Друзья, у нас сегодня раздача бонусов за 1000-е сердечко! Сегодня будет не 2, а сразу 3! главы! Потому не пропускаем, читаем и получаем удовольствие!
Зря, конечно, я надеялся, что нага отпустит меня столь спокойно, не получив ответы на свои вопросы. Потому, признаться, даже не удивился, когда фрау Листен преградила мне дорогу, предостерегающе выставив клинок. Лезвие тускло блеснуло в свете магических светильников, и я на мгновение залюбовался хищной грацией этой женщины, в боевой стойке она была великолепна.
— Всего один вопрос, — произнесла она, и голос её звучал глухо и сдавленно, словно каждое слово давалось ей с трудом. — О какой войне идёт речь, если вы вдруг оказались с моим отцом союзниками?
Она перевела дыхание, и в её глазах полыхнула застарелая, не угасшая за столетие боль.
— Уж мне лучше, чем кому-либо, известно, какая он тварь. Верить ему нельзя. Пойти на союз он мог только под страхом смерти, а как только угроза его жизни исчезнет, тут же предаст, не моргнув глазом. Для него даже родная кровь не стала препятствием для предательства.
Нага покосилась на принцессу Елизавету, всё ещё жавшуюся в углу под защитой Эсрай и Мурки, и добавила:
— Вы сами знаете, что я обязана защищать их. — Фрау Листен указала головой на принцессу, при этом явно подразумевая и уже коронованного императора. — Если вы пошлм на предательство…
— Махарани, — перебил я её, и губы мои тронула лёгкая усмешка. — Как оказалось, не только у вас в прошлом имеются индийские корни. У меня, знаете ли, генеалогическое древо тоже оказалось весьма ветвистым.
Я выдержал паузу, давая ей время осознать услышанное.
— Так вот, союзниками с вашим отцом мы будем в рамках Индийской Конфедерации. В более глобальном смысле союзником Индийской Конфедерации станет Российская Империя во главе с Андреем Алексеевичем. Поэтому вам не стоит опасаться предательства, во всяком случае, с моей стороны.
Я сделал шаг в сторону выхода, давая понять, что разговор окончен.
— Уж простите, большего пока сказать не могу. Опаздываю смертельно. Как вернусь из срочной командировки, мы с вами продолжим этот разговор. Но если не утерпите, можете поговорить с императором. В конце концов, как махарани Шрингар-Кот вы имеете право знать подробности.
Фрау Листен убрала клинки и тут же сменила ипостась на вполне человеческую. Змеиная чешуя втянулась, четыре руки слились в две, и передо мной снова стояла та самая чопорная гувернантка, которую я привык видеть в коридорах дворца.
— Прошу простить меня, князь, за резкий тон, — произнесла она с лёгким поклоном. — И благодарю за своевременное вмешательство.
Я коротко кивнул и взглядом указал фрау Листен на выход. Та оказалась барышней догадливой, мгновенно поняла намёк и взяв за руку принцессу Елизавету, вывела её из кабинета-арены. Следом за ними весело посеменила Мурка, явно находя происходящее забавным приключением, а не смертельно опасной стычкой.
Я же, прикрыв за ними дверь, решил более не возвращаться в Алексеевский зал. А то, зная мою счастливую звезду, обязательно вляпался бы ещё в какие-нибудь разборки, а время и так было на исходе.
Обернувшись к невесте, которую при всех уже неоднократно назвал женой, я взял ту за руку и поинтересовался:
— Тебе нужно что-то захватить для церемонии? Если да, то можем перенестись в городской особняк.
— Да, благодарю, было бы прекрасно, — вдруг официально заговорила со мной Эсрай. Что-то в её голосе заставило меня уточнить:
— Если ты хочешь сменить наряд, и на это понадобятся три камеристки, две горничные и ещё целый штат прислуги для того, чтобы сделать тебя хуже, чем ты есть на самом деле, то давай оставим это на официальную часть свадебной церемонии. — Я слегка сжал её пальцы. — Сейчас мне нужна лишь ты, и ничего наносного.
Эсрай на секунду задумалась, а после махнула рукой:
— Отбой по переносу в особняк. Отправляемся сразу по месту назначения.
Я улыбкой приободрил невесту и крепче сжал её руку в жесте поддержки. У любой женщины где-то на подкорке запрограммировано, что она хотела бы в столь особый день выглядеть краше всех и счастливей. Мне казалось, что уж богиня или дух, имеющие магическую природу и сами по себе являющиеся совершенством, не подвержены подобным установкам. Но, видимо, и духам ничто женское не было чуждо.
Радовало меня то, что Эсрай вполне могла контролировать свои женские порывы, выбирая момент для разговоров и капризов. Сейчас же, видя, что нынче не время и не место, она спокойно изменила свои планы и не стала выносить мне мозг.
Оставался ещё один момент. Планируя провести обряд обмена клятвами у родового источника, я предполагал отправиться не в сам донжон на мысе Нордкин, а подумывал открыть портал прямиком к гробнице первопредка Торвальда Ледяного Великана, бывшего аватаром первостихии Хаоса.
Честно говоря, я слабо представлял, каким образом на проведение обряда может отреагировать сама Первостихия. Расстались мы с Хаосом на минорной ноте, ведь я отказался стать его первожрецом. Потому можно было ожидать всяческих подлянок. Другой вопрос, что подобным ритуалом я вроде бы как и уважил бы Первостихию рода.
Имела значение и сущность моей будущей жены. Будь она человеком, я бы не решился вести её в эпицентр Хаоса. Но она имела несколько иную природу, потому, я надеялся, сможет перенести краткий визит к родовому источнику без существенных осложнений. Правда, я всё же предупредил Эсрай на всякий случай:
— Если тебе вдруг станет нехорошо, не молчи. Мы уйдем.
Невеста несмело кинула, и я открыл портал прямиком к могиле Торвальда, Ледяного Великана Утгарда.
Говоря по правде, Эсрай сейчас выглядела более похоже на скандинавскую воительницу, чем я на северного ярла: серебряные локоны, безупречные черты лица, холодная и смертоносная красота, глаза цвета аметиста! Доспех и оружие с искусной чеканкой и вовсе можно было считать отдельным произведением искусства.
Во мне же очень сильно проявилась кровь отца, с его южной смуглостью и тёмными волосами.
Потому сейчас мы выглядели как олицетворение восточных противоположностей Инь и Ян.
Портал открылся в аккурат у надгробия, но с первого взгляда нас захватило звёздное небо, мерцающее разноцветными всполохами. Река Времени переливалась разными цветами, будто штормовое море поменялось с небом местами и накатывало волну за волной. Мы оказались в совершенно иной реальности, где нас по очереди омывали волны зеленоватого, фиолетового, синего оттенков, оседая каждый раз разноцветными блёстками и пылью.
Я заметил, как Эсрай зябко подёрнула плечами. Ей, в её открытом платье, всей в серебре, было здесь явно неуютно.
— Прими свою истинную форму, — произнёс я негромко. — Я хотел бы, чтобы ты не пряталась в нашем союзе и была тем, кем есть на самом деле.
Эсрай раскинула крылья, тут же завернувшись в них, будто в плащ. Огромные, серебристые, они переливались в свете Реки Времени, и на мгновение она стала похожа на ангела из старых преданий.
— Если тебе здесь дискомфортно, то мы можем подняться наверх, — предложил я.
— Сложно объяснить, — покачала она головой. — Опасности я не чувствую, но… стабильности нет. Как будто вместо того, чтобы расправить крылья, ловить воздушные потоки и парить, я со связанными крыльями кувыркаюсь, и земля всё приближается. А ещё здесь нет луны. От этого мне не по себе.
Она покачала головой и добавила:
— Я надеялась… — но оборвала сама себя: — Неважно.
— Это всё потому, что мы фактически находимся у источника Хаоса, — пояснил я. — А могила, которую ты видишь, это могила первопредка Утгардов, бывшего аватаром Хаоса. Считай, что это такое же подпространство, вроде того, где вы оказались с Шанталь. Мы не задержимся здесь надолго и проведём повторную церемонию в Дюльбере или в столице, как пожелаешь, в полнолуние. Более того, к этому моменту, я надеюсь, мы добудем росток мэллорна, и у тебя появится место. В котором ты будешь как дома.
Эсрай несмело кивнула и уже с большим интересом оглянулась по сторонам. Я же осторожно пробрался между её крыльями и коснулся сцепленных ладоней, лежащих отчего-то на рукояти кинжала. Осторожно, почти невесомо отцепив её пальчики, я взял ладони невесты в свои руки, возвысил голос, и он эхом разнёсся среди ледяного безмолвия, обращаясь не столько к ней, сколько к самой Вечности, внимавшей нам сейчас.
— Я, Юрий Викторович Угаров, князь Утгард и раджа Раджпутана, в прошлой жизни бывший Юрданом Эсфесом, перед ликом Первопредка, пред очами Хаоса и в присутствии духов этого места беру тебя, Эсрайлиннвиэль Олвеннариэль, дочь Луны и Серебра, в законные супруги!
Слова падали в тишину, как камни в глубокий колодец.
— Отныне и навеки соединяю с твоею свою жизнь, свою душу и свою кровь. Клянусь любить тебя в радости и в печали, в силе и в слабости, в сиянии полной луны и во тьме новолуния, покуда бьётся моё сердце и течёт в жилах магия. Клянусь защищать тебя и наших детей от любого врага — зримого и незримого, смертного и бессмертного, — и положить за вас жизнь, магию и саму свою суть, если потребуется.
Я сделал короткую паузу, чувствуя, как подрагивают её пальцы.
— Обещаю уважать твою волю, чтить твою свободу и делить только с тобой кров, очаг и ложе. Вверяю тебе право продолжить мой род и обещаю стать достойным отцом нашим будущим детям.
Памятуя о нашем уговоре, я добавил, и голос мой не дрогнул:
— Если же придёт день, когда чувства одного из нас иссякнут, словно вода в пересохшем русле, клянусь сообщить об этом прямо и без утайки или же отпустить тебя с миром по первому твоему слову, не чиня препятствий и не тая обиды. В этом клянусь кровью, Хаосом и Рассветом, магией кошмаров и всем, что составляет мою суть!
Я резанул ладонь, и кровь заструилась, собираясь в горсти тяжёлыми рубиновыми каплями.
Эсрай заговорила следом, и голос её звучал торжественно, словно гимн луне, — казалось, сам воздух завибрировал в такт её словам, а серебряные всполохи на крыльях засияли ярче.
— Я, Эсрайлиннвиэль Олвеннариэль, дочь Луны и Серебра, хранительница древней крови, перед ликом твоих предков, пред очами Первостихии и под взором небесных светил беру тебя, Юрий Викторович Угаров, князь Утгард, раджа Раджпутана, в прошлом Юрдан Эсфес в законные супруги!
Она выпрямилась, и её аура разлилась вокруг серебристым ореолом.
— Отныне и навеки соединяю с твоею свою жизнь, свою душу и свою кровь. Клянусь любить, уважать и оберегать тебя и тех, кто дорог тебе, ценой собственной жизни, магии и бессмертной сути. Обещаю быть тебе верной спутницей в странствиях, опорой в битвах и утешением в покое. Обещаю продолжить твой род и вскормить его силой Серебра и Луны, древней, как сам мир.
Она перевела дыхание, и в её глазах блеснула решимость.
— Если же настанет час, когда ты пожелаешь свободы или сердце твоё охладеет, клянусь отпустить тебя, не держа зла и не чиня козней за твоей спиной. В этом клянусь силой полной Луны, энергией Серебра, текущей в моей крови, и всем, что составляет суть моей души!
Эсрай также полоснула себе кинжалом ладошку и сомкнула её с моей.
В тот же миг мир вокруг нас взорвался светом, на глазах преобразовавшимся в сферу. Сфера сия мерцала самыми разными цветами: серебром Эсрай, розовыми оттенками магии Рассвета, Хаосом, больше напоминавшим тёмно-сизую дымку, или магией кошмаров, чёрными кляксами скользившей по поверхности. Сила вокруг нас бурлила, пытаясь отыскать энергетическое равновесие, баланс, из которого могло бы появиться нечто новое.
Каждая из магий пыталась взять верх, за пределами сферы бесновались твари из жутких кошмаров, на фоне которых химеры Хаоса уже и душками казались. А между ними смерчами мерцали серебряные элементали, не сдавая позиций.
Эсрай испуганно озиралась, я же видел перед собой только её.
«Всё-таки мне чертовски повезло с супругой», — мелькнула у меня мысль, прежде чем я осторожно обхватил ладонью её подбородок и поцеловал.
Поцелуй вышел тягучий, сладостный, за которым явно должна была последовать первая брачная ночь, но уж явно не в этом месте.
Но не зря я вспоминал про мою счастливую звезду. При мыслях о первой брачной ночи я услышал вежливое покашливание, напоминающее раскаты грома.
— Не хотелось бы прерывать вас на столь приятном моменте, потомок, — с улыбкой заговорил первопредок, высунувшись из-под могильной плиты по пояс и опустив ладонь мне на плечо, — но тебя там вёльва заждалась. Я ей, конечно, объяснил, как мог, что не следует нарушать столь значимый момент, но скоро последний луч солнца растворится в ледяных водах, и вы не сможете добраться туда, куда вам нужно. Посему с первой брачной ночью придётся повременить.
Я с сожалением оторвался от супруги и коротко кивнул, после чего вихрь Хаоса налетел на нас, словно торнадо, разъединив с Эсрай.