В 10 часов вечера у ворот Обуховского завода раздались резкие, требовательные гудки паровоза.

— «Черноморец» пришел, — разнеслась по цехам весть.

Это было в 1919 году в разгар боев за Петроград. Очень мало людей оставалось на производстве. Бо́льшая часть ушла на фронт. Из всей партийной ячейки только два коммуниста были в тот день на заводе, но они быстро сумели собрать рабочих.

На заводском дворе возле платформ бронепоезда стояли худые, измученные голодом люди. В ту пору красный Петроград совсем не имел продовольствия. Белые хозяйничали во всех хлебных районах страны. Не каждый день удавалось получить по карточкам ломоть хлеба, часто весь паек состоял из горсти колючего овса.

— Пища у нас лошадиная, — с печальной усмешкой говорили рабочие, глядя на поврежденные, разбитые платформы бронепоезда «Черноморец», — но поработать придется, как настоящим людям.

Снова на фронт

«Черноморец» был хорошо знаком обуховцам. Они его пополняли вооружением, ремонтировали уже не раз. Теперь он снова пришел на ремонт прямо из жаркого боя. Броня на платформах была разворочена, бо́льшая часть пушек разбита.

— Здо́рово вам досталось, — понимающе сказал кто-то из рабочих немногочисленным бойцам бронепоезда.

— Нам досталось, а белым втрое, — ответил матрос с перевязанной бинтом головой. — Давайте скорее подремонтируйте, и мы белякам всыплем еще не так.

— Ясно, — отозвались обуховцы. — Сегодня дома нам делать нечего, спать тоже не приходится. C завода уйдем только вместе с «Черноморцем».

Сорок восемь часов без отдыха, без сна на пронизывающем осеннем холоде работали измученные, голодные люди. Никто из них даже не посмотрел в сторону проходной будки. А через 48 часов, заново отремонтированный «Черноморец» ушел с завода прямо на линию фронта. Не далек был путь. Еще какой-нибудь час — и только что поставленные обуховцами пушки уже открыли огонь по белым.

─────