Дилара

В отель я добираюсь с опозданием на час. Давид так и не ответил на мой звонок. Я жутко волнуюсь. В руках сжимаю палочку, что показывает мою беременность.

Мне страшно. Я не готова. Что теперь будет? Мы не планировали.

Я беременна!

Я смотрю на свою руку, мой желудок сжимается, а мой пульс словно бьется в ушах, заглушая меня.

Я беременна!

Эта мысль кажется невероятной, и это не про меня. Мысленно я отрицаю это. Трудно поверит, что во мне бьется крошечная жизнь.

Я не замечаю, как накрываю рукой свой живот, это получается инстинктивно. Я не могу представить себе реакцию Давида. Ведь мы никогда не говорили о детях. Опять же, мы не говорили о наших отношениях.

Когда такси останавливается перед отелем, я расплачиваюсь с водителем и выхожу из машины. Никогда раньше не бывала в этой части города, и когда ступаю внутрь, невольно передергиваю плечами. Крепко сжимаю в руках папки, которые искала Галина Антоновна.

— Добрый день. Чем могу помочь?

— Здравствуйте, я, — я смотрю вокруг себя, а потом снова обращаюсь к девушке за стойкой. — У вас остановился Давид Гордей. И я по его просьбе принесла бумаги. Куда мне идти?

Женщина окидывает меня внимательным взглядом, при этом на ее губах играет мягкая улыбка. Она быстро что-то печатает, а после протянула мне ключи.

— Да, есть у нас посетитель по имени Давид Гордей. Пятый этаж, комната 67, как только выйдете из лифта, повернитесь налево.

— Спасибо.

Поднявшись на лифте на пятый этаж, следую инструкции девушки. Но решила не воспользоваться ключами, а просто постучаться в дверь. Но дверь мне никто не открыл. На другой стороны двери стояла тишина.

— Я вхожу, — сказала чуть громче, открыв дверь ключом, которую получила у стойки внизу. Дверь издала скрип, словно её уже много лет не смазывали маслом. И ощущение, что грядет что-то ужасное. — Давид? Ты здесь? — Но никто не отзывался. По-прежнему в номере стояла тишина, а кровать была заправлена, словно никого не было в номере.

Ступив в номер, и оставив дверь открытой, положила папку на журнальный столик. Решила проверить ванную комнату, может он там.

Когда я подошла к двери, дверь номера за моей спиной хлопнула, и я услышала чьи-то тяжелые, быстрые шаги. Я остановилась и хотела повернуться, когда чужое тело коснулся меня сзади, большая рука накрыла мне рот, а потом я почувствовала острую боль на шее.

Давид

Я нервно барабанил по столу. Клиент опаздывал на полчаса. Галина просила меня успокоиться, и не волноваться зря. Но я не мог объяснить ей то, что тревожил меня на самом деле. Что-то было не так, и это что-то не давал мне покоя.

— Давид, — Галина накрыла мою руку на столе. Её нежная рука с красным маникюром словно издевался надо мной. Я вспомнил руки Дилары, которые очень отличался от руки моей помощницы. — Перестань. Ты как ребенок. Замовский опаздывает всего на полчаса. Помнишь, бывало и хуже, когда наши клиенты опаздывали.

— Да, но только Замовский не клиент. И собрания начнется уже, — я посмотрела на наручные часы, — через десять минут, — прорычал сквозь зубы.

— Не волнуйся, я с ним поговорила минуту назад. Он просто попал в пробку.

— Конечно, — проворчал.

И словно подгоняемой нашими молитвами, дверь отворилась и в кабинете появился сам Замовский. На лбу появился пот, который струится по щекам.

— Мои глубочайшие извинения. Были проблемы с машиной и пробками в городе.

Я бросил взгляд на противоположную сторону стола, туда, где восседал мой противник. Мой соперник.

Заметив, что я смотрю на него, Север усмехнулся, и что-то прошептал на ушко своего человека. Не знаю почему, но от того, как Север держался уверенно, меня пробрало.

Что-то было не так. Что-то, что не знал я.

Вскоре, когда все собрались, и дверь закрыли, началось собрание. В кабинете сидели представители четверых компаний, и мы были третьими, кто будет защищать свой проект. А перед нами была компания Севера.

Все было отлично, и я даже успел забыть про свою тревогу. Но когда на сцену вышел Север, а за его спиной включился его проект, я просто потерял дар речи. Его проект… он был точь в точь, как наша. Начиная с заголовки, заканчивая до рекламы. И это не мог быть совпадением. Кто-то нас предал. Кто-то предал нас.

— Я ничего не понимаю, — промямлил Замовский, стирая пот со лба и поправляя очки на носу. — Разве это не ваш проект?

— Теперь нет, — сказал я, и сжал руки в кулаки.

Пока Север защищал свой наш проект, который каким-то образом оказался у него, я понимал, что сегодня мы не будем вступать. И контракт этот мы не получим. В этот момент мне захотелось рассмеяться. Не для этого моя команда работал днем и ночью. Они не заслужили такого предательство.

— Что будем делать? — сохраняя спокойствие, поинтересовалась Галина. Я промолчал. И когда пришло мой очередь, я поднялся, захватил файл со всеми документами, и вышел на середине. Проигнорировав взгляд Северова, я не спешил протянуть флешку с презентацией.

— Вы все знаете, что никогда я или моя компания не работает с плагиатом. Так же не ворует чужое. Безусловно, сейчас вам возможно, будет трудно в это поверить, но получилось так, что идея компании Северова и моей компании оказались одинаковые. Поэтому я не собираюсь больше отнимать ни ваше время, ни свое.

И не обернувшись, вышел из зала.