Ей просто оставалось жить с этим.

Гермиона чувствовала себя загнанным в клетку зверем на Площади Гриммо. Она перемещалась от одного убежища до другого только для того, чтобы сменить обстановку.

Когда девушка не исцеляла раненых и не заботилась о Джинни, то вкладывала всю свою энергию в исследования и экспериментальные заклинания. Она пошла дальше в изучении темной магии, чем когда-либо в прошлом. Возможно, Орден и не воспользуется этой информацией, но Драко она может помочь.

Гермиона пыталась найти способ обойти оковы. Драко регулярно приносил ей обновленные свитки с разработками, и она внимательно изучала их, надеясь найти изъян или что-то, что можно было бы использовать. Наручники были безупречной работой. Они являлись произведением искусства.

Они приводили Гермиону в ужас тем, как быстро усложнялись.

В дополнение к неустранимому эффекту следящего заклинания, Сассекс начал экспериментировать с кандалами, предназначенными для подавления магии. Вольфрам, инкрустированный железом. Вольфрам, покрытый медью или алюминием. Элементы с сердцевинами от волшебных палочек.

Она почти не спала, если не была с Драко. Все остальное время Гермиона просто лежала в холодном ужасе при мысли о том, что может случиться с любым, кто попадёт в плен. Орден, возможно, никогда не сможет спасти ни одного из них.

Пожирателям Смерти уже выдавали кандалы, чтобы легче задерживать членов Сопротивления. После того, как кандалы были надеты, двое Пожирателей запечатывали их магией, и тогда наручники невозможно было снять.

Дин Томас появился на Площади Гриммо через день после того, как сбежал из плена. Его рука с наручником была отрезана. Он украл нож и отпилил себе кисть, чтобы сбежать.

Неделю спустя Северус принес известие, что кандалы вывозят из Сассекса, чтобы расширить производство. Теперь они будут выпускаться по двое.

Однажды вечером Драко принес Гермионе набор прототипов и наблюдал, как она их изучает.

Они выглядели почти как браслеты.

Гермиона выстроила вокруг них сложную паутину аналитической магии, рассекая все составляющие: алхимию, чары, нумерологию и руны.

Она потратила несколько часов, пытаясь найти хоть какой-нибудь изъян, пока не заснула прямо посреди исследования, а проснувшись, обнаружила, что Драко несет ее в постель.

— Я не могу... нет никакого способа обойти их. — Ее мозг был затуманен усталостью. Она почти дрожала от разочарования. — Должно же быть что-то. Использование Империо блокирует часть заклинания, но сразу же отменяет свое действие. Я думала, что, если попытаюсь вскрыть их таким образом, зачарованная сердцевина сможет взорваться изнутри. Я просто не... возможно, мне стоит подойти к этому с другой стороны. Я училась алхимии самостоятельно. Быть может, я недостаточно ее изучила...

Она начала отстраняться от него и попыталась вернуться к стопкам книг, которые принесла с собой. Драко остановил ее. Он обнял ее одной рукой за талию, а другой — за плечи.

— Ты не сможешь спасти всех, Грейнджер.

Она замерла и в отчаянии оглядела комнату.

— Я не знаю, как мы выиграем эту войну, — наконец сказала Гермиона.

Драко молчал. Он не мог поспорить с ее утверждением, не солгав ей при этом.

Она подняла руку и обняла его за плечи.

— Я не знаю, как вообще спасти кого-то. Все, что я делаю, это просто откладываю на потом тот момент, когда все умрут еще более страшной смертью. Я не хотела... я никогда не хотела становиться целительницей.

Гермиона никому раньше в этом не признавалась. Что она ненавидит то, чем занимается.

Гермиона рассказала ему о крестражах. Она не должна была этого делать. У нее не было на это разрешения. Но она все равно рассказала ему. Все, что знала об их создании и уничтожении, и все представления Ордена о том, какими они могут быть. О потерянных реликвиях Основателей.

— Мы думаем, что они могут быть в Хогвартсе, — сказала она, показывая ему все свои исследования. — Но я не знаю, сколько их всего. Их ведь не может быть больше пяти, верно? Раскол души подобным образом... ведет к обширному отравлению в теле. Яд разъедает его изнутри. Его нынешний внешний вид — лучшее, чего он смог добиться для своего тела с помощью зелья регенерации. Это зелье должно было вернуть ему его прежний облик, но душа Волдеморта уже слишком сильно повреждена, поэтому его тело — это все, чего он смог добиться с помощью магии. У крестражей должен быть предел. Я не думаю, что он может продолжать их делать. Если мы сумеем уничтожить все крестражи, он станет настолько уязвимым, что, даже если его никто не убьет, в конце концов он просто перестанет существовать. Но мы не знаем, где они могут быть. У нас слишком мало информации о его прошлом.

— Он подарил крестраж моему отцу во время Первой войны?

— Открытие Тайной комнаты во время нашего второго курса было вызвано фрагментом души, воздействующим на Джинни Уизли. Твой отец положил крестраж вместе с ее книгами в попытке дискредитировать Артура Уизли.

— Если они были сделаны во время Первой войны, и он доверил один из них своим последователям, я займусь этим. Ты должна была сказать мне об этом раньше.

— Мне не следовало говорить тебе об этом даже сейчас. — Она положила руку ему на сердце. — Я не пытаюсь загрузить тебя ещё больше. Я просто... мне не с кем поговорить. Мне проще размышлять, если я могу говорить вслух.

Драко фыркнул.

— Если это закончится, то оно того стоит. Чем занят Орден? Все, что мне поручают Грюм и Бруствер, — это задачи, чтобы просто выиграть время, — его голос дрожал от ярости.

— Драко…

Он больше ничего не сказал, но его гнев был очевиден.

Он не доверял ни Кингсли, ни Грюму, ни Ордену. Он боялся, что, если погибнет, они снова продадут ее, чтобы попытаться выжить.

И Гермиона не могла обещать ему, что не согласится на это. Она сделает все, чтобы выиграть войну. И он это знал. Она подозревала, что страх движет им больше, чем что-либо другое.

Драко обнял ее, и она почувствовала этот страх в его руках, в том, как он прикасался к ней.

Она положила голову ему на грудь и прислушалась к его сердцу.

— Тебе нужна защита, — сказала девушка. — Я изучила этот вопрос. Броня из шкуры Украинского Железнобрюхого дракона. Она будет легкой, устойчивой к магии и почти непроницаемой для физических атак. Если ты будешь носить ее под одеждой, никто даже не узнает, что она на тебе. Когда-нибудь это может спасти тебе жизнь.

Он ничего не сказал. Он все еще смотрел на ее исследование крестражей.

Иногда они не сразу покидали хижину в Уайткрофте. Порой Драко приходил с таким количеством ран, что впадал в шок. В других случаях она чувствовала дрожь в его руках от использования Круциатуса.

Гермиона лечила его, а затем сидела, положив его голову себе на колени, пока он не придет в себя. Она исцеляла дрожь в его руках, пока Драко плавал на грани сознания. Она шепотом просила у него прощения, постукивая кончиком палочки по его рукам, сгибая, растирая и массируя его пальцы, пока они не переставали дергаться.

Ты убиваешь его. Ты убиваешь его. Это все из-за тебя.

Она позволяла себе плакать, когда он не был в сознании, чтобы видеть это. Она сжимала его руку в своей и повторяла одни и те же слова.

— Мне очень жаль. Прости меня. Мне очень, очень жаль.

Затем вытирала глаза и убирала все слезы заклинанием, прежде чем вернуть Драко к жизни. Она чувствовала, как напряжение пронзало его тело, когда он приходил в себя, затем наблюдала, как он дышит, как поднимает глаза и видит ее.

Он аппарировал их в отель и засыпал, собственнически обняв ее.

Когда даже присутствия Драко было недостаточно, чтобы успокоить ее демонов, она изучала его лицо и слушала биение его сердца, тихо обещая ему: «Я позабочусь о тебе. Клянусь, я всегда буду заботиться о тебе».

Примечание к части

Арты к главе

Автор ectoheart Исцеление https://ectoheart.tumblr.com/post/184785794339/healing

Автор jaxx in a box https://jaxx-in-a-box.tumblr.com/post/611335596339789824/im-going-to-take-care-of-you-im-always-going

Автор katescreativecorner https://www.instagram.com/p/CI6OlEYDwUQ/?utm_source=ig_web_copy_link

Автор cebanart https://www.instagram.com/p/CL4it1IlFZe/

Автор samadiw https://www.instagram.com/p/CH02H2WBxcv/ https://www.instagram.com/p/CHvW3xQBlIJ/

57. Флэшбэк 32.

Май 2003.

Ближе к концу мая Пожиратели Смерти напали на маггловский город в Суррее. Было совершенно очевидно, что этой атакой они хотели выманить Сопротивление.

Как бы то ни было, даже зная об истинных намерениях Пожирателей, Сопротивление все равно отправилось на помощь магглам.

Гермиона наблюдала, как члены Ордена один за другим аппарируют с Площади Гриммо. Дождавшись, пока дом опустеет, они с Падмой наложили на гостиную и коридор чары расширения и переоборудовали первый этаж под больничное крыло. Девушки вызвали на подмогу еще нескольких целителей, которые работали в других убежищах Сопротивления.

Поппи Помфри заразилась Синдромом чёрной кошки и находилась на карантине. Главным симптомом недуга было то, что заболевшего преследовала череда неудач, поэтому Орден никак не мог допустить распространения гриппа среди своих бойцов.

Стрелка на часах продолжала неумолимо бежать вперед, пока Гермиона мерила шагами комнату, стараясь успокоиться. Девушка отодвинула все мысли о Драко в самый дальний уголок сознания, туда, где она хранила воспоминания о родителях.

Гермиона не могла позволить себе думать о Драко. Не могла позволить себе переживать о том, что он также может принимать участие в этом сражении. Ей нельзя было отвлекаться на мысли о том, что Грюм или Кингсли могли заставить Драко рисковать жизнью, чтобы обеспечить Ордену преимущество в битве.

Гермионе нужно было работать. Ее переживания все равно ничего не могли изменить.

Поэтому она закрыла свое сознание от них.

Внезапно в дверях появился Симус, взваливший на плечи какую-то незнакомую женщину и Майкла Корнера.

— Укус вампира, — сказал он, кивнув в сторону женщины. — Что с ним, я не знаю.

Симус оставил обоих в коридоре и тут же аппарировал прочь.

С этого момента Площадь Гриммо стала заполняться ранеными. Среди них были члены Сопротивления и магглы — их всех оставляли на попечение Гермионы и Падмы.

Гермиона ввела женщине противоядие и крововосполняющее зелье, а затем провела диагностику повреждений Майкла. Диаграммы показали, что у него по непонятным причинам отказывали органы. Гермиона принялась накладывать ряд анализирующих заклинаний, пытаясь понять, какое проклятие могло вызвать подобную реакцию организма.

Раздался резкий хлопок.

В коридоре возник Кингсли с Тонкс на руках. Женщина кричала от боли.

Гермиона поместила Майкла под стазис, надеясь выиграть немного времени, и поспешила к Тонкс.

Рука женщины была под воздействием темного проклятья: с нее непрерывно слезала кожа. Гермиона воспользовалась контрзаклинанием и обезболила пораженное место, прежде чем поднести к губам Тонкс зелье, восстанавливающее кожный покров.

Кровь, смешанная с черной, похожей на кислоту жидкостью, капнула на рукав рубашки Гермионы. Девушка резко подняла взгляд на Кингсли.

— Вы ранены.

Темное пятно на плече Кингсли разрасталось и все сильнее проступало через ткань его мантии.

— Я должен вытащить Поттера, — ответил мужчина и развернулся, собираясь уйти.

Гермиона схватила его за руку.

— Рана находится слишком близко к сердцу. Позвольте мне вылечить вас.

Кингсли сбросил ее руку:

— У нас нет на это времени. Приготовьтесь. Раненых будет еще больше.

С хлопком в коридоре появилась Парвати, с трудом удерживающая сразу четырех пострадавших.

— Веди их к Падме, — сказала Гермиона и бросилась за мужчиной к выходу. — Позвольте мне хотя бы осмотреть вас, Кингсли.

Она протянула руку и ухватилась за рукав его мантии как раз в тот момент, когда он начал аппарировать. Они вместе приземлились на главную городскую площадь, где велось сражение. Воздух над площадью был тяжелым от стоявшей столбом пыли, запаха крови и остаточного следа множества проклятий.

Повсюду лежали тела. Пожиратели Смерти посылали проклятья в тех, кто возвращался на поле боя, чтобы забрать раненых. Над площадью летали дементоры, искавшие очередную жертву для поцелуя.

Гермиона в ужасе огляделась вокруг.

— Возвращайся на Площадь Гриммо! Твоя работа — оставаться в безопасности, Грейнджер, — прорычал Кингсли, увидев, что она переместилась вместе с ним. Его лицо было перекошено от гнева. Он окружил их обоих защитным барьером.

Гермиона услышала неподалеку яростный крик, который, как она была уверена, принадлежал Рону.

— Возвращайся в убежище, Грейнджер, — бросил Кингсли через плечо и направился в ту сторону, откуда доносились крики.

Гермиона уже собиралась аппарировать, когда ее взгляд зацепился за лежавшего на земле мальчика. Его живот был вспорот, вероятно, лесной ведьмой или оборотнем.

Девушка опустилась на колени рядом с ним и проверила пульс. Слишком поздно — мальчик был мертв. Волшебная палочка осталась зажатой в его руке. Он являлся бойцом Сопротивления, на вид ему было не больше четырнадцати.

Позади него на земле лежала женщина, ее ногу постепенно разъедало проклятие некроза. Было похоже, что она потеряла сознание от боли. Женщина была придавлена еще одним телом: молодой мужчина лежал прямо поперек нее. Гермиона перевернула его, чтобы проверить наличие пульса.

Стоило девушке притронуться к нему, как мужчина набросился на нее. Гермиона почувствовала, как в ее шею впились клыки. Вампир придавил ее к земле весом своего тела. Не раздумывая, она бросила в него темное проклятие.

Тело вампира превратилось в пепел.

Пошатываясь, Гермиона встала и, направив палочку в сторону раненой женщины, отлевитировала ее ближе к себе. Девушка оглянулась, выискивая глазами тех, кому еще могла понадобиться ее помощь.