Мраморные колонны поблёскивали в закатных лучах и уже отдавали холодом. Будто ночь нагрянула за секунду до. У входа меня молчаливо встретили стражи, но не остановили юную девушку, попросив представиться: кто такая, чего надо? И, в конце концов, почему без сопровождения отца, брата или мужа. Непорядок же.

Редкие придворные дамы с сопровождением, что встречались по пути, избегали прямого взгляда, узнав во мне ту неугодную двору дочь лорда Эшфорда. Значит, завтра весь город будет болтать об одном-единственном: старого лорда Эшфорда арестовали и засадили в клетку без окон, а его дочурка пришла на унизительный поклон молить о пощаде для отца-интригана.

«Жалкая картина, — скажет любой. — Где были глаза её мужа? Такого позора герцог не видал. Разведётся ли? Завидный жених ведь был, если б не она. Лучшую партию попортила. Не знал наш государь, что делает...»

Не знаю как, но у Хьюберта получилось выбить мне несколько минут аудиенции у Его Величества. Просто чудо, а не секретарь.

— Вы будете ждать здесь, — произнёс личный слуга Его Величества, с не меньшим, чем проходившие мимо, презрением посмотрев на мой скромный, не подобающий помпезному шику двора наряд.

Я остановилась напротив высоких двустворчатых дверей, думая про себя, с чего же начать «мольбы».

— Я передам ваше прошение, герцогиня Торн.

— Нет, — сказала я, сама того от себя не ожидая. Слишком смелой и отчаянной стала. Настолько, что добровольно готова убиться насмерть о непробиваемое дерево. — Я пойду сама.

— Леди Мэриэн Торн, это не...

— Я пойду сама, — уже цедила я сквозь зубы. — Его Величество с превеликим удовольствием встретит гостью.

И, внаглую обойдя ошалевшего от моей самоуверенности слугу, я толкнула дверь вперёд.

Ворвавшись в приёмную, я буквально ослепла от её убранства. Приёмная утопала в золоте и мраморе. А посреди всего великолепия восседал Его Величество.

— Ваше Величество, прошу простить — эта леди невежественна. Ворвалась, когда ей сказали ждать подле дверей, — начал оправдываться за моей спиной служащий.

Я же упала пред правителем в глубоком реверансе, который ещё никогда в жизни не делала. Корсет сдавил рёбра до щемящей боли. Я до сих пор пыталась скрыть своё положение.

Король же грузно восседал на троне, развалившись и неприлично расставив ноги в стороны. Его отёчное лицо раскраснелось от выпитого вина, рядом стояла початая и практически допитая бутылка и... два бокала.

«Он не один?..»

Приподняв голову, с ужасом увидела подле правителя лорда Блэйка.

«Он внаглую празднует свою победу над несчастным человеком?!»

Увидев меня, он скривился в злорадной и много чего обещающей улыбке. Но моему отцу от неё станет только хуже! Я верно поступила, что пришла сейчас.

— Ваше Величество, — я сгорбилась ещё пуще. — Молю вас об аудиенции.

— Леди Торн, — голос короля был похож на бульканье старой жабы, не иначе. — Вы пришли ходатайствовать за своего батюшку, полагаю?

— Да, Ваше Величество. — Я посмела поднять взгляд прямо на него, гадая, есть ли в нём что-то наподобие сочувствия к своим подданным. Или же он играет нами, как картёжник, раздавая юных леди замуж за кого угодно, не думая о последствиях. И да, в нём был азарт. Но сейчас он явно не благоволит тем, кто мог предать, не зная о том.

— Воистину, я спорил с тобой, Блэйк, и, как видно, проигрался. — Хрипло рассмеялся Его Величество. — Знаете, герцогиня Торн, мой канцлер рьяно утверждал, что вы явитесь ко мне в этот же день. Но... пришлось ждать до заката.

Он наклонился мне навстречу, когда я привстала, распрямившись и неприлично высоко задрав подбородок. Слишком вызывающее поведение для той, кто на грани того, чтобы стать персоной нон грата. Опальной герцогиней, если не лишиться и этого уже малозначимого в данных обстоятельствах титула. Я подвела всех. И отца, и Магнуса. Но останусь при своём мнении.

— Милая герцогиня Торн, Мэриэн, верно, дорогая? — я сглотнула, во рту пересохло. — Боюсь, я ничем не могу вам помочь. Ваш отец или докажет свою невиновность, или пойдёт с гордо поднятой головой к плахе — такова цена предательства короне. Измена — штука серьёзная, а он... Что он делал, Блэйк? — вдруг спросил король у своего подчинённого.

А Блэйк, смакуя каждое словцо, продолжил:

— Ваше Величество, лорд Эшфорд передавал ценные сведения о торговле оружием и его морских путях нашим соседям. Мы с ними не в лучших отношениях, и, скорее всего, вскоре начнётся большое противостояние меж государствами. И это ПРЕДАТЕЛЬСТВО, леди. Вам ли не знать. Вы, моя милая, были близки с отцом. И... по моим сведениям, научились многому. Ваше Величество, — внезапно обратился он тем же тоном, которым вменял бессмысленные обвинения моему отцу. — Вам не кажется, что леди может участвовать в столь запутанных операциях? Герцогиню Торн можно причислить к шпионам. Тем более она жила в предгорье близ границ вражеского государства.

— Нет... Я ничего не делала. — Мой голос сорвался на хрип.

— Если леди ничего не делала, то ей не стоит бояться вполне комфортабельной камеры. Там есть и оконце в мир. — Блэйк, по всей видимости, торжествовал.

— А ты прав, Уильям. — Озадачился Его Величество. — Как ты там порой говоришь — двух зайцев одним выстрелом.

— Ваше Величество, — любезно поклонился тот.

— Вы не вправе!

Ко мне сзади подошли два охранника, вмиг скрутив руки за спиной.

— Я герцогиня Торн!

— И что? — уже брезгливо бросил Его Величество.

Я окончательно убедилась, что он не в силах мыслить сам в присутствии хоть кого-то рядом. Старику лень! Разве что он любит отдавать приказы о брачных союзах. И то по пьянству!

— Я мать наследника северных пределов, герцог владеет большей частью армии! — кричала я, когда меня тащили прочь. — Вы думаете, он проглотит оскорбление, будь вы король или крестьянин?

— Беременна?.. — король отдал приказ остановиться, и я упала на пол, инстинктивно схватившись за живот и боясь, что навредила ребёнку. — Интересно... И леди Блэйк носит дитя от Магнуса. Блэйк, я так не могу. Сразу. Нам нужны доказательства двух женщин.

И тут позади меня раздался знакомый голос. То был не Магнус, а тот, с кем я и не надеялась потанцевать на своём первом балу дебютанток.

— Ваше Величество, есть же более щадящий метод. Пусть леди Торн будет гостьей в нашем доме.

— Я...

То был второй принц Дорман. Он не был прямым наследником, но многие из знати склоняли чашу весов в его пользу. Он был не столь глуп, как его брат, и пошёл в почившую королеву.

— Она жена герцога Севера, — огрызнулся Блэйк, не взирая, кто перед ним. А я не смела поднять глаз на моего спасителя. — А не гостья.

— Жена герцога Севера, — принц Дорман улыбнулся. — Тем более. Нельзя лишать леди права на гостеприимство — дурной тон. Мой отец не такого поля ягода, не то что вы, лорд Блэйк. Все наслышаны о вашей принципиальности в делах государственных, но гостей вы встречать так и не научились. Не портите нам репутацию среди знати. А то можно подумать, отец, что за вас решают то, что вы в состоянии решить сами.

И только тут король соизволил задуматься и, по всей видимости, пересмотрел своё решение. Настроение его непредсказуемо.

— Хорошо, — сказал он. — Леди Торн останется во дворце. До выяснения всех обстоятельств с её батюшкой.

— Благодарю, Ваше Величество, — я присела в реверансе, чувствуя, что сейчас упаду от бессилия.

Блэйк недовольно скривился, но промолчал, а принц Дорман подошёл ко мне, предложив в помощь свою руку.

— Позвольте проводить вас, леди Торн.

И только когда мы уже шли по сумрачному коридору, он сказал:

— Вы очень смелая женщина, леди Мэриэн. Но порою глупая, как и все. Отчаяние не самый лучший помощник в таких делах.

Я промолчала, лишь кивнув в ответ. А он продолжил:

— Считайте, я отдал маленький должок вашему мужу и... передам тому, где вы теперь находитесь. Надеюсь, Магнус быстро со всем справится и заберёт вас из этой клетки. Дворцы, как известно, — рассадник ядовитых змей и скорпионов.