Шагая в сторону «Арго», Копылов снова и снова счастливо улыбался, с его плеч словно слез какой-то противный карлик, и не только дух, но и тело ощущали удивительную бодрость.

Возле ДК его поджидали двое: Глотов в своем «пежо» и вышагивающий у входа Жорка. Сделав ему знак подождать, Алекс свернул в сторону и сел в машину своего нового куратора.

— Ну вот, я готов, — показал Глотов диктофон. — Прямо здесь или отъедем куда?

— А как насчет явочной квартиры?

— Бюджет пока не позволяет (все-таки этот лейтенант или старлей был полон приятного позитива).

— Сегодня к большим монологам я совсем не готов. И так сильно опаздываю. Давай лучше сначала созваниваться. Это тебе. — Алекс протянул копию кассеты своего выступления перед Демко и обоими Стекловыми. (Кассета была предназначена Никите, ну ничего, будет ему еще одна копия.) — Тут моя тронная речь перед вражескими заказчиками. Как они хотели меня продинамить. Для твоего отчета самое то. Кстати, подумай, может, есть смысл тебе со своей девушкой поближе внедриться на наши клубные презентации. Вдруг Свирид добро даст.

— С какой девушкой? — автоматом среагировал Глотов.

— Ну если нет девушки, бери с собой бойфренда, — и хохоча от собственной шутки, Алекс вылез из «пежо» и потопал к Жорке. Тот специально свернул за угол ДК, чтобы из «пежо» не было видно.

— Это еще кто такой?

— Смена караула. Нас теперь пасти поручено совсем зеленому куратору.

— А, ну ладно. Что происходит, можешь сказать?

— Могу, но потом, — улыбка не сходила с лица Копылова. — До вечера я твой.

— Ага, мой! Там целая толпень на тебя стойку сделала.

— Нам ли быть в печали, — беззаботности Алекса ничто не могло помешать.

Удвоенной продюсерской силой они двинулись навстречу толпени. Питерский штаб разместился в конференц-зале ДК, на огромном столе лежали подготовленные афиши, постеры, эскизы. В углу на отдельном столике уже стоял четырехведерный самовар, три чайничка с разными заварками и большое блюдо с сушками (как заказывали, сэр). Питерская чертова дюжина чуть поредела, уехали домой обе машины. Не было и Банкирши, зато присутствовали Никита Стеклов с клубным бухгалтером и Леночка, дабы быть под рукой у нового босса.

Не откладывая дело в долгий ящик, Пан Директор приступил к замечаниям и распоряжениям: забраковал половину афиш и постеров (вполне заслуженно), осадил Ивина с его запросами по осветительной и звуковой аппаратуре (везите свою), возмутился, что нет красочного проспекта «Арго-ньюс», провел назначения (кто за что отвечает), приказал установить по третьему этажу две видеокамеры (бдить за выставочными ценностями так бдить). Народ внимал самым усердным образом, чувствовалось, что не только театральщики, но и остальные относились к московским гастролям, как к своему звездному часу, который никак нельзя провалить.

Бухгалтерша клуба между тем пару раз толкнула под локоть Никиту. Но быстрей финдиректора на ее телодвижения среагировал Алекс:

— Я так полагаю, что вопрос нашего ресторанного пропитания остается пока не решенным. Предлагаю сегодняшний завтрак и обед вычесть из моей зарплаты, а начиная с ужина все платят за себя сами. Единственная наша привилегия — мы проходим на ночные пляски без входной оплаты. Годится?

— Я именно это и хотела предложить, — смущенно призналась бухгалтерша.

— А я так мечтал на халяву устрицы заказать, — под общий смех посетовал Жорка.

— Переходи на чай с сушками — они точно на халяву, — заметил кузнец Вакула.

Допив халявный чай, пошли по предназначенным для великого культурного действа точкам: трем выставочным залам, двум видеозалам, метательному тиру, боксерской и ратоборской студиям, компьютерной редакции. То есть всему тому, чего еще не было в наличии.

После обхода Алекс, Хазин, Лара, редактор «Арго-ньюс» Владик плюс Никита уединились в Директории утверждать программу первой недели. Свой клубный сезон они собирались открывать «Лавкой Поэта», затем выставкой-продажей холодного оружия и метательным тиром, но сейчас у главного босса было другое мнение:

— Лучше вначале поставить выставку-продажу, второй день — тир, а уже третий — «Лавка Поэта». Во-первых, с поэтами нет уверенности, что все пройдет чинно и гладко, во-вторых, надо их хоть немного отвлечь от водочных возлияний, поэтому после первого бокала шампанского поведем их сначала на выставку, потом в тир, чтобы все утонченные поэтессы могли всласть саперную лопатку побросать.

— Логика, конечно, железная. Но я уже объявил в «Светлобесе», что в воскресенье в «Арго» презентация «Лучших поэтов», — сердито заметил Жорка.

— Значит, выставку-продажу на пятницу, — Алекс не видел в этом особых проблем.

— Это же послезавтра, — озвучила Лара.

— На выставке на все ценники ноль дописать.

— Кто ж тогда это купит? — сделала большие глаза Лара.

— Тот, кто в бутиках выбирает самое дорогое, — рассудил Алекс. — Кстати, всем напрягать свои московские связи, чтобы завлечь на открытие хоть какую-то публику.

Отпустив Никиту, они втроем занялись составлением первого выпуска «Арго-ньюс». Тут уж властвовал Жорка, так что Пану Директору пришлось пару раз осечь его: «Ты у нас здесь будешь наездами, а Владику все самому вести, ему и право первой ночи».