Если кто-то вдруг ожидал, что мы немедленно побежим всё подряд минировать и подрывать, то он сильно ошибся. Никто никуда не побежал. Хотя, разлив в четыре канистры бензин, ребята потащили их в тоннель. Есть там несколько мест, куда их можно спрятать — лично проверил!
И всё это время мы исправно несли службу, пропуская в разные стороны всевозможный автотранспорт.
Установив канистры (и подложив под каждую из них по килограмму взрывчатки), бойцы начали аккуратно прокладывать детонирующий шнур.
А я, выбрав момент, когда между проходами автотранспорта образовалось «окно» (немцы аккуратисты и соблюдают обеденный перерыв), установил у обеих выходов из тоннеля те самые самодельные замыкатели. Для чего в кузове нашей автомашины дожидались своего часа два, снятых с разбитых грузовиков, автомобильных аккумулятора.
Худо ли бедно — а часа за три мы со своей работой управились.
Пленный радист к тому времени пришёл в себя и не делал никаких попыток сбежать или привлечь к себе внимание. Надо полагать, вид сваленных прямо в комнате мертвых тел действовал на него несколько отрезвляюще.
Выбрав время, заскакиваю в дом, и вытащив кляп изо рта пленника, вежливо интересуюсь — по какой-такой причине он вообще здесь находится? Насколько я успел уяснить, немцы несли службу по охране мостов и аналогичных сооружений приблизительно по одному шаблону. И никаких радистов в состав подразделений охраны не включали.
Запинаясь и перескакивая со слова на слово, радист поясняет.
«Должны пройти три колонны со спецгрузом. Это не армия — люфтваффе[1]. Машины везут какой-то важный груз, и на период их прохода, всё движение по дороге останавливается. Об этом заранее сообщают по радио, чтобы все посты на трассе успели бы выполнить это требование. По мере прохождения колонны движение восстанавливается.»
Интересуюсь — когда будет первая колонна?
Оказывается, она прошла ещё утром.
Вторая?
Сразу после обеда…
Взгляд на часы — половина третьего⁈ То есть — уже скоро?
Взгляд на рацию — включена. Почти всю дорогу я торчал около домика и мог бы слышать…
«А кто ставил замыкатели?»
— Литвинов!
— Я! — откликается пулемётчик.
Он замещал меня, пока я бегал по окрестностям.
— Рация говорила что-нибудь?
— Да… Болтали там что-то непонятное…
Интересуюсь у немца его позывными. Наверное, видок у меня был ещё тот — и он со страху всё выложил.
Нет, его никто не вызывал. Когда на связь выйдет соседний пост (его позывной «Горец-2»), надо будет подтвердить приём и ждать команды на перекрытие движения.
— Ihr Rufzeichen! Ich bin an Ihrem Rufzeichen interessiert![2]
— «Highlander-3»![3]
Бросаюсь к телефону.
— Марк! К нам идёт какая-то неслабая колонна! По моей команде перекрываешь выход из тоннеля и изображаешь готовность к отражению воздушного налёта! Понял?
— Так, командир!
— По звонку — сваливаешь! Отходишь на сотню метров — и жди ракеты! Как увидишь — работай по замыкателю!
— А мины как же? Мы же выезд из тоннеля не заминировали!
— Да и хрен с ним! Не успеем — они уже скоро будут!
Опять всё идёт… словом — не так, как надо идёт… Пёс их там разберёт, что это за колонна и сколько в ней машин. Удастся ли закупорить тоннель? А с другой стороны — такой удар однозначно будет воспринят как действия неведомых диверсантов… и это только нам на руку!
Отсылаю подальше ещё одного стрелка — с той же самой задачей. По сигналу ракетой — открыть огонь по замыкателю уже на этой стороне. Хоть кто-нибудь из них попадёт наверняка!
Назначил точку сбора — на тот случай, если будем отходить поодиночке. Ибо сильно опасаюсь, что именно так и будет. Группа и сейчас-то фактически разорвана надвое, связь только по телефону. А если шарахнут заряды в тоннеле… какая тогда вообще связь, вы о чём?
Всё?
Вроде бы всё…
— «Highlander 3!» «Highlander 3!» «Highlander 4» — Antwort![4]
Всё… понеслось!
— Недвусмысленно тычу пистолетным стволом в сторону радиостанции — мол, отвечай! Ради такого дела можно и руку ему одну малость освободить…
— «Highlander-3» in der Leitung,[5] — прокашлявшись, отвечает радист.
Дальше всё просто — мол, колонна вышла, движение прочего транспорта остановить. Подтверждаем получение указания, после чего я снова связываю радиста и усаживаю его на пол, подальше от передатчика. Мало ли… кто там его знает, выкинет ещё что-нибудь?
Предупреждаю по телефону пост на той стороне, мол, готовьтесь, колонна вышла.
Кстати…
Пока суд да дело, перетаскиваю на улицу тела убитых немцев. Заодно и радиста привязываю к дереву в кустах. Кто там этих немцев знает, вдруг зачем-то в домик зайти захотят? А тут — такое «живописное» зрелище… Поневоле рука к стволу потянется!
С постов тела мы уже попрятали, на первый взгляд тут ничего подозрительного нет…
Мучительно тянется время…
Опа — на горизонте что-то такое есть!
— Всем — готовность номер один!
Вот она, колонна…
Головной бронетранспортер, за ним грузовик с солдатами. Потом… что там у них? Ага, легковушка. И грузовики…
Один, второй, третий…
И снова — бронетранспортёр!
Охренеть, что они там такое возят — под такой-то охраной⁈
Головной бронетранспортёр минует шлагбаум, въезжает на площадку перед тоннелем…
— Flugeralarm! Feindliches Flugzeug![6] — вылетаю из домика, размахивая руками.
Мой пулемётчик хватает пулемёт и шустро взбирается на пригорок — там наиболее удобная позиция в подобном случае. Надо отдать должное немцам — они и об этом подумали! И позицию для стрельбы оборудовали по всем правилам.
— Rein in den Tunnel! Fahrt die Autos hinein! Dort werden sie euch nicht sehen![7]
Ага…
Тут и без меня умников хватает…
Водитель бронетранспортёра так газу наподдал, что брызнувшие в разные стороны камешки аж до меня достали!
Колонна быстро втягивается под землю.
Телефон!
— Мои все! Ушли в тоннель! Опускай шлагбаум и вали оттуда!
— Принял! — кричит Лемон. — Вижу их! Уходим!
Хватаю со стола радиостанцию и прячу её в рюкзак.
Зачем?
Да… фиг её знает… привычка хомячить всё полезное…
Ходу!
Лезу наверх — типа, к пулемёту.
Надо учитывать, что из тоннеля домик виден, а значит — всё должно идти естественным образом. Охрана тоннеля должна приготовиться к отражению атаки.
Другой вопрос, что с пригорка можно и дальше уйти… и это уже видно не будет… Литвинов, кстати, уже и свалил. И правильно сделал!
Всё?
Да… вроде бы…
Ракета!
Красный, рассыпающий во все стороны искры, шарик взлетает над холмом.
Ба-бах!
Ф-ф-фух!
И из горловины тоннеля выметнулась огненная стена!
— Ходу!
Я успеваю пробежать всего около полусотни метров.
Удар!
Толчок, земля словно вздыбилась под ногами… и я куда-то полетел…
— Нет его… — боец опустился на землю, поставив ручной пулемёт рядом. — Облазил всё там… горит что-то, дышать вообще нечем.
Из группы уцелело всего три человека.
Сам Лемон, Литвинов и ещё один боец, находившийся поодаль от тоннеля на позиции для стрельбы по замыкателю.
Никто такого взрыва попросту не ожидал, вот и не успели уйти достаточно далеко.
— М-м-мать, что же я теперь ребятам расскажу? — Марк сел рядом и обхватил руками голову. — Всё ведь он продумал! И вот так… глупо…
Они помолчали.
— Надо уходить, — произнёс Литвинов. — Сидеть тут смысла нет, не ровен час, ещё немцы прочёсывать всё станут…
— Ты прав. Надо… — Лемон поднялся с земли и закинул винтовку за спину. — Пошли.
Черт…
Что происходит…
Пробую пошевелится…
С трудом, но кое-как одной рукой пошевелить удалось — уже прогресс!
Что вообще произошло?
Ворочаюсь, пробую пошевелить ногами…так — одна, вроде бы двигается! Теперь бы ещё и вторую подтянуть… да и лямки рюкзака как-то сбросить…
Короче, выкопался я из этой… даже и затрудняюсь сказать — откуда?
Скорее всего, тут когда-то стоял дом. В котором имелся подпол… подвал… сейчас уже трудно предположить, что это такое было. И угораздило же меня отступить в сторону от тропки всего на пару шагов!
Вот и провалились под моим весом сгнившие доски.
Самое же фиговое состояло в том, что я, практически сразу же вынужден был залезать назад — в районе тоннеля шли спасательные работы немцев. И шанс попасть кому-то внимательному на глаза — был неоправданно велик! Отбрехаться или отбиться — шансов практически не имелось. Из оружия у меня остался только пистолет — автомат улетел неведомо куда. Никаких немецких документов у меня не имелось и раньше, да и выглядел я так… Словом — лучше в подвале эту бодягу пересидеть!
Неприятность состояла ещё и в том, что жрать у меня было нечего — только пачка трофейных галет в рюкзаке. Ну и фляга с водой — вот и всё!
День-два я так протяну… а дальше?
Кое-как пробравшись в угол подвала (и с большим трудом не разбив себе голову и не поломав при этом ноги), усаживаюсь на пол и наощупь пробую разобрать рюкзак.
Что у нас тут есть?
Рация…
Ну…
Сомнительная, если честно, ценность… но может для чего-то пригодиться! Фляга с водой… «колбаски» гексогена (не пригодились)… галеты, пачки с патронами, бинокль, какие-то тряпки, молоток, кулёк с гвоздями, плоскогубцы, хм-м-м… колокольчики в боковом кармане, финка в ножнах. Так, финку на ногу — все ремни крепежа в наличии! Хоть на мне и немецкая форма, выходить в таком виде на любой пост — самоубийство. А раз так, то никому уже и не будет никакого дела относительно нарушения формы одежды.
А от штатного немецкого ножа остались только ножны — сам он куда-то исчез. Без сожаления закидываю их в угол. Всё меньше барахла тащить… Сбросить ещё и магазины к автомату?
Поразмыслив, решаю это оставить. Как-то вот непривычно мне оружие и боеприпасы бросать.
Сутки я провалялся в этом подвале. Один плюс — выспался! Зато жрать хочу…
Немцы прекратили поиск и куда-то свалили.
Честно говоря — не ожидал!
Но выбравшись наверх, понимаю причину этих действий.
Тоннель обвалился.
Не знаю, как там на той стороне, но, вполне обоснованно могу предположить, что ничего хорошего нет и там. Если уж тут так хренакнуло… даже домик охраны почти весь, к такой-то матери, снесло аж до фундамента… Мешки с песком в пулемётных гнёздах вообще порвало и расшвыряло по всей округе — на ветках деревьев болтаются какие-то тряпки.
Да, ловить тут уже точно нечего — дороге капец! А раз так, то и близлежащие посты снимут — что они будут контролировать-то, какое-такое движение? Чего?
Полагаю, что и весь наш первоначальный план отхода накрылся медным тазом. Это ещё хорошо, если кто-то ухитрился уцелеть!
Но…
Сутки в минусе.
Наши, наверное, давно уже пошли на прорыв и топать следом за ними — идиотство. Прорвались они или нет — а мне туда соваться совсем не с руки. Пока дойду — трижды от голодухи околею. Оружия — один пистолет. Правда, много патронов, автоматные ведь вполне подойдут. А вот с едой…
Спустившись к ручью, набираю полную флягу воды — хоть с этим вопросов не будет.
Карту я помню, расположение войск (два дня вообще-то уже прошло!) тоже — потопали?
Блин, вот много всяких марш-бросков приходилось совершать… но там хоть кормили!
Галеты кончились, хорошо, хоть воду по пути ухитряюсь как-то набирать…
Между прочим, трофейная рация (хоть и по спине нещадно молотит) — это гут. Очень даже пригодилась.
Я как-то сначала и не подумал о том, что она настроена на частоту охранных подразделений! Включив её как-то вечером (чисто для проформы, не просто же так я её волоку?) был приятно ошарашен тем, что в динамиках зазвучали голоса переговаривающихся постов!
И кое-какую пользу из этого я извлек прямо сразу!
Тут ведь не только их переговоры, кого, когда и как сменят, но и информация по передвижению патрулей и расположению постов — а вот это уже интереснее! Благодаря этому я вовремя маршрут изменил… удалось неприятной встречи избежать.
А что тут было?
Стою у края полянки, всматриваясь в развернувшуюся передо мной картину. Два сгоревших грузовика, перевёрнутый мотоцикл — фрицы явно не ожидали нападения! И — кислый запах взрывчатки — его-то я уж точно ни с чем не перепутаю. Значит, бой был недавно.
Пока никуда не лезу — стою и рассматриваю место боя.
Мотоцикл изуродован — рвануло рядом. Даже и на запчасти тут брать нечего. Грузовики — можно и не подходить — сгорели.
А вот на пригорке следы от разворота чего-то тяжелого… тягач? Немцы, прискакав на место недавнего боестолкновения, собрали тела погибших и вывезли ту технику, которую ещё можно восстановить? Что ж, вполне ожидаемо…
Минут тридцать уже прошло — тишина. Навряд ли здесь кого-то оставили…
Качаю ветку — и тихонько сваливаю подальше в лес. Если кто-то и смотрит за полем недавнего боя — то это место он проверит обязательно.
Час прошёл…
Нет тут никого?
Ладно, рискнём!
В коляске подорванного мотоцикла обнаружились две банки консервов и пресловутые галеты. Противогаз отбрасываю — на кой хрен он мне сдался?
Россыпь стреляных гильз — тут пулемёт стоял. Самого его, разумеется, нет.
В грузовиках и смотреть нечего.
Обойдя поле боя, я обнаружил и места, с которых вёлся огонь нападавшими. Гильзы от трехлинейки, от «ТТ»… нет, судя по их количеству, скорее уж от «ППД»…
Так, стреляли они отсюда… а куда ушли?
Вот и следы, кто-то на кочку наступил…
Ага, вот и капли крови на листьях — выносили раненого?
Охотник хорошо умеет читать след зверя. И не удивительно — он этой охотой живёт.
А что «читает» сапёр?
То, чего в природе не встречается.
Следы от сапог — они не сами по себе ходят, всегда хозяин имеется.
Гильзы — они не падают с неба… как правило… в данном случае самолет с бортовым пулемётом не учитываем.
Бинт — окровавленный, стало быть, кого-то им перевязывали… И закинули (ну, это как они думали) подальше в кусты. А то, что он имеет обыкновение разворачиваться в полёте — не учли! Вот, он на веточке и повис…
Опа!
Ну, чего-то такого я и ждал всю дорогу!
Гранату «Ф-1» спрятали в развилке куста — так, что со стороны её было почти и незаметно. Почти… для обычного солдата. А про то, что в лесу ничего статичным не является — забыли? Вот и свил паук свою паутину — использовав в качестве одной из опор ту самую проволочку к гранате…
И здесь — стандарт!
Проволочку привязали к чеке. Ну, хоть усики разогнуть сподобились — и то хлеб! Разряжаю ловушку, вывинчиваю взрыватель и осматриваю детонатор. Нет, здесь, слава Богу, до некоторых фокусов народ не допетрил ещё…
Вторую растяжку я нашёл метров через пятьдесят — и тоже устанавливали её похожим образом. Снимаю, проверяю — нет, никто ничего и тут не химичил.
А дальше народ пошёл уже спокойнее — гуськом вообще! Хоть не строем…
Жерди вырубили, надо полагать, для носилок — в стороне от дороги я замечаю свежие срезы.
Долго ли, коротко ли — километра два я так по следам и протопал, даже удивительно стало — что это за народ такой безбашенный попался? И вот впереди замаячило что-то темное… сарай?
Нет, не сарай — домик. Небольшой и какой-то весь… грустный, что ли…
Входить в него я не собираюсь. Пока, во всяком случае.
Осмотр в бинокль ничего не дал. Если в домике кто-то и был, то он явно не горел желанием к плотному общению. А обойдя дом по кругу, обнаруживаю следы ног — кто-то отсюда уходил.
Вот так…
А ты на что надеялся?
Темнеет, однако… топать но ночному лесу неведомо куда? И учитывая привычку ушедших ставить за спиною всякие… х-м-м… неприятные вещи?
Нет уж, обойдусь!
Кстати говоря, товарищ сей своим привычкам не изменил — и ещё одну растяжку я снял уже со входной двери, в сенях. И тоже — проволочка на уровне колена. Милок, кто тебя этому делу учил⁈ Шаблон — штука страшная!
Домик внутри оказался ожидаемо пустым. Одна комната, наполовину перегороженная печкой, кровать — без матраца. Остатки мебели, шкаф… Тут явно никто давно не жил.
А вот окровавленные бинты в углу нашлись.
И всё же, что-то меня настораживало! Словно чьё-то дыхание чувствовалось! Но нет же здесь никого?
Выхожу на улицу и осматриваю дом снаружи.
Чердак? Имеется, но без лестницы туда не залезть. А надо ли вообще?
Однако ж, совсем уже темно скоро станет!
Захожу в дом, достаю из рюкзака консервную банку, открываю. Непонятно что, но мясо тут присутствует! Вот и отлично! Ещё и галеты добавим — вообще будет хорошо!
Пока ел, достаю и включаю рацию — слушаю переговоры немцев.
Ничего интересного, обычные доклады… Сейчас это не представляет для меня никакого интереса.
Спать…
Однако на улице дождь пошёл! И выходить из-под крыши не хотелось категорически!
А и фиг с ним! Поспим тут!
Но я тоже не сильно на лопуха похож…
Проснулся я от того, что кто-то немилосердно тычет в меня чем-то твердым и холодным.
— Вставай, фриц! Выспался уже!
Открываю глаза и медленно (чтобы никого не провоцировать) поворачиваюсь.
На улице уже светает и, благодаря свету падающему в окна, можно уже кое-что разобрать.
В избушке несколько человек. Форма наша, относительно чистая, точнее — не совсем ещё замызганная (это важно!). Все они, разумеется, вооружены. И один из бойцов тычет мне в бок винтовочным стволом.
— Давай, быренько, поднимайся!
Демонстрирую ему свои пустые руки — пусть не дергается.
— Ну, во-первых — я не фриц. Старшина Васин. А что форма на мне ихняя — так на то свои причины имеются. А во-вторых — кто гранату на дверь привешивал?
Боец малость озадачен.
— Ну, я ее вешал, — отвечает ещё один из гостей. — А тебе-то с того какой интерес?
— То, что две другие тоже не сработали, тебя не удивляет?
Он несколько озадачен, но вида не подаёт.
— Ты вокруг да около не ходи тут! Сказано — вставай!
— Под кровать не хочешь заглянуть?
По знаку одного из вошедших, тот заглядывает под кровать… да, так к полу и пристыл! Между кроватью и стеной зажаты все три его гранаты — их рычаги прижаты к стене, и стоит только отодвинуть кровать…
Взгляд наверх — моя рука упирается в стену.
— Ну? Поговорим?
Пистолет у меня всё-таки забрали. А гранаты я и сам аккуратно повытаскивал.
Тем временем, с чердака (а ведь прав был — не один я в этом доме!) снимают раненого бойца — тот ранен в ногу и идти не может. Лестница, как оказалось, лежала в кустах.
— Всего я вам рассказать не могу — долго, да и многого и сам ещё не знаю. Надеюсь, наши всё-таки прорвались, мы всё для этого сделали.
Старший разведчиков (вот и объяснение — отчего форма не совсем уж замызганная, это точно не окруженцы) качает головой.
— Ну… сложно сказать… документов-то у вас нет!
— Вариант, что мы все погибнем — имелся. И поэтому, все документы были нами сданы. Что вас удивляет — вы ведь тоже всё сдаёте перед выходом?
— Так то — мы! А у вас форма чужая, оружие… И рация ихняя!
— Хорошо, доставьте меня в особый отдел — там разберутся. Вас такое решение устраивает?
Мужик аж расцвёл…
Как выяснилось, его группа, сдав нашим «языка» и пополнив свои ряды, вернулась за своим раненым. Так что, дойдём относительно быстро — тут до своих три километра по болоту, немцев здесь нет. И вообще — вся эта местность считается непроходимой.
Ну и здорово, что всё так хорошо кончается!
И только тогда, когда за мною захлопывается дверь одиночной камеры, я понимаю — хорошего конца в этой жизни ожидать не приходиться…
[1] Военно-воздушные силы Германии.
[2] Ваш позывной! Меня интересует ваш позывной! (нем)
[3] «Горец-3»! (нем)
[4] «Горец-3!»" Горец-3!"" Горцу-4" — отвечайте!
[5] «Горец-3» на связи.
[6] Воздушная тревога! Самолёт противника! (нем)
[7] В тоннель! Загоняйте машины внутрь! Там вас не увидят!