремуса, и тело мужчины дернулось и снова безвольно повисло. — Этот никак не сдохнет. Уже дважды отращивал свои конечности, мы перепробовали все проклятия. — Он мерзко хихикнул. — И еще вот эта мамка семейства. Орет больше, когда пытают одного из ее выродков, чем ее саму. Но для тебя я оставил самый лакомый кусок. Лучший друг Поттера, вечно таскавшийся за ним. Я лично убедился, чтобы он достался тебе.

— Как мило с твоей стороны, Мальсибер, — ответил Люциус, не отрывая взгляда от семейства Уизли, прикованного к башне. Он выглядел отрешенно и задумчиво.

В зловещем свете факелов лицо Люциуса было похоже на обтянутый кожей череп; его щеки впали, под глазами, казавшимся черными дырами на фоне бледной кожи, залегли темные круги.

— Я надеялся, что у меня будет больше времени, чтобы растянуть удовольствие… Но Темный Лорд хочет, чтобы мы избавились от всех до конца дня. — Его голос стал мечтательным. — Я долго размышлял о том, что бы мне хотелось сделать с ними.

Луч кислотно-желтого цвета вырвался из палочки Люциуса и ударил Рона в голову. Его тело забилось в конвульсиях, глаза расширились и едва не вылезали из орбит, словно что-то сжало его горло.

— Не над… — слова готовы были сорваться с ее губ, но в последний момент Гермиона остановила себя.

Серые глаза Люциуса сверкали, пока он рассматривал прикованные к башне тела.

— Я поклялся на могиле Нарциссы, что уничтожу всех предателей крови в этой стране. Я знал, что Поттер достанется Темному Лорду, но надеялся, что смогу отправить на тот свет всю обожаемую поттеровскую «семейку».