— У тебя нет времени на миллионы золотых? — спокойно спросила Тессера, и её чешуя тускло блеснула в полумраке переговорной.

Я усмехнулся, откинувшись на спинку кресла. — Как ни странно, нет. Боюсь, меня ждут более важные дела, чем вылавливать сокровища со дна океана.

— Значит, ты не поедешь с нами? — разочарованно протянула Тиссин. В её вертикальных зрачках мелькнула неподдельная грусть.

Я бросил на неё тёплый взгляд, чувствуя лёгкий укол сожаления. Тиссин для меня не просто деловая партнёрша: воспоминания о её гибком, сильном теле и жарких ночах, проведённых вместе, волновали кровь.

— К сожалению, нет, сладкая моя, — чуть смягчил тон, подарив ей виноватую улыбку. — Но я не отправляю вас на убой и даю вам полный отряд проверенных бойцов выше пятидесятого уровня в качестве охраны. Проходчик обеспечит быстрое возвращение, так что обратный путь займёт сущие пустяки по сравнению с дорогой туда. Если ты согласишься возглавить эту экспедицию, твоя доля составит одну пятидесятую от общей добычи.

Я выдержал паузу, позволяя цифрам осесть в голове Тиссин. Жадность — универсальный язык, понятный в любом мире.

— Даже если поделитесь этой долей со своей командой, — продолжил я, чеканя каждое слово, словно бросая золотые монеты на стол, — вы всё равно получите целое состояние, которое не сможете потратить и за десяток жизней, даже если решите купаться в роскоши. А если экспедиция провалится, или мы ничего не найдём… Что ж, я гарантирую минимум тысячу золотых независимо от исхода просто за то, что пойдёте туда и выполните свою работу. За ваши старания и риск.

В комнате повисла тишина, слышалось только тихое шуршание чешуи о каменный пол.

— А-а… — недоверчиво выдохнула Тессера, тётя Тиссин и глава этого филиала, буквально буравя меня насквозь острым проницательным взглядом. — Кто вы на самом деле такой, мастер Барик? Вы ведь далеко не глава какого-нибудь скромного поселения в лесной глуши, как пытались нам представиться. Отряды пятидесятого уровня, личные Проходчики, гарантии в тысячи золотых… Такие ресурсы есть только у королей и высших лордов Консорциума.

Я обменялся быстрым взглядом с Ирен. Моя жрица, выступающая сейчас под псевдонимом Лисна, сидела рядом, уверенная и невозмутимая. Она едва заметно, уголками губ, улыбнулась мне. Мы не собирались раскрывать все карты, по крайней мере не сейчас, и одновременно поднялись из-за стола.

— Рассмотрите наше предложение, уважаемая Тессера, — мягким тоном произнесла Ирен, грациозно поворачиваясь к двери. — Мы вернёмся через неделю как для нашей обычной торговой сделки, так и для того, чтобы получить ваш окончательный ответ.

Я шагнул следом, но на пороге остановился и бросил взгляд через плечо.

— И, надеюсь, мне не нужно особо подчёркивать, что весь наш сегодняшний разговор должен остаться в строжайшей тайне? — мой голос стал холодным.

Тессера медленно кивнула, не отрывая от меня взгляда. Впрочем, я и не ожидал, что наги начнут трепать языками на каждом углу. Когда речь заходит о сокровищах стоимостью в миллионы золотых, паранойя и жадность становятся лучшими гарантами молчания, никто не дурак плодить себе конкурентов.

Выйдя на улицу, полной грудью вдохнул свежий воздух, вымывая из лёгких затхлую сырость переговорной.

— Фух!

Переговоры с нагами — всегда то ещё испытание для нервов. Эти змеи слишком проницательны, и стоит дать слабину, как они моментально переходят на личности, пытаясь вывернуть тебя наизнанку. Хорошо, что Ирен в таких случаях всегда рядом, её спокойствие и выдержка действовали на меня благотворно, не давая сорваться на привычный сарказм.

Спустя ровно неделю после нашего последнего разговора Тиссин дала окончательный ответ.

Она словно вплыла в мой кабинет. Тиссин не изменила своего мнения, она по-прежнему была в деле. Глубинные Старатели «К и О» не из тех, кто отступает перед трудностями, особенно когда на кону маячат баснословные барыши.

Мы не стали тянуть резину и сразу перешли к официальной части. Тиссин развернула на моём массивном дубовом столе плотный пергамент магического контракта, от бумаги исходило едва уловимое тепло и тусклое голубоватое свечение маны, надёжная системная гарантия от любого обмана.

Я склонился над столом, нага придвинулась вплотную, её прохладное гибкое тело едва ощутимо прижалось к моему боку, будоража мою фантазию. Сглотнул, отгоняя лишние мысли, и прошёлся взглядом по строчкам договора. Привычка искать ловушки и невыгодные условия включилась сама собой, но всё оказалось чисто. Внизу документа тускло мерцали печати, ожидающие лишь вливания нашей маны.

Я прижал большой палец к мерцающей руне, направляя крохотный импульс энергии, пергамент жадно впитал ману, и печать вспыхнула ослепительным золотом. Следом свою ману влила Тиссин. Её длинные пальцы с изящным маникюром на мгновение накрыли мою ладонь. Прикосновение было прохладным, влажным и дразнящим, обещающим, что наше партнёрство не ограничится одними лишь бумагами.

— Вот и всё, Искатель, — её голос прозвучал низко, с лёгким шипением, от которого по спине пробежали мурашки. — Мы связаны.

Итак, машина запущена.

Мы сразу же склонились над картами, начав планировать детали будущей экспедиции к побережью Нейлы, впрочем, конкретные сроки отплытия оставались пока неясны и целиком зависели от меня. Прежде чем нырять в неизведанные глубины за артефактами прошлого, я должен разобраться со своими личными делами на континенте.

И дело меня ждало отнюдь непростое.

Тем более нагам это было знать необязательно и никак не входило в их прямые интересы.

Гувид Касселар, Верховный лорд Бренволла и заклинатель шестьдесят пятого уровня, в наших донесениях всё чаще проходил под коротким именем Гулар. Так его звали люди, которые боялись произносить полное имя вслух.

И этот ублюдок слишком долго отравлял мне жизнь.

Когда дверь за Тиссин закрылась, я ещё несколько секунд смотрел на мерцающий контракт, потом убрал его в защищённый футляр и постучал костяшками пальцев по столу.

— Наги подождут, — сказал я. — Сначала Касселар.

Ирен, всё ещё державшаяся со спокойной невозмутимостью Лисны, закрыла защёлку футляра и посмотрела на меня уже без маски торговой помощницы.

— Собрать совет?

— Ближний круг. Тех, кто пойдёт со мной. Без лишних ушей.

Она коротко кивнула и коснулась переговорного кристалла на столе. В глубине камня вспыхнула мягкая синяя искра — одна, вторая, третья. По Мириду расходился тихий вызов, не громче шёпота, но каждый из моих людей знал: если зовёт Ирен таким сигналом, значит, разговор будет не про торговлю и не про ужин.

Через час кабинет уже напоминал не место для переговоров, а штаб перед осадой.

Лили вошла первой, на ходу вертя в пальцах стрелу. Белла без лишних слов устроилась у окна, откуда просматривался двор. Следом подтянулись Кору, Грег, Юлиан, Сияна, Лейланна и остальные — кто молча, кто с коротким кивком, кто ещё застёгивая ремни с оружием. Разговоры стихали один за другим. Никому не требовалось объяснять, почему я не собираюсь уходить в долгую морскую экспедицию, пока за спиной стоит живой и злой стервятник Консорциума.

Чёрта с два. Сначала я раздавлю эту гадину.

С массивного дубового стола убрали всё лишнее. Кору подвесила над ним полупрозрачную иллюзию поместья Гулара: тёмный прямоугольник особняка, кольцо хозяйственных построек, деревушка прислуги, казармы, конюшни, загоны ездовых хищных птиц и широкое пятно частного охотничьего заповедника.

— Сотня гектаров, плюс-минус, — Грег провёл пальцем по внешнему периметру. — Не поместье, а маленькое княжество за забором. Внешний контур защиты вот здесь. Второй, более плотный, вокруг особняка. Казармы стоят отдельно, но связаны сигнальной линией с главным домом.

— Удобно, — буркнул Юлиан. — Чтобы вся свора проснулась одновременно.

— Если дать им проснуться, — поправила Лили.

Я молча смотрел на иллюзию. На бумаге всё выглядело аккуратно: линии, значки, отметки уровней, стрелки возможных маршрутов. Но за каждым значком прятались люди. Слуги. Невольницы Консорциума. Женщины, которым просто некуда было бежать. И мои бойцы, которых я собирался протащить в логово заклинателя шестьдесят пятого уровня.

Весёлая прогулка за сундуками с добычей, ага. Прямо семейный пикник.

Грег положил рядом с картой тонкую пачку листов. Не донесения — вырванные страницы гроссбуха, пахнущие плесенью, дешёвыми чернилами и чужим страхом.

— Это из казарм, — сказал он. — Платёжные ведомости, списки «обслуживающего персонала», долги местных семей. Тех, кто не платил, отдавали наёмникам. Формально — в услужение. По факту…

Он не договорил.

И правильно сделал.

На одной странице напротив женских имён стояли суммы, даты и короткие пометки вроде «переведена», «испорчена», «замена получена». Я поймал себя на том, что сжал край стола так, что под пальцами жалобно хрустнул лак.

— Деревни вокруг почти вымерли, — тихо добавила Сияна. Обычно лисичка держалась насмешливо, но сейчас в её голосе не было ни грамма игры. — Люди уходят, если могут. Если не могут — продают последнее. Потом себя. Потом дочерей.

Лейланна, стоявшая рядом со мной, медленно выдохнула сквозь зубы.

— Это не гаремы, — сказала она. — Это стойла.

Вот тут во мне что-то холодно щёлкнуло.

Моя семья была построена на выборе, доверии, защите и желании. На страсти, да. На силе, тоже. Но не на голоде, цепях и сломанных судьбах. Эти каратели Консорциума держали рядом не женщин, а трофеи. Живые вещи, купленные за кусок хлеба или украденные у тех, кто не смог защититься.

— Значит, без площадных заклинаний, — сказал я.

Сэр Корвин нахмурился.

— С военной точки зрения проще было бы выжечь особняк сразу. Гулар не успеет…

— Нет, — перебил я. Голос вышел спокойным, но таким, что спорить никто не стал. — Внутри слуги, женщины и рабы. Мне нужна голова Касселара, а не братская могила. Работаем ювелирно.

Над столом повисла тяжёлая пауза.

Потом Арик, прищурившись, ткнул пальцем в фиолетовое кольцо на иллюзии.

— Внешний контур можно попробовать снять. Но там почти наверняка стоит связка на движение, жизнь и магическое зондирование. Если полезем грубо, он узнает о нас раньше, чем мы дойдём до двери.

— Поэтому техническая группа идёт первой, — я перевёл взгляд на него, Лионелию, Эдгарда и Вака. — Снимаете сигнализацию, открываете проход, не геройствуете. Если что-то идёт не так — отходите мне за спину.

Вак оскорблённо фыркнул.

— Я вообще-то профессионал.

— Вот профессионально и не умирай.

По кабинету прокатился короткий нервный смешок. Нужный. Людям перед боем иногда важнее не пафос, а простое напоминание, что командир всё ещё способен шутить.

Я наклонился над картой и начал расставлять метки.

— Первая группа идёт со мной в особняк. Эш и Лили держат фланги. Белла, Сафира, Лейланна — не даёте никому прорваться к магам. Лютик, Кору, Ванесса, Элариэна и Хелима — контроль, подавление, защита от плетений. Шип, Грег, Сияна и Селина — тени, двери, коридоры, всё, что можно открыть тихо и быстро. Ашара держится позади и лечит, без геройства. Рек, Корвин, Юлиан — прикрытие и добивание тех, кто решит, что он бессмертный.

— Главная цель? — спросила Карина, теперь уже привычно отзывавшаяся на позывной Шип.

— Касселар. Не дать ему двадцать секунд на полноценное плетение. Если этот гад успеет поднять метеор или огненный шторм, пострадает не только наша группа. Он сожжёт свой же дом вместе со всеми, кто внутри, лишь бы не проиграть.

Я передвинул вторую метку к казармам.

— Второй портал открывается здесь. Восемьдесят бойцов берут казармы. Тридцать наёмников, уровни от сорокового до пятидесятого, плюс сон, похмелье и наша внезапность. Бить одновременно: двери, чёрные ходы, окна второго этажа. Сферы тишины — заранее. Никого не выпускать. Никому не дать добраться до сигнальной линии.

— А если сигнал всё-таки уйдёт? — спросил Эдгард.

Я посмотрел на мерцающую модель особняка.

— Тогда тихий план закончится и начнётся грубый. Давим скоростью. Я иду первым.

Ирен едва заметно нахмурилась, но спорить при всех не стала. Только её пальцы на мгновение легли мне на запястье. Тёплые, спокойные. Я понял без слов: «Не лезь под удар один». И так же без слов ответил взглядом: «Не обещаю».

План был простой, агрессивный и до мерзости уязвимый к любой случайности. Несработавшая Сфера тишины. Слуга, решивший выйти во двор не вовремя. Слишком нервный маг на внешнем контуре. Любая мелочь могла превратить аккуратную операцию в мясорубку.

Но данные Системы и обычная арифметика боя были на нашей стороне. Численный перевес, эффект внезапности, удар сразу по двум узлам. Если всё сработает, мы перережем Гулару горло раньше, чем он успеет продрать глаза и понять, что сам стал добычей.

За два часа до рассвета двор Мирида был тихим и злым.

Никто не кричал, не бахвалился и не размахивал оружием. Люди проверяли ремни, подтягивали застёжки, молча передавали друг другу фляги с бодрящим настоем. Где-то негромко щёлкнула пряжка. Эш переступил когтистыми лапами по камню. Лили провела пальцами по тетиве и подняла на меня взгляд.

— Слишком гладко на бумаге? — спросила она.

Я усмехнулся и крепче сжал рукоять элитного лука. Древесина легла в ладонь привычно и холодно, тетива отозвалась лёгкой вибрацией, будто тоже нервничала перед боем.

— В этом мире «идеально» обычно заканчивается чьей-то смертью, — ответил я. — И я сделаю всё, чтобы сегодня это была не наша смерть.

Портал Кору с тихим хлопком вывел нас прямо на край густой полосы деревьев. Воздух здесь пах сырой землёй, перегноем и какой-то кисловатой магической озоновой гарью. Это было самое близкое расстояние, на которое красной орчихе удалось рассмотреть особняк Гулара даже через свой мощный оптический телескоп. Мы находились далеко за пределами первого, внешнего слоя защитных заклинаний и оберегов, мерцающих в ночи едва заметным фиолетовым контуром, опоясывающим периметр огромного поместья.

Арик, двигаясь практически бесшумно, словно тень, проложил нам путь сквозь цепкие ветви и густой кустарник, а наши крестоносцы нижних уровней мгновенно рассредоточились в тени деревьев, перекрывая возможные подходы и готовясь рвануть к хозяйственным постройкам сразу после снятия внешнего контура. Тем временем наш разведчик, вытянув шею и прищурившись, буквально вынюхивал периметр сложных зачарований, плотным коконом защищающих особняк Верховного лорда Бренволла. Обнаружив их сплетения, Арик замер и несколько тревожных, тягучих минут неподвижно изучал эту магическую паутину. Я почувствовал, как по спине потекла холодная капля пота, в груди нарастало напряжение.

Классы низшего уровня могли быстро справляться с простенькими ловушками, но обнаружение и тем более демонтаж стационарных оборонительных сооружений высокого уровня требовали очень много времени и несли в себе колоссальный риск провала, малейшая ошибка — и мы трупы. Тем не менее я решил рискнуть. Тихий подход всегда лучше. Штурм главного входа с применением метода тотального «шока и трепета» я оставил на самый крайний случай, если всё полетит к чертям: нерационально тратить ресурсы и ману в самом начале и впустую расходовать заклинания.

— Здесь действует сложное заклинание Предупреждение о магическом зондировании, так что прочёсывать стены напрямую через них нельзя, леди Лютик, — наконец едва слышно прошептал Арик, поворачиваясь к нам. — По крайней мере пока мы не пройдём первый, внешний ряд защитных рун. Эдгард, дружище, если ты сможешь аккуратно снять заклинания Сигнализация движения и Чувство жизни, остальные контуры не поднимут тревогу, когда мы проскользнём внутрь.

— Занимаюсь этим, — глухо отозвался Эдгард, наш Разрушитель чар. В темноте блеснули его сосредоточенные глаза.

Я медленно поднял свой Элитный лук 53-го уровня, привычно ощущая ладонью прохладную гладкость рукояти, мышцы налились силой, дыхание выровнялось.

— Приготовьтесь броситься в атаку, если всё пойдёт наперекосяк, — процедил сквозь зубы, не отрывая взгляда от мерцающего барьера.

Меньше чем через пять грёбаных секунд Эдгард вдруг резко споткнулся, издав сдавленный хрип, и судорожно схватился за голову обеими руками.

— Ах, чёрт! Сука! Чёрт, как же больно! — зашипел он, падая на одно колено.

Дело дрянь.

Я мгновенно понял, что произошло: его шибануло жесточайшим оттоком маны, магическим откатом из-за сбоя заклинания, и этот, мать его, сбой автоматически активировал систему тревоги, которую Эдгард пытался так ювелирно снять.

Над фиолетовым контуром вспухла багровая искра, рванула вверх и раскрылась над поместьем алым цветком тревоги. Через миг воздух прорезал низкий дрожащий вой, магическая сирена, от которой заломило зубы и по коже побежали мурашки.

— Вот же гадство! Тихий план накрылся. Значит, берём силой, быстро и без права на ошибку, — мелькнула злая мысль. Экономить ману больше не получится.

— Вперёд, вперёд, вперёд! — рявкнул я, отбрасывая маскировку.

Грубо подхватил Вака, зажав лёгкого гоблина подмышкой, как какой-то мешок, мысленно активировал Рывок Гончей.

Мир смазался, ноги с нечеловеческой силой оттолкнулись от земли, и меня швырнуло вперёд, прямо к парадным дверям особняка. Ветер засвистел в ушах, смешавшись с запахом цветущего сада Гулара. Лили не отставала от меня ни на шаг, двигаясь с потрясающей грацией, велоцираптор Эш, Белла и грациозная Сафира мчались в нескольких шагах позади нас, постепенно отставая. Остальная часть нашего отряда сокращала дистанцию гораздо медленнее, разница в уровнях и классах давала о себе знать.

— Никаких ловушек! — истошно завопил вор-гоблин Вак, болтаясь у меня подмышкой, пока мы пулей приближались к массивным, окованным медью входным дверям.

Я резко затормозил, подошвы сапог взрыли гравий на дорожке и, потеряв остатки инерции, с силой, словно бронированный КАМАЗ, врезался закованным в сталь плечом в створку двери. Удар вышел знатным, отдача отозвалась тупой болью в ключице. Я отпустил Вака. Гоблин, кубарем скатившись по ступеням, тут же вскочил на ноги и с маниакальным проворством принялся взламывать сложный многоярусный замок.

Лили притормозила гораздо мягче и изящнее, плавно скользнула в сторону, подняла свой лук, наложила стрелу на тетиву и замерла, высматривая потенциальных врагов в сгущающихся сумерках.

И тут внутри особняка ослепительно ярко вспыхнул магический свет. Я грязно выругался. Если это сам Гулар, заклинатель шестьдесят пятого уровня, то в зависимости от того, насколько сильно этот ублюдок сейчас напуган нашим визитом, в течение следующих двадцати секунд прямо нам на головы мог рухнуть пылающий метеор, полноценное площадное заклинание высшего порядка. Напрямую оно нас, высокоуровневых Искателей, может, и не убьёт, но определённо сильно покалечит, сожжёт половину запаса живучести и выведет из боя. А что хуже всего, эта магическая бомба гарантированно сожжёт дотла весь особняк вместе с невинными людьми, находящимися внутри, в основном со слугами и рабами Консорциума.

Раздался тихий, почти музыкальный щелчок из недр медного замка.

— Готово, — сказал Вак, с триумфом поднимая отмычку.

Моё сердце колотилось, разгоняя по венам горячую кровь, смешанную с адреналином. Скрытное проникновение было безнадёжно провалено, теперь всё решали только грубая скорость, первобытная сила и рефлексы.

— Ну что, начинаем, — я сжал рукоять лука. — Посмотрим, из чего ты сделан, Гулар.