— Сигурд?

Голос оказался тем же, из сна. Ощущение было странным — я ее знал и не знал, помнил по единственному сну, который вполне мог оказаться бредом. Но нет — Тайна выглядела абсолютно реальной, она стояла передо мной, хотя на нашивке синего комбинезона, чуть ниже литеры «Альфа», красовалось совсем другое, незнакомое имя.

Аю Лакшми. Странный индонезийско-индийский микс, наследие тех времен, когда нации старой Земли еще только сливались в общие потоки. Тайна выглядела как моно с небольшой примесью азиатской крови, и это придавало ей особое очарование.

— Тайна, — сказал я, и она снова улыбнулась, радостно, будто я поделился нашим общим секретом. Сделала такое движение, словно хочет меня обнять, но остановилась на полушаге, споткнувшись о мой взгляд.

Рашидов удовлетворенно улыбнулся и сказал:

— Думаю, вы найдете общий язык… Мисс Лакшми, у вашего подопечного голубой доступ. Постарайтесь вернуть его до вечернего отбоя.

— Хорошо, координатор, — кивнула она. — Пойдем, Сигурд?

Знакомый маршрут, коридор, шлюз, профессионально безразличная охрана. Гермостворки бесшумно распахнулись, и мы вышли в Колонию Альфа. За охраняемым периметром находилась широкая улица между состыкованными земными модулями, где дорожная разметка была нанесена прямо на иллиум под ногами.

— Видишь, Сигурд, проект «Космо» все-таки сработал, — сказала моя старая новая знакомая. — Мы встретились здесь, как ты и обещал. Не помнишь?

— Должен сказать, что я почти ничего не помню, — ответил я. — Только твое лицо и имя…

— Да, меня предупредили, что твоя память… нарушена, — ответила она, с шутливой серьезностью протягивая мне узкую ладошку. — Ничего, мы можем познакомиться заново, это так забавно! Я — Аю Лакшми, но ты можешь называть меня Тайна…

— Очень приятно, Сигурд, — я осторожно пожал ее маленькие пальчики. — Кстати, почему Тайна?

— Это ты же придумал, — улыбнулась девушка. — Когда мы знакомились, я не хотела говорить свое имя… и ты в шутку стал называть меня именно так. Это было так мило! Жаль, что ты не помнишь…

— Да, — согласился я, потому что период между окончанием академии Звездного Флота и таинственной службой был слепым пятном в моей памяти — и в нем, возможно, скрывались важные ответы. — Расскажешь мне?

— Конечно. Знаешь, ты очень изменился… — она осторожно коснулась моего плеча. — Взгляд, фигура, как будто даже стал выше, а мускулы… ничего себе!

Не спрашивая, она чуть сжала мой бицепс и восхищенно округлила глаза. Потом перевела взгляд на браслеты, мигающие на запястьях.

— Ты ведь Восходящий, верно?

— Да.

— У нас они тоже есть. Правда, я никогда не видела, как применяют Руны…

— Серьезно? — изумился я, потому что во фригольде рунные эффекты не удивляли даже детей. — Почему?

— Ну… это строго запрещено. И потом, у наших Восходящих нет собственных Рун — насколько я знаю, они выдаются под задание и сдаются после его завершения. В целях безопасности — говорят, на раннем этапе было несколько инцидентов с серьезными последствиями. Так безопасней для всех.

— Неужели? И кто это придумал? — усмехнулся я, хотя подсознательно ожидал чего-то подобного — поведение Фьюри, впервые получившей личные Руны в нашем копье, говорило о многом. Сама «Ледяная Лилия» никогда не рассказывала о порядках Колонии Альфа, вероятно, из-за своих секретных инструкций. При мысли о ней вновь возникло неприятное ощущение предательства — да, мы не были друзьями, но относились к ней как к своей, и хотя бы предупредить, что ждет в Альфе, Фьюри вполне могла… Интересно, увижу ли я ее еще?

— Правительство, конечно. Совет координаторов утвердил новый протокол «Космо», — удивленно ответила Тайна. — А там, откуда ты прибыл, Руны в свободном обращении?

— Да.

— Не представляю, как это вообще. Наверное, там очень опасно…

— Всякое бывает, но мы как-то справляемся. Кстати, куда мы идем?

— Координатор сказал, что тебе нужно показать колонию, — смущенно улыбнулась Тайна. — Мне даже дали выходной… Альфа большая, но я проведу тебя по самым главным местам, ладно? А то до отбоя не успеем.

Ну что ж, жилые и общественные пространства Альфы, по которым мы шли, уже производили впечатление, да. После хаоса Либерти и, чего уж там греха таить, диковатого фронтира нашего фригольда все это выглядело почти невероятно. Идеальная чистота и порядок, тщательно спланированные улицы и линии дорожной разметки, маркировка секторов и терминалов, указатели, автоматические двери и сенсоры — и все это на фоне древних иллиумовых стен Башни.

Колония была устроена так, словно кто-то очень и очень педантичный решил доказать Единству, что земляне способны не просто выжить в недрах мертвой мегаструктуры, а построить образцовое поселение со светом, комфортом, зеленью и четкой навигацией.

Над улицами скользили ховеры и глайдеры, а люди в стандартных комбинезонах «Космо» двигались согласно указателям — уверенно, без суеты и почти не смешиваясь друг с другом. Как винтики отлаженного механизма, работающего под высокими сводами Башни. Проходя мимо, я коснулся листьев настоящего земного деревца — в специальных контейнерах на перекрестках росли каштаны с аккуратно подрезанными кронами, виднелись даже клумбы, лианы и кусты, а также подведенные к ним системы освещения и автополива.

— Нравится? Ботанический сектор подбирает растения, которые хорошо переносят искусственный свет, — Тайна говорила с гордостью хозяйки, демонстрирующей гостю свой дом. — Саженцы выращивают в оранжереях на нижних ярусах, там их тысячи…

Голубоватый дневной свет проникал сюда через огромные туннельного типа прорези в наклонных стенах Башни — видимо, поселение специально разбили на ярусе, где естественное освещение и вентиляция немного смягчали ощущение исполинской иллиумовой гробницы; но природного, вероятно, не хватало — Альфа сияла тысячей электрических фонарей.

— А у вас есть земные деревья?

— Нет, — признался я, потому что во фригольде пытались культивировать лишь земные сельскохозяйственные культуры, причем с переменным успехом. — Но есть Игг-Древо. И полно других, местных деревьев. Правда, им не подрезают кроны.

— Дизайн пространств это вопрос ресурсов и приоритетов, — произнесла она. — Маленькие поселения, как правило, не могут себе многое позволить…

Это была уже вторая фраза, что меня насторожила, тем более Тайна говорила их легко, без задней мысли — факты, очевидны как дважды два. «Безопасней для всех». «Маленькие поселения»… После разговора с Рашидовым и озвученных порядков Альфы они немного резали слух. Интересно, чем еще им тут забивают голову?

Мы вышли на большую площадь, скорее атриум, чем внутренний двор, — своды Башни создавали именно такое впечатление. Вероятно, центр колонии, потому что здесь сходилось несколько многоуровневых модулей, журчал большой фонтан среди деревьев и имелось нечто вроде общественных пространств. Сейчас они, правда, были практически пустыми — здесь, как я уже понял, никто не сидел без дела. Над площадью мерцала огромная виртуальная информ-панель, на которой транслировались сразу несколько каналов местной вокс-сети.

Расписание, индексы и графики. Отбывающие и прибывающие экспедиции. Закрытые и открытые сектора. И что-то вроде новостных сводок, где показывали приземляющийся на выступ Башни винтокрыл и оперативников в черном, под руки выводящих (и выносящих) людей в рваных комбинезонах.

«Успешно эвакуирована группа из сектора „один — тринадцать“. Новые колонисты доставлены в медком, состояние стабильное».

«Лифтовые зоны закрыты для проведения обслуживания; напоминаем: несанкционированное посещение технических ярусов строго запрещено».

«В гидропонном секторе получен первый урожай гибрида цитрусовых. Пробная партия направлена в пищеблок».

«Открыто новое VR-пространство „Тайны Арконы“, доступ по предварительной записи…»

И так далее. Над всем этим сияла, вращаясь, виртуальная литера «Альфа» и надпись под ней: «Колония Альфа. Первые во всем».

Мы подошли к центральной доминанте площади — памятнику. Что-то вроде металлической стелы, которая изображала лого проекта «Космо» — стреловидный силуэт космического корабля, устремленный в бесконечность. Красиво и со вкусом созданная скульптура — в Репликаторе такое не сделаешь, нужны человеческие руки…

— Памятник основателям, — тихо сказала Тайна.

Коснувшись постамента, она вызвала виртуальный список.

— Большая их часть давно погибла. Многие — в первые месяцы, когда люди еще толком не понимали, где в Башне добывать воду, еду и ресурсы, как пользоваться ее механизмами. Другие — когда зачищали и исследовали ярусы… Но без них Колонии Альфа не было бы.

Двести десять имен. Ни Рашидова, ни Мартинс — значит, они появились здесь уже позже. Знакомых тоже почти не было — за исключением одного, причем стоявшего в списке первым.

Дирк Кондор.

Тот самый третий координатор, капитан «Экстерминацио», легенда Звездного Флота. Человек, которого Рашидов охарактеризовал так: «Кондор — сторонник максимально жесткого сценария».

И первый в списке. Выходит, что…

— Кондор, — сказал я. — Это он основал Альфу?

— Можно и так сказать. Он был координатором первой волны. Да, его считают героем. Говорят, без него Альфа была бы как Либерти — только внутри Башни. А так… у нас есть порядок и безопасность. И есть будущее.

— Ты его знаешь?

— Видела, конечно. Но лично не знакома. Он не публичный человек, а я не из его круга. Координаторы живут в отдельном блоке. Это нормально, у них другой масштаб задач… Хочешь перекусить, Сигурд?

Мы зашли в нечто вроде большого кафетерия. Полностью автоматизированного — несколько пищевых синтезаторов, лента выдачи, специализированный синтетик на кухонном блоке. Виртуальное меню — в вокс-сети, блюда со значками нутриентного баланса, калорийности и «рекомендаций сектора здоровья».

— У тебя голубой доступ. Хочешь… суп? Или карри, он тут вкусный.

— Что-нибудь на твой вкус, — сказал я.

Мы устроились за аккуратным столиком у стены. Я получил карри с белковой пастой и олу, Тайна — то же самое плюс стаканчик чего-то синеватого, обозначенного как «витаминный коктейль». Кафетерий постепенно наполнялся — обеденное время, люди входили целыми группами, в основном — серые и синие комбинезоны. Долетали обрывки разговоров: техники обсуждали фильтры и перепады давления, кто-то говорил об урожае, другие — о логистике на нижних ярусах и о том, что опять «внеплановая проверка доступов». Кто-то спорил, кто-то смеялся — обычная, настоящая жизнь. После нескольких суток в изоляторе это было само по себе странно — сидеть среди людей, которые не обращают на тебя внимания.

— Что ты помнишь? — негромко спросила Тайна. — О… нас?

— Почти ничего, — сказал я честно. — Единственный сон. Ты мне приснилась… в лагуне, на берегу океана. Мы были там вдвоем… Это было?

— Было, — Тайна смущенно опустила глаза и как будто слегка запунцовела. — Мы провели там три дня. Перед твоим отбытием.

— Отбытием куда?

— Не знаю. Ты мне не рассказывал. Говорил, что секретно. Я так поняла, что на один из объектов Звездного Флота.

— А как мы вообще познакомились?

— В Нео-Мумбаи. Я проходила стажировку в архиве всемирной истории. Переводила старые записи на глобиш, оцифровывала, занималась каталогами, — она чуть улыбнулась. — Ты вместе с группой других офицеров появился, чтобы найти какие-то древние записи времен первых полетов на Луну. Я потратила на тебя два часа…

— И…

— А потом ты пришел на следующий день. И на следующий… — она снова смущенно опустила взгляд. — Уже не за записями.

— Мы долго… были вместе?

— Меньше года. Кажется, девять месяцев. Ты не очень часто появлялся…

— А где я служил?

— Я же говорю — ты мне не рассказывал. Вообще почти ничего не говорил о себе. Весь такой загадочный, это было так… романтично, — Тайна тихо вздохнула. — Я что только ни воображала…

— Скажи, тебе что-нибудь говорит, — я помедлил перед вопросом, — Проект «Стеллар»?

— Вроде бы нет, хотя что-то знакомое, — наморщила лоб Тайна. — А что это за проект?

Я смотрел на ее лицо и думал о том, что в промежутке между академией Звездного Флота и проектом «Космо» жил другой Сигурд Морозов — тот, что участвовал в секретном проекте, где делали людей бессмертными, и догонял на белоснежном пляже лагуны красивую девушку по имени Тайна. Интересный, наверное, парень.

Вот только этого Сигурда больше не было.

Перекусив, мы продолжили экскурсию — Альфа и правда занимала немаленькую площадь.

— Это жилые блоки для желтого доступа, — щебетала Тайна. — Автономный модуль на семью, представляешь? А там находится аэродром, слышишь звук? Но мы не посмотрим, далеко идти и доступ закрыт. Вот здесь центр координации и управления… А это — центральный медком. По оснащению почти не уступает земным аналогам! Меня там в регенерационной капсуле практически с того света вытащили, Сигурд.

— Что случилось?

— Три цикла назад моя капсула упала… в черном октагоне, — Тайна поморщилась от неприятных воспоминаний. — Не очень далеко, но почти нет воздуха и минус шестьдесят…

— Я бывал в таких местах. Как ты вообще выжила?

— Почти сутки замерзала в капсуле, пока меня не нашли, — бледно улыбнулась она. — Села штатно, но… отморозила все, что можно и нельзя. Так что если бы не Альфа, мы бы с тобой сейчас не говорили.

Я счел за лучшее промолчать — потому что таких, как она, в Альфе наверняка было очень много. Тех, кого едва спасли, кто обязан колонии всем и потому благодарен и не знает, а может, и не хочет знать внешнего мира. Тут действительно все напоминает земные порядки, если, конечно, поставить дисциплину и упорядоченность во главу угла…

— А ты как высадился? Удачно?

— Не совсем… — я вкратце рассказал ей свою историю: мягкая посадка в озеро, йурр, встреча с отрядом Гая и Народом Воды, фригольд.

— Да, — сказала Тайна. — Тебе тоже не очень повезло. Сразу попасть к дикарям с копьями, брр… Ну и в вашем поселении, наверное, жизнь тоже не сладкая. Я слышала рассказы…

— Нормально, справляемся.

— Конечно, — она ободряюще улыбнулась, как будто я чего-то пока не понимал. — Просто там, где нет земной цивилизации, люди сами начинают звереть. И начинается беззаконие. Взять, к примеру, Либерти…

— Ты там бывала?

— Нет, но я знаю многих оттуда и нам часто показывают сводки, — сказала Тайна. — Если честно, ужас какой-то! Нет ни порядка, ни безопасности, ни законов. Повезло — выжил, не повезло — умер. Смертность зашкаливает, кругом бандитизм. А земляне превращаются в сущих варваров. Некоторых… уже невозможно исправить.

— Знаешь, не все хотят жить с жучком в голове, — я погладил свою шею и вдруг понял, что неосознанно повторил слова, сказанные мне мамой Розой в той самой Либерти.

— Ты про трекер? — она засмеялась, искренне, легко. — У меня тоже есть, его всем жителям Альфы ставят при регистрации. Иллиум… ты знаешь, что такое иллиум? Он блокирует все сигналы, поэтому здесь нужен внутренний трекер — иначе в экстренной ситуации человека просто не найти. Или ты про миф со взрывчаткой? Это полная ерунда, поверь, этот слух распространяют в Либерти, чтобы напугать потенциальных переселенцев…

— Я не колонист Альфы. И мне его поставили без разрешения.

— Но мы все — ты, я, любой землянин — колонисты проекта «Космо» и обязаны выполнять его протоколы, — хлопнула ресницами Тайна. — Я понимаю, что это может быть неприятно, но личное должно уступить общественному. Координаторы обеспечивают безопасность двадцати трех тысяч человек в экстраординарных условиях… это вынужденная необходимость. Ты же служил в Звездном Флоте, должен понимать такие вещи.

Я счел за лучшее промолчать, и она тихо добавила:

— Когда меня саму нашли, я тоже… не сразу приняла правила. Но потом увидела, как все устроено, и поняла, что это самый… безопасный вариант.

Над нами неожиданно закружил «Обсервер», заинтересовавшись странной парочкой, застывшей посреди рабочего, отлаженного движения. Просканировал — и улетел по своим делам, один из десятков дронов-наблюдателей, парящих над улицами Альфы.

— Многовато их тут, — заметил я, и Тайна снова рассмеялась:

— Как на Земле, правда? Они просто контролируют периметр, общественные и рабочие зоны, чтобы никто не отлынивал от своих обязанностей. Ну что, пойдем дальше? Покажу, чем я занимаюсь.

Тайна работала в учебном секторе. Учителем истории Земли для тех, кто родился в Единстве, а таких в Альфе уже были сотни, и большая часть провела всю жизнь в Башне. Школа занимала целый комплекс из десятка модулей с отдельным просторным периметром. Мне показалось, что организовано все безупречно — чисто, светло, функционально.

И слишком, на мой взгляд, тихо. Навстречу попалась колонна детей в одинаковых голубых комбинезонах — под присмотром учителя они шли попарно, почти строем, дисциплинированно и молча, напомнив мне кадетов в академии. Похоже, Колония Альфа сызмальства приучала новых граждан к своим порядкам — и меня почему-то снова обидно кольнуло. У нас во фригольде тоже имелась школа, но, конечно, куда более хаотичная — там вечно стоял дикий гам и царила беготня с драками. И при всем несомненном превосходстве Альфы наша детвора казалась мне куда живее… А здесь они что, андроидов пытаются выращивать?

— Чему ты их учишь? — спросил я. — Есть какая-то учебная программа?

— Конечно. Специально адаптированная для Единства, — Тайна смотрела на классы и детей с видом человека, искренне любящего свою работу. — Кто мы и откуда пришли. История старой Земли… И история Колонии Альфа. Чтобы они понимали, чем дорожить.

Изображения Земли — карты, пейзажи, мегаполисы, исторические личности — висели на стенах вперемешку со схемами октагонов, Башни, Игг-Древ, портретов неизвестных мне колонистов, среди которых внезапно мелькнуло лицо Рашидова. Скай все фиксировала и анализировала, все имена, даты, описания, каждый короткий взгляд, брошенный на учебную доску или виртуальный экран пополнял нашу базу. Их действительно учили — и не сказать что плохо. Но вот чему?

Своя история, начатая с чистого листа. Первые колонисты, первые отцы-основатели, первый урожай на гидропонной ферме, первая экспедиция, первый рожденный в Башне ребенок. Все — первое.

Первые во всем.

Про другие земные фригольды — ничего.

Под одним из стендов была надпись: «Помни, откуда ты пришел. Знай, куда ты идешь».

— Пойдем, — сказала Тайна. — Хочу показать тебе террасу, пока еще светло.

Мы уже находились поблизости наклонный стены, и сквозь длинный туннель бойницы можно было разглядеть далекий кусочек неба. Однако, чтобы пройти на внешнюю террасу, пришлось преодолеть охраняемый ребятами в «Вульфах» шлюз и восьмиугольный коридор, перегороженный силовым экраном. Над ним светилась надпись:

РЕКРЕАЦИОННЫЙ СЕКТОР

КЛИМАТИЧЕСКИЙ РЕЖИМ: ДОПУСТИМЫЙ

СКОРОСТЬ ВЕТРА: В ПРЕДЕЛАХ НОРМЫ

НЕ ПЕРЕСЕКАТЬ КРАСНУЮ ЛИНИЮ

ДО ВХОДА: 4:17…

— Вход в зоны отдыха по регламенту? — пошутил я.

— И по допуску, — ответила Тайна. — Не более одного раза в день. Вечером тут очередь.

Дождавшись таймера, мы вышли наружу.

И вот тут Альфа нанесла контрольный удар.

Под нами клубилось облачное море. Бескрайний, медленно перекатывающийся белоснежный океан — это место находилось очень, очень высоко. Но дышалось свободно, а ветер был настоящим, живым, с запахом дождя. За горизонт уходила черная полоса Стены, рассекающей мир до края, а в туманной дали вставала космическая громада Эль-Заова и яркие огни других Древ.

Сама терраса… была не менее ста метров в ширину и имела необычную форму — нечто вроде карниза, идущего по внешней стороне Башни. Кел-стилистика криволинейных обводов — и прямой обрыв в никуда, сейчас за пару метров очерченный красной линией и кое-где перекрытый зонтиками силовых полей. Вдоль стены на безопасном расстоянии от края были размечены дорожки и площадки, вдоль них мерцали указывающие огни. Обитатели Альфы расставили здесь деревья и кусты в длинных контейнерах, скамейки и обзорные павильоны. Люди — сейчас их тут было немного, гуляли, сидели, смотрели на облака.

Очень красиво.

— Это мое любимое место, — сказала Тайна, неожиданно беря меня под руку.

— Понимаю, — усмехнулся я. — После мрачности… этой консервной банки очень хочется выйти на воздух.

— Пожалуйста, не говори так.

— Ладно. Пусть будет металлическая крепость.

— Уже лучше, — улыбнулась Тайна. — Да, выйти наружу — хорошо. Но не всегда возможно, иногда отсюда может сдуть, иногда всякие… воздушные опасности. Но знаешь, когда ясно, внизу хорошо видны октагоны…

Тайна повела меня вдоль террасы, мимо красной линии, обзорных площадок, вокс-мачт с гроздьями антенн и дозорного поста, оборудованного гаусс-турелями. Не все тут было спокойно — дежурили вооруженные люди, и некоторые из них окинули меня внимательными взглядами. Явно Восходящие местного разлива. Чуть дальше имелось и нечто вроде посадочной площадки — разметка, ограждение, сигнальные огни, погрузочные манипуляторы могли многое поведать опытному взгляду…

— Сюда прилетают винтокрылы?

— Иногда. Это малый внешний порт. Профессиональный интерес? — улыбнулась Тайна.

— Что-то вроде того…

А я смотрел на облачную кромку и думал, что Альфа страшна не тем, что эффективно заставляет людей ходить по струнке. И не тем, что покрывает базовые потребности колонистов в доме, безопасности и пище. А тем, что при всем этим умеет быть красивой — и потому получает право требовать взамен слишком многое. Клетка — но если она уютная, теплая и с хорошим видом — немногие захотят из нее сбежать…

— Опять думаешь что-то неприятное? — спросила Тайна.

— Почему ты так решила?

— У тебя лицо становится слишком спокойным.

— Опасное наблюдение…

— Я вообще очень наблюдательная.

Мы подошли к самому краю, к алой линии вдоль обрыва. Здесь ветер был ощутим, и Тайна вцепилась в меня двумя руками, прижалась плечом.

— Знаешь, Сигурд, — вдруг негромко произнесла она. — Я ведь здесь из-за тебя. Ты рассказал мне о проекте «Космо», и я записалась туда, как дура, чтобы быть рядом с тобой. Мы ведь мечтали встретиться здесь…

— И встретились, — усмехнулся я.

— Да. Но ты стал совсем другим.

— Тайна, — я решил произнести то, что следовало сказать сразу, пока все не зашло в опасную зону. — Я не помню, что было между нами в прошлом. Но сейчас в моем фригольде у меня есть жена. И будет ребенок. Я надеюсь к ним вернуться.

Она почти незаметно вздрогнула и сказала после долгой паузы:

— Ясно.

— Я не хочу тебя обидеть, но прошлое — в прошлом.

— Я понимаю, — сказала Тайна. — Правда понимаю, Сигурд.

Даже без использования Навыков я ощутил, как она чуть поникла. Значит, на что-то все же надеялась. Зря — для меня эта красивая девушка была чужим человеком, к которому я не испытывал никаких особых эмоций, кроме симпатии и легкого отстраненного интереса.

— Знаешь, ты мне тоже снился, — она грустно улыбнулась. — Последний раз совсем недавно. Теперь буду знать, что это был прощальный сон.

Мы постояли молча. Ветер шевелил ее волосы, внизу медленно перекатывались облака. На мгновение показалось, что сейчас я вспомню нечто важное — кем я был, что обещал ей, чем занимался в таинственном проекте. Но чертова память так осталась черным ящиком без дна.

— Я смотрю вниз — и понимаю, насколько это все большое, — неожиданно сказала Тайна. — И насколько маленькие мы. Нужно держаться вместе, Сигурд. Другого способа выжить нет.

— К чему это ты?

— Ты сказал, что вернешься в свой фригольд…

— Да.

— Это напрасно. Я понимаю, там твоя семья. Но маленькие поселения — это временно. Они обречены. Единство слишком велико и слишком опасно для разрозненных групп. Рано или поздно все земные колонии вольются в Альфу. Либо добровольно, либо потому, что у них не останется выбора… Подумай об этом, о будущем дорогих тебе людей. И возвращайся сюда, один или нет.

— Это приглашение или приказ? — улыбнулся я.

— Это мнение историка. Человечество всегда тяготело к объединению, хоть в определенные исторические периоды и казалось, что это не так. Сильный лидер, удачная война, иллюзия независимости, экономическая выгода — все это временно, сегодня есть, а завтра нет. Альфа — это ядро нашей цивилизации, работающая система, которая может дать землянам закон, силу, будущее.

— И отобрать свободу выбора. К примеру… ты можешь выйти из Башни, если захочешь? Вообще покинуть Альфу?

— А зачем мне отсюда уходить? — удивилась Тайна. — Но я понимаю, о чем ты. Понимаешь, Сигурд… Свобода хороша, когда есть чем ее защитить. У многих из нас этого нет.

Хороший ответ — она была умной девочкой, умнее, чем я изначально предполагал. Не напрасно, совсем не напрасно Рашидов послал ее провести эту экскурсию. Спорить с Альфой было куда труднее, потому что отсутствие свободы тут подавалось как взрослая необходимость. Впрочем, я и не собирался спорить с чужими порядками — по крайней мере, до того, как выслушаю вердикт совета координаторов.

— Время, — сказала Тайна, взглянув на мигающий индикатор — на прогулку отводилось не более часа. — Пойдем, я провожу тебя.

Вечером мне наконец-то позволили увидеться со своими. В небольшой то ли комнате, то ли переговорной, то ли допросной, со столом, намертво прикрученным к полу, и такими же стульями.

Толя Грохот — в чужом комбинезоне, который уже расползался по швам, зарос щетиной и имел весьма мрачный вид. Впрочем, при виде меня его физиономия сразу просветлела.

— Командир! — рявкнул он, сжимая меня так, что у обычного человека хрустнули бы кости. — Живой, йопта! А я уж думал, тебя тут на винтики разобрали!

— Не дождутся, — сказал я. — Как сам?

— Как сала килограмм! Командир, что за беспредел, на⁈ Какого хрена нас в тюрягу запихали и браслеты нацепили⁈ Это что за порядки, копать-хоронить? Борзота зашкаливает, на!

— Руны не отняли?

— Хрен им моржовый, а не мои Руны!

Элли Кардо тоже была крайне возмущена.

— Это вопиющее нарушение свободы прессы! Я уже подготовила обращение к независимым медиа, в совет координаторов и трибунал! Вы можете его передать, мистер Морозов⁈

— Элли, — через силу улыбнулся я. — Как ты вообще сюда попала?

— Я вела репортаж! С места событий в Либерти! И хотела получить официальный комментарий у представителей Альфы! Но меня схватили, изъяли оборудование и все записи!

Инь и Кроу выглядели почти спокойными. На азио, как и на Грохоте, тоже красовались супрессоры и ошейник — похоже, это было стандартной практикой удержания Восходящих. И всем без исключения поставили «трекеры», хотя мои ребята пока были вообще не в курсе, что это за импланты.

— Ну, копье в сборе, на! — буркнул Толя. — Осталось выпивки и жратвы подвезти…

— Нас снимают и пишут, — без выражения сказал Кроу. — Тут повсюду камеры. Так что…

Да, он, естественно, был прав. Странное чувство — мы как будто встретились на допросе. Несомненно, Альфа фиксировала абсолютно все — так что следовало держать язык за зубами.

— А в каком мы вообще тут статусе, Сигурд? — мрачно спросил Инь. — Меня уже раз пятьдесят допросили и, по-моему, отпускать вообще не собираются… Плевать им на наш фригольд, права, дипломатию…

— Охренели, йопта! — поддержал его Грохот. — Борзота!

Да, никому из моих не понравилось то, как Альфа обошлась с посланниками независимой земной колонии. Проверка, жесткие допросы, попытки изъятия Рун, неизвестный следящий имплантат — приятного мало. Но возмущаться было бессмысленно, и я поднял руку:

— Спокойнее. Для начала — где Жабник и Юки? Что с копьями Ассоль и Динамита, что с Порталом в Либерти?

По сбивчивым рассказам ребят — в хаосе высадки оперативной группы Альфы в Либерти мало кто успел сориентироваться в разбегающейся толпе — я все-таки выяснил, что Ассоль и Динамит успели забаррикадироваться в модуле «Последнего Шанса» и, скорее всего, отступили через Портал. Инь попал случайно — он прикрывал отход своего копья, и его, как Восходящего, нейтрализовали одним из первых. А вот Жабник и Юки находились где-то рядом и не получали приказа на отступление. Зная преданность Тени, она вряд ли сбежала, значит, осталась там — как, скорее всего, и доктор Мукерджи.

— Ладно Жабник — он живучий, как таракан, на! — мрачно бросил Грохот. — А Тенечка наша может за себя постоять, но она ж чужая там. Надо вытаскивать их, командир! Десант своих не бросает! А нас тут маринуют!

— Вытащим, Толя.

— Когда, йопта?

— Завтра у меня встреча с координаторами. Узнаю, чего они хотят и что мы можем им дать. После этого, думаю, что-то изменится.

— А если нет? — спросила Кардо. — Что тогда нам делать?

— Не дергайся, Кардо, — буркнул Толя. — Командир сказал — значит, разберется!

Элли посмотрела на него, потом на меня, шмыгнула носом и чуть кивнула.

Но все было не так просто, как они думали.

Мне предстояло говорить с людьми, которые считали себя хозяевами будущего землян и твердо полагали, что делают все правильно. Честно говоря, я предпочел бы выйти на фионтар против «дикарей с копьями» — они хотя бы не притворялись, что лишают свободы ради общественного блага.

Завтра.