Однажды мы с Ричардом охраняли дом друга. Внезапно я почувствовала сильный страх, а затем мне привиделось оригами – японское искусство складывать фигурки из бумаги. Я наблюдала за этим объектом, который разворачивался передо мной. Каждый лист бумаги раскрывал одну идентичность, а затем еще одну и еще одну, и каждая из них раскрывалась по мере развертывания оригами. Я поняла, что то, через что я прошла, было похоже на этот вид искусства, в котором я увидела красоту. Для меня это было воплощением асимметричного и сложного сосуществования всех моих идентичностей.

С этим осознанием все изменилось. ДРЛ здесь не для того, чтобы причинить мне вред. Это не проблема и не враг. Могут потребоваться месяцы, годы, шаг за шагом, чтобы я научилась жить с этим. Я признала, что это сложный и одновременно странный процесс, но, возможно, эти два атрибута существуют бок о бок!

Мне трудно найти слова, чтобы описать чувства, которые я испытываю, но что я знаю точно, так это то, что, если ты боишься за свою голову, скрываешься и ведешь войну с самой собой, ты остаешься в плену в присутствии врага. Ты окажешься словно в тюрьме.

– Анна

Именно с этого момента Анна начала принимать все больше и больше идентичностей, начала более отчетливо вспоминать эти встречи на следующий день или по крайней мере сохранять некоторые их фрагменты. Это стало для нее большим изменением и, безусловно, шагом в правильном направлении. Следующим шагом было научиться сосуществовать с ними и выстраивать между ними эффективную коммуникацию. Это помогло укрепить доверие Анны и способствовало лучшему сосуществованию ее различных идентичностей.

ДРЛ – это впечатляющий процесс, который, на мой взгляд, проистекает из источника любви и намерения помочь и защитить меня. Однажды я услышала голос, говорящий мне: «Встречай все эти ситуации с любовью!» Я стараюсь чувствовать эту любовь как можно тщательней, пока эти эпизоды приходят ко мне, – без осуждения, но с принятием и состраданием. Это то, над чем я очень усердно работала и над чем работаю до сих пор.

– Анна

Уже существующие идентичности также научились лучше общаться друг с другом, а также с Анной. Это позволило ей чувствовать себя менее одинокой и дало ей больше надежды на то, что все они смогут жить вместе в гармонии.

Из двухсот идентичностей, описанных Ричардом в его дневнике, некоторые очень быстро исчезли, словно падающие звезды, а другие остались на несколько дней, недель или даже месяцев, прежде чем вернуться внутрь. Были девочки и мальчики, и большинство из них были детьми.

Когда мне нужна передышка, одна из главных идентичностей берет верх, и я чувствую себя лучше, моложе, беззаботнее и невиннее. Когда я чувствую себя подавленной, Джой берет верх, чтобы дать мне передышку. Я устраиваюсь на заднем сиденье. Наблюдать за ее легкостью мне приятно. Ее взгляд на мир такой забавный. Когда она уходит, кажется, что от нее остались какие-то впечатления, словно флюиды ароматов, которые затихают в комнате. Как будто все качества можно найти в одном человеке. Я действительно ценю радость, которую она распространяет вокруг себя, не заботясь о своем имидже. Она заставляет людей чувствовать себя комфортно и растапливает лед. Я чувствую себя очень хорошо, когда она рядом.

– Анна

Некоторые идентичности были просто образом, ощущением, то есть скорее фрагментом, чем полноценной личностью. Анна описывала это как треснувшую вазу. Однажды вечером она сказала, что у нее было пять идентичностей, возникших в результате одного травмирующего события; они были очень похожи и слились в одно целое.