После покушения я решил продлить наше пребывание у Рейнара до полного выздоровления Мэриэн. Около месяца понадобилось для того, чтобы она пришла в себя. Я практически не выходил из спальни, ночуя на топчане подле жены.

Старушка Мод то и дело суетилась рядом, приносила отвары и, помогая менять повязки, — мне она вряд ли хоть каплю доверяла. По глазам видел. Этот взгляд — опасная бритва в руке умелого цирюльника. Одно лёгкое нажатие — и ты не жилец.

Но и я не сдавал перед старушкой позиции, нагло усевшись в кресле-качалке у камина, наблюдал исподтишка.

Иногда мы с Мэриэн говорили, как в тот вечер «откровений». Но всё чаще — нет.

— Ты сегодня бледнее, чем была вчера, — сказал я в день перед отъездом. Мэриэн знала, что скоро мы покинем это пристанище, отправившись далее. Я не мог обойти вниманием лэрдов, что не прибыли в тот напряжённый момент сюда, проигнорировав возможное «падение» Рейнара. И это значило, что не все мои вассалы стервятники. Есть и гордые птицы, к которым проложен извилистый путь.

— Я бледная, потому что пережила то, чего не пожелаю никому, милорд. — всё чаще в голосе Мэриэн проскальзывали колкости — явный знак выздоровления. И рана подзатянулась. Пару швов даже сняли. Останется лишь шрам — напоминание того, что я не состоялся как защитник.

— Нет. — Я подошёл ближе и коснулся пальцами её щеки. — Ты просто не хочешь поправляться. И слишком капризная, даже учитывая то, что тебе пришлось пережить.

— Нет, хочу, — пробурчала Мэриэн.

— Тогда ешь, пей побольше и двигайся. Ты уже это можешь делать, рана зарастает. На молодом и здоровом теле — всё как…

— На собаках, вы это хотели сказать, милорд?

Я отвернулся. Если скажу — будет ли скандал, укор или плевок яда в мою сторону? Ведь я и так многое сделал для неё. Почему она так себя ведёт?!

* * *

Этим вечером я встала с постели без особо острой боли внизу живота. Надо признать, Магнус обо мне заботился, как никогда. Ноги дрожали, голова шла кругом, но я устояла на своих двоих. Мод, зайдя в комнату, запричитала и заохала, жестикулируя при этом руками, словно жонглёр из бродячего цирка.

— Мне нужно разминать кости, нянюшка. Иначе я так и останусь бревном. — честно призналась я, успокаивая Мод, что готова была схватить меня и уложить обратно, дабы не тревожить рану. Но я уже не могла лежать — так и из ума выжить недолго.

— А герцог что же скажет?

— Герцог? Пусть радуется, что я жива.

«Если он действительно этому рад. Удивляюсь его переменам. И разговорам. Он как будто иной человек в этой жизни».

Мод сокрушённо покачала головой, но спорить не стала.

В последний день нахождения в клане Волков Магнус был слишком серьёзен. О чём он думал — мне не ведомо. Но то, что мы вряд ли поедем в Торнхаус сейчас — ясно как белый день.

— Нам нужно поговорить, Мэриэн, — выдохнул он, стоя у окна.

Я села на кровати, поджав ноги и смотря на него в ожидании. Но он так ничего и не сказал, мне пришлось напомнить о своём существовании.

— Я слушаю вас, милорд.

— Ты же помнишь, что мы с тобой должны объехать всех лэрдов. Осталось всего несколько кланов, которые не прибыли сюда.

— Знаю. Но почему же они не смогли прибыть, ведь…

— Они сделали свой выбор, показав, что честь и достоинство выше наживы. — не отводя взгляда от видов за окном, ответил Магнус. — Следующий клан — в Орлином приюте.

— Наслышана о нём. Суровое место для выживания. До сих пор не понимаю, как можно жить на столь неудобной местности. Даже Торнхаус построен на пологой части горы, занимая достаточно места, чтобы возвышаться, но не падать в обрыв.

— Чем сложнее место проживания, тем сложнее завоевать высоту, Мэриэн. Это элементарная стратегия в случае отхода войск и защиты.

Я знала об Орлином гнезде со слов побывавших торговцев, что возили товар на север в самую глубь. Ища выгодных для себя покупателей и любителей диковинок. Этот клан жил на такой высоте, что дома стояли порой на сваях, чтобы не упасть. Благо сам замок, как называл его хозяин, стоял на пологом выступе, да и то близ обрыва, откуда можно было упасть и не собрать ни костей, ни найти тел в лощине меж двух гор-близнецов.

— Туда не пройдёт карета, — продолжил он, хотя я и так это знала. — Маршрут только пеший. По узкой горной тропе над пропастью. Мэриэн?

— Я знаю.

Он удивлённо поднял бровь.

— Откуда же? До сего момента ты не бывала на севере.

— Догадалась, милорд… — я не стала врать. — Вы бы не стали так долго ждать, пока я хоть немного оправлюсь от… «ночного недоразумения с…»

«С вами в том числе».

— Я отложил эту поездку до твоего выздоровления, Мэриэн.

— Я уже здорова, — возразила я.

— Нет. — сухой ответ прямо по сердцу.

«Почему так обидно? Не должна я чувствовать к тебе подобного. Это — болезненнее всего, что было раньше».

— Магнус…

— Нет, — повторил он. — Ты ещё ходишь, шатаясь. Ты бледная. Ты…

— Я справлюсь. Или ты думаешь бросить меня тут на время? А если меня снова попытаются убить? Кто это был, Магнус? — я не задавала этого вопроса ранее, зная ответ. Но сейчас, смотря прямо в его бесстыжие глаза… Скажет ли правду?

— Не знаю. Тот, кто покусился на тебя, так и не сказал правды, прежде чем… — Магнус умолк.

Он подошёл, сел рядом, прямо напротив меня и взял мою руку.

— Я не хочу рисковать тобой, но ты права. Оставлять тебя одну тоже небезопасно. Сможешь ли ты пережить пеший марш-бросок в несколько часов, не считая тряски в карете до того — это главный вопрос.

— Конечно. Я уже набралась достаточно сил, чтобы не торчать на месте. Я тут не останусь.

«Как избавиться от этого дурного чувства привязанности. Как же оно меня душит… Камень на груди».

— Ты уверена? — повторил он, не веря тому, на что решается.

— Да.

Он вздохнул, покачивая головой, но спорить более не стал. Знал, наверное, что бесполезное занятие. Встал, Магнус подошёл к двери и, напоследок обернувшись, произнёс, чуть улыбаясь:

— Ты упрямая женщина, Мэриэн.

— А вы — непомерно властный муж, пытающийся контролировать каждый мой шаг и решение.