Утро встретило Зефира шебуршанием у кровати. Он разлепил глаза и приподнялся. Рядом обнаружилась обнажённая Катарина, осматривавшая своё вчерашнее платье, которое командир нечаянно порвал в порыве страсти.

Вид на изящную спинку и упругие ягодицы девушки был прекрасным, и парень ненадолго выпал из действительности, пока жена — теперь нужно было привыкать называть её так — не почувствовала настойчивый взгляд.

— Вставай, пойдём умываться и позавтракаем, — улыбнулась она.

— Отлично, — кивнул молодой человек и, откинув одеяло в сторону, поднялся. — Но сначала одно важное дело.

Он схватился за угол простыни и потянул её на себя, пока Катарина, обернувшись, гипнотизировала парня.

— Всё хорошо? — спросил юноша.

— А? Да, — очнулась жена и чуточку покраснела, отведя взгляд от голого Зефира.

Командир же, забрав кусок материи с кровати, небрежно свернул его и направился к двери в чём мать родила.

— Стой! — заволновалась девушка. — Куда это ты в таком виде?

— Ну как же, — затормозил парень и почесал затылок. — Нужно наведаться к зерцалу и показать.

— Что показать? — с подозрением уточнила собеседница.

Зефир в этот момент развернул простыню и, растянув её в руках перед собой на весу, пояснил:

— Вот её. Нужно же показать подданным, что их король старался, а королева была непорочной девой.

Брови Катарины поехали вверх, и она с подозрением уточнила:

— Ты издеваешься?

— Ага, — согласился юноша.

— Значит, ты издеваешься над своей королевой? — вкрадчиво спросила она, начав медленно приближаться.

— Ага.

— Засранец! Ты поплатишься! — весело выкрикнула девушка и бросилась на юношу.

В общем, на завтрак они выбрались только через два часа.

…

Командир сидел за столом и рассеянно глядел на белую скатерть с морским узором, медленно пережёвывая сдобную булочку.

Все насущные проблемы к этому моменту оказались решены: клан и домочадцы были в безопасности, деньги больше не являлись проблемой, а со всеми врагами за редким исключением было покончено.

Более того, Зефиру и Леопольду было некуда расти в плане силы — у Эдена пока не было ни одной мысли о том, как провести четвёртую эволюцию. Он, в принципе, даже не понимал, существует ли она вообще.

И единственным способом для повышения мощи были техники культистов. К которым, естественно, друзей никто не подпустит.

Тем не менее расслабляться было рано. Командиру кое-кто задолжал, причём крупно. И он хотел бы потребовать возврата и непременно с процентами. Раньше это было сложно провернуть — слишком много всего навалилось на товарищей. Но теперь, когда наступило эдакое затишье, грех им было не воспользоваться.

— Ты чего такой задумчивый? — спросила Катарина, попивая сок.

Они находились вдвоём в одной из многочисленных комнат дворца и завтракали.

— Мне нужно будет взять корабль и кое-куда смотаться с Леопольдом и Брутом, — поднял на неё глаза юноша.

— И куда же, если это не секрет? — отставила стакан девушка.

— Ты же в курсе, что Лиса — принцесса? — спросил Зефир.

Скрывать это от жены не имело смысла, к тому же он лично передал ей журналы Садовников.

— Да, — кивнула собеседница. — Принцесса Королевства Одель-Бер. Сумасшедший брат, возжелавший власти, пытался её убить…

Катарина запнулась, и молодой человек накрыл её руку своей.

— Спасибо, — совладала она с чувствами. — В общем, я знаю её историю. Единственное, что мне непонятно: как так получилось, что ты считаешь её родственницей?

— О! Это странная история, — хмыкнул командир.

— Как будто у тебя бывают другие, — улыбнулась девушка и добавила дурашливо, — поведай мне о ней, о мой король.

— Ну тогда слушай, — сделал серьёзное лицо парень и начал рассказ с момента, как он очнулся у дыры.

Полчаса спустя он закончил, а королева Моревии, поражённая услышанными приключениями, сидела и хлопала ресницами.

— Ты… — она прервалась, подбирая слова. — Самый везучий и одновременно невезучий человек, которого я когда-либо знала.

— Скорее уж везучий, раз здесь сижу, — заметил Зефир.

— Если добавить к этому наш совместный поход в Выдох, можно книгу написать, — задумчиво добавила Катарина.

— Давай без этого, — не оценил идеи командир. Одна мысль о том, что о его похождениях и некоторых провалах станет известно во всех подробностях широкому кругу лиц, вызывала у него нервный тик.

— Как хочешь, — пожала она плечами и прямо спросила: — Так ты собираешься наведаться в Одель-Бер?

— Да, — согласился парень.

— Тогда я не советую тебе говорить Лисе об этом, — шутливый тон пропал из её голоса, а глаза стали убийственно серьёзными.

Командир замер.

Он, в общем-то, даже не задумывался об этом. Более того, хотел поговорить с Мелисой. И как бы это выглядело со стороны: «Привет, Лис! Я тут задумал твоего брата убить»?

Парню резко захотелось треснуть себя по лбу. Жена это заметила и произнесла умилительно:

— Зефир, ты иногда та-а-а-кой дундук.

Спорить юноша не стал. Тут не с чем было спорить. Да и план требовалось поменять, выбрав для разговора Варну. Ему были кровь из носу нужны сведения об Одель-Бере, не летать же по Северо-восточному региону вслепую?

— Мы когда-то давно были на рынке и подошли к предсказательнице, — вдруг произнесла девушка. — Ты помнишь, что она рассказала о твоей судьбе?

Сбитый с толку, командир попытался воскресить в памяти этот момент, и через несколько мгновений это получилось:

— То, что моя половинка волосатая и вороватая, к тому же мелкий пакостник?

Юноша сказал это недоумённо. Потому что не особо понимал, причём здесь та шарлатанка, сватавшая ему енота.

— Да нет же, — отмахнулась жена. — То, что ты покинешь мир навсегда.

— Нашла кому верить, — проворчал Зефир. — Не собираюсь я умирать, даже не надейся.

— Я просто хочу, чтобы ты был осторожен, — Катарина приподнялась из-за стола и, наклонившись, поцеловала парня в щёку.

— Буду, — решительно кивнул он.

…

На предложение вернуться в поместье на карете Зефир отказался. Идти от дворца до дома было всего ничего, да и прогуляться ему не мешало.

Переезжать на постоянной основе к Катарине юноша не собирался — не хотел бросать своих. А девушка не настаивала. Возможно, ей самой было непривычно, что в её жизни внезапно появился муж, а может, не хотела давить.

Что там в действительности происходило в её прекрасной голове, только Бойне было ведомо, поэтому командир особо не заморачивался и пользовался её покладистостью.

— Охренеть! Его Величество по улице ходит! — неожиданно раздался голос одного из праздно шатающихся прохожих, когда парень свернул на людную улицу.

— Да быть не может! — проговорил его спутник. — Я думал, короли не ходят!

Под пристальным вниманием десятков людей, услышавших эти глупые восклицания, командир шествовал вперёд. Катарина объявила сегодняшний день праздничным, потому на улицах было особенно оживлённо. Это же являлось причиной огромнейшего множества ошарашенных и восхищённых взглядов, направленных на него.

Они несколько раздражали, и парень наконец начал понимать, почему жена предложила ему карету. Однако возвращаться было поздно.

— Бойня, Его Величество ещё красивше, чем на картинке! — восторженно проговорила какая-то девица, которую тут же поддержала стайка её подружек.

Устало вздохнув, Зефир ускорил шаг.

В Жемчужном квартале стало немного полегче. Люди всё ещё пялились, но хотя бы избавили уши парня от идиотских восклицаний. И вскоре командир добрался до поместья.

Дома его встретили радостно.

Несмотря на фиктивность брака и отсутствие реальной власти, их глава всё равно стал всамделишным королём Моревии.

И если смотреть, с чего они начали — беженцы без кола и двора — социальный рост со стороны казался умопомрачительным.

Правда, не обошлось без подколок со стороны Варны, которая чуть позже обратилась к парню:

— Ваше Величество, не желаете ли вы приготовить нам обед?

— Желаю, — хмыкнул король и отправился на кухню.

А в обеденном зале, когда все собрались за столом, отличилась уже мелкая.

— Это что получается, я теперь принцесса? — прозвучал задумчивый голосок Вилтани, замершей с поднесённым ко рту кусочком мяса на вилке.

Командир в этот момент закашлялся, чуть не подавившись.

— Нет, милая, но для нас ты всегда была и будешь принцессой, — погладила по голове девочку сидящая рядом Лиса.

— Значит, мне можно теперь не учиться? — спросила мелкая хитро.

— Кто-то сейчас получит по её благородной попе, — моментально последовал строгий ответ Варны, и Вилтани тут же надулась.

После обеда Зефир позвал Леопольда, Брута и наставницу Лисы к себе в кабинет. Затягивать с отправлением он не планировал.

Разговор вышел сложным.

Нет, женщина восприняла новость с радостным оскалом: друзья, конечно, выбили Садовников из столицы и выкрали журналы, но кто сказал, что Веланд Одель-Бер — брат Лисы — не сделает новый заказ в другом городе? Или придумает что-то более изощрённое?

Опасность со стороны сумасшедшего короля была реальной, и Варна это понимала. Однако она очень беспокоилась за свою подопечную. И по её реакции Зефир окончательно понял, что его жена была золотцем.

В итоге они решили сказать домочадцам, что товарищи направляются на вылазку в зону, и только брюнетка будет знать их истинную цель.

Также Варна поделилась с парнями знаниями, которые могли помочь в поисках Веланда. По её мнению, король не стал бы никуда переезжать из столицы — города под названием Оделькур — и тем более бросать свой дворец. Поэтому искать его нужно было именно там.

Оделькур находился на западе страны и стоял на берегах полноводной реки Кура, которая брала начало в Хребте русалки и далее шла через Северо-восточный регион к морю.

В общем, ориентиры оказались несколько размытыми, и брюнетка даже предложила полететь с ними. Но командир ей сразу отказал.

Проблем спросить дорогу на месте он не видел, а рисковать Варной абсолютно не хотел. Всё же они собирались не на прогулку, и перед тем, как товарищи попадут в Одель-Бер, им предстояло преодолеть тысячи километров пути по Выдохам.

Конечно, можно было посадить её в Лакомку, но это тоже казалось слишком рискованным. Вдруг та чёртова гадалка всё-таки права?

Помимо этого, брюнетка рассказала, как была в её время устроена гвардия — основное препятствие, с которым парням придётся столкнуться, прежде чем они смогут добраться до короля.

Всего в ней состояло полтысячи элитных воинов. Примерно на уровне одного-двух оснований каждый. Они были постоянно расквартированы в столице. И, зная параноидальный характер Веланда, женщина предположила, что охранять его будет минимум сотня, в дополнение к парочке магов.

В принципе, ничего особо сложного.

— Когда выходите? — поинтересовалась наставница Лисы после того, как закончила рассказ.

— Вылетаем, — поднял указательный палец вверх командир и улыбнулся. — Завтра.

— О, Её Величество отдала корабль? — удивилась Варна.

— Ну да, — пожал плечами юноша. — Свои обязательства она блюдёт.

— Так ты ж её муж, и королевская доля в судне теперь и твоя тоже, — напомнил Леопольд.

Резон в словах друга был, но Зефир лишь махнул рукой, влезать в спор с Катариной из-за этого он не собирался.

Брут тем временем слез со стула, тявкнул и направился на выход.

— Куда это он? — поинтересовалась Варна.

— Сказал: по лавкам, — перевёл с енотьего командир. — Нам, кстати, тоже бы не мешало.

Молодой человек на секунду задумался и спросил:

— Никто не помнит, где мой плащ с глубоким капюшоном лежит?

…

Ветер дул прямо в лицо, пока командир стоял на надстройке судна и рассматривал пролетающую под ними изменённую Выдохом землю.

Леопольд в этот момент залез на самый верх, в воронье гнездо, встал во весь рост и расставил руки в стороны. В друге явно пробудилась сорочья натура, скучавшая по небу, и теперь парень наслаждался ощущения пусть немного не такого, но всё же полёта.

В пути они были уже полдня и настала пора свериться с курсом. Зефир достал из кармана компас и проверил направление. Судя по всему, нужно было взять на полкорпуса левее.

Командир обернулся к Бруту, который сегодня был у них за рулевого, и замер. Енот стоял на табуретке и держал лапами штурвал. Однако удивило юношу другое: на его голове оказалась чья-то треуголка — слишком большая и съезжающая на глаза. Очевидно, где-то стыренная.

Морда мохнатого выражала экстаз, а высунутый язык только подтверждал это наблюдение.

Через миг со стороны зверя начал раздаваться странный энергичный напев:

— Туруру́-ту́! — туруру́-ту́! — туруру́-ту́-туту́-ру́м! Туруру́-ту́! — туруру́-ту́! — туруру́-ту́-та-та́м!

Командир такой песни не знал, но это явно было что-то задорное и, к слову, заразное. А ещё неуловимо напоминало о корабле, несущемся по волнам, пиратах и лихих абордажах.

— Брут, — отвлёк парень енота. — Давай чуть левее.

Рулевое колесо закрутилось под мохнатыми лапками, и зверь снова весело затянул:

— Туруру́-ту́! — туруру́-ту́! — туруру́-ту́-туту́-ру́м! Туруру́-ту́! — туруру́-ту́! — туруру́-ту́-та-та́м!

Зефир же вернулся к своему занятию — разглядыванию пролетающего внизу Выдоха и поиску потенциальных угроз в небе.

Чем была хороша высота — здесь не существовало блуждающих ловушек. Все они остались далеко внизу, однако всяких летающих монстров никто не отменял.

Не все они были агрессивны, как, например, стая небольших жёлтых червяков, которых судно потихоньку нагоняло по правому борту.

Странные бескрылые тварюшки уже не первый раз встречались друзьям, и опытным путём стало понятно, что опасности они не представляли.

На надстройку тем временем поднялся Леопольд, слезший со своей жёрдочки. На поясе у него была Лада, а за спиной Стрела. Девчонки выполняли своё обещание и находились в форме артефактов в зоне. Однако перед отправлением они всё же выпросили у Зефира разрешение превращаться на ночь в людей.

Тогда командир, наблюдая за чернявым, который изображал, что ему всё равно, еле удержался, чтобы не заулыбаться прямо как енот.

— Зефир, а с чего это Эден замученный больше, чем обычно? — поинтересовался друг.

— Помнишь то средство, которым он на ноги брата Катарины поставил?

— Ага, — кивнул Леопольд.

— Оно, по идее, должно и от мутаций помогать, вот они с филиалом Торгового дома «Тысячи порезов» тестируют новое лекарство. И вроде бы даже оно действует.

— На людях, что ли? — неодобрительно поинтересовался чернявый.

— И на животных, и на людях, — ответил командир и добавил серьёзным тоном: — Это нам троим повезло с мутациями, а есть те, у кого руки из задницы в прямом смысле расти начинают.

Друг задумчиво кивнул, и на этом разговор увял под непрекращающийся аккомпанемент енота.

К слову, Эден не забрасывал свою практику, да и про обоих учеников не забывал. Более того, он как-то умудрялся ещё и свои исследования вести. Такая работоспособность и своего рода одержимость вызывала у Зефира опасения. Он боялся, как бы чудовищный алхимик не перегорел.

Тем не менее парень пока справлялся и недавно поделился с командиром очень интересным выводом, когда проверял одно из умозаключений своего отца.

Теория Зефирана Бальдуфа гласила: энергия Выдоха и эна суть одно и то же. И единственное их различие заключалось в предельной концентрации. Это как сравнивать жиденький суп и наваристую жирную кашу, в которой колом стояла ложка.

Эта предельная концентрация энергии, преодолевшая невидимый порог, как раз таки и вызывала всем известную мутацию.

Для того чтобы проверить теорию, чудовищный алхимик сделал себе небольшой полый кубик из эфирода с небольшим отверстием и плотной затычкой из чёрного металла. С помощью дыхательных упражнений для сбора эны, которые он же и подсказал когда-то друзьям, парень собирал энергию и не перегонял в резерв, а сливал сразу же в контейнер.

Занимался он этим очень долго, а затем запихнул внутрь обычный мох, закрыл кубик и оставил на неделю. По прошествии этого срока, когда он достал свой подопытный образец, растение мутировало. Едва заметно, но даже такой результат подтверждал теорию его отца.

Рассказывая это, Эден радовался как ребёнок, а вот командир теперь всё никак не мог выбросить из головы мысли, касающиеся природы эны.

Если она, по сути, везде, то что же тогда представляли собой средоточия Выдоха?

И почему, демоны побери, он каждый раз видел одну и ту же красноволосую женщину, стоило ему оказаться рядом с одним из них?

Тут явно была какая-то связь, которую Зефир пока не мог нащупать.

Поющий мохнатый в этот момент как-то слишком уж сфальшивил, и командир выпал из своих дум.

Тряхнув головой и отогнав навязчивые мысли, он вернулся к своему занятию — размышления над бесполезными вопросами никогда его не прельщало.

Вскоре наступил вечер. Порядок ночёвки у них уже был отработан: они останавливались прямо в небе, готовили ужин, а затем четверо ложились спать, а один вставал в дозор, меняясь каждые полтора часа.

Вот и сейчас, после того как судно встало, командир сразу сходил в трюм за припасами и, вернувшись, оказался под навесом у новенькой плиты с нагревательными артефактами, соображая на всех еду.

Енот уселся прямо на доски рядом и достал какую-то очередную фривольную книжку, а Леопольд, спустившись с мачты, встал посреди палубы.

Через мгновение с пояса чернявого исчез шестопёр и слева от него появилась фигуристая и полностью обнажённая брюнетка. То же самое произошло и со стреломётом, однако, в отличие от Лады, Стрела появилась прямо на спине у Леопольда и тут же обхватила его руками и ногами.

— Слезь, пожалуйста, — проговорил друг. — Надо вам вещи достать из сумки.

— Не-а, — игриво промурлыкала блондинка, ещё сильнее вжимаясь в парня.

— Слезай давай, тут дует, — Лада подошла к Стреле и начала отдирать её от Леопольда.

Командир покосился на них и вернулся к готовке.

Даже с учётом наличия корабля он и Леопольд договорились с пожитками не расставаться и всегда держать их при себе. В зоне могло произойти всякое, и оказаться без припасов и Лакомки никто из них не горел желанием.

Правда, из-за этого у чернявого каждый раз случались вот такие вот накладки. Но в их брачные игры Зефир старался без нужды не лезть.

Он промыл крупу, вылил грязную воду за борт и закинул нарезанное вяленое мясо в закипающую глубокую сковороду.

— Командир, — отвлёк его голос подошедшей Стрелы.

Девица уже оделась по искательской моде и имела донельзя хитрый вид.

— Да?

— А можно нам капитанскую каюту занять?

Зефир не спешил отвечать, призадумавшись. Они все спали на подстилках прямо на палубе. Во-первых, чтобы быть готовыми к любой неожиданности, а во-вторых, юноша не хотел обижать мохнатого и единолично занимать единственную кровать.

Леопольд-то даже бы внимания не обратил, а этот бы точно обиделся, как пить дать. Поэтому чтобы сохранить свои нервы в целости и сохранности, проще было никому не пользоваться каютой, пока там не будут установлены дополнительные спальные места.

— Вдвоём? — поинтересовался парень у послушно ждущей блондинки.

— Э-м-м. Нет, с Леопольдом, — прозвучал ответ, а щёчки девушки чуть покраснели.

Лада, прислушивающаяся к разговору невдалеке, замерла, ожидая решения. В то время как чернявый, убиравший вещи в заплечный мешок, поднял глаза и проговорил:

— Не нужно, спите там вдвоём.

— Как это вдвоём? — блондинка моментально бросила на Леопольда колкий взгляд, да и брюнетка теперь смотрела на него неодобрительно.

Зефир же повернулся к Бруту и, подмигнув, спросил:

— Ну что, отдадим им троим каюту?

Енот, наблюдавший за семейными разборками, пошло захихикал и закивал.

— Так, — оборвал спор командир. — Вы втроём спите в каюте.

Девчонки издали радостные возгласы, а чернявый покачал головой. Однако Зефира было не обмануть, он знал друга как облупленного…