Пальцы сами нашли кнопку на боковой грани. Машинально. Рефлекс, выработанный годами на Земле, — нажми, проверь заряд.

Экран не загорелся. Мёртв. Я уже отдёрнул руку, когда разбитое стекло вдруг мигнуло — на долю секунды, как последний вздох умирающего. Сквозь паутину трещин мелькнуло: одно непрочитанное сообщение. Имя отправителя. И цифра заряда — один процент.

Потом — темнота. Окончательная и бесповоротная.

— Нет! — я ткнул кнопку снова, и снова, и снова, до боли вдавливая её большим пальцем. Бесполезно. Экран остался чёрным. Мёртвый кусок пластика и стекла, выпавший из другой реальности прямо мне на ковёр.

Я перевернул телефон. На холодной задней панели, поверх царапин и облупившегося лака, чьей-то торопливой рукой маркером была грубо нацарапана короткая фраза. На русском языке.

Сюрприз от сестрёнки. Б.

— Твою мать… — хрипло выдохнул я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Б. Балгур. Бог шуток. Этот ублюдок в кислотном костюме и синем котелке, опять что-то затеял.

Я стиснул зубы так, что заныла челюсть. Мозг захлёбывался вопросами, на которые не было ответов. Откуда телефон? Когда Балгур его взял — сейчас, неделю назад, месяц? Что за «сюрприз»?

И главное — что было в том непрочитанном сообщении, которое я не успел прочитать за ту единственную секунду, пока экран не погас?

Балгур. Что ты затеял, ублюдок?

Телефон Инны я спрятал в карман, даже не пытаясь включить повторно. Один процент заряда и одна долбаная секунда.

Вопросы крутились в голове, не находя ответов, пока мы готовились к прыжку. Но откладывать спасение Мэриголд ради загадок бога-трикстера я не мог. Если Балгур что-то задумал — он обязательно даст о себе знать. Этот хмырь не умеет молчать.

Мы с Лейланной и Кору шагнули в портал, оказавшись в Тартал-алталаре. Это был ближайший к Брелии крупный портовый город в Южном Элайваре, и нам предстояло сыграть здесь свои роли. Благодаря иллюзии мы превратились в неприлично богатую пару высших эльфов, надменных и безупречных, прибывших отдохнуть в Серебряный Город под Куполом. Кору же досталась незавидная, но идеальная для конспирации роль нашей молчаливой служанки из расы людей-быков.

Хотя далеко на севере, в Диких Землях, зима сейчас скалила свою ледяную пасть, здесь климат оказался куда более приветливым. Влажный морской воздух приятно холодил лицо, и я вполне мог поверить, что до весны оставался всего месяц-другой. Пахло солью, озоном и едва уловимым ароматом каких-то пряных цветов.

И даже несмотря на то, что с серого неба накрапывал мелкий, раздражающий дождик, Тартал-алталар выглядел чертовски впечатляюще, особенно в контрасте с нашим заснеженным, донельзя утилитарным и суровым Вольным.

Оглядываясь по сторонам, я вынужден был признать, что Тартал-алталар — самый роскошный портовый город, который мне доводилось видеть на Валиноре. Дома здесь возводили из лучшего белого камня, инкрустировали редким деревом и полированным металлом. Солёный морской бриз, казалось, обходил эти идеальные стены стороной.

Широкие улицы были спланированы с геометрической точностью, а квадратные булыжники мостовой, все как один одинакового размера и толщины, прилегали друг к другу так плотно, что между ними не пролезло бы и лезвие моего кинжала. Ни трещин, ни выбоин. Мимо нас неспешно фланировали высшие, лесные и сумеречные эльфы. Их одежда, чистая, искусно скроенная и идеально сидящая по фигуре, выглядела так, словно они только что сошли с подиума.

Но что удивляло больше всего, так это порт. Основа местной экономики — рыболовство, но в воздухе не витало ни намёка на тяжелый тошнотворный дух рыбьей требухи, гниющих водорослей или сырой древесины судов. Более того, докеры, которых мы заметили вдалеке, работали в чистой униформе с какой-то жутковатой тихой эффективностью.

По всем внешним признакам это место казалось воплощением рая на земле: мирным, сытым и невероятно гостеприимным.

— Ненавижу это место! — вдруг процедила Лейланна, брезгливо кривя свои идеальные иллюзорные губы.

Я удивлённо скосил на неё глаза.

— В смысле? Чем тебе не угодила эта открытка?

— Эльфийские города, — фыркнула она, раздражённо махнув изящной рукой в сторону ближайшего особняка. — Эти напыщенные ублюдки готовы часами, сгорбившись, вырезать узоры на дверных косяках и подоконниках. Они золотят каждую грёбаную ручку, белят стены и красят ставни каждые два месяца. И не дай бог забыть постирать мантию после пятиминутной прогулки за хлебом!

Она так яростно сжала кулаки, что я услышал тихий скрип дорогой кожи её перчаток. Казалось, она с трудом сдерживала желание смачно плюнуть прямо на идеально вылизанную мостовую.

— А потом, — ядовито продолжила моя жена, — они возвращаются в свои идеальные домики, с высоко поднятым носом проходят через идеальные приёмные залы, где пускают пыль в глаза гостям, и ложатся спать на жёсткий соломенный тюфяк, сожрав на ужин пустую кашу.

— Серьёзно? — усомнилась Кору, поудобнее перехватывая лямки наших дорожных сумок. Она с явным скепсисом обвела взглядом сияющие витрины.

— Ладно, может, я немного утрирую, — неохотно признала Лейланна, нервно поправляя прядь волос. — Но ткни пальцем в любого эльфа на этой улице, и я ставлю тысячу золотых против дырявого ночного горшка, что их реальный уровень жизни где-то на дне выгребной ямы. Вся эта красота — очевидный обман.

Она тяжело вздохнула, и я почувствовал исходящий от неё легкий запах жасмина, часть её иллюзорного образа.

— Вспомните Кордери, — голос Лейланны смягчился. — Мы там пахали как проклятые, развивали земли, ремёсла и навыки, тянулись к реальному процветанию и именно поэтому построили по-настоящему прекрасный город. Даже в Воль… — она резко осеклась, тревожно стрельнув глазами по сторонам, и понизила голос до шёпота. — Взять даже нынешний дом. Да, он суровый и утилитарный, но спроектирован так, чтобы защищать нас. Он выполняет свою функцию на все сто процентов, и люди там живут в комфорте, сытости и безопасности. А эти… — она снова скривилась. — Большинство местных эльфов тратят все свои силы и золото на красивую обёртку, им плевать на саморазвитие, плевать на реальное улучшение жизни.

Я задумчиво потёр подбородок. Всплыли воспоминания об Астелларе, городе тёмных эльфов, видел ту же картину: великолепные фасады даже в период полного упадка. И семья Элариэны… Они ведь до дрожи стыдились не своей бедности, а того, как их обшарпанный дом выглядит в глазах соседей.

И всё же не могло быть всё настолько паршиво.

— Знаешь, — я усмехнулся, приобняв Лейланну за талию. Ткань её платья казалась скользкой и холодной. — На Земле есть такое выражение: «Притворяйся, пока это не станет правдой». Или вот ещё: «Одевайся так, словно ты уже получил работу своей мечты, а не ту, на которой горбатишься сейчас».

Моя прекрасная сумеречная эльфийка насмешливо фыркнула, иллюзорные аристократические черты лица подчеркнули выраженное ею презрение.

— Звучит красиво, Артём, но вот эльфы в основном только и делают, что притворяются. Они не пытаются добиться успеха или получить эту самую «работу мечты», вся их жизнь — сплошная показуха, никаких реальных денег за душой, один вид, а внутри пустота.

— Сплошные мышцы, но никакой реальной силы, — веско подытожила Кору, утвердительно кивнув рогатой головой.

Я пожал плечами.

— Может, вы и правы, но согласитесь, впахивать ради того, чтобы твой дом не выглядел как помойка — это уже неплохо. Если они выбирают красивый фасад вместо сытного ужина, ну, это их выбор, во всяком случае это лучше, чем сидеть в дерьме и ничего не делать.

— Пожалуй, — нехотя сдалась Лейланна, но мои аргументы определённо её не особо впечатлили. Она тряхнула головой, резко меняя тему, в глазах снова вспыхнул деловой огонек. — Так что делаем? Сначала пройдёмся по рыночному кварталу, или сразу заявимся в самые крупные торговые компании и спросим, не завалялся ли у них наёмный Проходчик? В крайнем случае купим информацию, где такого искать.

Я хищно улыбнулся, глядя на нее сверху вниз.

— Дорогая, мы собираемся отвалить неприличную сумму золота за крайне специфическую услугу. Скажи мне, есть ли в этом городе место, куда отправились бы невероятно богатые, зажравшиеся ублюдки с подобной просьбой?

Её лицо мгновенно озарилось пониманием.

— Вообще-то, есть! — Лейланна возбуждённо подалась вперёд. — «Убежище», самое эксклюзивное заведение в Тартале! Если честно, я никогда не была достаточно богата, чтобы даже подойти к их дверям.

Тень давней обиды скользнула по её лицу. Я прекрасно понимал, что ее злило: будучи благородной эльфийкой из знатного рода, она так и не получила доступ в клуб для избранных из-за банальной нехватки денег.

Я галантно поклонился, как заправский аристократ, и с преувеличенной вежливостью предложил ей локоть.

— Что ж, миледи, позвольте мне проводить вас в это «Убежище». Узнаем, чем они смогут нам помочь.

Она с довольной улыбкой оперлась на мою руку, а я тем временем мысленно застонал, нащупав тяжёлый кошель на поясе. Ох, как же я ненавидел расставаться с золотом, но если этот эксклюзивный клуб — кратчайший путь к Проходчику и Брелии, я готов сыграть роль высокомерного лорда до самого конца. Главное — держать лицо и не удавиться от жадности при виде ценника.

Лейланна тут же развернулась на каблуках, её шёлковый плащ едва слышно прошелестел, и уверенно зашагала прочь от портовой суеты.

— Сюда, — бросила она через плечо.

Кору, натянув непроницаемую маску послушной слуги, молча следовала за нами. Тяжёлая поклажа на её крепких плечах казалась пушинкой, но меня всё равно немного царапал сам факт того, что моей женщине приходится играть роль прислуги. Мы целенаправленно двигались к высокому холму, монументально возвышающемуся над Тарталом. Всю его территорию опоясывала ослепительно-белая стена, такая гладкая, словно её полировали сотни рабов круглосуточно, из-за неё выглядывали лишь безупречно ухоженные, будто вырезанные из изумруда кроны деревьев и изящные шпили зданий.

Чтобы попасть туда, нам пришлось покинуть основную часть города через массивные кованые ворота. Стражники, закованные в броню, сияющую на солнце так, что глазам становилось больно, лишь мазнули по нам цепкими взглядами, а затем, к моему удивлению, синхронно и низко поклонились в знак глубочайшего уважения. Ни единого вопроса о цели визита, никаких пошлин, досмотров или требований предъявить пропуск.

Да уж, оказывается, для эльфов внешний вид, статус и дорогая одежда не просто важны, они заменяли им паспорт и кредитную историю. Встречают по одёжке, а провожают… Ну, посмотрим, как они нас проводят.

Эти ворота явно предназначались для элитных гостей, направляющихся в эксклюзивное заведение, известное здесь как «Убежище», и стоило нам переступить за их порог, как шумный портовый город остался позади, словно отрезанный невидимым звуковым барьером. Воздух мгновенно изменился, в нём появился почти осязаемый аромат цветущей сирени и сладкой магнолии.

Мы словно шагнули прямиком в сказочный сон. «Убежище» показалось мне вылизанным до тошноты стерильным совершенством, недостижимым для простых смертных, которое я когда-то представлял себе, читая земные фэнтези-книжки о благородных и бессмертных эльфах.

Под нашими сапогами стелилась тропа, буквально вымощенная золотом, ну, или какой-то до одури дорогой магической краской, искусно имитирующей драгоценный металл. Дорожка изящно извивалась сквозь лес, который выглядел… слишком диким, гипертрофированно идеальным. Таким образом местные дизайнеры ландшафта, видимо, пытались подчеркнуть «естественную красоту» природы, доведённую до абсолюта. Вокруг пестрели цветущие кустарники, тайные звериные тропки так и звали свернуть с маршрута. В густом сочно-зелёном подлеске резвились пушистые кролики и миниатюрные грациозные олени, а среди раскидистых ветвей непрерывно щебетали певчие птицы, мелькали пушистые хвосты белок.

Я хмыкнул, скептически разглядывая всю эту пасторальную картину.

— Вы же понимаете, что им приходится магически подавлять волю и приручать всех этих существ, чтобы они постоянно оставались здесь и вели себя подобным образом? — тихо, с плохо скрываемым презрением произнесла Лейланна. Сумеречная эльфийка брезгливо сморщила носик, вдыхая сладкий аромат. — Это отвратительная, извращённая пародия на реальную природу.

— Значит, они все тут… просто домашние игрушки? — нахмурилась Кору, с жалостью глядя на крошечного пятнистого оленёнка, который безмятежно скакал вокруг своей матери, совершенно не боясь хищников.

Сразу за внутренними воротами располагалась удивительно уютная, но дорогая на вид гостиница с просторными конюшнями и широкой обеденной террасой под открытым небом. По её территории неспешно сновали люди, явно слуги, судя по их изысканным, расшитым серебром ливреям.

— Подожди нас здесь, — извиняющимся тоном обратилась Лейланна к Кору. Моя жена осторожно коснулась плеча орчанки. — В «Убежище» строгие правила. Слуг и представителей других рас туда не допускают.

Я понимающе кивнул и потянулся к поясному кошелю, чтобы отсыпать Кору немного золота на еду, выпивку и прочие расходы.

Однако Лейланна тут же перехватила мою руку, её тонкие пальцы мягко, но уверенно сжали моё запястье. Она отрицательно качнула головой.

— Не нужно, с нас возьмут общую плату в тот момент, когда мы будем покидать «Убежище».

Ага, вот оно что! Классическая уловка элитных курортов: не показывай клиенту ценник до самого конца, чтобы он не упал в обморок раньше времени. Это несомненно означало, что итоговый счёт будет просто астрономическим.

— Нам нужно где-то отметиться? Оставить залог? — поинтересовался я, оглядываясь.

Лейланна лишь снисходительно улыбнулась мне, поправив выбившуюся серебристую прядь.

— Поверь мне, Артём, они прекрасно знают, что мы здесь, и уже открыли наш счёт.

Ну просто потрясающий сервис! Да, предчувствую, расплачиваться придётся сундуками с золотом, главное, чтобы не почками.

— Я останусь здесь ждать вашего возвращения, господин, госпожа, — произнесла Кору, чуть склонив голову. Она слегка неуклюже сделала реверанс, идеально изображая навязанную ей роль покорной служанки.

Ничего, родная, крепись, но мне определённо придётся щедро загладить свою вину за то, что орчанке приходится торчать тут, пока мы прохлаждаемся в элитном эльфийском санатории. Обязательно куплю ей что-нибудь особенное.

Проводив взглядом Кору, направившуюся в сторону домика для прислуги, я повернулся к Лейланне и галантно предложил ей локоть. Она с лёгкой улыбкой оперлась на мою руку, и мы неспешно зашагали по позолоченной тропинке, уходящей всё глубже в этот фальшивый стерильно-дикий лес.

Я стиснул зубы. Ничего, как только мы найдём Мэриголд и закроем все вопросы с Консорциумом, клянусь, что устрою своей семье отдых в таком месте, где нам не придётся кланяться каждому встречному лопоухому павлину в белых шёлковых одеждах.

Примерно в пятнадцати метрах выше по склону я заметил роскошную поляну, укрытую девственно чистой травой и цветущим клевером. Несколько эльфов вальяжно разлеглись на шёлковом одеяле, рядом с ними стояла изящная корзинка для пикника, а в серебряном ведёрке со льдом запотевала бутылка вина. Тишину нарушала лишь завораживающая плавная мелодия, лесной эльф виртуозно играл на резной флейте. Картинка выглядела настолько идиллической, что казалась профессиональной театральной постановкой.

— Так что именно представляет собой это «Убежище»? — негромко поинтересовался я, окидывая взглядом окружающий нас словно нарисованный пейзаж. — Я-то думал, мы идём в какое-нибудь закрытое заведение, ну, знаешь, вроде элитного джентльменского клуба.

— Это место, куда приходят за отдыхом и исцелением, для медитаций и глубокого самоанализа, — ответила Лейланна, грациозно ступая рядом. Её голос звучал мягко, почти мурлыкающе. — Если, конечно, у тебя хватит на это золота. Здесь предлагают всё: изысканную еду и лучшие напитки, песни, поэзию, танцы. Есть просторные залы для общения и скрытые от чужих глаз комнаты для полного уединения, термальные ванны, любой массаж… и даже контактный зоопарк.

— Контактный зоопарк? — переспросил я, и на моём лице невольно расплылась кривая ухмылка. Воображение тут же подкинуло парочку весьма пикантных вариантов того, с кем именно здесь можно «поконтактировать».

Лейланна загадочно улыбнулась в ответ, явно наслаждаясь расслабляющей атмосферой.

— Поверь, муж мой, если существует что-то полезное, что способно принести человеку истинное счастье или удовольствие, ты гарантированно найдёшь это здесь.

— А как насчёт… — я сократил дистанцию, наклонился к её изящному заострённому ушку и горячо зашептал весьма конкретное и грязное предложение, от которого у нормального эльфа уши бы свернулись в трубочку.

Лейланна тихо, мелодично рассмеялась, отстраняясь и стреляя в меня лукавым взглядом аметистовых глаз.

— Нет, Артём, это заведение предназначено для куда более высоких устремлений. Оставь свои дикие фантазии для нашей спальни.

Когда мы подошли к высоким кованым воротам, встроенным в безупречно белую каменную стену на вершине холма, нас никто не встретил, никакой охраны, никаких вышибал на входе. Стоило шагнуть за ограду, как передо мной раскинулся самый идеально ухоженный сад из всех, что я когда-либо видел на Валиноре.

Аккуратные тропинки из белого гравия причудливо петляли среди цветущих кустарников. То тут, то там виднелись изящные беседки, резные скамейки, увитые плющом арки и тихо журчащие фонтаны с кристально чистой водой. Раскидистые деревья давали густую прохладную тень, буквально заманивая присесть и забыть о том, что за стенами этого оазиса идёт непрерывная борьба за выживание.

В самом центре этой зеленой роскоши возвышалось огромное строение, некоторые его стены отсутствовали вовсе, заменённые стройными колоннами, что стирало границу между внутренними залами и садом. Архитектура до боли напомнила древние здания, которые мы исследовали в руинах Светолесья. Теперь, видя это вживую, я наконец начал понимать их истинное предназначение: они строились не для глухой обороны, а для абсолютного слияния с природой.

Лейланна мягко, почти незаметно подтолкнула меня в спину. Мы неспешно направились к главному входу. Я расправил плечи, напустил вид уверенного лорда и изо всех сил старался вести себя так, будто каждый день завтракал в подобных элитных клубах, а не зачищал сырые подземелья от тварей.

Прямо у входа, словно материализовавшись из воздуха, возникла высокая эльфийка. Её густые иссиня-чёрные волосы струились почти до колен, ярко контрастируя с простым, но безумно дорогим на вид белым платьем. Не произнеся ни звука, она изящным жестом предложила нам серебряный поднос, уставленный дюжиной хрустальных бокалов с напитками на любой цвет и вкус.

Я оценил выбор и взял пузатый бокал с янтарным бренди, Лейланна же предпочла изящный фужер с тёмным, густым красным вином. Я уже набрал в грудь воздуха, чтобы вежливо поблагодарить девушку, но та лишь грациозно поклонилась и буквально растворилась в тенях коридора.

Жена плавно подняла бокал, пригубила терпкое вино и, чуть склонившись, тихо пробормотала мне на ухо:

— Мне бесконечно нравится, что ты добрый человек и относишься ко всем с уважением, но здесь игнорируй прислугу.

Я вопросительно выгнул бровь.

— Не пойми меня превратно, я не призываю к грубости, — пояснила Лейланна, перехватив мой взгляд. — Просто здесь они должны быть невидимыми, словно предметы интерьера, неотъемлемая, но безликая часть заведения. Если прислуга привлекает к себе внимание гостя, это считается грубейшим провалом. Они сами решат, что не справились со своей работой, а руководство может их сурово наказать.

Вот оно как, значит, вышколенность доведена до абсолюта. Элитарный мир с его замороченными негласными правилами.

Я сделал глоток бренди и едва не зажмурился от удовольствия. Чёрт возьми, это оказался лучший алкоголь, который я когда-либо пробовал! Густой, с ярко выраженным дымным и древесным ароматом он прокатился по горлу жидким огнём и наполнил желудок приятным, расслабляющим теплом. Наслаждаясь шикарным послевкусием, я уверенным шагом продолжил путь вглубь здания.

Навстречу нам беззвучно проскользнули три лесные эльфийки в лёгких светлых одеждах. Поравнявшись с нами, они синхронно склонили головы в вежливом, но отстраненном приветствии. Мы с Лейланной так же сдержанно кивнули в ответ и разошлись, не проронив ни единого слова.

Жена вывела нас в просторную библиотеку, где внешняя стена зала представляла собой сплошной ряд панорамных окон от пола до потолка. Сквозь изумрудную листву вековых деревьев внутрь проникал мягкий, жизнерадостный свет, играя бликами на корешках тысяч фолиантов и полированном дереве массивных стеллажей. Запах старого пергамента, книжной пыли и цветочной свежести создавал удивительно уютную атмосферу.

Лейланна, хозяйским взглядом окинув полки, вытащила изящный томик эльфийских стихов, затем с максимальным комфортом устроилась на широком бархатном диване-кушетке, сделала ещё один крошечный глоток вина и поставила бокал на инкрустированный столик, оказавшийся под рукой как нельзя кстати.

Я же решил провести время с пользой. Пройдясь вдоль полок, выудил тяжёлую книгу по истории Марогии знания об этом скользком государстве могли в любой момент пригодиться. Как только опустился на такой же мягкий диван напротив жены, в библиотеку неслышной тенью скользнул сумеречный эльф, одетый в безукоризненно чистую белую мантию. Он держал в руках небольшой поднос, на котором лежали лист плотной бумаги и дорогая перьевая ручка.

Слуга профессионально оценил обстановку. Поняв статусную расстановку сил, он первым делом приблизился к Лейланне, низко поклонился и учтиво протянул ей поднос.

Жена изящно перехватила ручку и начала выводить на бумаге аккуратные витиеватые руны, при этом она как бы невзначай небрежно и задумчиво пробормотала в пустоту:

— В этом городе порой так сложно найти необходимые специфические услуги. Мне вот безумно интересно, существует ли какой-нибудь надёжный способ быстро добраться до Арджента, и желательно с комфортом.

Эльф никак внешне не отреагировал на её слова, сохранив на лице маску идеальной вежливой отрешённости. Лейланна отложила ручку, слуга вновь поклонился и столь же бесшумно переместился ко мне, предлагая поднос.

Я бросил короткий взгляд на бумагу. Ровным почерком там было выведено: «Весенний салат с красной заправкой, запечённый дикий каплун на хрустящем тосте и малиновый щербет на лимонном пироге».

Я мысленно почесал в затылке. Никакого меню нам не приносили, а всё перечисленное являлось самыми любимыми блюдами моей жены. Она что, просто написала то, что ей внезапно захотелось, в слепой надежде, что местная кухня способна это материализовать?

Мой сугубо прагматичный мозг тут же начал разбирать устройство этого процесса. Чтобы удовлетворить любой каприз высокородного гостя, им нужны колоссальные ресурсы. Бездонные сундуки с мощнейшим зачарованием стазиса или масштабные Пространственные Карманы, где в вакууме еда не портится годами? А может, у них тут проложена целая секретная сеть настроенных телепортов прямо в лучшие кухни Шалина? Хотя нет, порталы всё равно занимают время, а местная избалованная аристократия вряд ли привыкла ждать, пока их каплуна подстрелят и зажарят на другом конце континента.

Как бы то ни было, у владельцев этого заведения явно имелись серьёзные магические и логистические мощности, позволяющие подать на стол буквально всё, что взбредёт в голову клиенту.

Так и подмывало проверить заведение на прочность и заказать что-нибудь невероятно экзотическое, скажем, жареные щупальца кракена под соусом из пещерных грибов. Но, с другой стороны, включился внутренний счетовод, я живо представил, какой астрономический счёт мне потом вкатят за подобные кулинарные эксперименты.

Поэтому взял ручку и быстро набросал то, чего мне реально хотелось прямо сейчас: «Огромный мясной стейк, чтобы с кровью, гора картофельного пюре с густой подливкой, зелёный горошек в сливочном масле и внушительный кусок шоколадного чизкейка».

Слуга забрал поднос, коротко поклонился и исчез так же незаметно, как и появился. Я сделал ещё один основательный глоток божественного бренди, наслаждаясь огнём в груди, и с хрустом открыл тяжёлый исторический фолиант.

— Значит, ты просто бросаешь желание в воздух, а заведение покорно бежит его исполнять? — иронично спросил я, не отрывая взгляда от древних страниц. В памяти всё ещё звучала странная фраза жены про поездку в Арджент.

— За определённую и весьма высокую цену, — тихо усмехнулась Лейланна, элегантно закидывая ногу на ногу и погружаясь в чтение стихов. — И это при условии, конечно, что нужную «услугу» вообще удастся найти.

Я искренне на это надеялся. Откинувшись на мягкую спинку дивана, позволил себе немного расслабиться. Удивительное место! Его скрытая, обволакивающая магия медленно, но верно убаюкивала бдительность, стирая въевшееся чувство тревоги. Забавно, ты бросаешь желание в пустоту, и этот жестокий мир внезапно услужливо подсовывает тебе всё на блюдечке с голубой каемочкой.

Главное — не расслабляться окончательно и не забывать простое непреложное правило: на Валиноре бесплатного сыра не бывает, и за каждый подобный роскошный «фокус» рано или поздно придётся платить. И хорошо, если только золотом, а не кровью или жизнью.