— Ладно, давайте перейдем к следующему этапу, — проговорила Мила и глянула на вторую блондинку: — Стрела, ты тоже пока не ныряй в иллюзию и послушай, чтобы не повторять несколько раз.

— Хорошо, — согласилась та, и чемпион продолжила:

— Вы сейчас ощущаете пять Пупков. Первый должен находиться у вас в источнике, называется он Пупок Неизменчивости. Он единственный такой и, по сути, самый важный, так как участвует во всех техниках.

Она оглядела слушателей, проверяя, все ли понятно. Зефир кивнул — он действительно ощущал его у себя прямо посреди круговорота энергии. Точно она вращалась вокруг него.

— Второй Пупок, Пупок Резни, должен находиться у вас где-то в левом плече, — девушка похлопала себя ладонью чуть выше груди. — Третий — Обезглавливания — примерно в районе правой ягодицы.

Мила шлепнула по своей попе, и командир несколько выпал из реальности, представляя всякое. Но быстро взял себя в руки — учеба была важнее.

— Четвертый Пупок, Кровавого Потока, сидит где-то между ключиц. Пятый — Потрошения — находится в левой ладони.

— У меня ближе к запястью, — проговорил Леопольд.

— Расположение может чуть отличаться у всех, это нормально, — последовал ответ учителя.

— Так откуда такие странные названия? Они что-то значат? — тем временем спросила Лада.

— Названия действительно идиотские, но это культ Всемогущей Бойни, — хмыкнула чемпион. — И нет, не значат. Во всяком случае, я никакого объяснения не встречала.

Командир же в этот момент вспомнил тусклые пылинки по всему телу, которых были тысячи. Он не запомнил, где они расположены, только примерно — его тогда несколько другие вопросы интересовали. Однако та светящаяся точка, что была у него в животе, запала в память. Просто потому, что все остальные были кучно расположены, а эту словно сторонились, образовав вокруг нее пустое пространство. И каким-то непонятным образом Пупок Неизменчивости находился именно на месте той самой пылинки.

Это было странно и наводило на интересные мысли, которые он поспешил озвучить:

— Мила, а Пупков точно только пять?

— Да, — прозвучал уверенный голос девушки.

Парень задумался. Если все остальные тусклые точки, которые он увидел у себя на теле в пустоте, были Пупками. Возможно, руководство культа просто ограничивали знания или, может быть, сами понятия не имели, что тех больше.

В любом случае, это оказалось просто интересным наблюдением. Ничем помочь оно сейчас юноше не могло, и он просто отложил это на будущее.

— Если вопросов больше нет, то перейдем к Шагу. Как вы, наверное, все знаете, эта техника позволяет перемещаться в пространстве. Не быстро бегать, а исчезать, как бы растворяться, и появляться в другом месте, куда направлен ваш взгляд. Дальность перемещения зависит от нескольких факторов: сколько эны затрачено, вашего веса и, конечно, расстояния. Чем больше энергии вы используете, тем дальше сможете оказаться. Вес и расстояние, наоборот, понижают дальность. И главное тут — знать эти нюансы досконально, чтобы не оказаться, допустим, в какой-нибудь преграде и помереть. Или появиться прямо перед врагом, а не позади него.

Далее, девушка пустилась в подробные, но несколько путаные объяснения о том, что нужно сделать для применения Шага. И если упростить, то все сводилось к одновременному зацикливанию эны между Пупками Неизменчивости и Кровавого Потока, а также между Кровавым Потоком и Потрошением.

То есть живот — ключицы; ключицы — левая ладонь.

При этом не просто гонять ее туда-сюда, а пропустить через пупки.

Лично для себя Зефир сразу выкинул из головы странные названия — они только запутывали — и представил технику как продевание в ушко и наматывание нитки между первой и второй иголками, стоящими на удалении, а также другого отреза между второй и третьей.

— И все? — спросил Леопольд.

— Ага, — согласилась Мила. — Но ты сначала попробуй: зачерпни энергии и сделай хотя бы одно зацикливание, самое первое, а я на тебя посмотрю.

Товарищ кивнул, по его лицу было заметно, что он отнесся к ее словам с серьезностью. Где-то там, очевидно, существовал подвох.

Девушка меж тем пристально всех оглядела и добавила:

— Тренируйтесь сначала с одной парой Пупков. Когда станет получаться, только потом переходите к одновременному зацикливанию сразу двух пар, — закончив наставления, она повернулась к Бруту и предупредила: — Если почувствуешь недомогание или поймешь, что что-то не так, сразу прекращай.

Тот тявкнул в ответ, и блондинка заключила:

— Начинайте.

Командир в этот момент зачерпнул чуть-чуть эны в источнике и направил ее через точку Неизменчивости. Следом он повел её вверх до ключиц, где был Кровавый Поток. Энергия нырнула в следующий Пупок и потекла обратно.

Вроде бы ничего сложного, однако стоило молодому человеку так подумать, как он отвлекся, и эна рассеялась.

Чертыхнувшись, он начал все заново. В этот раз ему удалось довести энергию в изначальную точку, и тут же парня накрыло осознание: он едва справляется с одним «наматыванием», и оно забирало всё его внимание. Так о каком втором зацикливании может быть речь? Более того, ему же еще как-то ходить и сражаться надо одновременно с этим.

Зефир отпустил эну и поднял взгляд на своего блондинистого учителя. Леопольд в этот момент также отвлекся от тренировки — видимо, как и командир, осознал главную проблему, а через несколько секунд к нему присоединилась Лада.

— Вижу, вы поняли, — проговорила Мила удовлетворенно.

— Да, — согласился Зефир. — Поняли, что это будет очень сложно, если не невозможно.

— Ну почему же? Вы же без проблем применяете воинские техники в битве и из боя не выпадаете, — хитро посмотрела на него блондинка.

Действительно. Даже Ускорение, выученное последним, после тренировок, которые юноша старался не пропускать, выполнялось бессознательно. Он не сбивался с шага, не терял равновесие и не замирал на долгие секунды.

Конечно, воинские техники были куда проще культистских. Тем не менее, все решалось продолжительностью и количеством тренировок. Просто придется попотеть подольше.

Чернявый тем временем задумчиво покивал на слова Милы, а вот Лада переводила непонимающий взгляд с парней на их учителя.

— Так, что мне делать-то? — спросила она.

Брюнетка никакие умения до этого не учила, поэтому вопрос был закономерен.

— Сделай так, чтобы действие въелось в кость, стало вторым дыханием. Ты ведь не размышляешь, как вдохнуть и выдохнуть? — пояснила чемпион.

Шестопер погрузилась в размышления и медленно кивнула, в то время как командир вдруг заметил:

— Я, кстати, в какой-то Лисиной книжке читал, там главная героиня как-то смогла распараллелить сознание.

В ту же секунду все странно на него посмотрели, даже Брут открыл глаза и глянул недоуменно на парня.

— Что⁈ — моментально отреагировал Зефир на такие взгляды. — Мне было скучно.

— Хорошо, было скучно, мы верим, — ухмыльнулась блондинка. — Но что такое распараллелить сознание?

— Что-то вроде второго я, который живет у тебя в голове, — ответил юноша, попытавшись подобрать слова. — Может, есть какая-то секретная техника для этого?

Чемпион помолчала недолго, а затем протянула:

— Про такое в культе я не слышала, но вроде бы у целителей что-то похожее есть.

— Да? — удивился Зефир.

— Ага, — согласилась девушка. — Но только это не техника, а серьёзный недуг — раздвоение личности называется.

Командир повернулся к своей блондинке с немым вопросом. Та сидела с серьёзным выражением на лице, но через секунду маска треснула. Милажена не выдержала, и ее губы растянулись в улыбке.

Стало кристально ясно — над ним шутят.

Раз так, пришлось принять против нее меры, и Зефир внезапно начал ее щекотать. Чемпион тут же стала смеяться и вырываться, но юноша был неумолим…

Немного подурачившись, молодой человек вернулся к тренировкам. Впереди у него был долгий путь.

…

Прошел час.

К этому моменту у Стрелы наконец получилось найти всех Леопольдов в иллюзии, и радостная девушка присоединилась к остальным в попытках обуздать Шаг.

Командир же без устали тренировался. Но ни о каком использовании техники в первый день не было и речи. Если он хотя бы недели через две управится, это будет небывалый успех.

И тем удивительнее было услышать от мохнатого самодовольное тявканье.

Зефир мигом отпустил эну и открыл веки, переводя ошарашенный взгляд на енота. Тот сидел на подстилке, подбоченившись и задрав подбородок.

— Что он сказал? — спросила немного заскучавшая Мила.

— Что научился применять Шаг, — ответил за командира не менее удивленный Леопольд.

Его фраза окончательно отвлекла всех от практики, и на Брута уставились пять пар глаз. Тот начал еще сильнее важничать: поднялся и упер лапы в бока.

— Ты покажи, чему научился-то, — проговорила чемпион с явным скепсисом в голосе.

И Брут вдруг исчез, оказавшись в паре метров!

— Быть не может! — подскочила на ноги блондинка, — я полгода мучалась!

Все остальные выглядели не менее пораженными, включая командира. Он даже и не подозревал, что у товарища пропадал такой чудовищный талант.

Брут тем временем не остановился на достигнутом и снова переместился, появившись чуть в стороне. Его морда в этот миг выражала снобизм аристократа в сотом поколении, а через секунду на ней появилась пакостливая улыбка.

Зефир тут же заподозрил неладное, но его опередил негодующе возглас чернявого:

— Да он же мухлюет!

Енот захихикал и, переместившись, оказался у себя на подстилке.

Стрела и Лада начали возмущаться вероломству Брута, в то время как Мила рухнула обратно и выругалась в сердцах:

— Вот же мохнатый засранец!

Тот сидел с крайне довольной мордой — видимо, монотонные упражнения ему наскучили, и он решил навести суеты. Зефир покачал головой: у енота действительно пропадал талант, только не в техниках.

Брут тем временем посидел немного, радостно лыбясь, и опять затявкал.

На этот раз тема была серьезной, и, не дожидаясь вопроса Милы, командир перевел:

— Он говорит, что Шаг ему не нужен. У него свой есть, который он может применять инстинктивно.

В общем-то, мохнатый товарищ был прав. Эта техника Бруту — как корове пятая нога. Тем не менее польза от нее все равно имелась, о чем молодой человек не преминул сообщить:

— Ты можешь, конечно, не тренироваться вообще. Но я советую тебе хотя бы первое зацикливание научиться делать. Потом же будет сподручнее другие умения учить.

Зверь задумался и согласно кивнул, а Зефир закрыл глаза и вернулся к практике.

Закончили они только к обеду и засобирались обратно. Но, прежде чем уйти, молодой человек достал из заплечной сумки диск, положил его на землю и подозвал к себе Милу:

— Подойди, пожалуйста.

— Да? — оказалась та рядом, посматривая на металлическую пластину на земле.

— Ты же хотела к Лакомке заглянуть? — спросил юноша, улыбнувшись.

— А? — недоуменно посмотрела на него блондинка.

Он не вдавался в подробности, как попасть к пещерке, когда рассказывал о ней. Потому реакция девушки была забавной.

— Встаем вместе на диск и прижмись ко мне, — проинструктировал парень и первым шагнул вперед.

Чемпион, все еще не понимая, что происходит, выполнила просьбу, и через мгновение они появились у Лакомки.

Тут же раздалось радостное чириканье, и огромный язык, вытянувшийся изо рта в стене, прошелся по лицу командира, качественно обслюнявив.

Десятки картинок «атаковали» молодого человека, и пока он разговаривал с пещеркой, Мила ошалело оглядывалась по сторонам.

— Это и есть Лакомка? — спросила она недоверчиво, указав на глазищи и огромный рот.

— Скорее, вот это всё Лакомка, — обвел руками пространство вокруг молодой человек.

Послышались недоуменные звуки, и он ненадолго отвлекся, растолковывая, кого с собой привел. Блондинка тем временем изучала обстановку, и, закончив говорить с хранителем места, Зефир провел девушке небольшую экскурсию, показав комнаты, склад, туалет и душ.

— Потрясающе! Это как иметь при себе в путешествии целый дом! — проговорила спутница восторженно, когда они остановились у каморки из эфирода. — А там что? Какой-то знакомый материал…

Мила указала на черную дверь и вопросительно посмотрела на парня.

— Там лежит средоточие зеленого выдоха, а эфирод — этот черный металл — от него защищает.

— Зачем оно тебе? — подозрительно уставились на командира голубые глаза.

Что она там себе надумала, он не знал и поспешил объясниться:

— Я же тебе рассказывал: Эден может проводить улучшенную вторую эволюцию. И делает он это, как раз с помощью средоточия, а эфирод отлично защищает от дикой энергии.

— Ладно… — протянула девушка.

— Мила, ты чего? — немного обиделся парень. — Мы не делаем из людей мутантов, как еретики.

— Прости, — повинилась та. — Не знаю, что на меня нашло.

Зато командир знал — одержимость культом Истины. И что с этим делать, он не особо представлял. По идее, время должно было лечить, но девушке это не особо помогало. Во всяком случае, пока что.

— Пойдем, — Зефир ухватил блондинку за руку и потянул к широкому окну в углу.

Через несколько секунд они оказались перед панорамным видом на пустоту со светящимися сферами, и чемпион пораженно замерла.

— Это там ты плавал? — она попыталась указать рукой, но парень быстро перехватил ее.

— Да, там. И не нужно высовывать пальцы. Чернота снаружи агрессивно и очень быстро разъедает все, до чего прикоснется.

— Хорошо, — смутилась девушка. — Что это за шары такие?

— Да Бойня его знает, — пожал плечами Зефир.

Мила еще немного посмотрела во тьму и странные штуки, висящие в ней, и парочка благополучно вернулась в реальный мир.

Остальные были уже готовы и ждали только их, поэтому стоило им появиться, как группа отправилась в город. Но не на постоялый двор, а в особняк к блондинке — все выразили желание, чтобы командир что-нибудь состряпал.

Никто не спешил, и путь обратно занял у них примерно час, а под конец дороги, перед самыми воротами, Леопольд вдруг спросил:

— Мила, как думаешь, почему у нас после возникновения источников, не пробудились такие же силы, как у вас, чемпионов?

Командир с удивлением глянул на чернявого, ему такой вопрос и в голову не пришел. Хотя должен был.

Тем не менее, девушка когда-то давно рассказывала, что сразу начала чувствовать свои новые способности, как только поднялась на уровень выше. Друзья же не были чемпионами, точнее, не совсем ими. Поэтому, скорее всего, и не могли обращаться к стихиям.

Мила тем временем задумалась, размеренно шагая, и вскоре начала говорить:

— В наставлениях сказано: когда адепт создает источник, путем объединения резервов и жизненной силы, у него появляется возможность управления определенным элементом. В тексте это описывалось как окраска источника в землю, воду, огонь и так далее. У вас же, как я поняла, был жуткий перекос в жизненной энергии. Может, та подавила резервы маны настолько, что ни одному не хватило сил проявиться?

— Возможно, — кивнул Леопольд.

— И, к слову, такое редко, но случается и у чемпионов, — добавила блондинка.

— Серьезно? — удивился Зефир. — Это ж приговор для них.

— Ага, — согласилась девушка. — Таким неудачливым людям никогда не встать вровень с другими чемпионами.

…

Следующие две недели прошли в спокойном ритме. До обеда они тренировались под присмотром Милажены за городом, потом разбредались по своим делам и интересам.

Командир пытался побольше времени проводить со своей блондинкой, Леопольд — со Стрелой и Ладой. А мохнатый… Честно говоря, Зефир не знал, чем тот занимался. Но толпы разгневанных женщин с факелами к постоялому двору не приходили, значит, ничем преступным.

С Шагом у молодого человека наметился прогресс. Дней семь назад он первым смог зациклить оба потока. Правда, опять переборщил с количеством эны, и в итоге улетел примерно на пару километров, в соседнюю рощу.

При этом конечной точкой стал ствол довольно массивного дуба, где он частично застрял. Дальше произошло нечто странное и плохо объяснимое: будто кто-то попытался занять место его руки, плеча и половины торса, которыми он сидел в древесине, но этому кому-то не хватило силенок.

Мгновение спустя, командир напряг мышцы, вырываясь на свободу, и тут же часть древесины изнутри взорвалась, разлетаясь щепками в стороны от парня.

Следом ствол переломился и повалился на землю, а юноша замер, рассматривая свою немного покрасневшую руку. Непонятное ощущение давно прошло, а он всё пытался понять, что же это такое было.

— Зефир, ты цел⁈ — в паре метров из ниоткуда появилась Мила и бросилась к нему.

В следующий миг примчался Леопольд, а за ним уже появились и все остальные. Они тревожно глядели на молодого человека, а чернявый держал наготове пузырек с зельем.

— Да, — командир повернулся к девушке, которая вцепилась в него и взволнованно осматривала. — Вот, в дуб угодил.

Он мотнул головой на поваленный и размочаленный ствол.

Убедившись, что с ним все хорошо, Мила подняла глаза. Она несколько секунд гипнотизировала юношу, а затем вдруг громко захохотала, отчего Зефир даже бровь приподнял в легком недоумении.

— В дуб угодил… — отсмеявшись, произнесла блондинка. — Ты хоть знаешь, что происходит с адептами и даже чемпионами, если они оказываются в древесине или камне?

— Нет, — последовал короткий ответ.

— Часть плоти, которая застревает в предмете, начинает бороться с изначальным материалом вещи. Они одновременно пытаются занять одно и то же место. И как думаешь, у кого больше шансов: у нежного куска мяса или дерева?

Командир посмотрел на свою руку, на которой даже покраснение к этому моменту прошло. Потом глянул на поваленный ствол и уверенно произнес:

— У дерева, конечно.

— Ой, да иди ты, — бросила девушка немного обиженно и вогнала этим юношу в небольшой ступор.

Похоже, правильного ответа на ее вопрос не существовало, в принципе. И лучше было просто промолчать.

— А что это за взрыв такой был? — поинтересовался Зефир, решив сменить тему.

— Нам рассказывали, что когда человек попадает в препятствие, то плоть, проиграв противостояние, будто разрывается изнутри. Бум! — взмахнула блондинка руками, — и неудачник размазан по всей округе. У тебя, видимо, произошло то же самое, но только с дубом.

— Охренеть! Этот Шаг оказывается такой опасный, — поежилась Стрела, а Лада нервно икнула.

— Извините, — тут же понуро проговорила Мила. — Из меня плохой учитель.

— Да все нормально, — глянул на нее командир, — ты отличный учитель, а мы теперь просто будем осторожней.

Зефир, после этого случая, больше в такие опасные для жизни ситуации не попадал. Юноша старался жестко контролировать расходы эны и тем более направление взгляда. Потому что если бы он смотрел вверх, а не на рощу поблизости, то последствия были бы куда печальнее.

К слову, остальные тоже прогрессировали — каждый, конечно, в своем темпе, но тот же Леопольд не особо отставал и через день после командира смог сделать свой первый Шаг. Тот получился образцовым, в смысле, что чернявый ни в какие стены и деревья не улетел.

Мила потом еще долго бросала на двух товарищей недоверчивые взгляды. Как она сама рассказывала, ей понадобилось полгода, чтобы добиться таких результатов, и это было очень быстро по меркам культа. А тут ей попались сразу двое, опередивших ее, причем, с таким отрывом.

В итоге, сразу после того, как у нескольких учеников начал получаться Шаг, чемпион на радостях решила поведать им о других техниках: Железной тунике и Усилении.

Первым было умение, похожее на воинскую Крепость, оно делало пользователя прочнее, но работало сразу на всё тело и было гораздо эффективнее, чем общедоступный аналог.

Создавалась эта техника с помощью двух зацикливаний, как и Шаг, но участвовали в этом процессе другие Пупки: Неизменчивости и Обезглавливания, а также Обезглавливания и Кровавого Потока.

Второе умение представляло собой повышение силы и проворности. Пупки там тоже были другие, но все опять сводилось к двум зацикливаниям.

И что самое интересное, обе техники не требовали постоянного поддержания: достаточно было сотворить их всего раз, и в зависимости от количества использованной энергии, они работали продолжительное время!

Правда, прибавка в каждом из случаев была фиксированной и не слишком впечатляющей: Железная туника поглощала примерно пятую часть силы удара, а Усиление на столько же увеличивало скорость и мощь тела. Но, по словам Милы, чемпионы и адепты без них даже в сортир не ходили.