По возвращении домой командир созвал экстренный совет. Он пригласил всех взрослых членов клана в свой кабинет на третьем этаже — туда, куда сам крайне редко заглядывал.

Скрывать произошедшее он от них не планировал, и ему срочно требовался свежий взгляд — откуда можно ждать других неприятных сюрпризов.

Все побросали свои дела и быстро собрались, а Зефир, усевшись за стол посреди комнаты, коротко обрисовал ситуацию и внимательно обвёл взглядом присутствующих.

Лиса и Леопольд выглядели пришибленно — они явно не ожидали такого поступка от Катарины. Хвоя поражённо присвистнула, однако она повидала всякого, поэтому таким вещам особо не удивилась, как и Варна.

Но самым ошарашенным оказался Эден. Он глупо уставился на Зефира и вид имел такой, будто ему всё послышалось. Правда, нужно отдать парню должное: через несколько секунд тишины чудовищный алхимик пришёл в себя и первым, пусть и косноязычно, задал один из самых важных вопросов:

— А она нас не того после этого?

Командир считал, что знал принцессу хорошо. Но сейчас, когда увидел новые грани её характера, начал сомневаться в своих выводах, поэтому промолчал.

— Не думаю… Кажется, она это заранее спланировала и хотела, чтобы Зефир присутствовал, — протянула Варна задумчиво и поинтересовалась у него: — У вас там ничего такого на корабле не случилось?

Пришлось рассказывать. Про совет, который он дал принцессе на палубе, а после наводящего вопроса от наставницы Лисы ещё и об активностях в каюте.

От таких откровений в комнате повисло молчание.

— Слушайте, — вдруг взяла слово Хвоя, — меня тут одну напрягает, что наш глава так близко сошёлся с монаршей особой нашего же королевства?

— Как будто у него был шанс не попасть в её сети, — хмыкнула Варна. — Эта лиса кружила вокруг него чуть ли не с первого дня, избрав своей жертвой и плотоядно облизываясь. Ты-то должна была это заметить.

— Да но… — попыталась возразить брюнетка в шляпке, посмотрев на командира. У него за спиной как раз в этот момент появилась Нана и начала массировать ему плечи. Увидев это, Хвоя вдруг небрежно махнула рукой и заявила: — Ты права, у этого шансов не было.

Здесь явно присутствовал какой-то женский заговор, но Зефир решил не вникать в него — для спокойствия своей же психики.

— Так, что делаем-то? — включился в разговор Леопольд. — Уходим?

— Ну я бы для начала посмотрела, что у неё на уме, а потом решала, — пожала плечами Варна. — Тем более ждать осталось недолго.

На этой неопределённой ноте собрание было завершено, а чуть позже днём над городом появился силуэт Катарины.

Принцесса рассказала подданным об ужасной трагедии: отрава, которая, как оказалось, не была полностью выведена из тела Матеуша Любомирского после покушения на его жизнь полтора года назад, сегодня снова пробудилась и убила короля.

По всему королевству был объявлен трёхдневный траур, а канцлеру передавались нити управления страной, и на этом её короткая и скорбная речь завершилась.

Естественно, такие новости боевого духа горожанам не прибавили, и обстановка в столице стала ещё более мрачной.

А на следующий день к ним пришла Катарина. Девушка себе не изменяла, как обычно выбрав время обеда, и командир, зная заранее о её визите, специально расстарался ради неё. Не для того, чтобы задобрить едой, хотя, возможно, и это тоже. Просто он жалел принцессу и никому бы не пожелал того, через что она прошла.

У парня как раз был один рецепт на уме, который он недавно придумал по аналогии с пирожками. И как только девушка появилась, он ушёл на кухню, позвав с собой Нану в качестве помощницы, и стал готовить.

Для начала командир поставил вариться помытый, почищенный и порезанный картофель в большой бадье. Следом он занялся обжаркой предварительно обработанной своей особой техникой вырезки из бык-быка в глубокой сковороде под внимательным взглядом призрачной девушки.

Увесистые запечатанные куски юноша откладывал на блюдо. И когда на нём набралась горка мяса, источающая прелестный аромат, Зефир попросил помощницу разогреть печь, а сам занялся соусом.

Травы из Выдоха, соль, перец, мёд, масло и краситель из соевых бобов, который он купил у алхимика, были замешаны в большой миске, а следом оказались на вырезке.

Следующим шагом Зефир достал из ледника гусиный паштет и начал намазывать его на мясо. После обернул куски тонко нарезанным вяленым окороком.

К этому моменту картошка поспела, и Нана занялась приготовлением пюре с обильным добавлением жирного сливочного масла и тёртого сыра, пока юноша заматывал куски бык-быка в слоёное тесто, купленное в ближайшей пекарне.

Укутав мясо, он выложил его на противень и поставил в печь.

Дальше осталось только подождать полчаса.

Вскоре они с привидением выносили подносы в обеденный зал, где собрались домочадцы и гостья. Катарина, Варна, Хвоя и Лиса о чём-то непринуждённо болтали, и со стороны казалось, что у принцессы ничего не произошло.

Стрела и Лада спорили, находясь по обе стороны от Леопольда, который мученически возвёл очи к потолку.

Эден и Хагг тихо обсуждали какие-то свои дела, а енот и мелкая егоза нетерпеливо ёрзали на стульях в ожидании долгожданной еды.

Появление Зефира и Наны с подносами все встретили с радостью. Командир прошёл к принцессе, сидевшей во главе стола, и поставил перед ней блюдо.

— Хлеб и картошка? — удивлённо посмотрела на него девушка.

— Разрежь, — посоветовал юноша.

Катарина послушалась и принялась аккуратно работать ножом и вилкой. Секунду спустя перед ней лежал сочившийся соком и одуряюще пахнущий кусочек мяса в румяной корочке из теста.

Заинтригованная принцесса наколола его на вилку под пристальным вниманием остальных присутствующих и отправила в рот. Прошла секунда — и она закатила глаза от удовольствия.

— Я назвал это бык-бык под одеялком, — гордо проговорил парень, которому реакция девушки очень польстила.

Новое блюдо пришлось по вкусу всем. За столом на четверть часа воцарилась тишина, сопровождаемая лишь позвякиванием посуды и чавканьем Брута.

Когда же все закончили есть, красноволосая гостья тоже отложила приборы на пустую тарелку, подняла свои дымчатые глаза на командира и внезапно произнесла серьёзным тоном, в котором не было и доли шутки:

— Зефир, выходи за меня.

Молодой человек моментально замер и, будто деревянный болванчик на шарнирах, механически повернул голову в её сторону.

Енот напротив него проделал то же самое, только с широко отпавшей челюстью, из которой по пути вывалился недожёванный кусок.

Шум за столом моментально стих, пока командир лихорадочно соображал. То, что это не розыгрыш, он сразу понял, как и то, что любовью тут не пахло.

Мысли со скоростью ветра сменяли одна другую, и внезапно все выстроились в стройную теорию: он был удобен.

Для того чтобы Катарина могла законно править страной, ей нужен был муж из знати. Такие уж в Моревии сложились традиции, и ей было их не побороть.

Нет, она определённо могла узурпировать власть и стать единоличной правительницей прямо сейчас. Но это было бы шатким основанием, которое в будущем ввергло бы страну в ещё одну гражданскую войну.

И она решила больше не противиться замужеству после неудачи с братом. Тем более ей подвернулся такой удачный вариант, как Зефир.

Он был аристократом, хоть и низшим. У него и его клана не было никакого влияния, а это означало невмешательство в политику принцессы, когда он станет соправителем. Более того, у командира не было политических амбиций.

К тому же Катарина симпатизировала ему, и, очевидно, он устраивал её как мужчина.

В общем, Зефир оказался очень удобен. Но это абсолютно не значило, что только она могла использовать его.

Если он согласится, то навсегда закрепит статус и безопасность для своих в этом аристократическом болоте. Но также это значило, что Бессовестный Енот навсегда свяжет жизнь с Моревией и разделит с этой страной все взлёты, падения и кризисы.

Катарина терпеливо ждала его ответа — складывалось впечатление, будто она видела юношу насквозь. И всё же выбор оставался сложным лично для командира.

— Не выходи за меня, а женись на мне, — вдруг раздался звонкий голосок Вилтани, на которую все обернулись. Девочка тут же застеснялась и совсем тихо добавила: — Так Варна говорила…

Наставница Лисы отчётливо хмыкнула, но комментировать это не стала.

— Тогда, Зефир, женись на мне, — с лёгким смущением, о чём говорили чуть заалевшие щёчки, поправилась принцесса. — Ты сам всё прекрасно понимаешь, и мне, и тебе нужен этот фиктивный брак ради достижения наших целей.

Парень тем временем смотрел на неё и не знал, что сказать.

— Дай мне немного времени подумать, — в итоге проговорил он.

— Конечно, — Катарина встала из-за стола. — Взвесь всё основательно, но не затягивай. Мне нужно понимать, как действовать дальше.

Зефир поднялся следом и проводил её до дверей. На прощание она поцеловала его. Видимо, это был лёгкий намёк этой манипуляторши, что его ждёт, если он примет предложение.

Молодой человек включился в игру со всей ответственностью и выдержал испытание с честью. Наверное. И затем вернулся в обеденный зал к пришибленным домочадцам.

— Во дела, — присвистнул Леопольд, когда глава клана занял своё место.

— И не говори, — покачал головой командир и, оглядев всех, спросил, — что думаете?

…

Зефир стоял во внутреннем саду дворца и наблюдал за переговорами, проходившими за круглым столом под открытым небом.

С одной стороны находились Катарина и Годемир. Напротив них сидел древний лысый старик в дорогой чёрной робе — определённо еретик, а позади него стояла пара мутантов, игравших роль свиты эмиссара Империи Рюгенгорд.

Первый напоминал прямоходящую зелёную ящерицу с вытянутой мордой и дополнительной парой верхних когтистых конечностей, торчащих из спины. Второй был похож на самую натуральную муху. Огромные фасеточные глаза размером с крупное яблоко, отвратный чёрный хоботок вместо рта, тонкие хитиновые конечности — и тоже прямоходящий. Оба в доспехах и при оружии.

Первоклассные уродцы по личному и скромному мнению парня.

Вообще он не хотел сюда приходить. Не потому, что было лень или считал себя выше этого.

Всё было несколько проще и сложнее одновременно: Зефир боялся, что на переговоры явится очередной раб Бейсина и ему сорвёт крышу при виде командира, отчего вся политическая игра Катарины и столь необходимый Моревии мир будут окончательно похерены.

Однако принцесса его всё же уговорила. Весь заготовленный план девушки строился на непосредственном участии Зефира, а на придумывание и реализацию другого не было времени.

В результате парень сдался, понадеявшись на удачу.

И самое интересное: ему повезло. Лысый дед, представившийся иерархом Анджеем из культа Истины, точно был самым настоящим еретиком. Но не обратил на Зефира никакого внимания.

Скорее всего, в их рядах рабы были либо привилегированной скрытой кастой, до которой ещё нужно было дослужиться, либо они внедрились к ним и скрывались.

— Нет! Нет! И ещё раз нет! Как ты смеешь такое требовать⁈ — меж тем начал разоряться старик.

И как только этот хрыч закончил свою гневную речь, командир сделал кровожадное лицо, шагнул вперёд и возмущённо проговорил:

— Ваше Высочество, этот старый пердун оскорбил Вас уже три раза, можно я его прямо сейчас размажу, как таракана, вместе с его зверушками?

Эмиссар империи чуть не задохнулся от злости и весь покраснел, а нити разговора мгновенно перехватила Катарина:

— Господин Зефир, я не думаю, что господин посланник умышленно хотел меня оскорбить. Всё же культ Истины и империя безрезультатно потеряли целую армию и несколько сотен этих своих уродцев, — брезгливо посмотрела девушка на свиту за спиной деда. — Вот он немного и не в духе.

Иерарх тем временем шумно выдохнул, но дальше провоцировать конфликт не стал. Умный урод — понимал, что был не в самом хорошем положении. Ведь переговоры запросили они, а не моревийцы.

Тем не менее того, что этот высокомерный старик уже наговорил, было достаточно, и командир горячо возразил:

— Моя госпожа, я не могу смотреть, как эти невоспитанные свиньи ведут себя с Вами. Нужно преподать им урок!

Юноша кинул злобный взгляд на человека-муху, который чистил верхние лапы хоботком, и прорычал:

— Ты, лупоглазый, ритуальный поединок здесь и сейчас. До смерти!

Фасеточные глаза мутанта уставились на своего лысого хозяина, и тот кивнул, недобро буркнув:

— Разорви его.

— Не здесь, — подняла руку Катарина, — у нас на территории дворца есть замечательная арена специально для таких случаев.

В Розовокаменном дворце, с обратной стороны, действительно оказалось место для проведения поединков, скрывавшееся в одном из ухоженных парков.

Оно представляло собой овальное углубление в земле, где было всего три ряда зрительских мест из камня, идущих лесенкой. Да и сама площадка, покрытая песком, оказалась совсем небольшой — примерно метров десять в длину и пять в ширину.

Командир спустился по ступенькам вниз и встал в центре в ожидании своего противника. Тот не стал задерживаться и вскоре оказался напротив юноши. Оба повернулись в сторону трибуны, где сидела троица зрителей, а рядом с ними стоял другой мутант.

Зефир не случайно выбрал именно муху, а не ящерицу. Насекомое ощущалось раза в полтора сильнее своего собрата, и парень посчитал, что демонстрация пройдёт лучше, если в противниках у него будет элитная тварь.

— По моей команде можете начинать, — встал с места Годемир и поднял руку.

Прошла секунда, и он махнул ею, крикнув:

— Бой!

В следующее мгновение человек-муха стремительно сорвался с места, выхватывая на бегу меч из ножен.

Чудовище было на уровне Людевита, который посмертно стал мерилом для всех противников командира. Вот только если раньше чемпион-предатель был проблемой для молодого человека, то сейчас — нет.

Зефир резко шагнул в сторону, пропуская в сантиметре от себя чужой клинок, и размахнулся левой ладонью, усилив её.

Миг — и та опустилась сверху на уродливую голову мутанта.

Послышался хруст, и череп противника просел вниз, ломая позвоночник, а следом разлетелся в стороны, будто переспелый томат, разбрызгивая зелёную кровь и мозги. Ноги мухи переломились в нескольких местах, грудной отдел вмялся на полметра. Затем вся эта неаппетитная масса в доспехах осела небольшой кучкой на землю.

Командир брезгливо тряхнул рукой, избавляясь от налипшей дряни, и посмотрел на зрителей. Точнее, на одного конкретного.

Еретик побледнел и выглядел испуганно, и парень мысленно улыбнулся — задание было выполнено. Зрелищно, жестоко и показательно. Всё, как того хотела принцесса.

— Что ж, думаю, можно возвращаться, — поднялся довольный канцлер и глянул на имперского эмиссара. — Дипломатия — это искусство взаимного уважения, даже когда того нет и в помине.

Дальнейшие переговоры пошли легче.

Во-первых, иерарх умерил спесь. А во-вторых, эта хитрая лиса, Катарина, смягчила своё первоначальное требование — репарации в размере двадцати тонн золота — и заговорила совсем на другом языке.

— Господин иерарх, моей стране был нанесён вред. И я хочу его возместить, — заметила она.

Старик снова собирался возразить ей насчёт необоснованности такой суммы, когда девушка подняла руку, призывая того помолчать, и сказала с нажимом:

— Но я также не хочу выкручивать вам руки, хотя империя и виновата перед моей страной и народом. — А затем добавила уже доверительным тоном: — Тем не менее выход есть. Причём на взаимовыгодных условиях для обеих сторон.

Её собеседник замер на мгновение и заинтересованно кивнул, призывая к продолжению.

— Торговля, мой дорогой друг. Взаимовыгодная торговля всегда лучше войны, — широко улыбнулась Катарина.

В итоге принцесса добилась того, чего хотела: Империя Рюгенгорд и Моревия объявили о перемирии. На большее полномочий иерарха не хватило.

Однако стороны договорились провести через две недели новую расширенную встречу с участием министров, на которой должны были подписать мирное соглашение и начать обсуждать торговые вопросы.

Всё же еретик не обладал исчерпывающими знаниями об объёмах производства и сельского хозяйства империи, да и сама Катарина была монаршей особой, а не казначеем.

Стоявший в стороне и изображавший тупого, крайне опасного дуболома Зефир не мог не поразиться, как девушка обернула катастрофу в победу.

Более того, она умудрилась исподволь выяснить о ситуации с продовольствием в новообразованной империи и заинтересовалась поставками культур, которые не росли в более тёплом климате.

Рожь, ячмень, гречиха и даже такая экзотика, как квашеная капуста — всё это производилось на дальнем севере в избытке и при отсутствии границ, а значит, и торговых поборов, могло поставляться в больших объёмах в королевство.

Помимо этого, Катарина заинтересовала иерарха и местными товарами: медью, железом, серебряной рудой, экзотическими для севера морепродуктами и трофеями из Выдоха — с обоюдной пошлиной в пять процентов. Она также предложила империи беспрепятственный доступ к южным торговым маршрутам через моревийские порты, пообещала невмешательство в продолжающуюся войну с Гильдейским Союзом и заключение договора о ненападении.

В общем, Зефир был поражён до глубины души талантами девушки. Он, конечно, и сам иногда лицедействовал — в основном чтобы спасти мохнатый зад енота — но то, что провернула принцесса, вызывало у него глубокое чувство искреннего уважения.

Вскоре довольный эмиссар в сопровождении Годемира ушёл к своему летающему кораблю, стоявшему в парке рядом с Гордостью Моревии, и командир с принцессой остались в одиночестве. Естественно, относительном — стража на выходах из внутреннего сада никуда не делась, где-то тут обретался Лев, а из окон поглядывали любопытные слуги.

— Ты молодец, — заметила Катарина, стоило гостю скрыться из вида, и кивнула на стул рядом с собой, предлагая занять место канцлера. — Отлично сыграл.

— Спасибо, — перестал сводить брови молодой человек и, подойдя к столу, присел.

Девушка хитро глянула на него и вдруг поинтересовалась весёлым голосом:

— Или не играл?

— Сложно сказать, — ответил задумчиво командир. — Всё же мне легче постукать проблему по голове, чем решать её другими путями.

Парень пристально посмотрел на собеседницу, а затем хохотнул. Его смех тут же подхватила Катарина, заливаясь колокольчиком.

— Неделя прошла, — отсмеявшись, проговорила девушка уже серьёзнее. — Что ты решил?

Зефир почесал затылок и осторожно ответил:

— Давай жениться.

— Не так себе я это представляла, когда была маленькой, — хмыкнула красноволосая, но в следующий миг искренне улыбнулась. — Давай.