Став взрослой, Анна много лет консультировалась с психиатрами и терапевтами. Когда она решила покинуть Онтарио, чтобы сбежать из своего семейного окружения и начать новую жизнь в Западной Канаде, она уже начала сокращать прием отпускаемых по рецепту лекарств, в чем ей помог терапевт из Онтарио. Когда она прибыла в Британскую Колумбию, у нее осталось только два лекарства, но по отношению к ним у нее развилась зависимость.

Благодаря поддержке врача и своему новому окружению год спустя ей удалось полностью освободиться от всех этих лекарств – и это после двадцати восьми лет зависимости. Сегодня она живет без каких-либо лекарств (что не обязательно относится ко всем людям с ДРЛ). Кроме того, Анна никогда не курила и не употребляла алкоголь или наркотики – не желая снова впадать в зависимость, она пообещала себе, что ей никогда больше не придется переживать тяжелые последствия детоксикации.

* * *

После того как Анна поселилась в Британской Колумбии, ее стали преследовать появившиеся тревожные воспоминания, открывающие ей ужасные картины прошлого, которые продолжали жить в сознании. Анна думала, что сходит с ума – настолько тревожными были эти новые откровения. Она попыталась похоронить свои воспоминания в отрицании, все еще пытаясь восстановить душевное равновесие.

Но чувствовала она себя обезумевшей. Поэтому Анна начала искать психологическую поддержку, которую в конечном итоге получила у женщины-терапевта, специализировавшейся на травмах. Это было для нее в новинку, потому что из всех терапевтов и специалистов в области психического здоровья, с которыми она консультировалась до того, ни один не имел опыта работы с такими психологическими проблемами. Консультации проводились регулярно в течение одного года. Терапевт помогла ей заметить ее частые моменты отсутствия во время их общения; она спросила ее, осознает ли она их – что удивило Анну, которая еще не знала о своей диссоциации.

В этот период на поверхность всплыли многие воспоминания о детских травмах, в том числе о сексуальном насилии, что вызвало у нее отвращение, до тошноты. Сначала Анна вычеркивала их из своей памяти, словно пытаясь развеять эти образы, отрицая прошлое, но ее усилия были тщетны, поскольку кошмары становились все более охватывающими и частыми. Вспышки негативных воспоминаний усиливались и становились все более навязчивыми. Больше игнорировать их было нельзя.

Именно в этот момент у Анны началась большая работа над осознанностью. Она научилась подключаться к своему телу, чтобы физически ощущать происходящее и понять свои ощущения. Она провела год, проделывая огромную работу над своим телом, чтобы при поддержке терапевта выразить то, что она чувствовала внутри.

У меня также были проблемы с физическим здоровьем, из-за которых я обратилась к другому специалисту, работавшему в области соматической психотерапии, что помогло мне разобраться с последствиями травмы для моего тела. Тот факт, что я использовала не слова, а, скорее, телесность, позволил мне высвободить эмоции и достичь высокой осознанности.

– Анна

Анна рассказала мне, что одним из важных упражнений для нее было осознание своих физических ограничений путем помещения веревки по кругу вокруг себя, чтобы проиллюстрировать, что представляет собой ее близкий круг, ее территория. Это упражнение было очень показательным; оно позволило ей осознать, что она так и не научилась определять свои границы, потому что взрослые никогда не создавали их для ее защиты. Вся эта работа позволила ей научиться определять свои границы и защищать себя в будущем.

Это упражнение произвело на меня впечатление: обмотав веревку вокруг себя, чтобы ограничить свою территорию, я поняла, что никогда не замыкала круг; я всегда оставляла отверстие, как будто держала для себя дверь открытой, чтобы сбежать, если когда-нибудь почувствую опасность. Я много плакала, когда поняла, что происходит внутри меня.

– Анна

Впоследствии Анна также начала работать со специалистом в области психического здоровья, который имел опыт работы с людьми с диссоциативными расстройствами. Она все еще консультируется с ним сегодня и по-прежнему извлекает из этого пользу.

Йога и физическая активность являются важными компонентами ее благополучия, а массаж был частью терапии в течение нескольких лет. Все эти методы лечения поддержали Анну в ее усилиях по более глубокому осознанию своих эмоций и мыслей, чтобы учиться регулировать их.

Благодаря всем этим формам помощи Анна научилась принимать свою ситуацию, замедлять ход мыслей в своей голове, чему она сопротивлялась. После почти десяти лет терапии она продолжает консультации, чтобы лучше лечить себя и развиваться в поисках равновесия.

Анна считает, что вся эта работа над травмами была для нее полезной; это позволило ей подготовиться к жизни с переходами к новым идентичностям, которые ждали ее на каждом шагу. Она убеждена, что, если бы не интенсивная психотерапевтическая работа над телом, она бы сегодня находилась в психиатрической больнице.