По школе поползли слухи о том, что Со Бёль вернулась в класс. Вместо того чтобы избегать ее, друзья девушки, похоже, просто решили держать некоторую дистанцию. Я не слышала, чтобы кто-то стал плохо относиться к ней, поэтому посчитала инцидент исчерпанным. Так было до тех пор, пока Со Бёль сама не пришла ко мне.

– Ты ведь Ли Се Воль, верно? Друзья говорят, ты возглавляешь консультационный отдел.

Я оглянулась на других ребят. Хе Сон выглядел недовольным, а Со Вон с укором смотрела на парня, словно знала, что все так обернется. Я же приподняла уголки губ, делая вид, будто ничего не произошло, и проводила девушку в комнату для консультаций. Со Бёль выглядела подавленной, ошибочно полагая, что странная атмосфера возникла из-за ее репутации.

– Послушай, если переживаешь из-за слухов, можешь меня не консультировать.

– Н-нет. Я просто устала от большого количества работы в последние дни. Так, что тебя беспокоит?

У меня слегка дрожали руки. Однако дрожь была вызвана скорее чувством вины, нежели напряжением. Внешне девушка была похожа на стеклянную башню, которая может рухнуть от малейшего прикосновения. Ее проблема сразу показалась мне более серьезной, чем любая другая, поскольку я знала детали произошедшего.

– Я беспокоюсь о друге, которого давно не видела.

Верно. У этой истории не один главный герой. Воспоминания другого персонажа истории, съеденной Хе Соном, остались нетронутыми. Однако кое-что я все же не могла понять. Разве не Со Бёль первой начала избегать Да Гёна в период экзаменов? Почему она решила встретиться с парнем только сейчас, после инцидента?

– Может, с ним что-то случилось?

– По личным причинам я некоторое время не могла с ним встретиться. Мне бы хотелось с ним увидеться и извиниться за то, что вот так пропала, но я нигде не могу его найти.

– Как его зовут?

– Квон Да Гён. Я не знаю, в каком он классе.

Я злилась на девушку за то, что она думает, будто может восстановить отношения с парнем. А точно ли я злюсь на нее? Или на себя? За то, что заварила эту кашу?

– Он был первым, кто увидел мою попытку суицида.

Произнеся это, Со Бёль словно потеряла контроль, и на ее лице отразился испуг. Слезы побежали по щекам. Она даже не пыталась их вытереть, просто беззвучно плакала. Я быстро протянула ей носовой платок и извинилась, но она успокоила меня, сказав, что я ни в чем не виновата.

– Понятно. Так…

Наступила тишина. Успокоившись, девушка продолжила говорить:

– У него была причина избегать меня. Я посетила все места, где мы обычно встречались, но его там не оказалось. Должно быть, все дело во мне.

– А, ну, ситуация немного запутанная… До меня дошли кое-какие слухи. Кажется, от шока он забыл о том, что стал свидетелем твоей попытки самоубийства.

Как только я сказала это, девушка нервно попросила меня объяснить ситуацию. Я рассказала обо всем в общих чертах, опустив тот факт, что Квон Да Гён посещал консультационный отдел. Я предупредила и о том, что парень может не узнать Со Бёль.

– Не думаю, что он специально избегает тебя. Скорее всего, он забыл о вашей дружбе после случившегося.

Девушка явно чувствовала себя еще хуже, чем когда она узнала о том, что свидетелем инцидента был Квон Да Гён.

– Должно быть, вы были очень близки.

Со Бёль выглядела так, будто была готова разрыдаться в любой момент. Девушка откашлялась и извинилась за доставленные неудобства, после чего достала из сумки книгу и протянула ее мне. Я вспомнила, как Да Гён на прошлой консультации сказал, что одалживал школьнице книги. Значит, эту Со Бёль одолжила во время их последней встречи. Значит ли это, что она избегала Квон Да Гёна по какой-то непредвиденной причине? Дело было настолько срочным, что она не могла вернуть ему книгу?

– Можешь передать, если встретишь его? Скажи, что нашла.

Только после этого я подумала, что, возможно, Со Бёль не специально держалась подальше от Да Гёна. Почему ей пришлось избегать парня в течение двух недель?

– Слушай… Могу я спросить, почему ты избегала его?

– Что?

– Теперь ты знаешь, почему не можешь его найти. Однако решить проблему не удастся, если не разберешься с истинной причиной. Если я могу чем-то помочь…

Не успела я договорить, как Со Бёль аккуратно закатала рукав, обнажив запястье, прикрытое рубашкой. Под большим шрамом скрывались шрамы поменьше, явно появившиеся там очень давно. Прежде чем я успела что-то сказать, девушка начала рассказывать о своей первой встрече с Квон Да Гёном.

– В тот день я искала место, где можно побыть одной.

* * *

С момента поступления в эту школу Со Бёль искала уединения. Менее чем через неделю она уже знала о всех укромных местечках учебного заведения. Дело было далеко не в том, что она любила одиночество или что ей нравились подобные места. Ей просто нужен был тихий уголок, где она могла тайно надрезать запястье, когда испытывала сильный стресс.

Впервые Со Бёль порезала себе вены в третьем классе средней школы. Тогда же она впервые попыталась покончить с собой. Родители девушки часто прибегали к насилию в процессе воспитания, а постоянно растущие ожидания окружающих на фоне неуклонно ухудшающихся оценок сильно давили на нее.

В тот день школьница действительно думала о смерти. Но стоило Со Бёль порезать лезвием запястье и увидеть струящуюся по коже кровь, как она в ужасе выронила острый предмет. Мысли о смерти, заполнившие ее голову, бесследно исчезли под давлением инстинкта самосохранения. По крайней мере, в тот момент. Вид крови, покидающей тело, ненадолго возвращал ей волю к жизни. Будь она более зрелой или будь ее окружение более внимательным, она бы не выбрала такой нездоровый способ поддержания жизни.

И в тот день с канцелярским ножом в кармане Со Бёль искала место, где можно побыть одной. Так она нашла парковку за общежитием, которую, как ей казалось, никто не посещал.

– Что ты здесь делаешь одна?

Уверенность девушки в том, что никто не побеспокоит ее, быстро разбилась от голоса незваного гостя.

– А что, ты застолбил это место?

Осколки превратились в острые слова и полетели прямо в парня. Незваный гость, который нарушил с таким трудом найденную тишину. Таким было первое впечатление Со Бёль о Квон Да Гёне.

Однажды встретив парня на парковке, девушка заволновалась: вдруг кто-то придет, пока она будет резать себе вены? Со Бёль отправилась туда, где, как ей казалось, никого не будет, однако вчерашний знакомый уже был там. Школьница обошла все места, которые нашла ранее, лишь бы не видеть его, но каждый раз натыкалась на Да Гёна.

В какой-то момент она начала ходить в укромные места даже тогда, когда не испытывала стресса, когда ей не хотелось доставать нож. Ей было интересно, как долго она еще будет натыкаться на того парня. Примерно через неделю Со Бёль устала бегать и просто села рядом со школьником, чтобы отдохнуть. Он ничего ей не сказал, да и она не чувствовала необходимости говорить с ним. В такой атмосфере девушка чувствовала себя более комфортно, нежели в одиночестве, поэтому она стала приходить ради спокойного отдыха рядом с ним. Тем не менее Со Бёль относилась к Да Гёну как к цветам на соседней клумбе, ни больше ни меньше.

Время летело незаметно, и девушке надоело отдыхать, тупо уставившись перед собой, поэтому она впервые обратила свое внимание на соседа. Первое, что увидела Со Бёль, – именной бейдж. «Квон Да Гён». Его имя не вызывало у нее никаких эмоций, потому что она не знала, что он за человек, и не понимала, подходит ли оно ему. Однако ей захотелось об этом узнать.

– Что читаешь? Роман?

Парень описывал книгу с таким энтузиазмом, которого Со Бёль прежде не видела. Однако ей не было от этого противно. Напротив, у нее появился интерес к произведению, которое сосед любезно одолжил. Ей нравилось и то, что их вкусы совпадают. В эти весенние дни, когда все вокруг расцветает, Со Бёль верила, что возникшее у нее чувство может стать началом чего-то большего. Но она позабыла, что некоторым цветам не суждено распуститься.

Это была пятница, незадолго до экзаменов. Со Бёль ехала домой на машине с родителями. В сумке лежал роман, который одолжил ей Да Гён. Книга была легкой, однако девушка почувствовала странное волнение, словно ее сумка стала в разы тяжелее. Приехав домой, поужинав и умывшись, Со Бёль обнаружила, что пол в гостиной завален знакомыми вещами. Среди беспорядка лежал впечатляющий роман с изображением розового цветка на обложке. Когда мама девушки наступила ногой на цветок, Со Бёль увидела в ее руках знакомый предмет.

После ударов, плача и долгих криков кошмар закончился. Обложка романа была слегка помята, но казалось, если ее расправить, она будет выглядеть как прежде. Со Бёль пролистала произведение, не обращая внимания на синяки, покрывающие ее руки. Лишь убедившись, что книга не сильно повреждена, девушка ощутила боль. Это напомнило ей о ежедневной рутине. Она бессознательно полезла в карман за канцелярским ножом, но, сколько бы ни шарила, его нигде не было.

«Точно, в последнее время я не носила с собой нож».

Со Бёль вспомнила, что после встречи с Да Гёном она ни разу не пыталась причинить себе вред. На встречах с ним ей не нужно было беспокоиться о том, взяла ли она с собой канцелярский нож. Короткие, бессмысленные разговоры с парнем, хрупкие отношения, легкий смех – все это заставило ее позабыть о боли. Со Бёль судорожно искала на столе какой-нибудь острый предмет. Сейчас, в отсутствие Квон Да Гёна, это было единственное, на что она могла положиться.

После весны наступает лето, однако в мире существуют те, кому не дано насладиться этим временем года. Весна Со Бёль закончилась, так и не встретив лето. С того дня она вновь начала прибегать к членовредительству. Если девушка расплачется или расскажет Да Гёну о своей боли, она лишь причинит ему неудобства. Со Бёль не хотела расставаться с другом таким образом, поэтому решила выждать момент, пока не сможет нормально смотреть ему в глаза. Девушка рисковала столкнуться с людьми, однако вероятность того, что кто-то поймает ее с ножом в кабинке туалета, была крайне мала. После того дня родители звонили Со Бёль каждый вечер и спрашивали, хорошо ли она учится, справится ли с экзаменами.

– Да. Да. Нет. Все в порядке. Да.

Девушка клала трубку после того, как раза два или три говорила, что волноваться не о чем. Однако желание избавиться от невыносимого грязного чувства занимало в ее голове гораздо больше места, чем стремление хорошо сдать экзамены. Она, разумеется, провалила тесты. В день окончания экзаменов родители сказали, что заберут ее в пятницу. Со Бёль не рассказала родным о своем провале, поэтому ей впервые с момента поступления в старшую школу досталось так сильно. В тот день, получив первый удар, девушка не заплакала и не закричала. Даже не сказала, что ей жаль. Вероятно, именно поэтому ее так долго избивали в тот день. Ведь если человек не признает свою ошибку, порка превращается из воспитания в простое избиение.

В понедельник утром Со Бёль получила сообщение от родителей. Они сказали, что получили по электронной почте ее табель успеваемости. Текст содержал в себе большое количество оскорблений, замаскированных под поддержку. Как только прозвенел звонок на обед, Со Бёль схватила канцелярский нож и отправилась на задний двор школы. В обычной ситуации она бы пошла в туалет, но сейчас ей нужно было ощутить тепло солнца на каменных ступенях. Подставив лицо под яркие лучи, девушка провела канцелярским ножом по запястью, но, не сумев остановить кровотечение с помощью салфетки, она поняла: что-то пошло не так. Со Бёль попыталась позвать на помощь, но сил не хватало даже на тихий шепот. Девушка потеряла сознание, так и не услышав криков того, кто ее нашел.

* * *

История двух школьников разделилась пополам: одну часть давно съел Хе Сон, другая же разворачивалась перед нами. Девушка не собиралась убивать себя. Напротив, ей хотелось жить. Я поняла, почему Со Бёль избегала Да Гёна. На самом деле, эта ситуация была слишком тяжелая для простых слов сочувствия.

– Не знаю, веришь ты мне или нет, но я не пыталась покончить с собой.

– Верю.

– Я хотела продержаться до тех пор, пока не увижу улыбку на лице Квон Да Гёна.

– Понимаю.

– Но теперь, когда я думаю о произошедшем… Если бы я знала, что все так обернется, я бы пошла к нему и рассказала о своих бедах, даже если бы мои слезы оттолкнули его.

Со Бёль на мгновение замолчала и махнула рукой, призывая забыть о том, что она только что сказала.

– Нет. Возможно, нынешняя ситуация гораздо лучше. Ведь я для него никто, я не могу взваливать на него свои тяготы.

Что будет, если мы сотрем воспоминания Со Бёль о Да Гёне? Однако я не могла предложить ей этого. Без нее парень не был несчастен, однако сама Со Бёль без Квон Да Гёна невольно устремлялась ко дну.

– Ты же понимаешь, что неразумно заставлять Квон Да Гёна вспомнить тебя вновь?

– Да.

– К тому же он вряд ли сможет смотреть на тебя как раньше.

– Знаю.

Она хотела восстановить хорошие отношения с Квон Да Гёном, однако я не могла предложить ей выход из ситуации. Раз так, я должна хотя бы подготовить почву, чтобы она не потерпела неудачу.

– Обычно наша работа заключается в том, чтобы подтолкнуть школьников к решению проблемы, но раз другого выхода нет, я дам тебе необходимый совет.

Я взяла Со Бёль за руку и объяснила, в какой опасности она находится. Если продолжит резать себе вены, никто не сможет гарантировать, что случившееся больше не повторится.

– Как ты боролась со стрессом в прошлом?

– Ела сладости, иногда рисовала.

– Что-нибудь еще?

– Ходила гулять в парк или развлекалась с друзьями, чтобы выпустить пар.

Когда Со Бёль впервые попыталась нанести себе увечья, она оказалась загнанной в угол. Ей было трудно выходить на улицу и наслаждаться хобби, потому что родители следили за каждым ее шагом.

– В прошлом году тебе было сложно заниматься этим, но сейчас все иначе, верно?

Сейчас в школе не было родителей, которые могли бы критиковать ее за прогулки или увлечения. Мой совет был прост: не дать ей возможности причинить себе вред. Позволить каждый день делать то, с помощью чего она раньше избавлялась от стресса. Со Бёль, которая словно сбросила груз со своих плеч, поблагодарила меня и тихонько спросила:

– Как думаешь, если я заговорю с ним, он вспомнит меня?

– Боюсь, что нет.

– Какое облегчение. Если вдруг мы столкнемся, наша встреча не вызовет у него болезненных воспоминаний.

Услышав историю Квон Да Гёна, я решила, что Со Бёль безответственный человек. Однако после рассказа девушки поняла, что ошибалась, поскольку не знала о всех обстоятельствах дела.

– Возможно, вы никогда не станете лучшими друзьями, но, может быть, тебе удастся восстановить отношения хотя бы до уровня знакомых? А поблагодарить его можно и потом.

– А?

– Возможно, ты не сможешь доказать всем, что не хотела умирать, но тебе ведь хочется рассказать обо всем Да Гёну? Ты сможешь поблагодарить его и рассказать, что тебе стало лучше.

Со Бёль посмотрела на стол, словно обдумывая мои слова, и что-то тихо пробормотала. Затем взяла роман, который ранее положила на стол, и убрала его обратно в сумку.

– Даже если мы не сможем быть друзьями, даже если наши отношения станут хуже, чем раньше…

Казалось, она решила вернуть книгу своими силами.

– Все, что мне нужно, – возможность поговорить с ним.

Когда я проводила Со Бёль и вышла в библиотеку, Хе Сона нигде не было видно. Только Со Вон сидела на стуле перед комнатой для консультаций.

– Лим Хе Сон куда-то ушел. Сказал, что может услышать, о чем вы разговариваете, если останется здесь.

Со Вон отвела взгляд и неожиданно невнятно пробормотала:

– Я не хотела тебя так осуждать. Прости.

– Все в порядке. Я знаю, ты сказала так, потому что беспокоилась. Но почему ты так ненавидишь пожирателей историй?

– Когда-то я наткнулась на записи о том, что случилось с человеком, который дружил с пожирателем.

– И о чем там говорилось?

– Ну…

В тот момент, когда Со Вон собиралась ответить на мой вопрос, дверь в библиотеку открылась, и на пороге появился Хе Сон. Время было выбрано настолько удачно, что на мгновение мне показалось, будто он специально вернулся именно сейчас.

– Консультация прошла успешно?

– Вроде того.

Поскольку консультация с Со Бёль была последней, я выпроводила Со Вон и Хе Сона, так как боялась, что они могут устроить драку, и занялась уборкой. Пока наводила порядок, на глаза попался лист бумаги, на котором я записала то, что говорила девушке на протяжении консультации.

Консультируемый: Со Бёль. Предполагалось, что она будет нестабильна из-за случившегося, но в ходе консультации выяснилось, что ее попытка суицида была вызвана стрессом. Девушка выбрала неправильный метод снятия стресса из-за плохих воспоминаний о средней школе. Необходимо найти способ заменить его.

Да Гён не упоминался в записях Со Бёль, ведь их отношения теперь существуют только в памяти девушки. История без второй половинки не может считаться целостной. Даже если придать ей письменную форму, то никто, кроме самой Со Бёль, не поймет и не примет эту историю.

Вертер, что не сумел побороть свои чувства к Лотте и в конце концов покончил с собой, причинил такую же боль бесчисленному множеству наблюдателей, следивших за ним за пределами книги. Квон Да Гён был для Со Бёль и Лоттой, и наблюдателем. Я видела, как ее страдания перекликаются со страданиями Вертера. Однако она не задумывалась о смерти из-за любви. Ей причиняло боль прошлое, а не сам Да Гён.

«Надеюсь, у них все получится».

Неожиданно в голову пришла одна мысль. Если бы Хе Сон не стер память Квон Да Гёна, как бы обернулась жизнь Со Бёль? Он бы позволил девушке объяснить ситуацию? А если бы выслушал, смог бы понять ее? Какой бы конец ждал их после всего случившегося?

Со Вон сказала, что вмешательство пожирателя историй все испортит. Представив ситуацию, в которой мы сохранили бы воспоминания Квон Да Гёна, я вспомнила, почему вообще решила прибегнуть к помощи Хе Сона. Воспоминания парня мешали его повседневной жизни. Эта история распалась не в тот момент, когда мы стерли его воспоминания, а когда девушка совершила ошибку.

«Если бы Со Бёль жила в более счастливой семье, она бы не оказалась в такой ситуации».

Я взглянула на стол, куда Со Бёль сперва положила роман. Вероятно, она тоже о многом сожалела. Должно быть, Квон Да Гён был дорог ей. Значит, даже если бы она решила сдаться, то все равно бы забрала книгу, несмотря на мои слова утешения. Как бы поступила я, окажись на ее месте? Как только в голове появилась эта мысль, я невольно усмехнулась над нелепостью предположения. Дорогой человек?! Даже если такой и появится в моей жизни, он покинет меня прежде, чем станет «дорогим».

Закончив наводить порядок в журнале консультаций, я вышла из библиотеки. Убедившись, что свет выключен, я заперла дверь и поспешила в общежитие, не желая опаздывать на самостоятельные занятия. Так закончилась одна история, которая на первый взгляд показалась двумя.