Анне случалось переживать творческие периоды, позволявшие ей выражать свои страдания с помощью искусства, что она считала терапией. Она была уверена, что подавлять свои эмоции вредно для здоровья: если мы не можем их высвободить, они застревают. Она сама – тому доказательство.

Ее художественный талант проявлялся во многих формах: в писательстве, особенно в поэзии, в музыке и изобразительном искусстве. Анна не единственная, кто выражал себя в художественном плане; кроме того, ей часто случалось находить рисунки без понимания, от каких идентичностей они исходят.

Во время нашего первого визита для создания фоторепортажа Джой показала нам рисунок, сделанный рукой Анны в 2009 году, задолго до того, как она осознала, что у нее ДРЛ.

На рисунке было изображено красное сердце, окруженное россыпью звезд. В самом центре находилась приоткрытая голубая дверь. Джой сказала нам, что каждая звезда представляет собой одну из идентичностей; некоторые были внутри, а других привлек луч света, который направлял их к двери в сердце. В верхней части рисунка было написано «Возвращение домой».

– Эти звезды представляют нас всех и каждого! Эта – это я! – сказала она, показывая пальцем на одну из звезд.

Она нарисовала это до того, как поняла, что происходит, как бы интуитивно. Это наша визитная карточка, а сердце – это дом, наше доброжелательное убежище, дверь которого открыта для всех желающих. Однажды мы все вернемся домой, потому что настанет время вернуться туда, откуда мы пришли.

– Джой

Ричард добавил, что этот рисунок очень полезен для визуального объяснения идентичностям того, что происходит в системе, когда они теряются и сбиваются с толку.

– Анна часто рассказывала мне об образе возвращения домой для своих идентичностей, – сказал он.

Джой также показала нам изображение Уинстона, виргинского филина, одного из хищников, которыми владела Анна в Онтарио. Когда я приехала, я заметила, что на стенах висит несколько картин, в том числе портрет Эдди в профиль, очень искусный.

Анна рассердится на меня, потому что я показала вам ее альбом для рисования. Ей это не нравится. Надо полагать, у меня слишком длинный язык. Просто я горжусь ею и хотела показать вам ее рисунки.

– Джой

Джой разразилась смехом, добавив, что Ричард тоже очень талантлив, и показала нам его акварели, изображавшие нежные сентиментальные пейзажи, похожие на природу вокруг их маленького домика.

Когда Анна вернулась чуть позже в тот же день, Камилла рассказала ей, что Джой показала нам ее рисунки, что напугало Анну, так как она была гораздо более скромной, чем Джой. «Тебе они не нравятся?» – спросила Камилла. Анна ответила, что они ей нравятся, но она не думала, что Джой соберется их нам показывать.

У Анны также был писательский талант. В 2018 году она написала молодежную книгу под названием «День, когда шмель Билли потерял способность летать». Идея книги зародилась, когда она работала волонтером в Центре паллиативной помощи. Находясь у постели умирающей немолодой женщины, Анна заметила рисунок шмеля на стене спальни. И одна история сразу пришла ей в голову.

Билли, шмель с красивыми желтыми и черными полосами, был счастлив, что мог свободно летать над разноцветными цветами. В поисках особенного красивого цветка он заметил своих друзей, божью коровку Мисс Леди, паука Салли, лягушку Фредди, ужа Сэмми и орла Эдди. Билли стал выполнять акробатические трюки над их головами, чтобы поприветствовать их. Он рассказал им о своем волнении по поводу поиска самого красивого цветка в мире.

Затем Билли появился над рощей, где находились красивые цветы, и увидел там двух пчел, собиравших цветочный нектар. Не подозревая о присутствии Билли, одна из пчел рассказала другой: «Ученые сказали, что шмели не могут летать, потому что их крылья слишком малы». Услышав это, Билли начал чувствовать слабость и головокружение. Страх победил его, и его крылья перестали работать. Упав на землю, он начал покачиваться на своих маленьких, совсем слабых лапках. Он повстречал лягушку, которая спросила его, что случилось. Билли признался ей, что больше не может летать, и потребовал помощи. Все друзья начали искать решение, чтобы Билли снова начал летать. Но куда же делась его способность летать?

И история продолжалась до тех пор, пока Билли не удалось восстановить свою способность летать благодаря помощи своих друзей, которые вернули ему уверенность в себе. Эта книга была вдохновлена историей самой Анны. Ее послание состояло в том, чтобы не позволить другим влиять на себя, и она считала, что поддержка окружающих людей бесценна, и именно благодаря помощи друзей шмель Билли восстановил свою способность летать.

Анна читала эту историю детям и взрослым в конце жизни. Слушая ее, некоторые плакали. Анна объяснила мне, что не она сама написала эту историю – это была одна из идентичностей, которую она не знала. Она считала, что эта идентичность хотела сказать, что все вместе они могут поддерживать Анну и помогать ей избавиться от мифов и идей, в которые ее заставляли верить; таким образом, собранные вместе, идентичности смогли помочь ей полностью расцвести, чтобы найти тот самый цветок, символ красоты.

Однако особенно тронула мое сердце Анна музыкой. Когда мы готовились к съемкам и интервью, Камилла спросила ее, не хочет ли она сесть за пианино и сыграть какой-нибудь музыкальный фрагмент. Мы поведали ей: Джой заверила нас, что постарается убедить Анну сыграть.

– Предательница, – ответила она со смехом, немного смущенная. Все тоже засмеялись.

В конце концов мы убедили Анну сыграть, и я предложила ей импровизировать, если она захочет; таким образом, если она совершит ошибку, никто и не узнает. Она молча посмотрела на меня, немного нерешительно, как будто не совсем знала, что ответить. Я успокоила ее, сказав, что никакого давления не будет: она может играть только в том случае, если ей самой этого захочется, и делиться с нами той музыкой, которая ей нравится.

– Играть на пианино – это действительно то, что мне нравится, но обычно я не играю на глазах у людей! – сказала она, застенчиво улыбнувшись.

Она села за пианино у окна и начала играть «Аве Мария» Гуно и Баха – изящная, с длинными светлыми волосами, похожая на юную девушку. Пройдя несколько музыкальных фраз, она остановилась и спросила: «Этого достаточно?» И мы стали умолять ее продолжить – настолько приятно было слышать, как нежно она играет эту пьесу.

Ричард рассказывал нам, что иногда, когда Анна играла на пианино, он садился на диван и с удовольствием ее слушал. И если ему нравилась какая-то конкретная мелодия, он спрашивал ее, что это такое, и она отвечала ему, что это всего лишь импровизация. Он добавил, что, каким бы хорошим инженером он ни был, для него невозможно было сыграть что-то так же хорошо, не имея перед собой нот. Он не мог так импровизировать.

Часто я играю на эмоциях и плачу, и я спасаюсь бегством от фортепиано, потому что я сама себя удивляю. Музыка и искусство необходимы; мы должны иметь их в нашем обществе, они бесценны.

– Анна

Анна продолжила играть на фортепиано композицию «Мечтай» группы «Аэросмит», старый хит 1970-х, который они с Ричардом очень любили петь вместе. Мы все принялись подпевать ей. Ричард хорошо знал песню, но никогда особо не вникал в смысл слов, и именно тогда он указал нам, насколько они серьезны.

Позже в тот же день Джой захотела сыграть мелодию в свою очередь, и в ее случае не нужно было ее умолять! Она со смехом сказала нам, что Анна – неженка, потому что боится выступать перед людьми, но только не Джой! Когда она села за пианино, мы сразу заметили разницу между ней и Анной, настолько она была уверена в себе. Она, как и многие дети, откровенно и от души смеялась, играя двумя пальцами мелодию под названием «Собачий вальс». Она сочла исполнение настолько хорошим, что сыграла это же снова – к нашему большому удовольствию.

Контраст был потрясающим, это был какой-то сюрреалистический опыт. Когда Анна играла Баха, ее руки занимали совсем другое положение. Она плавно наигрывала свою мелодию вытянутыми расслабленными пальцами, а вот Джой с большой убежденностью просто отбивала ноты двумя пальцами, как на клавиатуре.

– Видишь, мне не страшно! И я могла бы провести с вами все интервью, если бы вы захотели, но Анна сказала бы мне: «Не надо!» – добавила Джой.