Тут спинку ее сиденья сильно пнули. Тун Яо возмущенно обернулась:

– Эй, ты чего?

– Это было поощрение новому игроку от капитана! Какие еще «сладкие слова»?!

– А ты вроде бы говорил, что «Вейбо» практически не читаешь…

– А если не читаю, значит, там можно всякую чушь про меня молоть?

– В смысле «всякую чушь»? Последний пост вообще был не про тебя!

– Серьезно? А про кого?

– Капитан, ну настолько разжевывать вообще не интересно. И потом, если кому-то требуется что-то разжевывать, то этот «кто-то» выглядит очень тупеньким, правда.

Сказав так, Тун Яо пробормотала: «Что ж так холодно-то… Еще и кондиционер включили», натянула на себя куртку задом наперед и накинула капюшон на лицо, будто всем видом хотела показать: «Я не ухожу от разговора, просто замерзла».

Было слышно, что Лу Сычэн продолжает листать «Вейбо». Тун Яо буквально съежилась под курткой, мелко дрожа. Только когда эти звуки затихли, она смогла выдохнуть с облегчением. Вытащив телефон, девушка глянула: фанаты, перемать их, повинуясь какому-то стадному чувству, один за другим тегали Лу Сычэна. У Тун Яо задергался глаз: «Ну такие все проницательные, такие всезнающие, чтоб их! Просто боги!» Еще немного тайком полистав «Вейбо», она минут через десять задремала и проспала всю дорогу.

На базу вернулись примерно к семи вечера. Все пребывали в приподнятом настроении – как-никак состоялась первая межгрупповая игра, где они с легкостью вынесли бронзового призера прошлого сезона. Все сидели и наперебой обсуждали, что из еды заказать в доставке. Сегодня всех угощал Кей, которому присудили «самого ценного игрока» в первом раунде.

– А ведь наша уважаемая Смайлинг тоже сегодня «самого ценного» взяла, – заметил Кей.

– У уважаемой Смайлинг зарплату урезали на два месяца, – ответила девушка, даже не поднимая головы. – И потом, товарищи, сами знаете – мне дали «самого ценного», только чтобы посплетничать, что там такое произошло между мной и Сюй Тайлунем…

Тун Яо не договорила. Ей вдруг показалось, что что-то не так… Девушка опустила взгляд и посмотрела на диван, на котором сидела, потом подняла голову и глянула на капитана, который расположился напротив. Тот выглядел совершенно спокойным, только одна бровь была приподнята. Встретившись взглядом со своим мидером, он указал большим пальцем за спину, на входную дверь.

– Вспомнила? Тогда давай сама на выход. Не заставляй меня применять силу.

Тун Яо хотела что-то сказать, но потом, послушно отложив телефон, встала. Вся остальная команда вопросительно уставилась на них. Лу Сычэн тоже поднялся.

– Время воспитательных мер…

Недоумение на лицах сменилось сочувствием. Все проводили взглядом мидера и капитана, которые один за другим вышли с базы.

Закрыв за собой дверь, Лу Сычэн оперся на нее спиной, встав в позу «один на страже – и тысячи не прорвутся». Лениво приподняв веки, он глянул на Тун Яо.

– Говори. Но сначала хорошо подумай.

Тун Яо решила последовать этому совету. Вроде ничего страшного в случившемся не было, но серьезный вид капитана заставил ее занервничать. Поэтому, помявшись немного, она честно выложила:

– Во время перерыва у туалета я столкнулась с Сюй Тайлунем. Он спросил, почему, когда мне во время стрима задали про него вопрос, я не стала его оправдывать, а, наоборот, ответила расплывчато и только подлила масла в огонь.

– И что ты ответила?

– Что это мой рот – что хочу, то и говорю.

– Ага. Ну, тут пока ясно.

Лу Сычэн посмотрел на Тун Яо и вдруг припомнил, что во время перерыва к ним заходили игроки из «Династии Цин», задавали какие-то странные вопросы и выражения лиц у них тоже были какие-то непонятные… Он прищурился, во взгляде мелькнуло явное недовольство.

– А дальше?

– Сюй Тайлунь спросил: если они сольют нам матч, буду ли я тогда держать рот на замке?

Лу Сычэн холодно усмехнулся.

– Но если мы честно можем выиграть, зачем я буду просить что-то нам сливать? Так что я ему отказала, потом укусила и убежала.

Лицо капитана застыло. Уголки губ опустились, выражение глаз стало каким-то неуверенным, и он тихо переспросил:

– Что-что ты сделала?

Тун Яо насторожилась, услышав в его голосе нечто неуловимо странное. Девушка шумно сглотнула и повторила:

– Убежала.

– До этого.

– Отказала.

– После этого.

– Укусила… – ответила она и тут же поторопилась объяснить: – Ну ты же сказал: людей бить нельзя. Но кусаться-то можно? Я же не насмерть…

Кажется, Лу Сычэн в это словоизлияние даже вслушиваться не стал, а сразу выхватил самую суть:

– Во втором раунде у Сюй Тайлуня была забинтована рука. Это ты укусила?

– Ну да… Ой!

Тун Яо, получив щелбан, прикрыла лоб рукой и отступила назад. С совершенно ошарашенным видом, она наблюдала, как Лу Сычэн, хмуро бросив: «Постой снаружи», вошел внутрь, захлопнув дверь за собой. Девушка прижала к ней ухо и услышала, как он объявил: «И чтоб никто ей не открывал!» Тун Яо отпрянула, уставилась на дверь неверящим взглядом, а потом снова приложила ухо. Изнутри не доносилось ни звука. Он что, серьезно? Это нормально вообще?

Она подошла к окну и, прильнув к стеклу, попыталась заглянуть внутрь базы. Увидела Пухляша, который сидел недалеко от окна, и, будто хватаясь за спасительную соломинку, постучала по стеклу пальцем. Пухляш повернул голову, увидел девушку и расплылся в глупой улыбке.

«Открой дверь!» – одними губами попросила Тун Яо. Но Пухляш, по-прежнему глупо улыбаясь, показал пальцем на Лу Сычэна, стоявшего спиной к окну, и отрицательно покачал головой.

Тун Яо потеряла дар речи. Некоторое время она смотрела, как там, внутри, туда-сюда снуют люди. Наружный блок кондиционера гудел, выдувая горячий воздух. Казалось, ни одна душа из находившихся на базе не замечает, как девушка стоит у окна и умоляюще глядит на всех. В конце концов ей ничего не осталось, кроме как сесть во дворе, кормя комаров, и открыть в телефоне чужой стрим… стрим Сюй Тайлуня.

– В прошлый раз команда Huawei выиграла таким образом у ZGDX, вот я и решил тоже попробовать. Не ожидал, что на сей раз это не сработает. – Хо Тхэрён сидел перед компьютером и выглядел по-прежнему вежливым, милым, добродушным – золото, а не парень! – Простите, что проиграл этот матч.

Комментарии, разумеется, изобиловали типичными словами поддержки: «Ничего страшного», «В следующем матче уж постарайся», «В другой раз обязательно выиграешь!». Находились, конечно, и те, кто интересовался, не нарочно ли брат Ангел мстил Тун Яо за то, что она не заступилась за него тогда на стриме. На это Сюй Тайлунь ответил так:

– Все эти слухи – неправда. Ничего я плохого с фанатками не делал. И вообще-то, Смайлинг права: кто ничего не делал, тому нечего бояться обвинений. У меня с моей девушкой отличные отношения. Не может такого быть, чтобы я влюбился в кого-нибудь еще. Ей было очень тяжело слышать все эти сплетни обо мне. Я ее долго утешал. Но теперь все в порядке.

Тун Яо скорчила экрану такую рожу, будто ее вот-вот вырвет.

– Мими? Мими заболел, но ничего серьезного. – Сюй Тайлунь сделал паузу, читая новые комментарии. – В каком смысле «игрушка на неделю»? Почему на неделю? Нет, это не так. У него простуда, самая обычная простуда. Я попросил друга сходить с ним в ветклинику.

Девушка припомнила живое существо, которое барахталось в сумке пару дней назад, и ее лицо вновь окаменело.

– Да, что-то мне в последнее время как-то не везет… Второй раунд тоже прошел с плохим темпом. В итоге проиграли. Изначально не стоило пытаться ганкнуть в первые две волны. Мидер подал мне сигнал, я подумал – а вдруг прокатит… Ну и вот. Даже не ожидал… Нет-нет, я не виню тиммейтов! Просто грустно. Не надо меня утешать. Сам не справился. Подарки? Не надо подарков. Я сыграл плохо и подарков не заслужил.

Пока он говорил это все, комментарии полнились всякими видами плачущих эмодзи и словами сочувствия. Но дальше начался полный цирк: сказав «подарков не надо, я их не заслуживаю», Сюй Тайлунь открыл официальный сайт Givenchy и начал просматривать новейшие модели футболок…

Тун Яо была просто в ауте от такой наглости. Но в итоге это ее даже развеселило. Она уселась на каменную скамейку во дворе, подперев подбородок рукой, и с большим интересом смотрела эту пьесу, которую битый час разыгрывал Сюй Тайлунь. Наконец стемнело. Откуда-то донесся звонок электроскутера доставщика.

Тун Яо отложила телефон и вытянула шею. Потом она встала и пошла навстречу курьеру. Тот уже знал девушку в лицо, поэтому, не заподозрив ничего странного, передал ей заказ:

– Жара, комары… Ты что тут одна на улице торчишь?

– Проветриться вышла.

Девушка спокойно забрала пакеты. Когда курьер ушел, Тун Яо, нагруженная провизией на всю компанию, подошла к двери и крикнула:

– Эй! У вас два варианта. Или вы меня впустите, или я тут умру от комаров, а вы там – от голода. Выбирайте сами.

Через минуту дверь открылась. Тун Яо, улыбаясь до ушей, продемонстрировала свою ношу хмурому парню за приоткрытой дверью:

– Это ваш ужин, господин Лу?

Капитан открыл дверь пошире, и тогда девушка, впихнув еду ему в руки, угрем проскользнула внутрь. Запрыгнув на диван, она шустро подхватила на руки спящего там кота и немедленно приняла нахальный вид «хоть убейте – никуда не уйду». Лу Сычэн на это никак не отреагировал, лишь выставил коробки на стол и позвал всех ужинать.

Тун Яо смотрела умоляющими глазами. Через пару минут ее телефон завибрировал.

fhdjwhdb2333

Осознала, что сделала не так?

Тун Яо растерянно подняла голову и глянула в сторону обеденного стола. Капитан сидел к ней боком, закинув ногу на ногу. Одной рукой он подпирал голову, в другой держал телефон. Он холодно и сосредоточенно смотрел вниз, на экран, который подсвечивал его нос.

– Ешь, брат Чэн! – сказал Пухляш.

– Не голоден, – ответил капитан, не поднимая головы.

– Ты же только что есть хотел!

– Расхотел.

– Ты с кем там чатишься? С девушкой?

Пару секунд Лу Сычэн молчал, потом хмыкнул: «Угу». За шумным столом мгновенно воцарилась тишина. Вся команда округлившимися глазами вытаращилась на капитана. Капитан приподнял веки и обвел тиммейтов взглядом.

– Ну что уставились? Я с девушками, по-вашему, переписываться не могу?

Все дружно помотали головами.

ZGDX, smiling

…Осознала! Осознала! Осознала!

fhdjwhdb2333

И как ты в следующий раз поступишь в такой ситуации?

Развернусь и убегу? Позвоню в полицию? Позову на помощь?

Кого позовешь?

Но сегодня бы все равно не получилось. К вам же там вся «Династия Цин» заявилась!

Кого позовешь?

Да все, все, я все поняла!

Кого позовешь?

Тебя.

Тун Яо отбросила телефон, будто обожглась, но взгляд девушки невольно возвращался к нему. Экран погас, но лишь для того, чтобы тут же загореться от нового сообщения.

Ужинать иди.

Девушка потерла ухо и, встав, бросила взгляд в сторону обеденного стола. Капитан уже как ни в чем не бывало отложил телефон, взял палочки и о чем-то оживленно говорил со своим соседом. Выражение лица – преспокойнейшее, на губах – улыбка, настроение, очевидно, отличное, как будто он только что не прижимал к стенке бедную жертву в «Вичате»… Пока она не сказала именно то, что он хотел услышать.

Нехороший он человек. Зверь настоящий в человеческом обличье.