Аврора Мартинс.

Бледная и рыжеволосая, лет тридцати на вид. Своеобразная внешность — сквозь миловидные черты сразу просвечивает жесткая воля, острый ум, кипучая энергия. Гениальный ученый, названная в честь проекта, за которым охотилась Вечность, и создательница брахма-симбионта для новых Истинных не могла быть заурядностью. Координаторами «Космо» не становятся просто так — и Аврора Мартинс была именно такой, как я ее представлял, — и совершенно не такой одновременно. Но самое главное — в лихорадочно блестящих глазах я видел изумление… и узнавание?

— Сигварт? Это действительно ты? Откуда ты тут взялся? И… как…

— Я все объясню, — сказал я. — Но без свидетелей.

— Сначала медком и диагностика, — немедленно вклинился Рашидов. — Затем координатор Мартинс изучит твои файлы. А уже потом, я обещаю…

— Олег? — резко и вопросительно прервала его Аврора, переведя взгляд на координатора.

— Он под «Фарадеем», Аврора. Протокол «альфа»! Мы пока не знаем точно, кто он такой. Что он такое…

— А она знает, что такое ты⁈ — рявкнул я, и это было не эмоциональным импульсом, а сознательным решением, потому что другого момента могло и не возникнуть. — Мы так не договаривались! Координатор Мартинс! Я прибыл сюда с важнейшей информацией, связанной с вашими разработками! Я имею основания не доверять координатору Рашидову и считаю, что он хочет помешать нашей встрече! Прошу немедленно выслушать меня!

— Так, — сказала Аврора, и в ее голосе прозвучала сталь. — Может, кто-нибудь объяснит мне, в чем дело?

— Дело, черт побери, в Истоке! — ответил я.

И они замерли. Аврора вновь взглянула на меня, но уже по-другому, с подозрительным вниманием, а Рашидов подобрался, как зверь перед прыжком, хотя выражение его лица не изменилось.

— Очень интересно, — произнесла она, внимательно изучая меня. — Олег, я не вижу причин откладывать. Я в норме после инкарнации. Медком подождет.

— Аврора, я не против, но сначала изучи эти файлы, — Рашидов коротким жестом отправил ей вокс-пакет. — И я настаиваю на высшей категории безопасности, такими вещами — не шутят!

— Но ты сам привел его сюда и он меня вытащил, — жестко произнесла Мартинс. — Каким образом, кстати? Ладно, разберемся. Сигварт, дай мне пару минут — изучу, что там на тебя накопали. И кто-нибудь, черт побери, налейте уже мне кофе!

Она уложилась в две с половиной минуты. Выражение лица не менялось — Аврора явно умела контролировать мимику и эмоции.

— Очень интересно, — повторила координатор, отхлебнув кофе. — Пятнадцать минут в приватном режиме, немедленно.

— Аврора, — сказал Рашидов предупреждающе.

— Прошу всех отойти за периметр.

Это была Руна. Все попятились, а нас обволокло мерцание, скрывшее Зал Осей и поглотившее все звуки окружающего мира. Силуэты вокруг превратились в размытые, дрожащие тени — нечто вроде продвинутой Сферы Тишины, что хранилась в моей Скрижали…

— Кофе хочешь? — неожиданно спросила Аврора. Я кивнул, и она протянула мне второй стаканчик. Земной кофе в Единстве на вес золота (хотя как раз золото тут особо не в цене), и я с удовольствием глотнул черной обжигающей жидкости. Вкус и запах старой Земли — здесь не произрастало ничего похожего.

— Как ты вытащил меня из Оси? — Аврора смотрела так, будто хотела разобрать на запчасти. — Ты умеешь обращаться с кел-механизмами? Как сумел заблокировать информационный поток?

— Честно говоря, всю работу сделала мой когитор, — ответил я. — Сам бы я не справился.

— Встроенный когитор с А-матрицей. Модель альфа-плюс? — с профессиональным любопытством поинтересовалась Аврора, и я бы не удивился, получи Скай запрос от другого альфа-когитора, но ничего подобного не произошло.

— Да. Она сработала чем-то вроде фильтрующего экрана. Далее пришлось прибегнуть к экстренным мерам, вы были в ступоре, координатор…

— Аврора, — поправила меня она. — Ничего страшного, раз мы говорим — это было правильное решение. Ты меня не помнишь?

— Нет, не помню… Аврора. А должен?

— Зависит от того, когда была снята твоя нейрограмма и подвергалась ли она изменениям. Мы были в одном проекте на Земле. Вернее, — она бледно улыбнулась, — в одном проекте были наши оригиналы. Я тебя помню — правда, ты похож и непохож одновременно. То ли следы анимафикации, то ли просто повзрослел… Разберемся. Сколько ты уже в Единстве?

— Примерно полтора цикла.

— И уже серебро с кучей золотых Рун, — без выражения произнесла Мартинс. — Я упала двенадцать циклов назад. Итак, Сигварт. Я прочла твое досье. Переговорная группа из Круга Элтанир. В процессе проверки обнаружен ряд аномальных особенностей и подозрительных маркеров, совпадающих с существами, которых мы обычно классифицируем как… враждебных агентов. Активирован протокол «Фарадей». Предварительное дознание провалилось. Ты потребовал личной встречи со мной. Я слушаю.

— Осанна, как я понимаю, исключена? Было бы проще донести смысл.

— Да. Давай по старинке, как на Земле. Словами из рта.

Я глубоко вздохнул.

Возможно, самый важный разговор в моей жизни — ведь именно за этим я сюда и прибыл. От фригольда Небо, от Тысячи Братьев, от Ордена Истинных. И от, как бы странно это ни звучало, Хранителей Вечности.

Я начал говорить. Без прикрас и лишних деталей. Что являюсь доверенным лицом фригольда и узнал о ее разработках из вокс-послания, которое Альфа рассылала главам поселений. Что прибыл не только от лица земной колонии. Что обстоятельства сложились так, что с момента своей высадки я вступил в контакт с несколькими группами кел — Тысячей Братьев, Орденом Истинных и Хранителями Вечности. Что все они утверждают одно и то же: наш колонизационный ковчег выдернули из далекого прошлого ради единственной цели — возрождения потерянного Истока.

Аврора слушала не перебивая.

— Орден и Тысяча заинтересованы в землянах. Вернее, в том, чем мы можем стать. Орден — хочет, чтобы новые Истинные состоялись. Тысяча — тоже. И не желает, чтобы Исток достался Хранителям Вечности. В обмен они готовы делиться знаниями и силой. Например, печатями Тайны, которые помогли обойти ваш допрос, но это, как говорят в Единстве, — малый дар. В целом же они хотят заключить военно-политический союз с весьма обширными перспективами. Я могу выступить посредником и связным…

— А ты чего хочешь, Сигварт? — неожиданно прервала меня Аврора. — Сам, лично?

— Еще кофе. И чтобы меня и моих людей освободили, — улыбнулся я. — А по большому счету… Я — землянин. И хочу, чтобы мы выжили. Сохранились как вид, как цивилизация, как культура. Единство огромно, мы — капля в океане, которая растворится за пару мгновений. Я думаю, что для этого нужны технологии, которые все они хотят. Как инструмент защиты. И союзники — потому что наших собственных сил совершенно недостаточно.

— Почему ты не рассказал все это Рашидову?

— Потому что я его узнал.

Аврора задумчиво отхлебнула кофе:

— Очень интересно. Поясни, пожалуйста.

— Я несколько раз погружался в Вечность с помощью Саркофагов Бесконечного Сна. Координатор Рашидов настолько схож с одной из кел-сущностей, что я там встретил, что это не может быть совпадением, — я в упор смотрел на нее. — Хитрейший — так его там называют. Это один из семи Хранителей, небесных Восходящих и, вероятно, ключевых фигур Вечности. Вам известно о них?

— Допустим, — безо всякого удивления ответила Аврора. И это «допустим» стоило очень многого — я понял, что она знала. — И что, ты предполагаешь, что координатор Рашидов — его агент?

— Я не знаю. Но не могу исключить, что он — подделка. Его отражение, клон или маска, — твердо ответил я. — Тайный агент высшего уровня. Эти существа… очень коварны и способны на все что угодно! Дело в том, Аврора, что Хитрейший пытается манипулировать людьми и событиями в масштабах Единства, и, возможно, ваш Рашидов — одна из его заранее расставленных фигур.

— Похоже на теорию заговора, — прищурилась Мартинс. — И чего же этот Хитрейший пытается добиться?

— Мы считаем, что его цель — завладеть Истоком.

— Мы? — уточнила она.

— Те, кто вышел со мной на контакт. Орден и Тысяча. И сам я тоже так считаю. Видишь ли, Аврора, Вечность — это не единое… государство. Это странное пространство, в котором действует много разных сил. У них есть полюса. Хитрейший представляет один из них, на данный момент это Контракция, торговый синдикат Вечности, Дом Норн (они контролируют Храмы Вечности, стигматы и трансерфинг между Единством и Вечностью) и Золотые Варвары — их функция мне точно не известна.

— Допустим. И чего же они хотят?

— «Четверо из семи пали, одна пропала, один стал временем, а еще один давно забыт. Но Твари Извне близко, и потому змея укусила свой хвост. Единству нужны защитники, а Вечности нужен Исток. Так уже было, и так еще будет. И если разделенное соединится, значит, такова цена».

Я процитировал то, что когда-то сказал нам Посланник в Храме Вечности, и Аврора задумчиво наклонила голову.

— Это означает, что они хотят вернуть Исток, для этого мы и были выдернуты из прошлого. В обмен, как я понимаю, они готовы согласиться на возвращение Тысячи в качестве новых защитников Единства. А мы… наша функция заключается в создании нового поколения Истинных и изобретении Истока. Но это лишь один из полюсов Вечности. Другие — например, Палач и Полководец — просто хотят забрать Исток безо всяких условий. Цели третьих и четвертых я не знаю, однако доподлинно известно, что никто из них не понимает, что такое вообще этот самый Исток.

— Несложно догадаться, — насмешливо фыркнула Аврора. — Секрет полишинеля, черт побери! Кел называют Кровью Истока нашу брахма-материю. Значит, Исток — это устройство, в котором она производилась.

— Или скорее принцип, технология ее производства, — согласился я. — Как я понимаю, вы уже работаете над этим вопросом?

— Легко сказать! Это ключ всех альфа-плюс технологий, — ответила Аврора. — На Земле существовал единственный сверхсекретный институт, который занимался этими разработками. И один на всю планету прототип такого А-реактора с весьма ограниченной мощностью. К сожалению, Схемы и база данных подобных технологий у нас сейчас отсутствуют. Зато теперь есть ты.

Меня подмывало уточнить, что же такое она тогда нашла в Оси, но спрашивать об этом было бессмысленно: сейчас Аврора вряд ли ответит правдиво, а я потеряю преимущество Навыка, о котором Альфа, возможно, не знает. Поэтому я решил придержать этот козырь и спросил другое:

— Что ты имеешь в виду?

— Последний вопрос, Сигурд, но очень-очень важный, — прищурилась Аврора. — Скажи, пожалуйста, как зовут твоего когитора?

— Скай, — ответил я. То, что она у меня была и имела женский пол, Альфа и так уже знала, скрывать имя когитора я не видел смысла — оно явно требовалась для некой идентификации.

— Скай? — в глазах Авроры мелькнула тень удивления. — Ты уверен?

— Да. А в чем проблема? Это же стандартное имя для военной альфы…

— Да, верно. Я… тебя поняла. Спасибо за очень любопытную информацию. Не все, что ты сказал, я слышу впервые — но кое-что требует проверки и осторожности. Я не единственный координатор Колонии Альфа. Понимаешь?

— Да, координатор. Что будет со мной?

— Я свяжусь с тобой, Сигварт.

— Сигурд, — поправил я.

— Новая жизнь, старый позывной, — сказала она. — Здесь есть еще кое-кто, кто его помнит.

Ну да, наивно было ожидать, что они тут же снимут браслеты-супрессоры и начнут хором извиняться. Однако в прежний изолятор меня не вернули — обратный маршрут в сопровождении двух молчаливых Восходящих закончился на ярусе, где, собственно, и располагались жилые блоки Колонии Альфа.

После мрачных иллиумовых залов и мертвого величия Осей шлюзы и переходы, где навстречу попадались обычные люди в серых и голубых комбинезонах, показались почти домашними. Конечно, почти — Башня не позволяла забыть, где ты находишься. Чувствовалось, что люди делают очень многое, чтобы приручить эту среду, — привычное освещение и цветовая гамма, дорожная разметка, указатели, маркировка и прочее, дабы не сойти с ума в чреве этого мегаструктурного монстра. Можно было даже представить себя где-то в Мире-Кольце или одном из больших космических орбиталов — обстановка колонии мало чем отличалась от земной. Меня привели в закрытый охраняемым шлюзом комплекс из нескольких модулей, но новое место размещения оказалось вполне сносным — небольшой отсек с мебелью-трансформером и собственным очистителем. Автодверь, естественно, заблокирована, но меня хотя бы не собирались больше приковывать к кровати или просвечивать всяческими аппаратами. Это внушало надежду — похоже, меня перевели на «облегченный режим» содержания, а через пару часов вообще принесли поесть — правда, паек состоял из стандартных сублиматов и синтезированной пасты.

Жить можно. Первый раунд я не выиграл, но и не проиграл — Аврора получила послание, основная миссия выполнена. Оставалось ждать, к чему все это приведет, что она будет делать со всей этой информацией и как это отразится на мне. Нужно было продумать, что мне вообще делать. При разных сценариях, чтобы потом не пороть горячку.

Итак, что мы имеем? Скай может в любой момент «выключить» супрессоры, и я получу доступ к Скрижали. В крайнем случае можно экстренно эвакуироваться в Домен, а в самом худшем сценарии — устроить здесь такое светопреставление, какого Альфа еще не видела, благо Руны со мной. Но основная задача на данный момент — продолжать дипломатический сценарий и получить ответ «совета координаторов». Возможно, я подложил под него бомбу информацией о Рашидове, но Аврора была подозрительно спокойна. Знает, что он двойной агент? Или все сложнее и мои подозрения беспочвенны?

Далее по списку — выяснить, что там со мной и моим прошлым, проектом «Стеллар» и чужой анимой. Ключ к этому тоже здесь. А попутно нужно найти и выручить своих ребят, попавших в эту заваруху, избавиться от бомбы в голове и постараться понять, что вообще представляет собой Колония Альфа. Самое крупное и перспективное земное поселение, столица, как ни крути.

А затем — нужно возвращаться домой…

Скай: Командир, две хорошие новости. Первая — я определила, где именно мы находимся. Это закрытый изоляционный модуль на двенадцать отсеков, семь сейчас используются. Скрытые камеры, датчики движения и пассивные А-сканеры. Четверо сотрудников. Два охранника, контролер и оператор L-поля. В зарядном боксе — два андроида, судя по характерным царапинам у входа — Церберы.

— Как ты это сделала?

Скай: Вокс-контур заблокирован, но внешние автономные устройства — нет. Плюс пассивный сбор информации и экстраполяция архива записей. Кроме того, Колония Альфа использует известные земные протоколы.

Я усмехнулся — да, пусти лису в огород… Заблокировать от Скай все устройства с вокс-доступом, учитывая их количество здесь, просто-напросто невозможно, и похоже, что риском взлома решили пренебречь. Видимо, после зала Осей степень моей потенциальной опасности была снижена, хотя L-поле и «Церберы», андроиды пенитенциарных учреждений, явно подразумевали еще одну каталажку. Для Восходящих. И вполне возможно, что в соседних отсеках — мои товарищи. Но в отличие от предыдущего места содержания — все равно курорт…

— А вторая новость?

Скай: Я завершила анализ данных, полученных при подключении к Оси. Большую часть без дополнительного контекста невозможно дешифровать, но интерпретируемая информация позволяет построить схему Башни и прилегающих к ней сегментов октагона. Идентифицированы и размечены основные ярусы и системы транспортной коммуникации. Точность — девяносто один процент.

Она вывела схему. Упрощенную — тонкая синяя паутина линий в разрезе гигантской структуры. Башня предстала не абстрактной мертвой громадой, а дремлющим и весьма сложно устроенным механизмом: транспортные стволы, кольца, ответвления, ярусы, технологические шахты, сервисные и функциональные узлы, знаки переноса и Стрелы, мертвые и те, что еще куда-то вели.

Схема приблизилась, один ярус налился мягким светом — наш, текущий. Вот жилая зона колонии, вот исследовательские и научные блоки, вот грузовые шахты и транспортные рукава, часть из которых Альфа явно не использует. Скрытые сервисные тоннели. А вот наш модуль…

У нас была карта — не просто план тюрьмы, а план всей крепости с тайными ходами, запасными воротами и древними дорогами, о многих из которых нынешние жильцы даже не подозревали.

Прекрасно, Скай. Просто превосходно — мы еще способны на сюрпризы. Например, выбраться отсюда можно тремя дорогами, но пока — незачем. Подождем, что там решит Колония Альфа…

Прошел остаток дня, и начался следующий — я определял их по включению и выключению освещения. Я воспользовался возможностью, чтобы выспаться и восстановить силы. Собственно, заняться здесь чем-то другим, пока вращались таинственные шестеренки внутри Альфы, было невозможно — оставалось ждать, пока последуют какие-то результаты моих действий.

Первый я увидел с утра. Примерно в одиннадцать — в лице Олега Рашидова. Координатор просто вошел и сел на единственный стул, как человек, которому нечего бояться и некуда торопиться.

Я сидел на кровати и смотрел на него. Он все еще носил черный комбинезон — значит, либо мой разговор с Авророй ничего не изменил, либо Мартинс действует медленнее, чем я рассчитывал.

— Доброе утро, Сигурд, — сказал Рашидов. — Как спалось?

— Прекрасно, координатор, — ответил я. — Когда совесть чиста, спится отлично.

— Согласен, — кивнул он без всякой иронии. — Мне нужно тебе кое-что объяснить. Аврора считает, что я должен сделать это лично.

Я промолчал, ожидая продолжения.

— Ты решил, что я — копия Хитрейшего, — сказал Рашидов. — Хранителя Вечности. Двойник, агент, шпион — суть не меняется. Ты с ним явно встречался, его Руны есть в твоей Скрижали. Понимаю, сходство действительно имеется, поэтому твой вывод понятен. Но ты ошибся в главном…

— В чем?

— Хитрейший — это моя копия.

Пауза. Скай выстраивала логические цепочки: от невозможного к реальности.

— Понимаю, как это звучит, — усмехнулся Рашидов. — Попробую объяснить. Меня, Олега Рашидова, вообще не было на ковчеге «Хельга». Как и тебя, Сигварта Морозова. Были только наши нейрограммы в базе данных, которые имплантировали выращенным клонам — и вот мы с тобой здесь болтаем. Но наши исходники остались на Земле, и мы не знаем, что с ними произошло. Так вот, Хитрейший — это такая же нейрограмма Олега Рашидова, как и я. Просто каким-то образом пережившая бездну времени и ставшая тем существом, что ты знаешь как Хитрейшего.

— Откуда ты знаешь? — спросил я. Хитрейший — копия землянина⁈ Это не укладывалось в голове, хотя объясняло очень многие его повадки. Правда, оставалось непонятным, как это было возможно, особенно на фоне других кел. Я вспомнил осанну с рождением Хранителей — выходило, что Искуснейший каким-то образом нашел и использовал старые исходники с Земли? Или… с первого ковчега? Ведь там наверняка содержалась аналогичная база нейрограмм… И тут же вставал вопрос — кто послужил основой для остальных Хранителей?

— Он сам мне сказал, представляешь? — Рашидов с улыбкой потер седеющий висок. — Да-да-да, я с ним встречался. И не один раз. Он пытался использовать меня — как пытается использовать тебя, Аврору, Колонию Альфа и вообще всех, кто оказывается в сфере его интересов. Знаешь, было довольно забавно разговаривать с самим собой спустя хрен знает сколько лет.

Я ощутил, как внутри неприятно шевельнулось что-то холодное. То, что говорил Рашидов, звучало слишком правдоподобно. Исходя из моего опыта, именно так и действовал Хитрейший, проводя свой сеанс одновременной игры на сотне досок сразу…

— И ты, конечно, отказался стать его фигурой?

— Видишь ли, я… — Рашидов чуть помедлил, будто обдумывая ответ. — Я гораздо ближе к нашему общему исходнику — просто потому, что для меня прошло мало времени, а он — ушел так далеко, что и представить невозможно. Поэтому он испытывает ко мне… что-то вроде ностальгии по давно утраченному, что ли? Это сложно объяснить, не имея моего… нашего совместного опыта, понимаешь?

— Если честно, не очень.

— Объясню проще. Он знает, кто я, и понимает, что я не тот человек, которым можно управлять. Да, я вел с ним переговоры и заключил нечто вроде… джентльменского соглашения. Да, на начальном этапе он очень помог. Собственно, Колония Альфа в значительной мере обязана ему своим существованием. Вероятно, он рассматривает, вернее, рассматривал нас как один из своих проектов по созданию Истока. Мы для него — фишки на доске. Посевной фонд.

Это была новость из разряда тех, что оглушают. Колония Альфа создана Хитрейшим? Это один из его личных проектов, прокси-сила в Единстве, подобная Гармонии у Полководца? В это легко можно было поверить — более того, в такую картину мира, как кусочки разбитой мозаики, ложились многие странные факты — Башня, растущая мощь Альфы, технологии, неуязвимость для влияния других кел. Их вели и терпеливо выращивали… подобно тому, как выращивали меня. Если Хитрейший невзначай подкидывал ресурсы и знания — а я знал, как он умеет это делать, — то все достижения объяснялись гораздо проще, чем гений «совета координаторов».

Кроме одного безжалостного факта. Зачем они задержали и так тщательно проверяют меня? Ведь мое появление в Альфе — наверняка часть его плана…

— И все координаторы в курсе? — подытожил я. — Значит, вы работаете… на Вечность?

— Нет, — с досадой ответил Рашидов. — Ты не понял. Колония Альфа, как и я лично, работаем только в своих интересах. В интересах Земли и землян. Просто мир устроен так, что иногда ради выживания приходится заключать сделки. Хитрейший полагает, что однажды снимет урожай со всех своих посевов. Я же хочу, чтобы, когда придет это время, серп оказался у его горла.

Он очень знакомо усмехнулся.

— Звучит красиво, — ответил я, усмехнувшись в ответ, — Но ты и правда считаешь, что фигура может стать игроком?

— Ты совершенно прав — он крайне опасный игрок. Но я понимаю, с кем имею дело. В конце концов, это я сам. Переиграть в открытую существо подобного ранга невозможно, поэтому стоит принять игру и постараться вытащить из нее больше, чем тебе планировали оставить. У меня тоже… есть план.

Мы помолчали. Затем Рашидов сказал:

— Видишь, Сигурд, я предельно откровенен. Как говорил мой папаша, мы с тобой сидим в одной лодке. В твоей Скрижали есть его Руны, ты с ним тоже встречался. Твое прибытие — это не случайность. Ты тоже его проект и тоже пытаешься стать фигурой, разве не так? Иначе ты не защищал бы от «агента Хитрейшего» то, что рассказал Авроре…

— Допустим, — ответил я. — Зачем ты мне все это рассказываешь?

— Чтобы ты понял — я не враг. И не пешка Хитрейшего — вернее, не в большей степени, чем ты сам. Можешь мне не доверять, но кое-что общее у нас есть, не находишь? Глупо было бы этим не воспользоваться.

— Раз так, прояви добрую волю, — сказал я, поднимая руку с браслетом супрессора. — Освободи меня. И моих товарищей. А потом поговорим, что конкретно мы можем изменить…

— Воу-воу, полегче! — шутливо вскинул руки координатор, но жесткость в его взгляде никуда не делась. — Давай без шантажа, Сигурд! Впрочем — я готов снять с тебя супрессоры прямо сейчас, если ты тоже проявишь добрую волю.

— Как?

— Видишь ли, у нас категорически запрещено ношение и применение Рун в жилых пространствах. Я могу снять блокаду Скрижали, если ты добровольно передашь все свои Руны на временное хранение.

Я откровенно усмехнулся. Отдай Руны, чтобы никогда их больше не увидеть? За дурака меня, что ли, считает? Кто бы ни был «старшим», в одном эти парни оказались схожи — норовили откусить руку вместе с пальцем. Торговаться с ними явно не стоило.

— Пожалуй, я откажусь от такого… щедрого предложения. Меня больше интересует, когда мне вернут изъятые вами Руны?

— Жаль, это реальный компромисс, — сказал Рашидов, пропустив вопрос мимо ушей. — И, между прочим, больше, чем получил бы любой другой на твоем месте. Мы ведь имеем все основания считать тебя агентом враждебной силы, причем самое страшное — ты сам можешь об этом не подозревать. Куча неизвестных нейропломб, ложный стигмат, редчайшие Руны и Навыки, которых у землянина твоего ранга и стажа не может быть в принципе. Поэтому предосторожности, извини, обоснованы.

Я насмешливо хмыкнул, но Рашидов даже бровью не повел:

— Как говорил мой папаша — на нет и суда нет. А с твоими товарищами все в порядке, ты можешь их увидеть…

Он включил голограмму — вернее, несколько голограмм — и передо мной появились проекции отсеков, один в один напоминающих мой собственный, и людей внутри.

Толя Грохот, привалившийся к стене и скрестивший ручищи. Судя по выражению небритой физиономии, держался он только на мысли, что скоро кому-нибудь свернет шею.

Андре Кроу — спокойный, почти расслабленный. Этот лежал на кровати, заложив руки за голову, и, казалось, дремал, но я слишком хорошо его знал — Кроу находился в полной боевой готовности.

Неожиданно — Инь! Азио сидел на краю койки и выглядел весьма хмурым. Его-то как схватили — неужели не успел отступить вместе с копьем Динамита?

И, наконец, четвертая, еще один сюрприз, Элли Кардо собственной персоной! Она что-то горячо объясняла сенсору автодвери, а на стене ее отсека было выведено чем-то засохшим — «ТРЕБУЮ КООРДИНАТОРА И ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ ПРЕССЫ!»

И все. С Юки и Фьюри все понятно, но где Жабник? Неужели доктор Мукерджи тоже остался в Либерти или смог сбежать в Портал? Но в любом случае — хорошо, что схватили оперативники Альфы далеко не всех…

— Энергичная личность, — усмехнулся Рашидов, глядя на Кардо. — Весьма продуктивная, уже написала три жалобы на стене. На имя координатора, гранд-координатора и, цитирую, «будущего независимого трибунала».

— Наше секретное оружие, — буркнул я. — Это все? А где остальные?

— Больше никого у нас нет, — ответил координатор. — А эти, как видишь, живы и здоровы. Можно организовать встречу, если хочешь.

— Да, было бы неплохо, — эту возможность не следовало ни в коем случае упускать. — А что дальше, координатор?

— Завтра будет важный день. Мы проведем совет, где обсудим то, с чем ты к нам приехал, — сказал Рашидов. — Решим, что делать, и все такое. Потребуется твое личное присутствие. Пожалуйста, будь выдержан и не делай глупостей.

Он встал и вдруг улыбнулся.

— Кстати, пока решено предоставить тебе ограниченную свободу. Под мою и Авроры личную ответственность. Можешь погулять по Альфе и посмотреть, как мы тут живем. У меня, к сожалению, нет времени для еще одной экскурсии, но я нашел хорошего провожатого. Возможно, вам будет о чем поговорить.

Автодверь отъехала в сторону. Я почему-то ожидал увидеть Фьюри, но в отсек вошла совсем другая девушка.

Стройная, чуть смуглая, с длинными темными волосами, в синем комбинезоне специалиста. Красивая, хотя она смотрела настороженно и чуть растерянно, словно пытаясь отыскать во мне знакомые черты. А потом улыбнулась, и я узнал это лицо, эти ямочки на щеках, эту улыбку, хоть видел ее единственный раз.

Во сне.

Бирюзовый океан, белоснежная полоса лагуны, смех сквозь шум прибоя, пальцы, переплетенные с моими на горячем песке.

Пойдем купаться! Догоняй!

Передо мной стояла девушка Тайна.