Сразу же после прибытия в Константинополь в ноябре 1920 г. барон Врангель объявил о подготовке нового десанта в Крым и в район Одессы поздней весной 1921 г. Врангелевская 50-тысячная армия не была распущена, а дислоцирована союзниками в Проливной зоне, в том числе в Галлиполи и на острове Лемнос. При необходимости к врангелевскому воинству могли присоединиться 100–150 тысяч белогвардейцев, осевших в Европе, Китае и Японии.

Врангель прекрасно понимал, что без содействия Антанты десант в Советскую Россию физически невозможен. Но он надеялся на полномасштабную войну Антанты с Россией в 1921 г. Насколько реальны были эти надежды?

Англия и Франция де-факто объявили войну Советской России ещё в 1918 г. Корабли Антанты систематически вели обстрелы советских городов и побережья, захватывали советские суда и т. д.

С эвакуацией Врангеля в Константинополь ничего не изменилось. Так, 9 марта 1921 г. три французских эсминца — «Араб», «Сакалеве» и «Сенегал» — у берегов Анапы без всякого повода атаковали советскую канонерскую лодку «Эльпидифор–415».

Тихоходная и слабо вооружённая канонерка не могла ни уйти, ни защищаться. Поэтому её командир Григорий Александрович Бутаков (будущий герой обороны Севастополя) принял единственное разумное решение выброситься на берег.

Согласно донесению Анапского Совета от 10 марта 1921 г., на «Эльпидифоре» было 5 убитых, 27 раненых, 3 контуженных и 3 отравленных удушливыми газами. Видимо, французские эсминцы стреляли 120-мм химическими снарядами.

Применение химического оружия Антантой на Чёрном море производилось неоднократно. В частности, британские корабли от линкоров до эсминцев использовали химические снаряды в районе Керченского полуострова в мае 1919 г.

В феврале 1921 г. в связи с наступлением советских войск в Грузии вице-адмирал Дюмениль направил в район Батума линкор «Лорен», броненосный крейсер «Вальдек Руссо» и десяток эсминцев и авизо. Французские корабли несколько раз обстреливали советские войска.

Всё, что могли сделать большевики, это послать к берегам Грузии свою единственную на тот момент подводную лодку АГ–23. 27 февраля 1921 г. два французских эсминца атаковали АГ–23. Лодка срочно погрузилась. Видимо, из-за обстрела, вышел из строя перископ, и АГ–23 была вынуждена уйти в Туапсе.

А в это время шла необъявленная, но крайне кровопролитная война на территории бывшей Османской империи.

Сразу после Февральской революции в России понтийские греки и армяне, находившиеся на занятой русскими войсками части Турции, начали создавать свои гособразования. Греки даже основали Понтийскую республику на полосе Черноморского побережья Малой Азии от русской границы до Синопа включительно. Ширина полосы составляла 300–350 км. В январе 1920 г. греки и армяне создали Понтийско-Армянскую федерацию. Однако оное гособразование осталось на бумаге.

Греки и армяне начали резать турок и курдов. Соответственно, местное население платило им тем же.

19 мая 1919 г. турецкий генерал Мустафа Кемаль вторгся на территорию понтийских греков. Замечу, что генералу более подходит звание «полевой командир», поскольку он не подчинялся ни султану в Константинополе, ни кому-либо иному. По его указанию началась резня понтийских греков, а позже и армян.

Любопытно, что сейчас 19 мая отмечают сразу в двух государствах — в Турции и Греции. У турок это праздник, а у греков — День геноцида понтийского народа.

В первые дни 1920 г. Кемаль атаковал французские войска в окрестностях Мараша. Мараш — это древний город, центр вилайета в 120 км от Средиземного моря и в 100 км от нынешней границы с Сирией.

В ночь на 27 февраля 1920 г. в Константинополе началось восстание турецких националистов. Они совершили налёт на склад оружия в Акбаше, пригороде Константинополя, и захватили 8 тысяч винтовок, 40 пулемётов и 20 тысяч ящиков боеприпасов, предназначенных для отправки в Крым барону Врангелю. Это нападение вызвало ярость англичан, и они «сорвали зло» на правительстве и французах, ответственных за охрану склада, даже в большей степени, чем на националистов.

23 апреля 1920 г. в Анкаре состоялось открытие Великого национального собрания. В первый же день Кемаль ораторствовал более четырёх часов и заключил: «Национальное собрание спасет падишаха, халифа и Османское государство».

А затем при закрытых дверях Кемаль сказал своим соратникам: «Наша задача — добиться освобождения народа внутри национальных границ. <..> Но нам необходима моральная и материальная поддержка мусульман. Впрочем, нас поддерживают исламские государства. У большевиков свои идеи. Я не знаю их точно. Мы считаем, что справедливо использовать любую поддержку при условии невмешательства в наши дела. <..> Так как Стамбул оккупирован англичанами, установление контактов с падишахом ничего не даёт».

10 августа 1920 г. в городе Севре между Англией, Францией, Италией, Японией, Арменией, Бельгией, Грецией, Геджасом, Польшей, Португалией, Румынией, Чехословакией и Югославией, с одной стороны, и Турцией — с другой был подписан договор, по которому территория Турции сокращалась до четырёх пятых. Султанской столицей Турции оставался Константинополь. Но если Турция уклонится от лояльного соблюдения условий договора, союзники оставляли за собой право пересмотреть это решение. Судоходство в Проливах по договору становилось открытым для всех военных и торговых судов без различия флага, как в мирное, так и в военное время.

Для выполнения этого условия создавалась Комиссия Проливов, в которую вошли по одному представителю, располагавшему двумя голосами, от США, когда они того пожелают, Англии, Франции, Италии, Японии и России, когда они станут членами Лиги Наций, и по одному представителю с одним голосом от Греции, Румынии, Болгарии и Турции, когда два последних государства станут членами Лиги Наций. Комиссия Проливов имела полную независимость от местной власти, имела свой флаг и свою полицию.

Турция обязывалась выдать победителям весь свой флот за исключением 6 миноносцев и 7 канонерок.

Режим капитуляций оставался в неприкосновенности. По договору Турции запрещалось сдавать концессии без разрешения особой финансовой комиссии союзников.

Военные силы Турции не должны были превышать 50 тыс. человек, включая штабы и офицеров. Численность жандармерии ограничивалась 35 тысячами. Количество иностранных офицеров в её составе не должно было превышать 15 % турецкого офицерского состава.

Все укрепления в районе Проливов и островов подлежали срытию. Остальные турецкие укрепления разрешалось сохранить лишь при условии их полного разоружения.

Турция обязывалась признать самостоятельность армянского государства, предоставив ему выход к морю.

Город Смирна и принадлежавшая ему территория формально оставались под суверенитетом Турции, но Турция обзывалась передать Греции осуществление своих прав над этими территориями.

В тот же день, 10 августа 1920 г., между союзниками и присоединившимся к ним странами в Севре было заключено несколько договоров: о передаче некоторых турецких территорий отдельным государствам, о разделе сфер влияния в Анатолии между Англией, Францией и Италией и о совместной эксплуатации всех железных дорог бывшей Оттоманской империи.

Правительство султана Мехмеда VI подписывает этот договор, а Кемаль отвергает его. Он предлагает передать вопрос о Проливах конференции причерноморских государств.

Лондон и Париж быстро поняли, что заставить правительство в Анкаре подписать Севрский договор можно только силой. Они были готовы в любой момент пустить в ход 12–15-дюймовые пушки своих линкоров, но о посылке пехотных частей на полномасштабную войну не могло идти и речи. Любопытно, что после подписания Севрского мира генералы Антанты заявили, что понадобится не менее 20 дивизий, чтобы соблюсти условия договора.

И тут пригодились греки. С помощью английских кораблей греки с 22 июня по 11 июля 1920 г. высадили несколько десантов на восточном берегу Мраморного моря. В течение 18 дней греки занимают порт Пандерма (Бандирма), древнюю турецкую столицу Бурсу, Балыкесир, Ушан в 200 км восточнее Смирны и Эксишехир в 200 км от Анкары. Итог наступления впечатляет: 4500 пленных, сотни пушек, а также репутация «дьявольских солдат».

Любопытна реакция министра юстиции султанского правительства на греческое наступление:

«Журналист. Наше правительство будет протестовать против наступления греков?

Министр. Наше правительство официально вынесло смертный приговор Мустафе Кемалю. Мы объявили его предателем родины и халифата… Почему мы должны протестовать против этого наступления, которое пришло нам на помощь?

Журналист. Встретит ли это наступление достойное сопротивление?

Министр. Нет, в армии Мустафы Кемаля отсутствуют должная дисциплина и организация, она состоит из рецидивистов и разбойников.

Журналист. Как долго продлится это наступление?

Министр. Я не солдат. Но я уверен, что греческая армия будет действовать быстро и решительно и через несколько недель окажется у стен Анкары»[48].

Любопытно, что ещё 18 июня 1920 г. генерал Вильсон записал в своем дневнике: «Нам необходима помощь греков, но все это закончится войной с Турцией и Россией и нашим вынужденным уходом из Константинополя».

Увы, Италия была не в восторге от греческой интервенции, поскольку имела претензии на турецкие острова в Эгейском море и ряд территорий на полуострове Малая Азия, включая район Смирны. Чтобы насолить конкурентам, итальянцы даже потихоньку поставляют оружие Кемалю. Анатолийское агентство нуждается в ретрансляции своих новостей по Европе? Никаких проблем, итальянское агентство в их распоряжении.

А пока премьер Венизелос вмешивается в свару между султаном и Кемалем, 27-летний греческий король Александр I 30 сентября 1920 г. у себя в саду вмешивается в драку своих любимцев — собачки и обезьянки. Обезьяна цапнула короля, и 25 октября Александр I умер от заражения крови.

Смерть глупого монарха ничего не меняла, но стала поводом для требований возвращения на престол его отца. Противники Венизелоса развернули активную кампанию за возвращение из изгнания короля Константина. 14 ноября 1920 г. были, наконец, объявлены результаты выборов: партия Венизелоса потерпела страшное поражение — из 370 мест они получили всего 120.

Новое правительство, подобно Венизелосу, решило восстановить свое положение за счет разрешения на ввод греческого флота в Черное море. Два додредноутных линкора — «Килкис» и «Лемнос», два крейсера и 13 эсминцев и миноносцев. Греческие корабли устроили блокаду анатолийского побережья для предотвращения контрабандного провоза оружия кемалистам.

26 апреля 1920 г. Мустафа Кемаль направляет Ленину в Москву по телеграфу «первое предложение Великого национального собрания Турции советскому правительству». А 11 мая Кемаль отправляет в Москву комиссара иностранных дел Бени Сами, куда он прибывает 19 июня.

В августе 1920 г. советское правительство даёт согласие на поставки Мустафе Кемалю советского оружия и восьми тонн золота. Пунктом приёма советского оружия первоначально назначен порт Трабзон (Трапезунд). Туда был специально послан «контрабандный отряд», составленный из чекистов.

Поставки оружия велись на малых турецких частных судах и на сторожевом судне «Рюсумат № 4», а золота — на советских подводных лодках.

Стоит отметить, что Черноморское побережье Малой Азии патрулировалось британскими и греческими кораблями. Так, в июле 1921 г. «Рюсумат № 4» был обстрелян греческим эсминцем «Пантера». Турки затопили судно на мелководье. Греки сочли его уничтоженным, но через два месяца турки ввели «Рюсумат № 4» в строй, и он опять возил оружие.

Осенью 1920 г. в Анкару поступило 200 кг золота из Советской России. Позже поступило ещё несколько таких «посылок». Во второй половине 1920 г. большевики поставили Кемалю 6 тысяч винтовок (в основном трофейных германских), 5 млн патронов, 17,6 тыс. артиллерийских снарядов. А в 1921 г. — 33 275 винтовок, 327 пулемётов, 58 млн патронов, 54 орудия, 130 тыс. снарядов, 20 тыс. противогазов и т. д.

16 марта 1921 г. в Москве представители Великого национального собрания Турции и Правительство РСФСР подписали договор. Его обычно называют Карским, поскольку обмен ратификационными грамотами состоялся 13 октября в городе Карсе.

РСФР отдала туркам Карскую область, входившую в состав Российской империи с 1878 г., и ряд анклавов, которые грузины и армяне считали своей территорией.

До сих пор секретна история с отправкой в Турцию тяжёлых крепостных орудий из крепости Карс. Турки физически их не могли вывезти из-за отсутствия железной дороги и плохого состояния гужевых дорог. Тогда большевики сняли пушки с фортов крепости, погрузили их на железнодорожные платформы и отправили в Батум, где перегрузили на турецкие суда. Эти орудия сыграли существенную роль в сражении с греками под Анкарой.

С помощью английских кораблей греки с 22 июня по 11 июля 1920 г. высадили несколько десантов на восточном берегу Мраморного моря. В течение 18 дней греки занимают порт Пандерма (Бандирма), древнюю турецкую столицу Бурсу, Балыкесир, Ушан в 200 км восточнее Смирны и Эксишехир в 200 км от Анкары. Итог наступления впечатляет: 4500 пленных, сотни пушек, а также репутация «дьявольских солдат».

Затем бои затянулись. Грекам оставалось 40 км до Анкары. Генеральное сражение длилось две недели на разделе реки Сакарьи. К 13 сентября 1921 г. греческие войска потерпели поражение и начали отступление. 19 сентября Великое национальное собрание Турции присваивает Мустафе Кемалю титул гази (победителя).

В августе 1922 г. турецкая армия перешла в наступление. Греческая армия медленно отходила вдоль железной дороги по направлению на Ушаку. А после Ушаки греческое отступление уже больше напоминало паническое бегство. 30 августа в сражении при Домлу-Пунаре турки окончательно разгромили греков.

9 сентября 1922 г. в Смирну вступила турецкая армия во главе с Мустафой Кемалем.

Любопытно, что на стороне Кемаля сражалась русская дивизия численностью до 12 тыс. человек. Это были русские военнопленные, взятые турками на Кавказском фронте, а также военнопленные, доставленные из Австро-Венгрии в Турцию для строительства Багдадской железной дороги.

Командовал дивизией капитан Котляров. В начале 1920 г. русская дивизия около недели принимала участие в боях с французами в Киликии, а в августе — сентябре 1919 г. изгоняла англичан из Зонгулдака, а также участвовала в подавлении различных бандформирований в Анатолии.

Наши историки о русской дивизии не упоминают. Турецкие историки пишут мало, поскольку она их не интересует.

26 ноября 1921 г. в порт Трабзон пришёл итальянский пароход «Санного». На его борту находился нэпман Михайлов с сорока компаньонами. Увы, сей пароход был советской плавбазой подводных лодок «Георгий». А «Михайлов» — это псевдоним Михаила Васильевича Фрунзе.

Для защиты плавбазы от англичан и греков её скрытно сопровождали советские подводные лодки АГ–23 (ПЛ–16) и АГ–24 (ПЛ–17).

13 декабря 1921 г. Фрунзе с почётом встретили в Анкаре. Там 20 декабря он выступил с речью на Великом национальном собрании. Фрунзе несколько раз беседовал с Мустафой Кемалем в доверительной обстановке. По завершении своей миссии Фрунзе 5 января 1922 г. выехал из Анкары, а 14 января отправился из Самсуна морем в Россию.

Кроме Фрунзе в 1921–1922 гг. в Турции побывали Семён Иванович Аралов, возглавлявший внешнюю разведку РККА, а также Климент Ефремович Ворошилов (псевдоним «Климов»).

В 1928 г. в Константинополе на площади Таксим был установлен памятник Мустафе Кемалю и его соратникам, в числе которых Аралов и Ворошилов. Замечу, что в 1935 г. турки присвоили Мустафе Кемалю фамилию Ататюрк — «Отец турок».

А поставки советского оружия Турции продолжались. С 18 июля 1922 г. по 9 февраля 1923 г. советские подводные лодки АГ–23, АГ–24 и АГ–25 совершили 17 секретных походов в турецкие порты.

Турции передали два охотника за подводными лодками (истребителя) — «Живой» и «Жуткий». 29 сентября 1921 г. они прибыли в Трабзон. В турецкий флот суда зачислили под названием: «моторные канонерки» № 1 и № 2. 26 мая 1922 г. эти канонерки захватили греческий пароход «Энозис».

В апреле 1921 г. в связи с обстрелами греческим флотом турецких портов Мустафа Кемаль обратился к РСФСР с просьбой поставить орудия береговой обороны и морские мины.

Первые две 152/45-мм/клб пушки Канэ и 500 выстрелов к ним были погружены в Новороссийске на турецкий пароход «Шахин» и прибыли в Трабзон в апреле 1922 г. В том же году туркам передали ещё одно 152/45-мм орудие Канэ, а также осадную 152-мм пушку обр. 1877 г. Кроме того, туркам передали 350 морских мин обр. 1912 г.

Разгром греческой армии на анатолийском фронте привел к государственному перевороту в Греции. Король Константин отрекся от престола и уехал в Италию. Новым королем стал его старший сын Георг II. Главнокомандующий армией и пять министров были арестованы и казнены. 13 октября 1922 г. Греция присоединилась к Муданийскому перемирию.

В Англии поражение греков также вызвало правительственный кризис. 19 октября 1922 г. Ллойд Джордж подал в отставку. На новых выборах в парламент консерваторы получили 350 мандатов, а на смену коалиционному кабинету Ллойда Джорджа 23 октября пришло консервативное правительство Бонара Лоу. Новым министром иностранных дел стал лорд Керзон.

20 ноября 1922 г. в казино в Лозанне открылась конференция, на которой Англию представлял лорд Керзон, Францию — Пуанкаре, а Италию — Муссолини. На конференции присутствовали также делегаты от Японии, Турции, Греции, Югославии, Болгарии и Румынии. США в ней участия не принимали, но прислали пятерых представителей в качестве «наблюдателей».

В октябре 1922 г. было подписано Муданийское перемирие, в соответствии с которым Антанта должна была передать гражданскую власть во Фракии представителям турецкого национального правительства. 1 ноября 1922 г. Великое национальное собрание Турции провозгласило ликвидацию султаната, и 17 ноября султан Мехмед VI покинул Константинополь на борту британского военного корабля.

10 мая 1923 г. Швейцарский город Лозанна. В зале ресторана «Сесиль» сидит господин в сильном подпитии. Он ловит за пуговицу метрдотеля и спрашивает: на каком языке разговаривают те трое, вошедших в ресторан? «На русском», — отвечает метрдотель. И тогда господин поднялся и выстрелил из браунинга в затылок одному из вошедших с криком: «Вот вам, коммунисты!» Далее он ранил обоих спутников убитого, попытался их добить, но пистолет заело.

Тогда убийца зачем-то подошёл к шокированным музыкантам, отдал им пистолет и уселся за свой столик допивать коньяк и ждать полицию. Полиция и скорая ехали почти час. Советский посол Вацлав Воровский умер на месте, а дипломаты Иван Аренс и Максим Дивильковский потеряли много крови, но выжили.

Убийцей оказался капитан врангелевской армии Мориц Конради. Он родился в 1896 г. в Санкт-Петербурге в семье осевших в России швейцарцев. Происхождение дало ему возможность в 1922 г. получить швейцарское гражданство. Мориц не имел постоянной работы, много пил и оказался без гроша.

В марте 1923 г. Конради был завербован агентом врангелевской контрразведки штабс-капитаном Аркадием Полуниным. Полунин до 1914 г. служил в петербургской полиции, а в 1918–1920 гг. — в контрразведке Деникина, а затем Врангеля. Полунин передал Конради деньги, 6,35-мм браунинг и дорогой костюм.

Швейцарский суд, «самый гуманный суд в мире», оправдал Полунина и Конради. Причем у суда не было никаких оснований обвинять убитого и раненых в каких-то «преступлениях большевиков», как-то: расстрелы заложников, работе в ЧК и т. д.

Вацлав Воровский, потомственный дворянин, за революционную пропаганду в 1922 г. был сослан в Вятку. Затем оказался в эмиграции. Работал до октября 1917 г. инженером на заводах «Симменс-Шуккерт». В начале 1918 г. он оказался на дипломатической работе за рубежом. Шифровальщику Аркадию Дивильковскому было всего 17 лет, и он ни в чем дурном, кроме занятия ядерной физикой, замечен не был. Иван Аренс (Исаак Альтер) вообще до 1918 г. состоял в еврейской организации «Бунд», и лишь затем вступил в партию большевиков. С 1920 г. работал в Наркомате иностранных дел. Таким образом, все трое были кабинетными работниками НКИД.

В 1923–1990 гг. советские историки клеймили белогвардейских террористов, а затем антисоветские историки начали представлять Конради и Полунина героями, боровшимися с большевизмом.

А давайте спокойно, без эмоций, подумаем, что дали выстрелы в Лозанне Белому движению? В СССР резко усилились репрессии против сторонников белой идеи. В ответ на убийство Дзержинский сказал: «Мы доберемся до этих негодяев».

С мелкой сошкой Конради связываться не стали, а 44-летний Полунин скончался 23 февраля 1933 г. при невыясненных обстоятельствах в поезде Париж — Дрё. Добрались и до руководителей РОВСа Кутепова и Миллера, и до многих других. А в самой штаб-квартире РОВСа в Париже установили «Петьку» — весьма современную по тем временам систему прослушивания.

Так кто же выиграл? Британский Форин-офис! С ноября 1922 по июль 1923 г. в Швейцарии в Лозанне проходила международная конференция, на которой в числе других вопросов решался статус Черноморских проливов. Руководителем советской делегации был Вацлав Воровский.

Советская сторона настаивала на недопущении входа военных кораблей нечерноморских стран в Проливы. Если бы предложения Воровского были закреплены международным соглашением, то в XXI веке бы не было никаких хождений американских крейсеров и эсминцев в Черном море.

Чтобы противодействовать советским предложениям, которые соответствовали интересам Турции, Лондон предпринял многоходовую операцию. Одним из её элементов стало убийство главы делегации и ранение шифровальщика, что фактически парализовало работу советской делегации.

Одновременно англичане пообещали Турции выгодные займы, а также возвращение нефтеносного района близ Мосула. Замечу, эти земли в течение 500 лет принадлежали Турции. Кроме того, англичане провели ещё ряд спецопераций.

24 июля 1923 г., после восьмимесячных чрезвычайно сложных переговоров был подписан компромиссный Лозаннский протокол. Согласно ему Восточная Фракия, Стамбул, Проливы, зона Адрианополя, Измир, Киликия, юго-восток Анатолии, острова Имброс, Тенедос (Бозджаада), мелкие острова в трёхмильной зоне от азиатского побережья Западной Анатолии оставались за Турцией. Турция отказывалась от претензий на Ирак, Сирию, Трансиорданию, Палестину, Египет, Аравию, Ливию, Додеканесские острова и Кипр. По вопросу о Проливах Лозаннский договор предусматривал свободу прохода через Проливы в мирное и военное время коммерческих и военных (морских и воздушных) судов и демилитаризацию Босфора и Дарданелл с уничтожением береговых укреплений.

В 1922 г. по указанию союзного командования части врангелевской Русской армии окончательно покинули Проливную зону.

23 августа 1923 г. начался вывод войск Антанты из Константинополя. Последние части покинули город 23 сентября, а 6 октября туда вступили турецкие войска.

29 октября 1923 г. была официально провозглашена Турецкая республика. Её первым и, разумеется, пожизненным президентом стал Мустафа Кемаль, вскоре получивший титул Ататюрк — отец турок. Ну а для всех остальных народностей Мустафа был свирепым отчимом.

Турки, естественно, не хотели оставлять Проливы беззащитными, и 6 августа 1926 г. турецкая делегация встретилась в Москве с наркомом Ворошиловым. Турки просили тяжёлую артиллерию для обороны Проливов. В частности, они просили продать двадцать 203-мм английских гаубиц системы Виккерса Mk.VI. На вооружении и складах РККА находилась 51 такая гаубица. Но по непонятным причинам продавать их не захотели, хотя у нас создавались новые 203-мм гаубицы Б–4, по сравнению с которыми гаубицы Виккерса были старьём.

Вместо этого 31 мая 1927 г. Турция и СССР подписали договор на поставки корабельных пушек и боеприпасов к ним. Среди них восемь (в четырёх башнях) 305/40-мм/клб пушек с разобранных броненосцев, 12 запасных тел и 6 тысяч выстрелов.

Кроме того, предусматривалась поставка шестнадцати 120/45-мм/клб корабельных пушек и 8 тысяч выстрелов к ним.

Были ли эти орудия установлены в Дарданеллах, не знаю. Как и другие дела, все документы об этой сделке до сих пор совсекретны. По моему мнению, всё-таки поставка состоялась, поскольку военное сотрудничество с Турцией продолжалось и в дальнейшем. Так, в 1934–1935 гг. в Турцию было поставлено два двухбашенных танка Т–26 и 64 однобашенных Т–26, а также 60 бронеавтомобилей БА–6 с 45-мм пушкой.

В завершение стоит сказать о глупой стряпне либералов и антисемитов, что, мол, «Ленин продал Крым». Мол, после освобождения Крыма от врангелевцев большевики задумали создать «Крымскую Калифорнию» — некое еврейское гособразование в Крыму. Достоверных документов, подтверждающих это, нет.

В Москве все хорошо помнили аксиому султанов и адмиралов: «Кто владеет Крымом, тот владеет Чёрным морем».

Еврейское государство в Крыму в любом случае имело бы иную экономическую систему, чем в СССР. Свободных мест для размещения еврейских поселенцев в Крыму фактически не было. Или что, пришлось бы выселять русских или татар?

Другой вопрос, что американцы с 1918 г. активно лезли в Крым. Правительство США и частные организации направили Врангелю не менее дюжины пароходов с оружием. Так, в начале 1920 г. в Крым на американском пароходе «Сангамон» доставлено 5600 тонн военных грузов. В марте 1920 г. пароход «Честер Вальш» доставил из Нью-Йорка в Феодосию груз с пулемётами и автомобили.

Через Американский Красный Крест Врангель приобрёл для своей армии 75 тысяч пар сапог.

Американский Красный Крест разместил в Южной бухте Севастополя в громадных зданиях складов фирмы Родоконаки большие запасы продовольствия и медикаментов.

12 ноября 1920 г. к складам подъехал автомобиль Красного Креста. Из него вышли американцы, направились в здание и подожгли его изнутри. К этому времени уже половина Севастополя контролировалась Ревкомом, руководимом Сергеем Кнорусом. Любопытно, что антисоветчики в XXI веке включили Сергея Кноруса в список офицеров, расстрелянных большевиками в Севастополе в 1919 г.

В 1921–1922 гг. в Крыму был голод. Главный виновник ему — Врангель. Во-первых, он с лета по ноябрь 1920 г. вывез из Крыма почти все запасы хлеба и другого продовольствия, а во-вторых, Врангель и Антанта, угрожая вторжением в Крым, весной — летом 1921 г. заставили советское правительство держать большие силы на полуострове в ожидании вражеского десанта. Естественно, много напортачили и советские чиновники.

В Крыму в 1921 г. проживало 347 тысяч сельского населения и 707 тысяч горожан. 20 августа 1921 г. в Риге был подписан договор между советским правительством и Американской «Администрацией помощи голодающим» (АРА). К этому времени АРА оказывала продовольственную помощь 21 стране Европы и Ближнего Востока.

В Крыму АРА появилась с начале мая 1922 г. С одной стороны, АРА доставила на полуостров 4–8 тыс. тонн продовольствия, а с другой — создавала в Крыму административный аппарат из бывших белогвардейцев и недовольных советской властью интеллигентов. Это не могло не вызвать конфликта с советскими властями. Естественно, в Москве понимали, с кем имеют дело, и ни о каком европейском гособразовании в Крыму не могло идти и речи.

Другой вопрос, что ради политических и финансовых выгод советское правительство давало обещания иностранным фирмам, которые оно заведомо не собиралось выполнять.

Характерный пример: отдать американцам в концессию Камчатку. И тут «образованцы» XXI века тоже поднимут вой: «Чуть не продали Камчатку!»

На самом деле разговоры о концессии на Камчатке и боязнь появления там японских военных баз заставили американцев присоединиться к большевикам с требованием убрать самураев с полуострова.

Замечу, что на Камчатке в 1920 г. японцев было существенно больше, чем этнических русских. А в начале 1942 г. именно с баз на Северных Курилах японцы напали на американские Алеутские острова.