Чтобы проверить работу Курца (в которой я не сомневался, но нельзя же пускать всё на самотёк; если ты начальник, то должен держать руку на пульсе и всё контролировать — такая работа), я собрал шесть человек. Четверо парней и две девушки, все из разных военных спецподразделений, выделенные для моего отдела и прошедшие инструктаж. Каждый из них понимал, на что подписался и с чем может столкнуться. И непременно столкнётся, чего уж там. Потому что эмиссары не потенциальная опасность, а самая что ни на есть настоящая угроза, с которой им придётся бороться, рискуя жизнями. Наверняка некоторые даже погибнут. А вот чтобы максимально снизить эту вероятность, нам и требовалось самое совершенное оружие и лучшие доспехи.

Первым делом, когда добровольцы выстроились передо мной по стойке «смирно», я толкнул короткую речь:

— Товарищи, полагаю, вы все ясно осознаёте, что нашему отделу предстоит оказаться на острие меча, который будет разить врага. Кто он, вас уведомили. Никто не держит вас в неведении, ибо вам предстоит рисковать жизнями, и вы должны чётко осознавать, с чем столкнётесь. Твари, которых вы будете убивать, крайне опасны. Чтобы их уничтожить, требуются не только боевые навыки, которыми вы обладаете. Нужно оружие и нужна защита. Каждый из вас ценен и трудно заменим. Вы не расходный материал, а герои, которые встанут на защиту не только нашей Родины, но и всего человечества. Даже больше того — всех миров. Ибо враг нацелен на массированную экспансию и сам не остановится. Он не знает пощады, жалости или милосердия. И вы не долны их знать. Товарищ Курц работает с нами и сейчас представит усиленное магией оружие, с которым вам придётся работать. Чем быстрее вы им овладеете, тем лучше. Отряды Спецотдела должны быть максимально эффективны как с точки зрения людских ресурсов, так и оснащения.

Одна из девушек подняла руку.

— В чём дело? — спросил я.

— Разрешите вопрос!

— Слушаю.

— А вы сами служили? Воевали?

Вопрос хороший. Так-то я и служил, и воевал, вот только в другом мире. И рассказывать об этом нельзя. Но и девушку понять нетрудно: их отдали под командование юнца, у которого боевого опыта, вроде как, и быть не может. А он тут толкает мотивационные речи и рассуждает на тему рисков.

— Это секретная информация, — неожиданно пришёл мне на выручку Курц. — Спецподготовка вашего начальства вас не касается, — это адресовалось всем добровольцам, которых орк обвёл суровым взглядом. — Всё, что вам нужно знать, так это то, что товарищ Громов уже убил больше эмиссаров, чем вы видели.

— Спасибо, товарищ Курц, — кивнул я. — Ещё вопросы есть?

Их не было.

— Отлично. В таком случае приступим. Товарищ Курц, прошу. Вы занимались улучшениями, вам и флаг в руки.

— Сюда, ребятки, — махнул рукой гратх и направился к стойке тира, на которой были разложены улучшенные пушки, что я выбрал в арсенальной для экипировки отрядов Спецотдела.

Как только добровольцы выстроились перед стойкой, орк взял одну из пушек, которая в его ручищах казалась не такой уж и большой.

— С этой игрушкой вы уже отлично знакомы, — проговорил он, переводя взгляд с одного бойца на другого. — Пристрелялись, приноровились. Теперь придётся всё начинать сначала. Потому что я наложил на них руны усиления. Это повысило их прочность, скорость перезарядки и — главное — мощность. Смотрите сами.

С этими словами он поднял оружие, упёр приклад в плечо, застыл на пару секунд и нажал на спусковой крючок.

Из ствола вырвалась размазанная красная линия, оканчивающаяся пульсирующим сгустком энергии. Промчавшись строго по прямой, она вонзилась в выставленный в качестве мишени старый бронетранспортёр. Не было взрыва или огня. Вместо этого, борт автомобиля стремительно покрылся светящейся алой паутиной, а затем разлетелся на сотню кусков. От машины остались разве что колёса.

Бойцы издали дружный восхищённый вздох.

— Класс! — прошептала одна из девчонок.

— Разговорчики! — рявкнул орк, заставив добровольцев вздрогнуть и вытянуться по струнке. — Вам тут не балаган и не аттракцион! Мы не в парке развлечений лупим по резиновым утятам! Броневик, по сравнению с эмиссаром, ничто. Так, мелочь. Вам придётся сделать не один такой выстрел, чтобы его уничтожить, особенно, если попадётся особь на последних стадиях развития. Эти твари ещё и регенерировать умеют, причём, довольно быстро. Но главное — они, в отличие от этой мишени, на месте не стоят! — тут Курц сгрёб лапой со стойки рацию, нажал кнопку и проговорил в микрофон: — Запускайте движущиеся цели! Отряд, разобрать оружие!

Бойцы немедленно схватили пушки и встали на изготовку.

— Это что за такое⁈ — взревел гратх. Казалось, даже воздух содрогнулся вокруг бедолаг. — Вас откуда понабирали вообще⁈ А проверить оружие⁈

Добровольцы принялись поспешно выполнять приказ.

— Один-единственный сбой, любая неисправность, и вы покойники! — распалялся тем временем Курц. — А вы даже не знаете, что у вас в руках! Это позор, солдаты!

В это время на полигоне появились летящие в полутора метрах над землёй шары. Явно ими управлял кто-то из одарённых.

— Перед вами специальные мишени, — проговорил Курц, махнув в их сторону рукой. — Усиленная броня и программа, имитирующая движения эмиссаров, воссозданные на основе видеозаписей. Каждый из вас должен сбить хотя бы по одному, иначе можете убираться ко всем чертям!

Права выставлять бойцов у гратха, конечно, не было. Но бойцы этого не знали, а я, само собой, промолчал. Мотивация орка действовала на них явно лучше, чем моя речь.

Добровольцы принялись лупить по шарам, и воздух наполнился красными светящимися росчерками. Мишени же постоянно двигались, и уже через несколько секунд я понял, что они, действительно, имитируют прыжки и пробежки эмиссаров. Причём, довольно точно. Требовалось привыкнуть и понять, как именно двигаются шары, чтобы предугадывать, где они окажутся в следующий миг. Я, кстати, понимал это почти каждый раз, а вот у бойцов возникли проблемы.

Две мишени оказались сбиты в течение минуты, но остальные метались по полигону, уворачиваясь от алых зарядов довольно успешно.

— Товарищ Громов, покажите этим салагам, как надо! — рявкнул Курц, сжимая кулаки.

Такой подставы я не ожидал. Но делать было нечего.

Взяв со стойки пушку, быстро убедился, что она не повреждена и заряжена, упёр приклад в плечо, вдохнул, выдохнул, расслабился и навёлся на один из шаров. Он только что прыгнул раз, другой, третий, а затем двинулся вперёд. Был бы это эмиссар, непременно пробежал бы несколько метров прежде, чем снова начать скакать. Взяв чуть дальше и выше, я нажал на спусковой крючок. Алый росчерк вонзился в цель, покрыв её паутиной и превратив в пару десятков разлетающихся осколков.

Отлично! Как минимум, репутацию истребителя эмиссаров, которой наградил меня гратх, я не уронил.

Переместив оружие влево, навёлся на другой шар. Тот как раз опустился к земле, имитируя подготовку чудовища к прыжку. Значит, надо взять выше и под углом. Как только мишень рванулась вперёд и вверх, я выстрелил.

Шар взорвался, как стеклянная ёлочная игрушка, в которую засунули петарду.

— Ну, хватит! — сказал Курц. — Оставьте что-нибудь и этим недоделкам. Пусть покажут, что хоть на что-то годятся, кроме как стать кормом для эмиссаров!

Уж не знаю, что именно подействовало — мой пример или слова орка — но в течение следующих пяти минут добровольцы разделались-таки с оставшимися мишенями. У каждого на счету оказалась минимум одна.

Курца это ожидаемо не впечатлило.

— Очень мило, что вы умудрились хоть во что-то попасть, — сказал он сварливо. — Но это всё ерунда. Гордиться нечем. Если бы вы промахивались по движущимся мишеням, вас бы тут вообще не было. Поглядим, как вы сможете проделать то же самое в ТЭДах. За мной, малыши!

И он направился в сторону ангара с экзодоспехами.

Когда мы оказались на месте, Курц указал на «Мишек» и сказал:

— Залезайте и синхронизируйтесь. В этих штуках вам придётся драться с эмиссарами, так что я хочу, чтобы вы управлялись с ними так, как если бы они были вашими собственными телами. Знаю, вы уже проходили тренировки в ТЭДах, но эти мощнее и прочнее, так что к ним придётся приноровиться. Товарищ Громов, вы с ними?

Я кивнул.

— Конечно. Надо же проверить, что у тебя получилось.

— Вот и отлично, — он снова повернулся к бойцам. — Мишени, естественно, будут движущимися. Вы едва справились с ними без доспехов. Поглядим, что выйдет в них.

Пока он говорил, добровольцы карабкались по вваренным в броню «Мишек» скобам и забирались в кабины. Я тоже влез в одного. Как только кабина закрылась, и синхронизация с бортовым компьютером была установлена, я сделал пару пробных шагов. Машина двигалась легко, мгновенно отзываясь на поступающие из мозга сигналы. Повернув голову, я окинул взглядом остальные доспехи. К моему удивлению, теперь они были покрыты светящимися рунами — плотно, как орнаментом. Похоже, Курц знатно поработал над ними — надо отдать ему должное. Впрочем, апгрейд ещё предстояло оценить.

Бойцы проделали несколько различных движений, предписанных инструкцией, чтобы привыкнуть к новым «телам». Я тоже. Вес машины совершенно не ощущался. Я словно стал намного выше — только и всего.

Курц сделал руками знак выходить из ангара, и машины потянулись к воротам. Орк в это время поднёс ко рту рацию, его губы зашевелились, отдавая команду.

Оказавшись на полигоне, мы сразу увидели мишени: имитирующие телосложение эмиссаров на предпоследней стадии преобразования роботы расхаживали по площадке, перебирая суставчатыми конечностями. Я и не знал, что у нас такие есть. Похоже, какое-то новшество, созданное специально для тренировок личного состава вести боевые действия против пришельцев. Роботы, правда, были сделаны из белого пластика и угрожающе не выглядели.

— Начинать по моей команде! — раздался внутри кабины голос Курца, переключившегося на канал связи с ТЭДами. — Ваша задача — уничтожить цели и не дать им добраться до вас. Тот, кого коснутся мишени, будет считаться убитым. А следовательно — бесполезным. Надо пояснять, что это значит? Нет? Вот и отлично! Три… два… один!

Тотчас имитирующие эмиссаров роботы пришли в движение. На первый взгляд казалось, что они хаотически мечутся по полигону, но я сразу понял, что мишени атакуют. Просто они не ломились напролом, а перемещались в пространстве, затрудняя прицеливание.

Бойцы открыли огонь, одновременно рассредоточившись так, чтобы стрелять, не мешая друг другу и в случае необходимости прикрывать соседей. Сразу чувствовалась военная подготовка. Возможно, некоторые даже успели повоевать в таких доспехах. Я обратил внимание, что двигались «Мишки» куда шустрее, чем прежде. Но меня интересовало, как они держат удар. А роботы не походили на конструкции, которые могут сравниться в силе с эмиссарами.

На каждого бойца приходилось по три мишени. Я посчитал это сразу, как мы вышли на полигон. Тех, которые нацелились на меня, я вычислил сразу, а вот другие пилоты ТЭДов лупили, по кому придётся. Они думали, что враг наступает, не имея плана, а это означало, что они не смогут вовремя сосредоточиться на главных целях.

Я навёлся на одного из роботов, предугадал его движение и выстрелил. Пулемёт на руке «Мишки» изрыгнул поток красных светящихся чёрточек, которые ударили в мишень и мгновенно разнесли её. Я тут же переключился на второго «эмиссара». Тому удалось обмануть меня, изменив траекторию движения. Теперь он оказался на пять метров ближе, чем прежде, и явно намеревался ещё сократить дистанцию прыжком. Тут я его и подловил. Как только робот разлетелся на куски, я переместил прицел на третьего, который уже подобрался ко мне совсем близко. «Эмиссар» взвился в воздух, расправив конечности. Я расстрелял его практически в упор.

У остальных бойцов дела шли похуже. Нет, они примерно представляли движения эмиссаров, и несколько роботов уже были повержены, но остальным удалось приблизиться и атаковать ТЭДы.

Тут-то я и увидел, для чего нужны были руны гратха — помимо ускорения движений.

Когда роботы-мишени ударяли доспехи, между их конечностями и бронёй «Мишек» проскакивала ярко-голубая вспышка. Очевидно, она создавала импульс такой силы, что доспехи просто отлетали на пару метров, теряя равновесие и падая на спины.

Не прошло и двух минут с тех пор, как Курц подал сигнал к началу тренировки, а три из шести машин лежали на земле, неуклюже пытаясь подняться.

— Стоп! — рявкнул гратх по связи с «Мишками». — Прекратить огонь. Вставайте, бездельники! Вы все мертвы!

Роботы-мишени двинулись прочь. Их уцелело больше половины. Так себе результат тренировки, конечно.

— Возвращайтесь в ангар! — велел орк.

Когда бойцы покинули машины и выстроились перед нами в шеренгу, Курц прошёлся мимо них, заложив руки за спину.

— Имейте в виду, — проговорил он неожиданно спокойно. — Тех из вас, кто подпустил к себе эмиссаров, спасли только руны. Доспех сам по себе не способен противостоять врагу. Один-два удара он выдержит, но затем вас вытащат из него, как из вскрытой консервной банки. Но с рунами вы можете продолжать бой, если останетесь на ногах.

— Сколько именно ударов выдерживает ТЭД с рунами? — спросил я.

— До пяти. Это предел. В плане прочности сделать больше ничего нельзя. Я постараюсь улучшить ещё и боеприпас, но расход у них большой, так что мне не помешала бы парочка подмастерьев.

— Включу это в план, — кивнул я. — А что за импульсы были у мишеней? Нельзя ли и нам такие же?

— Можно. Они будут установлены на ТЭДы, так что с ними тоже придётся потренироваться. Конечно, это только на случай рукопашки с эмиссарами. То есть — на крайний. Но, как мы только что видели, вероятность, что ни одна тварь не доберётся до наших бойцов, ничтожно мала.

При этих словах Курц обвёл добровольцев яростным взглядом.

— Что-нибудь ещё, товарищ Курц? — спросил я.

— Фургон. Но для того, чтобы его осмотреть, эти горе-вояки нам не нужны.

— Свободны, товарищи, — кивнул я бойцам.

Они двинулись в одну сторону, к выходу с полигона, а меня гратх повёл в другую. Оказалось — неподалёку от ангара с ТЭДами имелся гараж. И броневик, предоставленный Спецотделу, стоял в центре.

— Сразу к делу, — бросил орк, направившись к здоровенному пулемёту на турели, стоявшему в двадцати метрах от машины. — Руны защищают всё, включая колёса. Техника, как на ТЭДах. Зацени, товарищ Громов!

С этими словами он взялся на гашетки и направил тяжёлое оружие на фургон так, словно пулемёт почти ничего не весил. Я быстро шагнул за бронещиток, чтобы не попасть под рикошеты.

Пулемёт яростно застучал, изрыгая потоки свинца. При попадании на машине вспыхнули руны. Пришлось заткнуть уши, чтобы не оглохнуть.

Благо, длилось это недолго: уже через пятнадцать секунд орк остановился.

— Погляди! — сказал он, показав на фургон.

Подойдя к машине, я понял, что Курц имел в виду: на броне не было ни царапины! Даже краска осталась неповреждённой.

— Впечатляет! — искренне сказал я, обернувшись. — Тоже пять атак эмиссаров выдержит?

Орк кивнул.

— Как я и сказал, это предел. Может, со временем получится улучшить, но пока я достиг максимума.

— И это отличный результат, — сказал я. — Такая технология даст штурмовым отрядам приличную фору.

— Рад, — коротко ответил гратх. — Так что насчёт подмастерьев? Мы договорились? Найдёшь, товарищ Громов?

— Куда ж я денусь.

После испытаний на полигоне я занялся укомплектованием отряда Жукова улучшенными ништяками. Нужно было чётко представлять, сколько чего потребуется, и какой объём работ придётся проделать Курцу.

Когда раздался звонок, я не сразу понял, что за окном совсем темно. Взглянул на часы: половина десятого. Вот это я засиделся.

Звонила Кристина.

— Алло, — проговорил я, ответив на вызов. — Как дела?

— Привет. Хорошо. Ты не занят?

— Пожалуй нет. Хватит на сегодня.

— Ты на работе ещё, что ли?

— Есть такое. Увлёкся.

— О! Ну, здорово, когда работа в радость. Слушай, я знаю, что уже поздновато, но не хочешь прогуляться?

— С удовольствием. Где встретимся?

— Я недалеко от Управления. Слушай адрес.

Через четверть часа я уже мчался на аэробайке по опустевшим улицам Москвы. Встреча была назначена рядом, так что добрался я буквально за несколько минут.

Кристина стояла у тротуара. Я припарковался рядом с ней.

— Привет, — улыбнулась она и, наклонившись, чмокнула меня в щёку. — Молодец, что согласился. Есть одно место, в котором тебе обязательно стоит побывать.