– Почему? – не уточняла, кто, уже понимая, что дядя вновь грешил на нашего ректора и Совет Верховных.

– Потому что…

Он принялся рассказывать, что уже успел расшифровать. Очень эмоционально и красочно жестикулировал, указывая то на стену, то на карту, то потрясая листами, свитками, книгами.

Вливал в меня кучу информации, подкрепляя её логичными заключениями, и ведя довольно последовательную и грамотную цепочку от прошлого до настоящего с переходом на будущее.

Его прогнозы вызывали первобытный ужас.

Человечеству грозило новое пришествие Тёмных.

И не простые выбросы и мелкие прорывы между мирами, а война апокалипсического масштаба.

– Видишь, тут планеты уже почти сделали отмерянное временем количество оборотов. Они выстраиваются в линию. Солнечное затмение… разрыв… всё как тогда! – горячо кивал дядя, а его глаза полыхали безумием.

– Хочешь сказать, – выдохнула с упавшим сердцем, – всё, в истории существования земли и человечества, имеет цикличность?..

Теперь я с большим вниманием уставилась на настенные листы. Вот что там было, циклы истории…

– Да! Всё повторяется. Смотри… – разложил передо мной книгу.

И пока я листала кожаную брошюру, теперь глядя на символы через призму ключа, дядя быстро ужинал.

– Чай будешь? – поинтересовался тихо родственник. – Правда, он уже остыл, и, наверное, совершенно не вкусный.

– Не откажусь, спасибо, – благодарно кивнула, увлекаясь историческим очерком своего предка.

Сколько просидела – потерялась во времени, и была очень благодарна дяде, что подкармливал и подпаивал, чтобы уж совсем не оголодала.

– Это что ж получается, – от волнения так в горле пересохло, что с жадностью допила остатки чая в один глоток, лишь на миг озадачившись странным послевкусием, – наш предок, чтобы дать отпор Тёмным, призвал их же в тела воинов? – в голове плохо укладывалось, но судя из прочитанного, я верно оформила мысль.

– Да. Он рискнул, и это сработало. А вот они, узнав, чья в них сила, осознав, что отныне они Проклятые и Отверженные, не простили ему этого. Разозлились. Сговорились. Предали, подло его убив!

– Эм-м-м, – задумчиво промычала я. – А вот этого я не видела в книге, – нахмурилась, выискивая в памяти хоть строчку о предательстве, заговоре и убийстве ведуна.

– Ты видела это во сне! Разве нет?

– Видела, – осторожно кивнула я. – Но…

– Это реальность! – не дал договорить родственник, внезапно став каким-то озлобленным. – И конечно в книге об этом не написано, ведь его убили! Как он мог написать хронику после смерти? – горячился дядя. Зло придвинул кожаную книгу. Махом листы перевернул до конечной, ткнув в последнюю строчку:

– «Они это сделают!» – процитировал текст. – Как думаешь, что «они» и «сделают»? – прищурился дядя. – Ясное дело, ведун пишет о том, что его предали и готовят покушение! Он знал, и пошёл на это, прекрасно осознавая, что справиться с четырьмя сильнейшими Тёмными в одиночку никому не по силам!

Мы умолкли, каждый погружаясь в свои неутешительные мысли.

Хотя мои подозрительно начинали утекать в никуда.

Видимо, от усталости… Да и ночь уже, а я до сих пор забиваю голову загадками.

– И всё же, – зевнула я, едва успев прикрыть рот рукой. – Я считаю, мы должны обо всём этом рассказать мистеру Шайху. Тут дело не в нас и нашей истории. Не в предательстве, не в убийстве предка. И уж конечно не в страхах и не в предрассудках. Человечеству грозит очередная война! И если мы можем её предупредить… мы должны это сделать, как бы обидно не было за предка, и как бы мы не желали возмездия.

– Сможем! И сделаем! – перебил меня категоричным кивком дядя, медленно складывая свитки и листы в аккуратные ряды и стопки. Но его тон дал понять, что не всё так просто… И я отнюдь не убедила родственника – скорее наоборот.

– Только в этот раз я не позволю уничтожить наш род! – подтверждая мои опасения, отозвался дядя. – Я нашёл другой выход…

– Ты о чём? – голова стала совсем тяжёлой, да и в теле какая-то вязкость появилась. Перед глазами совсем поплыло, веки, будто сами собой смыкались. И сколько бы я не смаргивала, картинка искажалась.

– О том, милая, – родственник на поднос ставил грязную посуду, и почему-то в его неспешных жестах я всё чётче читала подтекст, очень смахивающий на признание в предательстве и отравлении… меня… – что я решил пойти на риск, – так же тягуче продолжал жевать мысль дядя.

Вот и сердце замедлило ход.

Родственник повернулся ко мне, его взгляд полыхнул беспринципной решимостью:

– Я говорил, что помимо книги и карты, была ещё одна, довольно понятная книжонка. Понятная, хотя бы из-за большого наличия рисунков, по которым было просто учиться.

– К-какая книга? – язык к моему удивлению заплетался, на кончике чувствовалась вязкость и онемение.

– Волшебная, помогающая в мелких житейских вопросах, – размазал мысль дядя. – Травы, зелья, обряды, ритуалы…

Точно отравил!

Я аж кашлянула, словно это могло помочь.

Ёкнуло сердце.

– Как ты себя чувствуешь?

– Что ты со мной сделал? – я попыталась встать, но тело плохо слушалось, и я точно пьяная лишь пошатнулась на стуле.

– Не волнуйся! Ты мне нужна живой. Пока… – обманчиво миролюбиво улыбнулся дядя. – О-о-о, – он меня почти жалела, судя по пренебрежительно снисходительному взгляду. – Ты такая наивная. Глупая… почти милая в своём желании верить. Елисия, запомни, преданность семье и делу – похвальна, но… наказуема. Так уж по жизни бывает, что идеалисты обычно умирают одними из первых.

– Но как же так… – мне даже говорить было тяжело, мысли разбегались, всё сильнее накатывали тошнота и темнота….

– А вот так! – развёл руками дядя. – Ты была очень полезным членом общества. И ещё сыграешь ведущую роль. Но прежде, чем твоё тело займёт более достойная сущность я хочу, чтобы ты знала: мне плевать на академию, ректора и мир в целом. Я хочу чтобы восторжествовала справедливость! Чтобы раскрылась историческая правда, свершилось возмездие и я получил то, что мне полагается по праву как одному из сильнейших… Власть!

– Ты болен… тебе не позволят…

– Да? – наигранно вскинул брови дядя и деланно оглянулся, будто искал в комнате ещё кого-нибудь. – А кто мне помешает? – хмыкнул злорадно. – Тебя никто не спасёт… в этот раз, – оскалился хищно, с презрением. – Твоё тело послужит благому делу!

– Что… ты… – бессвязно бормотала, продолжая сражаться с накатывающим небытием.

– Как бы ты не гордилась своей светлой стороной, в тебе сидит частичка Тёмного. Мы все – их прямое продолжение, так зачем с ними сражаться, ведь можно получить больше, чем неблагодарный статус «Проклятого и отверженного»! Мы можем стать богами! Всего лишь нужно перестать бороться с Тёмной стороной. Просто нужно помочь Тёмным попасть в этот мир!..

Глава 49

Елисия

Боже! Как же я ошибалась на его счёт!

Он не просто больной… он маньяк… он чудовище… сумасшедший!

В его улыбке я читала приговор всему и особенно мне.

– Завистливый… монстр! – Сжала волю в кулак, стиснула зубы и попыталась встать, но меня опять повело…

– О, нет, милая, – снисходительно-издевательски посмеялся дядя. – Я рад, что сила в тебе. Значит, не мне быть сосудом для главного. Но я с удовольствием стану его правой рукой, – на рычащей ноте хохотнул родственник, дёргая меня к себе: – Так что, спасибо, племянница тебе за себя. Хорошо, что не сдохла! Теперь я сполна отомщу Проклятым и стану в этом мире кем-то важным, – грубо встряхнул меня, уже оседающую от слабости. – Владыка наделит меня более могучими способностями. Я смогу продолжить наш род и всем! ВСЕМ!!! придётся со мной считаться! Я больше не буду отсиживаться в тени, – зло оскалился, укрепляя в мысли, что совершенно, беспробудной нездоров на голову.

Я постаралась призвать силу, но была так опустошена, что лишь обессиленно заскулила. Было попыталась вырваться из цепкого хвата дяди:

– Не позволю… – даже голос скатился до тихой хрипоты.

– Да кто тебя спрашивает??? – презрительно скривил губы родственник. – Я уже всё приготовил! Даже ритуал подходящий нашёл! Загвоздка была лишь в крови… Нужна кровь всех Проклятых! «Всех пяти элементов земли»!

– Не достанешь! Они не…

– Уже, дура! Тебе спасибо! И такому умному, но такому глупому Самуэлю Рэйвену! – победно рыкнул дядя.

– Тебе не справиться одному со всеми…

– А кто сказал, что я один?

И в этот самый момент я умудрилась вцепиться в его горло. Всего миг… и лицо обожгло хлестким ударом ладони родственника. Видела, как он замахивался, но ничего не могла сделать – и так едва дышала…

– Дрянь, – гневно зашипел дядя, не позволяя мне упасть. Одной рукой схватил за волосы, точно тряпичную куклу, а другой отвешивал пощёчину за пощёчиной. – Мелкая, гадкая, эгоистичная дрянь! – каждое слово закреплял ударом, а с последним позволил упасть.

От звонкой встречи затылка с каменным полом перед глазами совсем помутнело, но амулет, который мы с Сэмом когда-то собрали, углядела на груди мистера Чарльстона.

НЕТ!!!

Он… его выкрал!

Боже!!!

Теперь у него не только я! У него в руках оружие…

Что же я наделала?!

Мысль упорхнула – меня неумолимо затянуло в беспробудную темноту.

Я – вялотекущее сознание.

Словно парила над телом, не думая возвращаться. Мне было хорошо, свободно… Эйфория в чистом виде.

Не знаю, сколько пребывала в этом состоянии, но мою апатическую безмятежность всё отчетливее нарушали звуки: приглушённая монотонная речь. Несколько голосов. Мужские…

Смысл слов ускользал, но ленивый разум настойчиво таранили неутешительные мысли.

…Я в очередной раз совершила ошибку.

…Я вновь поверила монстру.

Я устала сопротивляться!

Меня всё время предают…

Меня все предают!

Я устала. Надоело.

Всё казалось бессмысленной беготнёй по кругу.

Природа! Судьба… Зло.

Но очередная мысль: «Из-за меня случится апокалипсис!", заставила нервно вздрогнуть…

Моргнула… Веки по-прежнему были налиты тяжестью, а тело… его, вообще, не ощущала.

– Владыке путь в этом мир… – впервые мужские слова обрели смысл. И я усилием воли всё же открыла глаза.

Где я?

Непонимающе повела взглядом по каменной зале. Мрачной, едва тронутой светом редких свечей.

Опасения подтвердились! Я посреди ритуальной комнаты, на алтаре… жертвенном. Естественно, я и есть жертва! Вокруг меня пятеро человек, облаченных в чёрные балахоны… Они настолько близко, что я, можно сказать, чувствовала тепло их тел.

Опять сатанисты?

– И Владыка займёт своё место по праву, – словно в подтверждение лился голос моего дяди, задавая строчку для повторения остальным.

– И Владыка… – подхватили они слова.

Дежавю?!..

Точно сатанисты!

Ритуал!!!

– Разлом открыт для прохода, тело Ваше по праву!.. – чеканил слова дядя, и будто их подтверждая, мрачную залу прорезал луч света. Вначале он робко пробежался по полу неровной полосой, и чем длинен тянулся, тем сильнее светила и расширялась трещина разлома между мирами.

Как дядя это сделал?

Он что умеет делать дыры в пространстве?

Заторопились сумбурные мысли, и я взбрыкнула. Вернее у меня это почти получилось… потому что ни рук, ни ног я по-прежнему не ощущала.

Вата какая-то, вот и дёрнулась лишь мысленно.

Чёрт!

Что делать?!

Не скажу, что прямо-таки издёргалась в истерическом припадке, пытаясь встать, но очередная попытка чуть не лишила последних сил.

Я была, какая-то НЕ Я!

Вялая, ленивая и тугодумающая…

И всё же осознавала, дело – плохо.

Мне нужно выбираться из этой переделки!

Мне нужно спасаться…

И это не эгоистичный и трусливый порыв сбежать – нет! Я чётко понимала, что должна предупредить мистера Шайха и остальных отверженных. Они должны знать, что дядя… и есть предатель! Заговорщик! Что у него есть помощники…

Они собираются устроить апокалипсис!

Теперь мной уже не только желание спастись овладело, но ещё и страх, ведь отступники собирались впустить чистое Зло в мир людей! Они собирались…

Их голоса, звучащие в унисон, всё сильнее пробуждали во мне чувство безотчётного ужаса, но тело… подводило, не желая слушаться! Я чувствовала в себе яд… Это он притуплял волю, не позволял управлять своим телом!

– Владыке тело… – сознание протаранила очередная ритуальная фраза. – Этот сосуд по праву для Вас!

Сосуд?

Я?

Ох, чёрт!!!

Я должна сбежать.

Освободиться…

Зажмурилась, собирая силы в кулак и умоляя хоть кого-то меня услышать.

Гибридик! Вьюночек! Миленький!

Я точно дура! Причём неисправимая! Взывать к растению?!

Совсем чокнулась. Но когда звать? И как? Я ведь мысленно ору… Меня никто не услышит… Если только…

К-Кром!!!

ВОЙР!!!

По пальцам побежало онемение… жжение…

Я до головной боли взывала и к вьюнку, и к оборотню, пока от бессилия едва не зарыдала.

– Этой кровью тебя призываю, – звучал с нарастанием голос дяди. И теперь строки казались не простым наговором, а уже чем-то важным… эпохальным… А на фоне мерцающего разлома, так и подавно! Я словно лежала пред вратами в чистилища! Безвольной, обезждвиженной тушкой… Бери – не хочу!

Но зато впервые за долгие минуты сосредоточилась настолько, что увидела действо более чётко: на груди родственника, на чёрном фоне балахона, поблёскивал наш с Сэмом амулет, в одной руке – ритуальная чаша, в другой – кинжал. Не знаю почему, но острие гипнотизировало…

– Кровь отверженных и сила Проклятых, – глава заговорщиков бросил амулет в чашу. – Да откроется для Владыки дорога… – лезвие скользнуло по моему запястью, словно по маслу, оставляя длинный, наливающийся кровью, порез. Короткая вспышка сменилась жаром. Но я всё так же безвольно наблюдала за ритуалом, даже не возмутившись, не попытавшись сопротивляться.

Мистер Чарльстон подставил чашу, ловя капли моей крови и орошая ими амулет.