Зрачки Дианы исчезли. Её глаза затопил ядерный синий огонь. Из-под симбиота-платья со щелчком вырвались две шипастые плети толщиной в мою руку, разбив стоящую рядом тумбочку в щепки.

Я даже рот не успел открыть.

— БЕШЕНЫЙ ЕНОТ⁈ — взревела Диана благим матом так, что с потолка коридора посыпалась штукатурка, а в гостиной брызнуло стекло в шкафах. Она с ноги выбила дверь в гостинную. — ДА Я ТЕБЕ, СТЕРВОЗА ТЫ ПАЛЕНАЯ, ЩАС ВСЕ ТВОИ ФРАНЦУЗСКИЕ СТРАЗЫ В НОЗДРИ ЗАШЬЮ! И БАНТИК НА ЗАТЫЛКЕ ЗАВЯЖУ, ГУБОШЛЕПКА!!!

Завизжала Лиза, Анжелла и Диана-Водная застыли, словно статуи. В соседней комнате с грохотом опрокинулся стул, послышались испуганные крики кого-то из кузенов.

Я схватил сестру за хвост и тяжело выдохнул, массируя пальцами переносицу. Поиграли, млять, в шпионов-диверсантов. Провал по всем фронтам. Никакой агентурной работы с этими енотами.

Я зашел в гостиную широким хозяйским шагом, придерживая сестру за хвост. Мелкая бесновалась и плевалась шипами, перейдя в режим берсерка.

Окинув тяжелым взглядом Альфы оцепеневший женский батальон (Лиза была белая, как мел; Анжелика стояла в боевой стойке с пылающими кулаками; Водяра замерла с открытым ртом), я будничным тоном скомандовал:

— Так, сударыни. Раз уж наша хитрая стелс-операция официально провалилась, давайте назад к реальности.

Я подошел к столу, смахнул невидимую пыль с кресла и сел. Нагло отпил чай прямо из изящного носика заварочного чайника.

Диану продолжал держать за хвост, та рвалась к Анжеле, щелкая клыками. Аристократка холодно смотрела на Диану, но виду не подавала.

Вот это выдержка, чувствуется воспитание. Уважаю.

— Диана Андреева, — я ткнул пальцем во вторую (или первую? А, неважно) жену. — Твое предложение руки, сердца и прочих мягких тканей официально рассмотрено и принято. Сегодня ночью начинаем строгать первого Волчонка. Лиза, вдыхай-выдыхай, дыши носиком, через животик.

Я повернулся к нашей дерзкой Голубевой.

— А ты, Анжела… — Я сокрушенно покачал головой. — Налей мне с сестрой чай и, ради всего святого, не провоцируй наш местный зоопарк. Наш Енотик сейчас реально злой и очень неадекватный. У нее… кхм… проект горит.

Диана-Мелкая изрыгнула поток нечленораздельных звериных звуков, продолжая рваться к добыче в стиле гепарда на беговой дорожке. Мое кресло сдвинулось примерно на сантиметр в сторону Анжелы.

Приемлемо, нас ещё два метра примерно разделяет, как раз успею договорить.

Тем не менее, услышав про чай, Мелкая всё-таки немного успокоилась. Втягивать шипы обратно под ткань платья она не стала, но подсветка в наглых глазах сбавила яркость с «убить всех» до «расчленить по мере необходимости».

Она вырвала свой хвост из моей хватки, после чего скрестила руки на груди, всем своим видом выражая презрение к присутствующей здесь «человеческой массовке». Прислонившись к дверному косяку, демонстративно фыркнула.

Я поставил пустой заварочный чайник на стол. Закинул ноги в грязных ботинках прямо на резной антикварный столик, всем видом показывая, кто здесь Альфа.

Анжелика, показав не только гонор, но и стальные яйца, выдержала испепеляющий взгляд сестры. Огневичка поправила съехавший край изумрудного платья-симбиота, чуть выпятила грудь и посмотрела на меня.

В ее глазах не было ни страха, ни рабской покорности. Только крутились шестеренки жесткого прагматизма.

— Есть пара вопросиков касательно будущего этой вашей… нашей Стаи, — Анжела бросила быстрый, настороженный взгляд на Мелкую и снова посмотрела на меня. — Ярик. Ты не человек, это уже и дебилу понятно. Чистильщики тоже не слепые.

— К чему ты ведешь, птичка-спичка? — я лениво ковырнул зубочисткой в зубах.

— Ну начать, что ли с простого. С физиологии, — Она подалась вперед. — Что произойдет с женщиной… обычной магессой или аристократкой… если она забеременеет от кого-то вроде тебя?

В гостиной резко похолодело. Лиза, которая только-только начала восстанавливать сбитое дыхание, кажется, вообще перестала дышать. Водяра подалась вперед, жадно ловя каждое мое слово.

Я усмехнулся. Вопрос с подвохом, но ответ ей понравится.

— Забеременеть от меня, это будет покруче, чем просто девять месяцев с солеными огурцами и токсикозом побегать. В общем, если мягко, я помещу в вас ядерный реактор, — я убрал зубочистку и сложил пальцы домиком, подрубив профессора хтонических наук. — Волчонку Бездны нужно много энергии. Если мать будет слабой, плод просто выжрет её ману изнутри и оставит от нее сухую, мертвую шкурку.

Глаза Лизы выкатились так далеко, что чуть не шлепнулись ей на колени. Она издала звук, что-то среднее между икотой и предсмертным хрипом.

— Однако, — веско добавил я, поднимая палец. — Человеческая тушка штука хитрая, а моё Семя работает еще и как жесточайший буст. В нём часть моей божественной души, которая навсегда перейдет к матери. Чтобы носительница не сдохла от истощения, кровь плода начнет агрессивно перепрошивать её Ядро. Принудительная мутация, каналы станут толще и прочнее, восприимчивость к магии улетит в небеса. Да, первые пару месяцев мать будет ломать так, будто по маме каток ездит. Зато на выходе…

Я замолчал, хищно осклабившись.

Анжелика перестала дышать. Ее пальцы, лежавшие на коленях, медленно сжались в кулаки. Огонек в ее зрачках вспыхнул с такой силой, что мне на секунду стало жарко.

— То есть… — её голос дрогнул, но не от страха, а от осознания безграничных перспектив. — Мое Ядро мутирует. Я не просто выживу, а стану сильнее?

— Твое Ядро разовьется так, что старое покажется тебе детской хлопушкой, — кивнул я, небрежно пожав плечами. — К моменту родов ты сможешь сжигать городские кварталы щелчком пальцев. Матери дается сила, чтобы она могла порвать любого, кто сунется к Щенку Стаи. Да, будешь мощнее своего бати раз эдак в пять.

Секунду Анжелика переваривала информацию. Затем ее плечи расправились. В глазах блестел аристократический лоск пополам с амбициями.

Она медленно повернула голову к стоявшей в дверях Диане-Мелкой. И выдала ей самую ядовитую, торжествующую и победную улыбку, на которую только была способна элитная сучка из благородного Рода. Мол, съела, истеричка с рассадой?

Диана на это лишь фыркнула.

— Ну-ну, не зазнавайся, птичка, — заметила Ди. — Ещё не факт, что Семя брата захочет прижиться в ком-то вроде тебя.

Анжела резко поднялась. Подошла к моему креслу и, ни мига не сомневаясь, оперлась руками о подлокотники, нависнув надо мной. В вырез её изумрудного платья можно было провалиться, как в бездну, и я откровенно, по-хозяйски, этим пользовался, оценивая взглядом свои владения.

— К черту папеньку. К черту этого позера Златогорова. К черту вообще всю родовую дипломатию, — чеканя каждое слово, заявила Анжелика на всю комнату. Затем понизила голос до хриплого шепота. — Слышишь меня, Альфа? Сегодня ночью мы запираем спальню на третьем этаже. И будем строгать тебе наследника, пока матрас не расплавится. Возражения не принимаются.

Диана Андреева подскочила на кресле:

— Эй! Я первая в очереди вообще-то! Я первая и по старшинству, и тут вообще первая поселилась!

— Спокойно, медуза, в очередь, — отмахнулась Анжела, не отрывая от меня горящего взгляда. — Родовой Огонь пойдет первым. Смирись.

На диване заскулила Лиза. Бедная деваха обхватила голову руками, раскачиваясь из стороны в сторону. И негромко бормотала под нос:

— Они долбанулись. Они все тут вкрай долбанулись… Монстр-людоед говорит, что разорвет им матку своим Семенем… а эти две элитные дуры… дочери Кланов… спорят, кто пойдет к нему залетать первой… Господи-боже, роди меня обратно, пожалуйста, забери меня отсюда, я хочу чистить вольеры у гидр до конца жизни…

Я откинул голову на спинку кресла и искренне, до хрипа в груди, заржал.

Отец, ты это видишь? Заселение захолустья Мультивселенной идет строго по плану. Женщины просто шикарные, с идеальным градусом безумия.

Диана-Мелкая шумно втянула воздух носом, отлипая от косяка. Огонь в глазах вспыхнул пожаром, лозы хищно зазмеились по ковру.

— Ах ты, спичечная шлюшка… — прошипела сеструха, медленно шагая в сторону Анжелы. — Матрас она плавить собралась? Слушай сюда, губошлепка… если в моей спальне за стенкой гарью потянет, я в твой… мутатор такую колючую клизму вставлю, неделю в туалет кактусами будешь ходить!

Анжела гордо выпрямилась, зажигая на кончиках пальцев пламя. В воздухе мелькнул контур огненного кнута.

Диана-Водяра попятилась. Она вытянула из стакана с чаем влагу и слила её в тонкие, как бритва, водяные хлысты. Лиза сползла на пол и свернулась в позу эмбриона, молясь всем богам.

Диана-Волчара оскалилась, готовая нырнуть в замес в любой момент.

— Девочки! — я радостно хлопнул в ладоши, прерывая грызню внутри Стаи. — Посуду не бить. Мелкая, прячь тентакли, нам еще к Медведевым ехать, вот тогда и распустишь их по самое не балуй. Жены, спальню обсудим после того, как мы с сестрой ограбим самый крутой сад в этом вонючем городе.

Я поднялся, поправил воротник рубашки, довольно потянулся, разминая кости, и подмигнул трясущейся на ковре Лизе.

— Привыкай, новенькая. Добро пожаловать в Стаю. У нас тут уютно. Иногда.

Я пару раз звучно похлопал в ладоши, окончательно развеивая всю романтику наших будущих спариваний в стиле «хтонь». Гарем гаремом, но Стаю нужно кормить, а Логово защищать.

— Так, гормональный фон на паузу, девочки. Переходим к умным вещам, — я уперся локтями в колени, подавшись вперед. — Огонек, ты у нас тут на Старшую Жену претендуешь, ага? Отлично. Значит, от тебя не только наследники, но и иная польза должна быть. Знаешь что интересного по Разлому Медведевых?

Анжелика моментально переключилась. Истеричку как ветром сдуло, на её место села хладнокровная стерва с дипломом светской интриганки. Она одернула юбку живого платья и плавно опустилась назад в кресло.

Диана тоже вернулась на своё место, сверкнув глазами.

— Смотря как ты собираешься туда зайти, Ярик. Если по привычке, выбивая дверь головой и пережевывая охрану, то забудь. Увязнешь, — она скрестила руки под пышной грудью. — Внешний периметр у них держат химерные твари-локаторы. Эти выродки унюхивают чужую силу за три километра и сразу воют. Медведевы за свою кормушку трясутся знатно.

Диана-Мелкая, стоявшая у двери, презрительно фыркнула.

— Псины-нюхачи? Ой, напугали енота печенькой. Я им в ноздри закину споры от Пушка. Они свои собственные мозги через уши вычихают.

— Прибереги пыльцу, истеричка, — парировала Анжелика, даже не повернув головы. — Система у них параноидальная, да. Но из-за перенасыщения Разлома периодически они обязаны глушить внешний щит и вырубать тварей для сброса опасной маны. Иначе у них там весь воздух в суп превратится. Техническое окно длится часа два, не больше.

— Красиво стелешь, спичка, — я уважительно присвистнул. А Огонек-то не просто так по балам шастала. Шарит.

— Это еще не всё, — Анжела самодовольно улыбнулась, снисходительно поглядывая на других девушек. — Мы как-то раз с Сонькой Златогоровой выпили по две бутылки эльфийского абсента на вечеринке и решили на слабо залезть к Медведевым в оранжерею… орхидеи пофоткать. Там есть слепая зона у служебного входа, где дерьмо всякое вывозят. И пароль от сервисного шлюза никто не менял лет пять. Вбиваешь на старой панели «Ботаник-77» и ты внутри.

Диана-Мелкая, до этого сверлившая Анжелику злым взглядом, вдруг одобрительно хмыкнула.

— Эльфийский абсент, взлом с проникновением по пьяни и слив кодов доступа? Знаешь, губошлепка… а в тебе есть что-то от нашего с братиком стиля. Плюс десять баллов Гриффиндору. Так и быть, после того как родишь братику наследника, я прикончу тебя быстро.

И хрен поймешь, шутит она или говорит серьезно. С Ди всегда так.

Я довольно потер руки.

— Вот это я называю командной работой. Глядишь, скоро у нас на руках будет готовый план.

Пока мы планировали рейдерский захват чужой собственности, Лиза Голубева тихонечко отползла на карачках к стене и попыталась мимикрировать под фикус. Но нюх хищника обмануть было сложно: она боялась уже не так сильно, судя по ее химическому составу в крови.

В конце концов она пыталась вынести нас с Ди в группе дерзких студентов и отомстить за сестру. Она точно не трусиха. Первый шок прошел.

— А теперь переходим ко второму пункту нашей планерки, — я перевел тяжелый взгляд на новенькую. — Голубева-младшая. Подъем.

Лиза пискнула и судорожно выпрямилась, прижимаясь спиной к обоям.

— М-мы ведь договорились, д-да? Никакого пожирания? Я же теперь, типа… ваша?

— Пока ещё думаю, — с милой улыбкой ответил я. Чёрный Желудок внутри равнодушно буркнул, подтверждая, что металлокинетик по вкусу как ржавая батарея. — В любом случае, халявщиков в Стае я терпеть не намерен. У нас тут, знаешь ли, не база отдыха для морально травмированных аристо. Магия металла, значит?

Она быстро-быстро закивала.

— Отлично. В подвале у нас прямо сейчас сидит пленный мальчик-кирпич, Демид. Парниша перепуган, демотивирован и потеет так, что им можно огород поливать. Но земляной дар у него что надо. Ты, голуба моя, сейчас спускаешься к нему на минус первый этаж.

Лиза нервно сглотнула.

— Берешь Демида подмышку и вкратце даешь ему расклад. Я хочу, чтобы до того, как Чистильщики решат навестить нас снова, наше Логово превратилось в Крепость плюс Бункер. Под стать нашей Стае, — я отчеканил это голосом прапорщика перед расстрельным взводом. — Демид понимает породу. Ты чувствуешь жар и сталь. Так что жду от вас подробного плана по укреплению нашего Логова. Чтобы даже муха от КМН не пролетела. Если будут вопросы, спрашивайте Бориса либо Корнея.

— Но… Волков! Я аристократка! — жалобно пискнула она, непроизвольно перейдя на плаксивый фальцет. — Меня учили магии Металла для изящных дуэлей на рапирах! Я могу выплавить из монеты брошь! Но я же… я же не строитель! Не прораб! Я не умею класть арматуру и месить цемент! Анжела, ну скажи ему! Я же ноготки сломаю!

Она бросилась к сестре, ища защиты от «сумасшедшего монстра, который заставляет аристократию работать на стройке».

Анжелика медленно поставила чашку на стол. Взглянула на свой безупречный маникюр. А затем подняла на сестру абсолютно стальной, безжалостный взгляд истинной Матери Клана.

— Прекрати ныть, Лиза. Закрыла рот, подобрала сопли и пошла надевать рабочую робу. Там в коридоре дедовы комбинезоны висят.

— Анжела⁈ — Лиза смотрела на нее, как на предавшую всё святое еретичку.

— В этом мире выживают те, у кого крепче стены, сестренка. Дуэли на рапирах оставим мертвецам, — жестко припечатала Анжелика, повелительно указав тонким пальцем в сторону двери, ведущей в подвал. — Если мой мужчина сказал, что ему нужен стальной бункер, значит, к утру тут будет гребаный форт Нокс. Иди работай, Лиза. Мы тут вообще-то Великий Род строим.

Я аж залюбовался. Какая осанка, какой тон. Анжела отрабатывала свою роль на сто двадцать процентов. Диана-Мелкая, не выдержав, одобрительно хлопнула Голубеву-старшую по плечу.

Сеструха вспыхивала быстро, но и оттаивала тоже очень быстро. Скорей всего она уже и забыла, что Голубева десять минут назад назвала ее бешеным енотом.

— Вот это мне по душе, меньше срача, больше дела, — усмехнулся я, поднимаясь с кресла. — Ладно, девчонки, вы тут распределяйте прорабские должности, а мы с Мелкой идем набрасывать бизнес-план по рейдерскому озеленению. Завтра высыпаемся, послезавтра берем штурмом «Северный Ветер». Всем работать. Стая сама себя не прокормит.

Анжелика и Лиза

Шаги тяжелых ботинок Яра и цоканье каблучков его сестры-психопатки стихли в конце коридора. Хлопнула входная дверь. Диана Андреева, еще раз настороженно заглянув в пустой коридор, упорхнула на второй этаж с таким одухотворенным лицом, словно шла готовить алтарь для жертвоприношений, а не расстилать постельное белье.

В разгромленной гостиной остались только две дочери Рода Голубевых.

Лиза выждала секунд десять. Затем сорвалась с пола, как ужаленная, метнулась к приоткрытой двери, выглянула в щель, убедилась, что никто не греет уши, и подлетела к Анжелике.

— Анжела… — Голубева-младшая схватила сестру за край живого изумрудного платья, понизив голос до панического свистящего шепота. — Анжела, скажи мне, что ты играешь! Я сейчас в обморок упаду. Ты же не серьезно всё это⁈ Про матрасы, про беременность… Умоляю, скажи, что у тебя не поехала крыша от стресса и ты просто тянешь время для побега!

Анжелика Голубева медленно перевела взгляд на вцепившиеся в неё пальцы сестры. Лиза испуганно отдернула руки.

Старшая сестра аккуратно взяла со стола остывшую чашку чая и сделала крошечный, аристократичный глоток. Куда-то разом испарились и наигранная страсть из голоса, и покорность, и показная ревность самки за место в гареме.

Маска влюблённой наложницы стекла с ее лица, обнажив то, что пряталось под ней всегда — холодную, безжалостную, расчетливую дрянь из высшего общества.

— Поехала крыша? — Анжела криво усмехнулась, отставляя чашку. — Лизок, солнышко. Я никогда в своей гребаной жизни не мыслила так кристально ясно, как в эти последние двадцать минут.

Лиза ошарашенно захлопала глазами, плюхнувшись на диван.

— Это не безумие. И уж точно не стокгольмский синдром, которым ты тут пыталась себя успокоить. — Анжелика скрестила руки на груди, её глаза опасно блеснули. — Это лучшая сдача карт в покере, которая мне когда-либо выпадала.

— Покер⁈ Ты собралась залететь от каннибала, который ест чужую магию!

— И именно поэтому я выиграю при любом раскладе. Следи за руками, сестренка, — Анжелика подалась вперед, перейдя на сухой, деловой тон акулы бизнеса. — Сценарий «А». Этот монстр прет напролом и пережевывает местный филиал КМН. Ты видела, как он плюет на законы физики. Если у него получится задуманное, он раздавит надзорные органы, сожрет все патрули и в конечном итоге подомнёт под себя все Рода Северогорской области. И кто я тогда? Я его Старшая Жена. Мать его гребаного первенца-наследника с хтонической силой. Я получу такую власть и такое влияние, что наш надменный папаша будет стоять на коленях в моей приемной и умолять выбить ему квоты на торговлю!

Лиза завороженно слушала, как её сестра в красках рисует картину тотальной семейной диктатуры.

— А если сценарий «Б»? — мрачно спросила Лиза. — Допустим, он зарвется. Допустим, Империя обидится всерьез, стянет сюда не местный спецназ, а регулярную армию из столицы и просто расщепит его на атомы ковровой бомбардировкой. Либо просто пришлет боевого Архимага, либо отряд Истребителей.

Анжела торжествующе хмыкнула.

— И что тогда? Я остаюсь беременной от ликвидированной угрозы S-класса. Для всего этого тухлого высшего света я кто? Правильно: трагическая жертва. Невинная пленница-аристократка, жестоко обесчещенная диким зверем. Отцу придется сожрать свою гордость и вымаливать мне реабилитацию. А мой хваленый жених… О, Ратмир Златогоров вообще окажется в роскошном капкане!

Анжелика коротко, хищно рассмеялась, предвкушая унижение бывшего суженого.

— Либо Ратмир с позором публично разрывает брачный контракт, и тогда я свободна от него раз и навсегда! Либо Клан Златогоровых из страха потерять лицо будет вынужден принять «жертву» и стиснуть зубы. Ему придется растить в своем родовом гнезде моего бастарда! Ребенка с божественной генетикой, усиленным Ядром, который годам к двадцати просто по праву сильного отожмет титул Патриарха у своих же сводных братьев! Слышала, что Волков сказал про мутацию Ядра матери? — Анжела любовно погладила себя по животу. — Я стану сильнейшим магом за его счет. При любом раскладе, Лизок, я остаюсь в гигантском, жирном плюсе. Мой личный лифт на вершину.

В гостиной на несколько секунд повисла тишина. Лиза с шумом выдохнула, обмякнув на диване. Все мышцы в её теле расслабились. Наконец-то мир обрел понятные очертания. Политика, жадность, интриги, предательство, использование любых ресурсов ради выгоды.

— Слава богу… — слабо пробормотала металлокинетик, истерично хихикнув. — Господи, Анжелочка, как же я тебя люблю. А то я всерьез подумала, что этот зверюга одурманил тебя своими первобытными мужицкими феромонами, и ты превратилась в безмозглую овцу.

Улыбка сошла с лица Анжелики. Она строго посмотрела на сестру.

— Кстати, об овцах. Будь крайне осторожна с этой нашей «сестрой по несчастью» Андреевой.

Лиза вопросительно нахмурилась.

— Диана, как этот кобель ее называет, «Водяра», не такая как мы, — понизив голос, предупредила Анжелика. — Нам-то с тобой понятно: сегодня Волков сильный, мы с ним. Завтра он проиграет, мы воткнем ему нож в спину, а потом состроим заплаканные мордашки для прессы и КМН. А эта дурочка, говорю тебе, реально в него втюрилась. Он вырвал гниль из её легких, и теперь она смотрит на него, как на ангела божьего. И она легко перережет нам глотки во сне, если заподозрит, что мы плетем интриги против ее ненаглядного Альфача. Так что держи ушки на макушке, Лизонька. Слушай, запоминай, ищи новые возможности. Мы тут ходим по очень тонкому, зубастому льду.

Голубева-младшая серьезно, по-взрослому кивнула, впитывая урок выживания.

Анжела элегантно поднялась из кресла, одергивая подол. Платье довольно мазнуло бархатным черным листиком по ее бедру.

Огневичка бросила на Лизу суровый взгляд старшей сестры.

— Ну, а пока суд да дело… нам нужно просто дожить до утра. Альфа приказал строить бункер, значит, мы строим долбаный бункер. — Анжелика скрестила руки на груди. — Так что отрывай свою благородную попоньку от дивана, Лиза. Ты пляшешь в сторону подвала в ритме вальса.

Лиза болезненно скривилась, с тоской посмотрев на свой французский маникюр.

— Да, милая. Ручками, — жестко припечатала Анжела, отсекая любые пути к отступлению. — Потом, цементом и металлоломом. Забудь про изящные дуэли на школьном дворе. Если ты хочешь однажды получить такое же шикарное платье с подиума Бездны, спать в безопасности и хотя бы наслаждаться чашкой чая по вечерам — тебе придется повкалывать, родная. Иди и покажи этому сопливому студенту-архитектору Демиду, что такое хватка Клана Голубевых.

Лиза тяжело, обреченно вздохнула. Поправила помятую дорогую блузку, поднялась с дивана и ссутулившись поплелась в темный коридор. Прямо навстречу подвальной сырости, орущему деду Корнею и пленному Демиду.

Она докажет свою полезность, и может быть, её не съедят на завтрак.