Мягкий свет ласкал ее лицо, словно специально хотел привлечь к себе внимание. Приоткрыв один глаз, Сандра пыталась сфокусировать взгляд, чтобы понять, где она находилась. Почувствовав приятную тяжесть на животе, она протянула к ней руку и, нащупав теплую мужскую ладонь, улыбнулась. Кристиан. Рядом. Что могло быть лучше?
Воспоминания обжигающей ночи вызывали приятный трепет и скручивали внутренности в тугой узел. До Дугласа у Сандры не было других мужчин, и она даже подумать не могла, что интимная близость способна быть настолько нежной и чувственной. Сандра растворялась в удовольствии, разлеталась на тысячи мелких частиц и видела те пресловутые звездочки в глазах, о которых пишут в женских романах. Теперь она понимала, что означало выражение «заниматься любовью». Да, у них с Кристианом настоящая любовь в сильнейшем своем проявлении.
Сандра аккуратно высвободилась, положив его руку на землю, и поторопилась к водопаду освежиться перед пробуждением членов команды. Зная себя, Сандра уже представляла, как будет смущаться за завтраком и думать, что каждый лукавый взгляд обращен к ней.
Вода вонзалась в нее ледяными иголочками, заставляя морщиться и закусывать губы, лишь бы не закричать от холода. Собрав всю волю в кулак, Сандра нырнула и немного проплыла вперед.
Внезапно за спиной раздался громкий шлепок, а через мгновение ее талию по-хозяйски обвили руки любимого мужчины. Кристиан притянул Сандру к себе и принялся покрывать поцелуями ее шею, плечи, ключицы, рассыпая по ее телу искры.
– Кристиан, что ты делаешь! – заворчала Сандра, с трудом сдерживая смех, рвущийся наружу. Ее переполнял невероятный коктейль ощущений: холод снаружи и огонь внутри.
– Целую любимую женщину. Ты очень вкусная и пахнешь потрясающе.
– Да? И чем же? – Сандра выгнула бровь, желая все перевести в шутку, а не в горизонтальное положение.
– Мной. Ты пахнешь мной! – Кристиан мурлыкал, как настоящий кот.
«Боже… Это ли не счастье?»
– Ладно, – улыбнулась она, и Кристиан приник к ее губам.
А ведь Дуглас никогда не целовал ее, пока она не почистит зубы – он очень брезглив, и порой до абсурда.
С трудом оторвавшись друг от друга, они наконец-то выбрались на берег. Кристиан укутал Сандру в свою одежду и, приобняв, повел к кемпингу.
– Если нас сейчас увидят? Что они подумают?
– Что их босс счастлив, а значит, сегодняшняя съемка пройдет в отличном настроении, – подмигнул он и поцеловал ее в висок, отчего мурашки побежали вниз по шее к ключицам.
– Тогда ладно, – на выдохе ответила Сандра, растягивая губы в улыбке.
Разумеется, ухмылок и смешливых взглядов избежать не удалось. Стоило Лин выбраться из палатки, она первым делом объявила, как хорошо ей спалось одной.
– Линдси, не вгоняй меня в краску, – проворчала Сандра, чуть не подавившись энергетическим батончиком.
– Ты не понимаешь, Сандра! – поддержал ее Карлос. – Мы тут одна большая семья! А от семьи секретов не должно быть ни в коем случае!
– Согласен, – поддакнул Райн, пряча улыбку в стакане с кофе.
– Я, конечно, могу приказать им заткнуться, но это бесполезно, – с наигранной грустью произнес Кристиан, разводя руки в стороны. – Мы сдали себя с потрохами.
– Какой кошмар, – протянула Сандра, ощущая, что щеки запылали в разы сильнее.
Несмотря на сумасшедший стыд, Сандра чувствовала себя в «своей тарелке», словно Карлос, Райн и Лин не чужие люди, а старые знакомые, с которыми она дружила не первый год.
Разве это не странно, что те, с кем ты связана кровными узами или штампом в паспорте, кажутся невероятно далекими, чужими? С ними говоришь, как через толстое стекло, и как бы ни старался разбить его – все тщетно. А потом встречаешь новых людей и с удивлением понимаешь, как бывает тепло от простого общения, если их сердца открыты для тебя нараспашку.
День промчался, как щелчок пальцев. Утром Сандра снова ловила сеть, поднявшись на скалу, чтобы услышать звонкий голосок Дженни и сказать, как сильно она ее любит. От Дугласа больше не было пропущенных, и это почему-то приносило облегчение, будто удалось избежать выговора от сердитого начальника.
Пока Кристиан и ребята занимались съемками, Сандра нежилась на солнышке, рисовала водопад, каньон и местную фауну, а вечером они опять играли в «Крокодила», пока все не разбрелись спать. Линдси, не говоря ни слова, собрала свои вещи и перенесла их в палатку к парням.
– Я соскучилась по храпу Райна, ничего личного, – подмигнула Лин, одарив Сандру широкой улыбкой, которой позавидовал бы любой голливудский актер.
Вторая ночь с Кристианом была так же прекрасна, как и предыдущая. Они испивали друг друга до дна, даря наслаждение. И так не хотелось, чтобы поездка заканчивалась, но… нужно возвращаться домой, где ее ждал серьезный разговор с Дугласом. Сандра знала, что легко не будет, но искренне надеялась на мирную беседу.
По пути от Хавасу до резервации Кристиан и Сандра снова ехали вместе на муле. Он прижимал ее к себе так жадно, словно желал стать одним целым, слипнуться, как шоколадные палочки «Твикс». Как двенадцать лет назад.
– Если бы ты знала, как я не хочу тебя отпускать, – произнес Кристиан, выдыхая слова ей в волосы.
– Кристиан…
Сандра понимала… Нет, они оба понимали, что разлука будет долгой, а время не заморозить, не повернуть вспять. Но разве любовь, если она настоящая, не должна преодолеть все преграды?
– Не знаю, Сандра. У меня так ноет в груди, словно я тебя вновь потеряю.
– Не потеряешь.
– Обещаешь?
– Обещаю. Я поговорю с Дугласом. Мы же взрослые люди. И не начинай, – остановила его Сандра, услышав глубокий вдох за спиной, какой бывает перед вступительной речью.
Кристиан несколько раз предлагал лететь вместе в Нью-Йорк, но Сандра отказалась. Она уважала Дугласа и считала, что они должны решать этот вопрос только вдвоем. Не Кристиан – основная причина развода, а их с мужем отношения, которые стали тяжестью на их плечах.
– Не буду. Только прошу, напиши мне потом сразу. Ладно?
– Ладно. А ты будешь ждать?
– Буду.
– Долго?
– Если понадобится, то всю жизнь.
Самолет плавно снижался на посадочную полосу, ускоряя пульс Сандры в разы. Ее губы, волосы и тело все еще хранили на себе запах Кристиана, ставший таким родным за последние четыре дня.
Сандра посмотрела на время – почти десять вечера. Дуглас еще пару часов назад написал ей, что забрал Дженни домой, и они вместе ждут ее с огромным нетерпением.
Дженни… Ее малышка. Больше всего Сандру заботила именно она. Как Дженни воспримет новость о разводе родителей? Как отнесется к Кристиану? Сумеет ли он найти к ней подход? Сумеет – Сандра ни капельки в этом не сомневалась. Кристиан – тот мужчина, на которого можно положиться. Его рвение переехать в Нью-Йорк вызывало улыбку, хотя ему на самом деле придется это сделать, ведь в планы Сандры не входило разлучать Дженни с отцом. Это будет нечестно по отношению к дочери.
Мысли крутились в голове, не давая покоя ни на секунду, вплоть до того момента, как она поднялась домой и переступила порог. Квартира встретила ее угрюмой тишиной. Она поставила сумку на пол и прошла в детскую, желая скорее поцеловать дочурку, но кровать Дженни оказалась пуста.
Зайдя в спальню, Сандра увидела милейшую картину: ее любимая доченька спала на руке Дугласа, а на его груди лежала книга со сказками. Сандра затруднялась вспомнить, читал ли Дуглас ей сказки когда-нибудь раньше.
Стараясь не шуметь, Сандра зашла в ванную, собираясь освежиться после долгой дороги. Она успела только расстегнуть спортивную кофту, когда дверь резко распахнулась. На пороге стоял Дуглас. По его серьезному выражению лица сложно было судить о настроении, но что-то подсказывало Сандре, что ничего хорошего ей не сулило.
– Привет, – пробормотала она, готовясь не дать мужу ее поцеловать. Но он и не собирался. Как оказалось…
– Привет. Торопишься смыть с себя чужой запах? – процедил он. На его скулах заходили желваки.
«Он знает?»
Осознание неминуемого разоблачения ударной волной прокатилось по телу, оставляя неприятную дрожь в коленях.
– Да, пять часов полета дают о себе знать. Не мог бы ты выйти? – Сандра попыталась держать лицо, чтобы понять, блефовал ли Дуглас или ему что-то на самом деле известно.
Дуглас не ответил. Он молча подхватил Сандру под локоть и потащил в сторону кухни.
«Он узнал».
– Мне больно, Дуглас! – прошипела она, боясь разбудить Дженни.
– Да? Тебе больно?! – Глаза Дугласа стали настолько темными, словно в них налили чернила. – Кто он?
– Я не понимаю тебя! – Ее голос дрогнул, уверенность стремительно улетучивалась.
– Я звонил твоей матери! Никакой тети в Финиксе нет!
От удивления у Сандры приоткрылся рот. Теперь отрицать бесполезно. Меньше всего на свете она могла предположить, что муж позвонит ее матери. Это казалось почти таким же невозможным, как поймать луну в реке.
Кассандра хватала ртом воздух, не понимая, что следовало сказать, а Дуглас продолжил:
– Давно ты наставляешь мне рога? В апреле ты летала в Атланту. К нему? Теперь Лас-Вегас. В казино ходили? А ты лицемерка, Сандра. Так самозабвенно вешала мне лапшу о бедной тете со сломанной рукой. Или ногой? – слова Дугласа били наотмашь.
– Ты следил?!
– На тебя смотреть противно!
Ощущая себя на краю пропасти, когда под ногами медленно крошатся камни, Сандра не могла понять, как правильнее поступить: прыгнуть вниз или отступить назад. Ночь – не самое подходящее время для выяснения отношений, но раз Дуглас сам завел этот разговор, значит, нужно прыгать в пропасть и будь что будет.
Набрав полную грудь воздуха, она выпалила на одном дыхании:
– Не смотри, раз противно! Давай разведемся! Наш брак давно превратился в фарс! Как ты любишь выражаться – формальность! Я не хочу жить с тобой! Я. Тебя. Не. Люблю! – процедила Сандра, делая ударение на каждом слове.
– Как забавно… А его, значит, любишь?
– Люблю! По-настоящему люблю! Он самый лучший мужчина на свете! Он нежен в постели! Не то что ты – только берешь, не давая взамен. С ним я почувствовала себя настоящей женщиной. Любимой женщиной. Желанной.
Глаза Дугласа налились кровью, он нависал над ней грозовой тучей. Как в замедленной съемке, Сандра смотрела на руку мужа, сжимающуюся в кулак. Он отвел ее назад, замахиваясь. Сандра зажмурилась, все ее тело сжалось в тугую пружину в ожидании удара.
Она могла бы закричать, оттолкнуть его, закрыться ладонями, но ее сковал ледяной ужас – кадры из прошлого так живо встали перед ней, в которых отец избивал маму, а маленькая Сандра задыхалась от страха, глядя на ужаснейшее зрелище. Пока все девочки ее возраста верили в чудовище под кроватью, Сандра часто видела его воочию.
Рядом с ухом раздался глухой звук, и Сандра открыла глаза. От удара в стену на костяшках Дугласа проступили капли крови. Он отошел на шаг и смотрел так, будто ожидал слов благодарности за пощаду.
Да, он не ударил ее, но разве это имело значение? Он. Хотел. Ударить. Те крошечные остатки уважения к мужу, что тлели в ее сердце, рассыпались в прах. Их брак окончательно умер.
– Какая же ты дрянь, Сандра. Думал, упадешь на колени, вымаливая прощение, а ты захотела развестись. Значит, так! Никакого развода не будет. Моей карьере это только навредит, – уже спокойнее проговорил он.
– Что?! – Сандре показалось, что она ослышалась. Она ожидала чего угодно, даже приказа выметаться из квартиры прямо сейчас, но не этого.
– Именно так! – подтвердил он.
– Нет!
Злость поднималась в ней вулканической лавой. Она не сдастся, обратного пути нет! Сандра мотала головой, пока следующие слова Дугласа не нанесли удар под дых:
– Тогда ты больше никогда не увидишь Дженни. У меня достаточно связей, чтобы оставить тебя на улице. Без цента. И без ребенка.
Сандра смотрела на мужчину перед собой и не узнавала. С кем она жила все эти годы? С незнакомцем? Жаль, что желание развестись не появилось гораздо раньше.
– Ты не сможешь! Давно не читал законы?
– Смогу! Можешь не сомневаться! С законами я достаточно хорошо знаком, чтобы знать, как это сделать. Ты не работаешь, у тебя любовник, ты обманула меня, уехала, бросила ребенка.
– Ты постоянно бросаешь нас ради работы!
– Согласись, между «бросать ради работы» и «измена» – огромная пропасть, милая. А еще есть миллион способов, как доказать, что ты психически невменяема. И поверь, я выясню, с кем ты спишь, и ему придется в миллиард раз хуже. – Дуглас больше не кричал, но каждое его слово сочилось смертельным ядом, отравляющим Сандру. Она понимала, что проигрывала, на глаза наворачивались слезы отчаяния.
Внезапно со стороны двери послышался голос Дженни.
– Мама? Папа? Вы лугаетесь? – Она смотрела на родителей большими испуганными глазами, отчего у Сандры разрывалось сердце.
Сандра вытерла слезы с щек и оттолкнула Дугласа, открывая объятия дочурке. Она подняла Дженни на руки и начала целовать в щеки.
– Нет, милая! Мы не ругаемся! Я просто сильно по вам с папой соскучилась! Сильно-сильно, моя милая.
– Плавда не лугались?
– Правда, солнышко!
– Но ты плакала!
– Да, плакала! Именно потому, что скучала. Я так сильно хотела тебя обнять, но ты спала.