Метаясь по особняку и его самым тёмным местам, подобно зверю, запертому в клетке, я не нашёл ни единого признака того, что мою жену похитили или насильно принудили уйти. Что являлось одним и тем же.

Каждая из комнат, что я распахивал, — очередной склеп и гнетущая тишина. В нашей спальне я обнаружил смятую постель и несколько брошенных на неё платьев. Мэриэн явно куда-то собиралась. И нет тестя, а это значило одно — его схватили, а моя жена столь нетерпелива и безрассудна, что, не дожидаясь возвращения мужа, могла пойти в лапы Блэйка добровольно.

— Мэриэн, ты невероятно упрямая, своевольная дурочка... — выдохнул я, стараясь не взвыть зверем в то же мгновение и не порушить всё вокруг. Слуги же заведомо спрятались по углам — не видать ни одного. — Неужели даже Хьюберт отрёкся от своего хозяина?

Это было бы последним предательством в жизни лорда Эшфорда.

— Почему не дождалась меня?

В груди заклокотала бессильная ярость. Очевидно, как белый день — Уильям Блэйк наведался именно в тот момент, когда я искал встречи с Эйбом, строя свою стратегию. Он может не знать обо всём, но то, что меня не было в это время дома, — был донос.

Оглянувшись, мой взгляд зацепился за дорогой платок с монограммой, от которой плеваться хочется. «У.Б.». Уильям, мать его, Блэйк.

— Сукин сын, — прошептал я.

В дверь спальни постучались. Один краткий условный стук. Я даже не заметил, как в коридор прокрался кто-то ещё.

— Господин, — голос Эйба. Он ослушался меня, чего и стоило ожидать. Он тоже чуял неладное с каждым ударом колеса о брусчатку. — К вам посетитель.

Он явно взял на себя роль не помощника командира гвардии северных пределов, а моего камердинера.

— Кого там принесло?! — распахнув дверь, не в себе заорал я. Рвать волосы на голове — вот что пора делать, будучи женатым на этой женщине.

— Посетитель говорит, что прибыл с посланием от леди Мэриэн.

Далее слушать я не стал, рванув вниз к парадной двери. Миновав два пролёта особняка и оказавшись прямо напротив входа, не поверил глазам своим.

«Чудится?..»

Но нет, такого посетителя инкогнито редко увидишь. Пусть скрывает голову под капюшоном, но эти волосы пламенно-рыжего цвета, выбивающиеся из всей королевской родословной, — не забыть.

Сам второй принц наведался в поместье, опальное и небезопасное для его репутации. А этот визит дорогого стоит.

Принц Дорман зашёл за створку двери и, брезгливо отряхнувшись, будто снег его личный враг, лучезарно улыбнулся мне. Без тени беспокойства на лице.

— Ваше Высочество, — я склонил голову, хотя было не до этих условностей. — Какими судьбами?

— Герцог Торн, — принц Дорман прошёл внутрь, с любопытством оглядывая то, что осталось от убранства. — Если беспокойство на вашем лице преследует меня лишь по одной причине — не стоит. Я позаботился о том, чтобы ваша жена была в относительной безопасности. Смелая женщина, прошу заметить. Вам досталась. Завидую по-доброму. Исключительно. Так, о чём это я? Ах да, да... Мэриэн Торн просила передать, что не пострадала ни от чьих рук.

Меня передёрнуло. «Не от чьих» значило — не от рук Уильяма Блэйка и его дочурки. И это не считая самого короля. Сердце отчаянно отбивало ритм, заглушая монолог принца Дормана.

— Где она?

— Во дворце, — Дорман снял плащ, бросил на стул. — Она явилась к Его Величеству сегодняшним днём, не меньше чем через полтора часа после ареста своего отца. Теперь вы понимаете, какое дело закручивается, Магнус.

— Безусловно. — Я сжал кулаки. — Зачем же не дождалась меня, дурочка?

— Сложно найти ответ. Женщины непостижимы. Но она явно хотела любой ценой освободить лорда Эшфорда, что сейчас не представляется возможным даже мне. — Он покачал головой. — Отчаянный шаг. Глупый, но смелый. Ваша жена далека от тех трусих, что прячут лица в надежде привлечь внимание жениха побогаче.

— Что же происходило на приёме?

Принц сел на третью ступень, а я последовал его примеру.

— Безусловно, наш главный интриган и крыса, Уильям Блэйк, был там. — Голос Дормана стал жёстче. — Он убеждал отца, что Мэриэн Торн так же, как и её отец, является никем иным, как шпионом, и что её просто необходимо бросить гнить в темницу подле отца, где им обоим и место. И мой «мудрый» отец... — он помолчал. — Он согласился на сие.

У меня кровь застыла в жилах.

— А после? — охрипшим голосом спросил я, смотря в пол.

— После вмешался я. — Принц посмотрел на меня. — Напомнив отцу о гостеприимстве. Сказал, что леди Торн — жена герцога Севера, а не преступница. И что герцогиня должна остаться во дворце как гостья, пока не выяснятся обстоятельства дела. Удобно же Блэйк всё обставляет. Мастерски.

Я смотрел на него, не веря.

— Зачем же вы этим занимаетесь, намеренно портя себе и без того подпорченную наследным принцем репутацию?

— Ну, пусть я и славлюсь своими «гуляниями», но помню то, о чём все благополучно забыли. Два года тому назад вы спасли мне жизнь, герцог Торн. Помните ли этот случай?

— Покушение на охоте — такая же классика, как и случаи на пиру.

— Мне не забыть, как вы рисковали собой, отдав приказ стрелять на поражение. Даже убийство слуги знатного рода карается законом. А это был младший сын барона Эймда.

— Вы наследник трона, — сказал я. — Не единственный, но всё же наследник.

— Что ж, мы пришли к тому, что я отдал свой долг вам. Частично. — Дорман чуть улыбнулся. — Теперь пришла моя очередь спасать вас.

— Что вы этим «спасением» предлагаете? — у каждого соглашения своя цена, особенно когда жмёшь руку венценосным особам в клятве на верность вне договора на бумаге.

— Союз. — Дорман сел напротив. — Мой отец уже давно слаб умом. Вы сами видели это совсем недавно. Он давно не правит, а только раздаёт невест да приданое, как напьётся на очередном пиру в честь любого события. Не вы ли женились так по его приказу? Вижу, что не пожалели. Есть у вас искра во взоре. Убьёте любого за неё. А Блэйк неформально, но властвует, прогибая под себя знать. Что касается моего возлюбленного брата, наследного принца... — он поморщился, — он глуп, как трухлявый пень отродясь. Так же глуп, как и отец. И полностью под каблуком у Блэйка.

— Знать недовольна, — откинувшись и смотря на лепнину, произнёс я. — Слышал, и уже давно. Но на севере не беспокоятся ровно до тех пор, пока в столице не прогремит первый бунт.

— Считаете, он наступает вам на пятки? Знать пока что недовольна, но молчит, боится. У Блэйка длинные когтистые руки. Но стоит распространить пару слухов среди люда, как сильные мира сего почувствуют, что можно всё.

— Чего вы хотите? Восстания? Крови?

— Без этого смены власти не бывает, старый друг. Я хочу изменить порядок. — Дорман подался вперёд. — У нас есть общий враг, герцог. И это — Уильям Блэйк. Он — наша общая цель, ведь именно так вы спасёте свою жену и тестя. А заодно... — он понизил голос, — заодно отправите Уильяма Блэйка к плахе за все его грехи.

— У меня есть свидетель обмана его дочери, — сказал я.

— В чём же вы её хотите обвинить? — в глазах принца читалось любопытство. Он, как и все, обожал дурные сплетни.

— О, она могла уже объявить себя...

— Опороченной вами? Слыхал этот прелюбопытнейший слух. А с кем же спала эта поистине «одарённая» особа?

— С сыном конюха. И он остался жив.

— Как же можно. — Хихикнул Дорман заговорщически, а я продолжил, не взирая на его наигранность:

— Он подтвердит, как она пыталась соблазнить его и выдать, возможно, чужого ребёнка за моего.

Дорман усмехнулся.

— Это будет великолепный скандал, о котором вряд ли забудут все.

— Что же вы сами можете касательно лорда тайной канцелярии? — перешёл я на более серьёзные темы, отставив в сторону девицу Блэйк.

— У меня есть свои преданные люди при ведомстве. Ещё не все подкуплены, как видно. Парочка бастардов баронов из моей коалиции просочилась в логово змея-искусителя. И теперь у меня есть доступ к документам Блэйка. Если мы объединим усилия, сможем уничтожить его в кратчайшие сроки.

— Что вы хотите взамен?

— Ничего, — ответил Дорман. — Только справедливости. И чтобы вы, герцог, помнили, кто был на вашей стороне, когда другие молчали, уткнувшись глазами в пол.

Я молча протянул руку для крепкого рукопожатия.

— Договорились.

Он пожал её крепко, по-мужицки.

— Завтра я пришлю за вами. Мы начнём действовать.

— Буду готов.

Дорман надел плащ и направился к выходу. Но на пороге обернулся.

— Ваша жена ожидает вас в покоях хоть сегодня ночью. Я обеспечил вам лазейку, герцог. — Подмигнул принц и, крепче намотав на себя одеяние, скрылся в темноте.