Мы с Аней, сидя и держась за руки, продолжали смотреть на Аяну и Вику.

Я в это время не уставал поражаться тому, как сильно «изменились» девушки. Не только в плане силы. В них изменилось всё: осанка, взгляд, манера держаться, даже сама энергетика. Когда-то передо мной стояли ещё совсем юные девушки, которые только искали себя, а сейчас они стали более уверенными и гораздо женственнее, чем ранее. Можно сказать, что они расцвели.

— Мама, — неожиданно обратилась Вика к Аяне, стоя у её ног и смотря снизу вверх.

— Что такое? — Аяна ласково улыбнулась и провела ладонью по её волосам.

— А ты же теперь вернёшься с нами домой навсегда?

Аяна немного растерянно посмотрела на меня и на Аню. Потом она снова перевела взгляд на Вику и продолжила гладить её по голове.

— Да, вернусь. Может, иногда придётся улетать по делам в Японию. Но так… больше не собираюсь покидать вас.

— Ула! — радостно закричала Вика, обнимая её за ноги. А обняв, тут же отцепилась и сорвалась с места, подбежала ко мне и повисла у меня на шее.

— Папа-герой! Папа вернул маму домой!

Теперь уже я гладил её по голове, пока она сидела у меня на колене и крепко прижималась ко мне. Аяна подошла ближе и села справа. По её лицу сразу стало понятно, что она хочет поговорить.

Я аккуратно передал Вику Ане и посмотрел на Аяну.

— По поводу Японии, — начала она разговор. — Те твои слова…

Я задумался и отвёл взгляд в сторону, смотря перед собой.

Политика — очень сложное дело. А если точнее, очень грязное.

Однако я не собираюсь принимать решения только на основе того, что моя жена — императрица Японии. Раз уж я решил становиться императором, никаких послаблений ни для кого не окажется. Мне нужно заботиться о тех, кто готов идти за мной, и о тех, кто относится ко мне хотя бы нейтрально. Но пригревать змею на груди я не собираюсь ни при каких обстоятельствах.

— Моё решение не окончательное, — ответил я после короткой паузы. — Однако в том составе, в котором сейчас находится Япония, точнее её верхушка аристократии, я действительно не хочу видеть её рядом с собой.

Я усмехнулся.

— Но нам с тобой и не только с тобой, прежде чем думать об этом, ещё необходимо понять, как разгребать всю эту статусную ситуацию, которая образовалась вокруг меня. То, что я Вяземский, стал императором Российской империи и до сих пор не сменил фамилию на Романова. И то, как ты станешь моей женой уже на официальном уровне. Ведь наша женитьба разорвана, а значит, жениться придётся вновь. То есть образуется тройная связь из разных фамилий…

Аяна, услышав это, рассмеялась тёплым смехом. И этот смех, признаться, очень сильно согрел мне душу.

— Подумать только, — сквозь смех произнесла девушка. — У нас с тобой целая череда свадеб.

Она нежно улыбнулась.

— Но я надеюсь, что эта всё же станет окончательной.

Девушка взяла меня за руку.

— А всё, что касается статуса, тут, конечно, да, разбираться придётся долго. Ведь тебе, чтобы полностью стать императором Российской империи, необходимо либо покинуть свой Род, либо сделать Вяземских императорским Родом. Но тогда Романовы перестанут занимать это положение. Честно говоря, мы это не обсуждали, когда готовили подобный план. На тот момент Анастасия просто хотела защитить наш Род. И знаешь, сперва я ей не поверила, но потом, видя все её старания, поняла: она действительно в тот момент не гналась за тобой или за каким-то планом. Она всего лишь хотела нам помочь. Ведь во всей той неразберихе мы были мишенями с трёх сторон.

Аяна тихо выдохнула.

— Однако теперь придётся разбирать всю эту чехарду…

Слушая её, я покачал головой.

Действительно, дел немало. Но всё это дождётся своего часа. Или как минимум я обсужу это с Анастасией после прилёта в столицу.

— Ты сама что думаешь по поводу своей роли в Японской империи? — спросил я.

Она на некоторое время задумалась. Посмотрела в окно, за которым тянулись облака, затем снова на меня.

— Хоть ситуация и сложная, я считаю, что Япония нам нужна. Не только потому, что хочу защитить её, и не только потому, что это моя родина и там часть нашей семьи. Там также довольно много сильных практиков, которые впоследствии, возможно, выйдут на куда более серьёзный уровень.

Я кивнул, краем глаза замечая, как ко мне слева крадётся маленькая хитрая мордашка, однако притворился, что ничего не вижу.

В следующее мгновение Вика набросилась мне на спину, хватая за шею и весело смеясь.

— Попался! Папа попался! Теперь я папу никуда не отпущу!

Я вскинул вверх руки, делая вид, что сдаюсь.

Так вместе мы провели ещё какое-то время.

Каюта была наполнена смехом, тихими разговорами и тем редким спокойствием, которое ценишь особенно сильно после войн, интриг, советов и чужой тупости. Вика бегала от одной к другой, то пряталась за Аяну, то бросалась ко мне, то забиралась к Ане на руки.

Затем Вика начала явно засыпать. Похоже, что всё же вымоталась.

Аяна, подмигнув Ане, взяла её на руки и пошла в другую каюту. Так что в итоге мы с Аней остались одни.

И несложно догадаться, к чему всё привело.

Когда тяжело дышащая, но очень довольная голая Аня уснула, я аккуратно укрыл её одеялом, провёл ладонью по волосам, немного полюбовался её выражением лица во сне и направился в другую каюту, где меня ждала Аяна, уже без Вики.

С ней мы тоже провели время вместе. И дело тут не только в желании близости. Хотя оно, конечно, никуда не делось и чувствовалось весьма весомо. Всё же у меня очень красивые жёны, и я их люблю, а одно это уже создаёт такую химию, против которой сложно идти, если не отключать свои эмоции и чувства.

Но девушкам нужно и другое. Простое нахождение рядом.

Уверенность, что я здесь. Что вернулся. Что не исчезну снова в космосе или ещё где-то.

Я лежал на кровати, пока Аяна устроила голову у меня на груди и что-то тихо мурлыкала себе под нос. Её дыхание постепенно выравнивалось. Пальцы лениво чертили на моей коже какие-то круги.

Так продолжалось какое-то время, а затем я почувствовал, как мы прибываем в земли Рода. Аяна тоже это почувствовала и приподнялась. Её длинные волосы спадали вниз, чуть прикрывая грудь. Это было так маняще, что я не удержался и потянулся к ней.

Жена задорно засмеялась, однако мы оба понимали, что времени на это сейчас уже нет.

* * *

Я знал, что возле замка собрались люди. Чувствовал энергию каждого. Однако решил не портить себе и им сюрприз.

Когда дирижабль сел, а трап начал медленно открываться, я держал Вику за руку, а Аня и Аяна стояли по сторонам от меня. Передо мной открылся вид на замок и выложенную площадь перед ним…

Перед замком, выстроившись ровными шеренгами, стояли воины Рода. Много воинов Рода…

Если раньше их было под две тысячи, то сейчас — около трёх или даже больше. Основная часть из них стояла в тёмной форме, впереди, а другая часть, небольшая, была позади, в чёрных доспехах, чем-то напоминающих рыцарские, но более сглаженные. Именно такие, какими их проектировал старик Александр.

У впереди стоящих воинов в руках были боевые знамёна с геральдикой Рода Вяземских, что развевались на ветру. За ними же, в замке, угадывались длинные ряды горничных. А перед всеми воинами стояли члены основной ветви Рода.

Гриша, Славка, Тина… Почти все. Здесь были даже Вадим с Леной и их маленькой, как оказалось, дочкой, что стояла за ногой Вадима. Здесь не было только старика Александра.

Возможно, он сейчас занят какими-то делами.

Все стояли неподвижно и смотрели прямо на меня.

Каждый изменился… Нет, они всё те же, остались старые черты, но… Каждый стал взрослее, и это прекрасно по ним видно.

И если раньше я ощущал их как поддержку, то сейчас, глядя на членов Рода, стоящих гордо и прямо, а также на воинов Рода, которые выглядели единым нерушимым монолитом, я почувствовал глубоко в груди трепет и тепло, понимая, что теперь их можно считать опорой Рода.

Аня тихо заговорила:

— Они ждали тебя… Всё это время. Ждали, когда ты вернёшься. Чтобы показать, что исполнили твой приказ. Хранили настоящее и готовы двигаться в будущее с твоим именем на устах.

Вика хотела двинуться вперёд, но Аня мягко взяла её за руку. Когда дочь посмотрела на неё, она едва заметно помотала головой. Я всё это видел лишь краем взгляда.

Аня чуть потянула дочь назад так, чтобы она отпустила мою руку. И когда это произошло, я медленно пошёл по трапу вниз один.

Оказавшись внизу, оценил масштаб куда сильнее, чем сверху.

Воины Рода с абсолютно ровными и собранными лицами, которые до этого стояли спокойно и неподвижно, зашевелились.

Те, кто держал знамёна, слегка приподняли их, а затем начали ударять древками о землю. Глухой ритм прокатился по площади, ударил в грудь и в сердце, ушёл в стены замка и вернулся эхом.

Вот он… Мой Род.

Славка сделал шаг вперёд, вскидывая кулак и громко крича:

— Во имя главы!

Голос множества воинов после удара в грудь кулаком ответом слился в единый громовой удар:

— Во славу его! Во славу его! Во славу его!

Я шёл вперёд медленно. Не для того, чтобы насладиться этим процессом… А потому что глубоко в груди поднималась гордость. Гордость за мой Род.

Они не просто выстояли.

Идя по осколкам, держа дрожащими руками холод и ощущая всем телом жар войны, они, как и обещали, сохранили этот мир до моего возвращения.

Когда я приблизился достаточно, воины Рода подались вперёд, явно собираясь встать на одно колено, но я едва заметно повёл рукой, используя волю, чтобы удержать их, ибо не могу позволить сейчас склониться.

На меня смотрели удивлённо и немного взволнованно, но я, не обращая на это внимания, прошёл мимо повзрослевшего и серьёзного Гриши, по пути слегка хлопнув его по плечу, и, подойдя к одному из воинов, положил руку на плечо, при этом чуть сжимая ладонь и обращаясь ко всем:

— Спасибо, братья и сёстры…

* * *

В зале замка царило веселье, если можно так выразиться.

Сюда пришли все члены Рода. Думаю, я сошёл бы с ума, если бы каждый из них решил сразу рассказать мне всё, что накопилось. Но все держались сдержанно. Конечно, поговорить со мной хотели многие, но каждый подходил ненадолго. Они менялись, чередовались, оставляли место другим.

А поговорить нам есть о чём… И я с удовольствием выслушивал каждого.

Хотя они тоже просили меня для начала рассказать, где я всё это время находился и что происходило там, за пределами Земли. Но до этого ещё дойдём. Сейчас для меня важнее другое — услышать и увидеть каждого из них.

В результате этого круговорота мне удалось познакомиться с дочерью Вадима и Лены.

Маленькая девочка, чуть выше Вики, с чёрными волосами подошла ко мне в сопровождении обоих родителей. Я сразу заметил, что длинные волосы у неё не просто так. Также чёлка закрывала одну половину лица, один глаз и часть щеки, скрывая «метку».

Оба родителя, смотря на дочь, едва заметно подтолкнули её под плечи, чтобы девочка вышла вперёд.

Она, сделав пару шагов, остановилась передо мной, сделала книксен и, волнуясь, но всё же произнесла:

— Ирина М-мстиславская. Ваше величество.

От этого смущения зал взорвался лёгким весёлым смехом.

Я, глядя на всех вокруг укоризненно, покачал головой. Да, они сейчас очень рады, им весело, но смущать маленькую девочку — не лучшая идея.

Я сделал шаг к ней, присел на одно колено и, положив ладонь ей на голову, слегка улыбнулся.

— Прекрасное имя для прекрасной девочки. Но знаешь, я скажу тебе по секрету: не стоит стесняться той силы и той особенности, которой ты отмечена. Если ты выделяешься на фоне других, это не значит, что ты хуже кого-то.

Мягко направляя в неё энергию и видя волнение с некоторой паникой на лице девочки, я аккуратно отвёл волосы в сторону, открывая чёлку, за которой прятался белый зрачок, белые ресницы и белая бровь, в то время как на другой стороне всё было наоборот — чёрное.

— Будь уверена, это не то, что нужно скрывать. Однажды ты поймёшь, что это не проблема. Это то, что выделяет тебя среди многих и делает гораздо красивее и особеннее.

Девочка слушала меня очень внимательно, даже чуть приоткрыв рот. Она буквально впитывала каждое слово. А затем, словно одумавшись, чуть смутившись, кивнула и снова сделала книксен.

У неё глаза разного цвета. Брови разного цвета. Ресницы разного цвета.

Её отметили оба покровителя Вадима и Лены. Аматэрасу и та светлая богиня.

Однажды эта девочка станет невероятно сильной, если сможет взять под контроль собственные силы.

Когда она убежала вместе с Алисой, ко мне приблизились взволнованные Вадим и Лена.

Парень спросил первым:

— Сергей, это же не проблема…?

Он не кивнул, но взглядом указал в сторону своей дочери.

— Нет, — спокойно улыбнулся я. — Это можно считать в какой-то мере подарком. Так что не переживай ни о чём подобном. Главное — усердно занимайтесь её дарами.

— Эйр сказала то же самое, — Вадим облегчённо выдохнул и почесал затылок. — Но сам понимаешь… Мы ей доверяем и верим безоговорочно. Однако ты с подобным сталкивался куда чаще, как сама она утверждает.

Я кивнул.

— Вы оба развиваетесь очень быстро и наверняка уже открыли какие-то стороны своего дара. Вот только не увлекайтесь только им. Развивайте свои стихии. Поверьте мне, своя сила гораздо роднее, чем дарованная.

— Понятно, — они оба кивнули.

Отведя взгляд от Вадима с Леной, я огляделся по сторонам. И довольно громко обратился ко всем:

— А где старик Александр? Мне хотелось бы обнять и этого чертяку, а ещё поздравить его с тем, что он всё-таки завершил свой проект.

Стоило мне это произнести, как зал тут же замер. Смех оборвался, а разговоры стихли. Все немного растерянно и даже как-то потерянно переглядывались между собой.

Что всё это значит? Почему они так странно себя ведут?

Где-то глубоко внутри само собой зародилось волнение.

Ко мне подошла Аня. Девушка обхватила одну руку другой за локоть и опустила взгляд.

— Прости… Я не хотела сразу грузить тебя всем этим, а потом на радости просто забыла и поэтому не рассказала…

— О чём?

Её слова мне совсем не понравились. Я почувствовал, как внутри всё немного сковывает льдом.

Аня отвела взгляд в сторону.

— Лучше показать, чем рассказывать… Просто телепортируйся за мной.

Она исчезла.

И я, прекрасно понимая, куда она переместилась, при этом осознавая, что этой точкой окажется кладбище, тоже телепортировался.

Яркий свет зала исчез, а на смену ему пришла тяжёлая тишина и серость неба. А также…

Я замер, смотря на множество могил.

Здесь, в этом месте, покоились бойцы Рода. Сотни могил с плитами. Те, кто пал, сражаясь на войне. Те, кто держал настоящее ценой собственной жизни… Ряды памятников уходили в сторону, между ними тянулись каменные дорожки, а над плитами тихо горели родовые огни. Холодный ветер шевелил траву и приносил запах земли, камня и увядающих цветов.

Мы же стояли прямо перед могилой, расположенной ближе всех остальных, сразу после предков Рода.

На белом камне золотыми буквами было выбито:

Александр Вяземский

А ниже — его фотография.

Улыбающееся лицо старика.