Прошли сутки после нашей триумфальной победы над Королём Червей и роем насекомых. Город почти не пострадал, да и горожан со стражей погибло, к счастью, не больше двухсот, что для такой катастрофы было отличным показателем. Всё благодаря Милени, которая вовремя предупредила об атаке на Ворталас. Нашу компанию, как всегда, наградили со всеми почестями, словно мы были национальными героями. С десяток барышень выстроились ко мне в Гильдии авантюристов — желая познакомиться и, очевидно, очаровать. Но это явно не понравилось Вурсе и Милени. Вурса вовсе пригрозила девушкам у входа в Гильдию разорвать их на куски — а те, бедные, побледнели от страха и поспешно покинули территорию. Сегодня я планировал сменить ранг и пройти повторную проверку на уровень силы — настало время получить заслуженное признание.

На первом этаже царила настоящая пирушка: авантюристы чествовали меня как героя, алкоголь лился рекой, и пол содрогался от столкновения кружек. Я проложил себе путь сквозь толпу и последовал к регистратору.

— Добрый день! Я бы хотел пройти повторную переаттестацию на повышение ранга авантюриста, — обратился я к черноволосой женщине за стойкой, которая задумчиво всматривалась в толстые книги перед собой, явно погружённая в рутину.

— Ой! — вскрикнула от неожиданности регистратор. — Вы же Дарго Авели?! — в её глазах промелькнула искра узнавания и благоговения.

— Да. Могу ли я пройти повторную переаттестацию? — повторил я, сдерживая нетерпение.

— Извините меня за мою бестактность! Я Габби Роус! — женщина, слегка покраснев, тут же пришла в себя. — Сейчас подготовлю шар для определения уровня силы! — Габби сразу же удалилась вглубь полок за своей спиной, спеша выполнить мои указания.

Через минуту регистратор принесла большой, прозрачный, магический шар на подставке. Едва ладонь коснулась холодной поверхности артефакта, как знакомая, острая боль пронзила руку. Словно тысячи раскалённых игл вошли в кожу одновременно. Длилось это всего мгновение. Шар заиграл всеми цветами радуги.

— Ого! Ваш уровень силы — 3 490! — Габби едва не задохнулась от восхищения, её глаза широко распахнулись. — Вам будет присвоен мифриловый ранг! — по голосу женщины было ясно, что она говорит о каком-то невероятном значении. — Протяните руку для коррекции печати авантюриста! — скомандовала регистратор, подвинув ко мне каменную плиту с круглым, большим отверстием. — Просуньте левую руку в сканер для коррекции печати.

Я протянул руку с татуировкой авантюриста и сделал всё необходимое. Вскоре почувствовал лёгкую щекотку и зуд, которые тут же наполнили мою руку.

— Можете вынимать руку! — произнесла регистратор, едва сдерживая волнение.

Обод татуировки авантюриста, побледнев, поменял цвет на глубокий, тёмно-синий, символизирующий мифриловый ранг. Но через секунд пять эта новая печать снова начала странно тускнеть. И тут же резкая, нестерпимая боль, которая заставила меня согнуться.

— Что с вами, господин Дарго?! — Милени, мгновенно появившись из ниоткуда, наклонилась ко мне, её лицо было полно тревоги.

— Эй, тварь! Ты что сделала с нашим товарищем?! — Вурса, едва почуяв неладное, тут же обратилась к регистратору, выпустив свои острые когти, готовая к нападению.

— Я… я не понимаю! Такого не было никогда! — Габби пыталась оправдаться, её голос дрожал от ужаса и недоумения.

Краска на моей руке, которая должна была стать неподвижной татуировкой, снова начала двигаться. И из печати авантюристов, словно из проклятого источника вырвались чёрные тени, зловеще извиваясь. Это было предзнаменованием чего-то гораздо худшего.

Тени превратились в десяток теневых рыцарей, облачённых в почти невидимые доспехи, с вызубренными мечами в руках. Они мгновенно атаковали посетителей гильдии авантюристов, пронзая крики радости. Двое из них среагировали мгновенно — бросились ко мне, не сговариваясь. Клинки взметнулись в воздух, целясь прямо в шею. Они хотели покончить со мной, пока я ещё не отошёл от боли. Меня всё ещё сдавливала невыносимая боль, от которой я скрючился и стоял на одном колене. Но здесь Аранольд, среагировав молниеносно, прыгнула ко мне, выставив свой длинный меч, и приняла удар врага, удержав две атаки разом. На шее женщины проступили вздутые вены. Было видно, что удары теневых рыцарей невероятно тяжёлые. Аранольд удалось откинуть одного рыцаря мощным ударом ногой, а второго она срубила пополам, нанеся резкий боковой удар чуть ниже груди.

Началась настоящая битва в здании гильдии. Но главной проблемой оказалось то, что теневые создания могли восстанавливаться, принимая прежнюю форму после любого урона. Один из рыцарей, воспользовавшись суматохой, кинулся на Габби, которая всё ещё стояла, оцепенев от ужаса. Боль раздирала тело, но я заставил себя двигаться. Рывок — клинок встретил вражеское оружие, отвёл его в сторону. А второй кинжал, не теряя ни мгновения, вошёл противнику прямо в голову. Моё оружие было магическим, поэтому удары достигали цели, причиняя тварям вред. Я уже сталкивался с теневой магией раньше и с врагами, похожими на этих, поэтому знал их слабости.

— Этих уродов бесполезно убивать! Они постоянно восстанавливаются! — вскрикнула Вурса, отбросив очередного рыцаря, который вмиг, словно ткнувшись в воду, снова принял боевую форму.

— Я разберусь! — выкрикнула Милени, её голос зазвенел, наполненный решимостью. — Магия Очищения!

Белый, тёплый, живительный свет наполнил пространство первого этажа гильдии авантюристов, словно солнце взошло прямо в помещении. Тенистые рыцари, едва коснувшись этого света, тут же застонали, зашипели и мгновенно растворились, превратившись в ничто. Боль в моей руке сразу же прошла, но печать выглядела странно бледной, словно магический контракт был разорван или завершён.

— Что это было вообще? Как вы себя чувствуете, господин Дарго? — поинтересовалась Галара, недоверчиво разглядывая пустой пол.

— Уже лучше, — ответил я, потирая руку. — Полагаю, нам пора отправляться в гномье царство, в город Могдат! Может, в тамошней центральной гильдии найдём ответы и поищем учёного, занимающегося подобными… явлениями, — проговорил я, уже строя планы.

— Может, после этой драки хоть напьёмся сначала? — обратилась Аранольд, её плечи поднялись в жесте усталости.

Я вздохнул, понимая, что сегодня все заслужили отдых:

— Ладно, один день не беда. У меня всё равно были ещё дела. Сегодня вечером напьёмся и соберём припасы в дорогу.

Наступил вечер. Мои спутницы, полные энтузиазма, отправились в таверну за знаменитым бренди Ворталаса, который, по слухам, был способен оживить даже мумию. Я остался один и позволил себе немного поразмышлять о будущем и, конечно же, о своих силах. Призвав окно навыков, я взглянул на систему, желая распределить свободные очки. И в этот миг я заприметил нечто интересное: теперь я мог улучшить Телепортацию до второго уровня. Это позволяло снизить время перезарядки в два раза, но вот использование маны при этом вырастало на 50%. Меня это устроило. Затем мой взгляд упал на описание навыка «Деление». Это умение создавало моего живого двойника — точную копию, но с характеристиками, урезанными вчетверо. Цена — пятьсот маны. Срок жизни копии составлял всего три часа. Мне сразу же, до дрожи, захотелось его использовать!

— Деление! — скомандовал я, предвкушая.

Сообщение:

Этот навык можно использовать лишь полностью голым!

Это было странно. Невероятно странно. Совершенно нелогично с магической точки зрения. Но мне нужно было всё проверить и увидеть своими глазами. Я немедленно, не задумываясь, разделся догола и встал посреди комнаты, чувствуя себя немного нелепо. Но всё же-любопытство взяло вверх.

— Деление! — повторил я.

А потом началось то, что я не забуду никогда. Боль. Не просто боль — агония. Невыносимая, дикая, первобытная. Часть меня — кожа, плоть, мышцы — отделилась от тела и устремилась в сторону, словно отрывая пуповину. Моя отделившаяся плоть начала стремительно трансформироваться и разрастаться, образуя человеческое тело. Ткань и куски плоти отделялись от меня, а раны на глазах, будто по волшебству, заросли. Даже будучи тёмным колдуном, я такого не видывал! Копии обычно были из эфира, перемешанные с маной, и имели лишь временную телесность. А это… это была настоящая плоть! Через минуту на двойнике уже выросли волосы, ногти, и вот я стоял, глядя на второго себя.

— Вот чёрт! — произнёс я, поражённый.

— В рот мне гоблинские ноги! — произнесла копия, точь-в-точь моим голосом, с изумлением глядя на меня. — Ты кто?!

— Я то кто?! Ты же моя копия! — удивлённо ответил я.

В этот момент моё живое отражение с поразительной наглостью дало мне крепкого леща прямо по затылку.

— Ты что делаешь, придурок?! — я тут же взвился, мне уже хотелось прирезать себя… точнее, Дарго второго.

— Извини! Я пошутил, — копия ухмыльнулась, но тут же приняла серьёзный вид, словно вспомнив свой статус. — Приказывайте, господин.

В этот самый момент в комнату вернулись мои спутницы. Ворвавшись с бутылками бренди, они замерли на пороге — их лица выражали чистый, неподдельный шок от увиденного. Увидеть двух голых меня в одной комнате… это было слишком.

— А я и не знала, что у нас оргия намечается! — произнесла Вурса, её ехидный взгляд пробежался по обоим “мне”.

— Господин Дарго! Почему вы голый?! А… а кто это с вами рядом?! — завопила Милени, её щёки мгновенно полыхнули румянцем.

— А у вас весьма немаленький, — прокомментировала Галара, широко улыбнувшись, её взгляд остановился на моём достоинстве.

А вот Аранольд лишь молча наблюдала за двумя голыми мужиками, её лицо оставалось невозмутимым, но в глазах читались тысячи вопросов.

— Это моя временная копия, мне хотелось испытать новое заклинание, — я старался держаться невозмутимо, но было сложно. — А для теста нужно было раздеться догола. Полностью! — мне показалось, что такое объяснение вполне подойдёт в данный момент.

— Предлагаю вам для начала одеться! — Аранольд проговорила это, и её взгляд — колючий, острый, как меч — скользнул по нам. А когда он остановился... я заметил, как она сглотнула. Как хищник, который увидел добычу. Мне стало немного не по себе. — А то я весьма голодная.

Здесь я ощутил лёгкий укол страха. Быстро выхватив из шкафа первую попавшуюся одежду, я и моя копия облачились в рубашки разного цвета. Моя была тёмно-синей, копии — серой, чтобы было ясно, кто есть кто.

— И что? Вас теперь только по рубашкам отличать будем? — спросила Вурса, скептически подняв бровь.

— Нет, конечно! — произнесла копия точь-в-точь моим голосом и повернулась спиной к Вурсе, затем чуть приспустила воротник. Чуть ниже шеи, между лопаток, на его спине была видна магическая печать — круглая татуировка, испещрённая непонятными рунами.

— А может, уже устроим настоящую пирушку и подебоширим?! — резко произнесла Галара, ставя на стол бутылку редкого, дорогого бренди, сияющей янтарным светом.

Здесь же началось шумное застолье, комната ходила ходуном от нашей безудержной энергии. Мы поднимали тосты, рассказывали истории, что были наполнены битвами, странствиями и невероятными приключениями. Алкоголь мягко, но верно распространялся по нашим венам, приводя в эйфорию. Жар от наших тел и разгорячённых споров так и расползался по всей комнатушке. Я повернул голову и обомлел. Вурса, ухмыляясь, как кошка, которая добралась до сметаны, тащила мою копию, абсолютно пьяную, ничего не понимающую, в соседнюю дверь. Я понял всё без лишних слов. И только пожал плечами. Ну, разве я мог её осуждать? Такая уж судьба: моя спутница спит с моей копией. Похоть — очень сильное желание, одна из самых древних неудовлетворённых потребностей.

Через минуту из соседней комнаты донёсся истошный, пронзительный крик Вурсы. Через пару секунд она, растрёпанная и перепуганная, вбежала к нам, одетая лишь в нижнее бельё, и вся в кровавых ошмётках. В руке она держала оторванный палец, который, казалось, ещё дёргался.

— Что произошло?! — поинтересовалась Галара, её рот раскрылся от удивления, а глаза едва не вылезли из орбит.

— Я решила побыть наедине с копией господина Дарго, и всё шло по плану! — закричала Вурса, её голос перешёл на ультразвук. — Но вдруг мясное отражение господина взорвалось! И загадил всю комнату… и меня!

— Ах да! Я забыл сказать! Копия способна жить всего три часа, — произнёс я, осознав свой просчёт, но голос звучал на удивление спокойно.

— Ха-ха-ха! Взрывная копия! — захохотала Милени, её смех был чист и беззаботен. — Если наложить на копию руны взрыва, можно устроить настоящий переполох!

— А если затолкать ему в задницу пороха, то выйдет отличный фейерверк и бум! — добавила Аранольд, её невозмутимое лицо на секунду исказилось от безумной идеи.

После слов Аранольд комната залилась безумным, раскатистым смехом. А вот это мне показалось действительно отличной идеей. Наши посиделки закончились вместе с выпивкой.

Утром я проснулся и сразу почувствовал, что на моём лице лежит что-то мягкое и тяжёлое. Оказалось, это роскошная грудь обнажённой Вурсы. В ногах, свернувшись калачиком, мирно спала Милени, её светлые волосы разметались по простыне. Галара же обнаружилась на столе, обнимая пустые кувшины. Её голова покоилась рядом со старым, обглоданным куском мяса, над которым лениво кружились жирные мухи. В этот момент в комнату вихрем ворвалась Аранольд, которая выглядела весьма бодрой, лёгкой на подъём и подозрительно свежей. Видимо, она с алкоголем была на «ты» и спокойно справлялась с любым похмельем. Жаль, что мой пассивный навык против ядов не распространялся на выведение из организма токсинов.

— Вставайте, сони! Нам пора выдвигаться! — закричала Аранольд, её голос был звонким, как утренний колокол.

— Какая же ты… громкая, — прошипела Вурса, медленно выползая из-под одеяла и морщась от света, словно вампир.

Аранольд, не обращая внимания на её возмущение, сделала шаг, взяла ведро с водой, что стояло у двери, и со всей силы плеснула на Вурсу, окатив заодно меня и спящую Милени. Холодная вода мгновенно освежила.

— Спасибо за холодный душ, — простонал я, вытирая лицо.

— В рот мне тухлого орка! Холодно же! — закричала резко проснувшаяся Милени, её голос зазвенел от неожиданности.

— Нам пора в дорогу. Вы же сами вчера говорили, что надо выехать утром, — скомандовала Аранольд, сложив руки на груди. — Одевайтесь и собирайте вещи! И тёмную эльфийку растолкайте!

Через полчаса, скрипя и охая от похмелья, мы уже были на первом этаже гильдии, готовые пуститься в путь. Меня всё ещё штормило, а голова раскалывалась, как спелый арбуз. Мы направились в конюшню, чтобы взять скакунов, а после покинули городские ворота. Я предложил использовать телепортацию, чтобы срезать нам дорогу и уже к вечеру быть в гномьем царстве.

— Телепортация! — произнёс я команду, пытаясь сосредоточиться на заклинании, отгоняя остатки алкогольного дурмана.

Под нами вспыхнул магический круг, но магия замерцала — и погасла. Мой конь испугался, встал на дыбы и сбросил меня на землю. Лошадь, почуяв свободу, галопом поскакала прочь, возвращать её было некогда.

— Видно, магия пространства требует исключительно трезвой головы! — произнесла Галара с хитрой ухмылкой. — А вот за новой лошадью придётся вернуться в город, и уже пуститься в путь по старинке.

— А я говорила! — тут же встряла Аранольд, словно отчитывая нас. — Не налегайте так на двадцатилетний бренди! Кто же меня слушал? Милени тут же заверещала, что проследит за состоянием всех к утру. Но Вурса напоила нашу целительницу до отключки! — Аранольд словно отчитывала нас, но при этом явно сдерживала смех.

Теперь нас ждала долгая дорога к сияющим границам гномьего царства. От похмелья я всё ещё лежал пластом на спине новой животины, которая, не спеша, ковыляла по выщербленной каменной укладке старой дороги. Солнце поднялось в зенит и палило нещадно. А затем оно медленно, величественно ушло за горы, принеся с собой прохладу и живительный ветер. С наступающими сумерками пришло и осознание: пора было сделать привал, чтобы отдохнуть, но здесь, вдали, я заметил мерцающие огни. Недолго думая, мы пришпорили коней, и вскоре стало ясно — это была небольшая деревушка.

— Где мы? — спросил я, слегка приподнявшись, мой голос был ещё немного хриплым.

— Я здесь бывала пару раз проездом, — ответила Аранольд, её память, в отличие от моей, работала безупречно. — Это деревня Гри!

— Тогда, думаю, нам стоит отдохнуть с комфортом, нежели ночевать на голой земле, — предложила Вурса, потягиваясь.

— Я согласна, у меня от седла попа болит ужасно, — поддержала Милени, потирая поясницу.

В этот момент я заметил, как Галара, ехавшая чуть поодаль, напряжённо оглядывается по сторонам. — Галара? — обратился я к тёмной эльфийке. — Что-то случилось?

— Странное чувство, — ответила Галара. — Словно я увидела старых друзей в толпе этих жителей, — её обычно холодные глаза выражали лёгкое замешательство.

— Давайте тогда найдём таверну и снимем комнату, — произнёс я, желая поскорее устроить команду.

Мы оставили в конюшне своих уставших лошадей, пообещав им овса, и направились на поиски ночлега. Мой взгляд упал на вывеску «Таверна толстый мальчик», и я сразу же поспешил внутрь заведения. Здесь было весьма тихо, посетителей почти не было, что было странно для такого позднего часа. Из печи доносился невероятно ароматный запах жареной баранины, от которого желудок довольно заурчал. За стойкой на нашу компанию уже с лёгким любопытством поглядывал крепкий, усатый мужчина, с длинным шрамом на правой щеке и в белоснежном фартуке.

— Здравствуйте, гости! — его голос был басовитым и добродушным. — Меня зовут Парган. Чего желаете?

— Мы бы хотели снять комнату и отужинать, — ответил я, предвкушая сытный ужин.

— Есть большая комната на четверых. Три серебряника за ночь, — предложил трактирщик. — На ужин могу предложить свежую баранину с картофелем и, конечно же, лучшее местное пиво.

— Мы согласны, — я протянул ему деньги и взял увесистый ключ от комнаты.

Предвкушая долгожданный отдых, наша компания, словно единое целое, направилась на второй этаж. После того как мы скинули свою поклажу и, наконец, переоделись в чистую, сухую одежду, я поспешил на первый этаж, где меня уже догнал зверский голод. Мы уселись за большой круглый стол у окна, наблюдая за суетой деревенской жизни. Трактирщик, Парган, в мгновение ока принёс нам дымящиеся отбивные из баранины, гору жареного картофеля, свежевыпеченный хлеб, источающий волшебный аромат, и обилие терпкого, пенистого пива. Я ожидал обычной таверной грязи — криков, песен, битой посуды. Но гости, на удивление, сидели тихо и только перешёптывались. Мы плотно поели, и когда животы набились до отказа, строем ушли в комнату — отсыпаться перед дорогой. У самой двери я сразу же заметил небольшой, аккуратно сложенный свёрток, что был протиснут в дверной проём. Я взял бумажку в руки.

— Что за письмо? Что там? — поинтересовалась Аранольд с напряжением в голосе.

— В письме написано, — начал я, внимательно читая каждую строчку, — что Галара у нас в плену. Я должен прийти один, невооружённый и без экипировки, в некую «тёмную чащу». Иначе они перережут глотку спутнице, — последние слова я произнёс с оттенком иронии, ведь Галара была далеко не беспомощной.

Я резко обернулся и попытался высмотреть Галару, которая, как мне казалось, только что стояла позади всех. Но её там не оказалось. В какой-то момент она просто растворилась, оставив лишь лёгкую тень. Та, словно мираж, ускользнула в открытое окно.

— Магия подмены! Как так?! Я даже ничего не почувствовала! — выразилась Вурса, поражённая её исчезновением.

— Что будем делать? — поинтересовалась Милени, её лицо выглядело тревожным.

— Чёрт! — выкрикнул я, пытаясь осознать ситуацию. — Что за тёмная чаща?!

— Лучше и быстрее всего будет пройти через местный лес. Он, здесь, рядом, — сказала Аранольд, которая, судя по всему, хорошо знала здешние места. — Там растут чёрные шипастые терновники, образующие почти непроходимые заросли, — затем она посмотрела на меня, её взгляд был полон сомнения. — Вы собираетесь пойти один?

— Да! — ответил я, не раздумывая. — Быстро разберусь и вернусь.

— Без оружия и доспехов? — поинтересовалась Вурса, скрестив руки на груди.

— Альскальмур! — выкрикнул я, обращаясь к своему мечу.

— Да, господин! — раздался его довольный, немного ехидный голос. — Давно вы меня так не звали, скучал по беседам!

— Ты можешь прямо сейчас превратиться в ремень, чтобы замаскироваться? — спросил я, пытаясь сдержать улыбку.

— Нет! — возмущению меча не было предела. — Я что тебе, аксессуар к одежде?! Или дешёвка какая-то?!

— Тогда превратись в дамский ножик, — быстро поправился я, — мне нужно тебя спрятать, чтобы похитители Галары не обнаружили твоё присутствие.

— Надеюсь, вы меня в задний проход не засунете?! — спросил Альскальмур, его голос звучал подозрительно.

Я выдержал паузу, стараясь не выдать себя.

— Давай, меняйся! — скомандовал я с твёрдостью в голосе.

— Ох! Ладно, господин! — ответило оружие, уменьшившись в размерах. По всей видимости, оно решило не рисковать, проверяя пределы моего терпения.

— А что нам вы прикажете делать?! — фыркнула недовольно Милени, чувствуя себя лишней.

— Будьте начеку! — скомандовал я, готовясь к выходу. — Я отправлю огненный шар в небо, как только разберусь с ситуацией. Тогда и выдвигайтесь на помощь!

Я покинул трактир, быстро направившись к лесу, где, как мне сообщили, росли чёрные терновники. Небо было безлунным, и лишь звёзды далёкими искорками освещали путь. Из темноты начали проступать размытые фигуры людей. Факелы в их руках метались, рождая жуткие, танцующие тени. Подойдя ближе, мне удалось разобрать детали: Галара стояла на коленях, её руки были связаны за спиной, а рот плотно забит кляпом. Рядом с ней, словно хищные птицы, находились вооружённые длинными и короткими мечами незнакомцы. Все были в одинаковых чёрных кожаных доспехах. Их фигуры скрывались под плащами с капюшонами, а лица закрывали тёмные маски с прорезями для глаз и длинными птичьими клювами.

Я подошёл ещё ближе, стараясь сохранять невозмутимый тон:

— Кто вы? Зачем похитили Галару? — мой голос был твёрд. — Отвечайте быстро, или умрёте!

Один из незнакомцев, обладатель самого крупного клюва на маске, громко, ехидно засмеялся и вышел вперёд, скрестив руки на груди.

— Галара наш давний друг, — протянул он, его голос был грубым и насмешливым. — И мы решили её просто навестить. И вообще, мы одни из лучших наёмников на континенте — Чёрные Вороны! Имя моё Шаорат Таорот! Я один из капитанов Чёрных Воронов.

— Не похоже вы на друзей Галары, — возразил я, чувствуя подвох. — Какие истинные мотивы у вас? Вы лжёте мне? — я хотел добраться до самой сути их игры.

— О, а ты весьма проницателен! — Шаорат насмешливо склонил голову. — Но мы и правда бывшие товарищи Галары. Она что, не говорила тебе, что была наёмницей, а потом сбежала из Шардаля, оставив нас?

Я ничего не ответил, лишь пристально смотрел на лидера Чёрных Воронов, пытаясь прочесть его душу. Эта неприятная информация давала кое-что прояснить.

— Знаешь! — снова расхохотался наёмник, его злорадство росло. — На самом деле нам нужен… ты. Или, вернее, твоя левая рука, — мужчина указал на мою татуировку. — За тебя заплатили немало. Ты — опасный враг, это правда. Сильный. Но даже у сильных есть слабые места.

— Кто меня заказал? — спросил я, мои слова были отрывистыми. — Насколько большая сумма?

— Не смеши меня, — Шаорат махнул рукой. — Я не выдам тебе имя заказчика, даже если меня будет ждать ужасная смерть. А вот сумма… да, сумма большая — двести платиновых монет!

Двести платиновых! Заплатили невероятно много. Кто же так охотится за моей рукой? Но думать об этом некогда. Сначала нужно освободить Галару и унять эту стаю наёмников.

— Я редко даю шанс своим врагам, — начал я, и моя кровь уже начала закипать в жилах, предвкушая бой. — Но если отпустите Галару, я сохраню жизнь половине из вас! — я искренне не собирался оставлять в живых никого. Жажда крови звенела в ушах.

Сообщение:

Жажда крови активирована!

Мне уже хотелось броситься в битву, разорвать их всех, начать испепелять врагов магией, но неожиданно вокруг меня и наёмников засияли крупные, гладкие камни, размером чуть больше яблока. На их каменной поверхности проступили яркие, светящиеся руны. Все минералы, словно по команде, объединились молниями, воздвигая вокруг нас прозрачный, мерцающий купол.

Сообщение:

Воздвигнута печать антимага!

Вы не можете использовать собственную магию!

— Что ты сделал?! — обратился я к наёмнику, мой голос звучал опасно низко.

Шаорат обратился тенью, мерцающей и быстрой, — и уже через секунду материализовался в нескольких футах от меня. Прорези его маски смотрели мне прямо в глаза.

— Это камни Элгоры, — его голос был полон самодовольства. — Когда они начинают разрушаться, то создают барьер антимагии и не дают её использовать. Очень дорогая и редкая вещь — наскребли всё, что было. Я знаю, что ты неплохо владеешь магией, не хотелось рисковать. А маг без магии против искусных убийц бессилен.

— А я смотрю, ты можешь в этом барьере использовать заклинания? — обратился я, слегка улыбнувшись, хотя внутри клокотала ярость.

— Мы используем специальные талисманы, — Шаорат достал из-под доспеха треугольный амулет серебряного цвета на цепочке с символами, неведомыми мне. — Они впитывают нашу врождённую силу к тёмным искусствам и дают возможность использовать некоторые способности.

В этот самый момент ко мне кинулся один из наёмников, его короткий клинок сверкнул в полумраке. Он двигался невероятно быстро, но я был готов к атаке. Моментально выдернув дамский кинжал из-под ремня, я почувствовал знакомый отклик.

— Альскальмур! Меч! — скомандовал я.

Мой верный кинжал резко вырос в размерах, лезвие вытянулось на лету и с глухим хлюпаньем воткнулось прямо в лицо нападавшему. Тот уже занёс свой клинок над моей головой. Тело рухнуло замертво.

— Что?! — заревел Шаорат, его голос был полон ярости и удивления. — Ты же был без оружия! Убейте парнишку!

Наёмники немедленно начали превращаться в тени, расплываясь и атакуя со всех сторон. Я был без доспехов, без второго оружия и без магии — заточенный в антимагическом куполе. Но я всегда знал слабости магов и отточил своё боевое искусство и чутьё до предела. К тому же, мои пассивные навыки должны были работать!

Я почувствовал резкое дуновение ветра в лицо, и навык чутья предвещал лобовую атаку. Сделал быстрый шаг назад и, резко наклонившись, нырнул вправо. Передо мной материализовался враг, пытаясь ударить прямой атакой длинным мечом. Я ушёл в сторону, прикрываясь клинком Альскальмура. Лезвие лязгнуло, встретив вражескую сталь. А секундой позже я уже был у него за спиной — и рубанул сверху вниз, вспарывая доспех и плоть. Кровь брызнула мне на лицо, и вкус… был отменным. Утолить эту внезапно разгоревшуюся жажду крови мне не помешало бы.

Сообщение:

Песнь крови активирована!

Ваши физические показатели на три минуты вырастут на 30%.

Ещё один наёмник попытался ударить в спину резкими тычками. Я успел вывернуться и парировать два выпада, отводя их в сторону. Я ударил с нижней стойки резким ударом, разрубая челюсть врага надвое, а затем закончил боковым, отделяя голову с плеч.

С двух сторон на меня кинулись из тени новые враги. Один из них бил с нижней стойки косым ударом, второй — сверху, параллельно своему напарнику. Нижний выпад я парировал своим мечом, а вывернувшись, схватился за лезвие клинка второго врага. Отведя его оружие в сторону, я нанёс контрудар — и воткнул Альскальмур врагу в живот. Клинок застрял, но я не выпускал его из руки. Кровь хлынула из моей ладони, но боли я почти не чувствовал. Адреналин, вперемешку с яростью, пульсировал по моим венам. Второй наёмник снова попытался атаковать, но я был быстрей, и его голова уже покатилась по земле, оставляя багровый след.

В последний момент я заметил круглый предмет, летящий прямо в меня. Я резко отпрыгнул в сторону — и едва успел увернуться, как прогремел взрыв. Подрывник, стоявший чуть поодаль, уже зажигал фитили на двух новых бомбах. Я бросился к нему, но тут стрела с хлёстким звуком вонзилась мне в плечо, пробив плоть насквозь. Не обращал внимания. Во мне бурлила жажда крови и насилия, и никакая стрела не могла остановить меня. Наперерез из тени выпрыгнул новый наёмник. Я пригнулся, скользнул по траве и ушёл под широкий размах вражеского меча. Резко встав на ноги, я развернулся и ударил наотмашь, пробив доспех и вспоров живот наёмнику. Враг упал на колени, схватившись за свои внутренности, которые уже начали вываливаться. Мой прямой удар и меч вонзился ему прямо в рот, пробивая череп.

Я снова понёсся на подрывника, но враг уже кинул в меня две бомбы. Мне удалось уйти от взрыва первой бомбы, но вот вторая отбросила меня в сторону, слегка контузив. Меч с глухим звоном выпал из рук, и наёмник с кинжалом уже завис надо мной. Блик от его меча полоснул по глазам — но я успел подставить ладонь, задержал удар, дотянулся до своего клинка и всадил ему в горло.

Снова стрела просвистела рядом со мной, сдирая часть плоти с щеки, оставляя жгучую боль, но мой резкий прыжок застал врасплох лучника. Он не успел даже натянуть тетиву, как его голова покинула туловище. Подрывник начал превращаться в тень, чтобы ретироваться, но я ухватил его за капюшон и, выхватив из его руки зажжённую бомбу, быстрым движением вбил её ему в рот. Через пару секунд прогремел взрыв, раскидав мозги наёмника на десятки метров.

— Стой, ублюдок! Или она сдохнет! — закричал Шаорат, приставив острый меч к шее безмолвной Галары.

— Я бы на твоём месте подумал дважды! — на моём лице, залитом кровью, расплылась хищная, безумная улыбка, а глаза горели лихорадочным блеском.

— Брось свой меч! — выкрикнул наёмник, его голос был пропитан угрозой, а клинок угрожающе сжал шею тёмной эльфийки, оставляя на ней тонкую алую линию. — Или я перережу ей горло!

— Постой! Я кладу оружие, — я медленно, демонстративно опустил Альскальмур на землю, не делая резких движений.

Мой взгляд не отрывался от Шаората, пытаясь предугадать следующий шаг мужчины.

— А я тебя недооценил, — Шаорат расхохотался с триумфом. — Думал, без магии ты просто хилый паренёк, но твой конец близок.

Наёмник отбросил в сторону Галару, которая тяжело упала на землю, и превратился в тень, исчезнув на мгновение. Я почувствовал леденящий шёпот смерти за спиной, инстинкт завопил, и я резко развернулся. Наёмник выпрыгнул из самой темноты. Ослепительный блеск! Прямо возле моего лица промелькнуло лезвие клинка. Я успел среагировать и сделать шаг назад, но лезвие врага всё же коснулось моей груди, разрезав рубашку и оставив глубокую, жгучую рану. Боль! Рана жутко защипала, и голова словно в тумане начала кружиться.

— Вот и конец, — на лице Шаората проступила ехидная усмешка, а его голос прозвучал, как приговор. — Мой клинок был отравлен сильнодействующим ядом. Тебе осталось жить… минуту.

Сообщение:

Яд выведен из вашего организма!

— Глупец, — произнёс я, усмехнувшись сквозь боль.

Мой пассивный навык «Сопротивление Ядам» сработал, и всё было нейтрализовано.

— Печать чумы! — сорвалась с моих уст команда.

На груди наёмника мгновенно проступила зловещая печать, и его сразу же вырвало кровью — фонтан алой жидкости хлынул на землю.

— Что происходит?! Что за боль?! — закричал Шаорат, схватившись за грудь, его голос был полон ужаса.

— Это заклинание могу использовать благодаря своему талисману скверны, — объяснил я, наслаждаясь мучениями врага. — Поэтому на него не действует твой барьер. Твоё тело будет медленно разлагаться, боль будет нестерпимой. Знаешь! Если бы я не был искусным в ближнем бою, то без магии вы, и правда, могли бы меня убить. Твой просчёт стоил жизни твоим товарищам… и тебе самому, — мне хотелось поиздеваться над врагом, показать его беспомощность, заставить пожалеть о своём решении.

— Ты чёртов ублюдок! Чёрные вороны этого так не оставят! — Шаорат был в ярости, он попытался встать, но его ноги подкосились. — Они тебя достанут из-под земли, даже если ты сдохнешь — от тебя не оставят ни единого куска плоти!

Наёмник снял маску и капюшон. Лицо его, уже частично сгнившее от моей магии, исказилось в гримасе агонии. Начали выпадать зубы, оставляя пустые чёрные дыры. Затем отвалились уши, глаз выпал из орбиты, а рука Шаората, уже превратившаяся в разлагающуюся культю, с последним усилием потянулась ко мне. Я решил закончить мучения этого выродка. Подняв Альскальмур с земли, я одним точным ударом снёс голову врагу. Тело рухнуло на землю и продолжило разлагаться от магии чумы, превращаясь в гниющую массу, оставив на месте лишь комплект кожаных доспехов.

Сообщение:

Вы получили + 4500 тысяч опыта!

Пожиратель душ активирован!

Для активации силы Тёмного Бога требуется 98432 жертвы.

Я поспешил освободить Галару, быстро перерезав кнуты и вынув кляп изо рта. Она тяжело задышала, жадно глотая воздух.

— Простите меня, господин Дарго, — произнесла девушка дрожащим голосом. — Я оплошала, и вы теперь ранены из-за меня! — девушка сразу же поспешила перевязать мои раны куском своей юбки, наспех разрывая её.

В этот момент магические камни, что поддерживали антимагический барьер, с треском рассыпались в пыль. Меня накрыл прилив собственной магии. Я не стал ждать. В ночное небо взвился огненный залп — яркий, мощный, как сигнальный огонь. Сигнал для спутниц.

Вурса, Аранольд и Милени прибежали почти мгновенно, словно всё это время ожидали совсем рядом, готовые сорваться по первому зову. Эльфийка, увидев мои раны, не раздумывая, бросилась залечивать их. Мягкий, тёплый зелёный свет окутал меня, и я почувствовал, как боль отступает, а раны на груди и плече медленно, но верно затягиваются.

— Мы сильно переживали! — вымолвила Аранольд, её голос был полон облегчения. — Прошло полчаса, не меньше, с тех пор как вы ушли к лесу. Милени себе места не находила! Галара, ты как?

— Я в порядке, — тёмная эльфийка опустила голову, её голос звучал глухо, а взгляд был потухшим.

— Незаметно, — Вурса подошла к Галаре и требовательно стукнула её по плечу, тон девушки не терпел возражений. — Выкладывай!

— Давайте сначала вернёмся в комнату там и побеседуем, — произнёс я, оглядевшись по сторонам. Несмотря на победу, чувство тревоги не покидало меня, словно ожидая новую, невидимую атаку.

Вскоре мы сидели за круглым столом в нашей комнате. Милени добродушно принесла горячего чаю, от которого шёл пар, а камин, где догорали последние головёшки, придавал комнате неожиданного, домашнего уюта. Температура и мягкий свет успокаивали расшатанные нервы.

— Я должна кое-что вам рассказать о своём прошлом! — Галара подняла голову, её взгляд был полон решимости и боли, — Мне пришлось очень многое утаить… Когда-то я состояла в гильдии наёмников, именуемой «Чёрные Вороны». Они были моей семьёй… братья и сёстры по оружию. Годы шли, и в их глазах я видела только одно — алчность. А потом они перешли черту. Ту самую, за которой уже не оглянуться. Золото и власть стали для них на первом месте.

— Разве для таких, как они, это не на первом месте? — Вурса не удержалась, её саркастичный комментарий прозвучал, как всегда, вовремя.

— Не перебивай! — рявкнул я, не желая, чтобы кто-то прервал исповедь Галары.

— Нет! — Галара покачала головой. — Вначале мы брались за устранение опасных преступников, поиск беглых заключённых или помощь в зачистке подземелий от монстров. Нас нанимали, чтобы помогать, но в одночасье всё поменялось. Грабёж, убийство невинных, похищения. Мы начали оказывать услуги самым тёмным личностям. В итоге, мы, наёмники, стали гильдией убийц, которая переступила через все принципы. Я сбежала от них, но мне пришлось убить одного из капитанов, который хотел мне помешать. Я не могу вернуться в Шардаль, ведь иначе мне конец, — Галара снова склонила голову, её голос стих, оставив в воздухе повисшее напряжение.

— Все мы делаем ошибки! — произнёс я, желая её поддержать. — Мы не осуждаем тебя, Галара. Думаю, у всех здесь было что-то похожее!

— Это точно! — раздался голос Вурсы, она посмотрела в потолок, словно вспоминая что-то. — Я как-то вскрыла шею повару, который ко мне приставал. Он вроде оклемался…

— Кто бы сомневался, — шепнула Милени, и уголок её губ дрогнул в улыбке.

— Единственное, что меня сейчас беспокоит, — продолжил я, переключая внимание на главную проблему. — Кто был наниматель Чёрных Воронов? Они знали мою репутацию — я маг, и маг опасный. Готовились, видимо, долго. И двести платиновых... такие деньги платят только за того, кого очень сильно хотят убрать.

— Вас что-то ещё беспокоит, видимо? — обратилась Аранольд, заметив мой задумчивый взгляд. Её интуиция редко подводила.

— Наёмники хотели отрубить мою левую руку, — я посмотрел на свою татуировку. — На конечности печать авантюриста.

— Не верю, что это совпадение, — произнесла Милени, кивая. — Особенно, когда ваша татуировка начала меняться.

— Я тоже мало в это верю, — согласился я. — Но скоро узнаем! Я подежурю первым, а вы ложитесь спать. Завтра, надеюсь, нам откроется эта тайна!