Дни летят один за другим.

Я не спорю со Щербинским из — за своей работы — сейчас это бессмысленно. Понимаю его опасения.

Просто вживаюсь в роль — веду образ жизни женщины очень богатого человека. Посещаю салоны, выбираю декор для дома, занимаюсь собой.

Это полностью совпадает с нашей легендой и отвлекает от тревожных мыслей.

Мероприятие все ближе… День рождения старого знакомого Артура, на котором соберется вся столичная элита.

Когда Артур называет мне ресторан, где будет праздник, внутри екает.

Это известная сеть, филиал которой есть в Питере. Там когда — то работала моя бывшая подруга, жена одного из приятелей Виктора. Она обожала свою работу, постоянно о ней рассказывала…

Не знаю, трудится ли она сейчас в этой сети. Как только я развелась, эта девушка испарилась из моей жизни.

Сейчас мне на это плевать… Те мелкие уколы, которые раньше казались трагедией, теперь — детский лепет на фоне того, в каком мире я сейчас живу.

Я поддерживаю связь только с Юлей.

Пишу ей коротко: «Жива, здорова, работаю на одного бизнесмена в частном порядке».

С сестрой общение выходит сухим. Я поздравила племянника с днем рождения, а в ответ получила порцию упреков о том, что я далеко и не смогла приехать лично.

Раньше это бы меня ранило, а сейчас просто закрываю чат...

Стою перед огромным зеркалом в гардеробной. Придирчиво оглядываю себя в полный рост.

На мне то самое платье из Италии — серое, с деликатным металлическим отливом.

Насколько же талантливый мне встретился стилист! Такой я себя никогда не видела… Кажется, даже цвет волос стал благороднее.

Мне убрали их назад в элегантную прическу, и только пара локонов нарочито небрежно выбивается.

Макияж, маникюр — все безупречно. В особняк приезжали мастера из салона, где Щербинский является вип — клиентом.

Да, так я тоже никогда не собиралась…

Гоню от себя мысли, насколько его мир непривычен для меня. Какие мы разные.

Хотя они все равно так и окутывают. Вместе с сильным волнением.

Артур появляется за моей спиной внезапно, как хищник. Его образ сегодня — тотал блэк. Абсолютно черная рубашка и костюм.

Этот цвет делает его ещё более внушительным и опасным…

Я уже хочу обернуться, но он мягко кладет руки мне на плечи.

— Постой, — говорит тихо.

В зеркале я вижу у него в руках продолговатый ювелирный футляр серого цвета.

— Помоги мне, — просит он, вкладывая коробочку в мои пальцы.

Раскрываю ее, и у меня перехватывает дыхание.

Внутри тонкое колье из белого золота. Сверкание бриллиантов такое яркое, что говорит о стоимости украшения лучше любых ценников.

— Артур... — только и могу выдохнуть.

Он не слушает. Вынимает колье, накидывает его мне на шею. Камни прохладой касаются ключиц.

Щербинский аккуратно щелкает замком сзади.

Смотрю в зеркало. Не могу отвести глаз… Украшение идеально подчеркивает мой наряд и весь образ.

Никогда не была фанаткой драгоценностей, но сейчас понимаю — эта вещь кажется продолжением меня самой.

Артур достает вторую коробочку, поменьше.

У меня внутри замирает — неужели кольцо?

Но когда он открывает, я вижу серьги. Тоже бриллиантовые, в тон колье. Никакого символизма, просто дополнение к гарнитуру.

О чем я только думаю?.. Не хватило первого замужества?

— Это надень сама, — велит Щербинский.

Я беру серьги, сглатывая подступивший к горлу ком.

Артур, заметив эту реакцию, ловит мою руку и целует тыльную сторону ладони.

— С удовольствием надел бы на тебя ещё кое — что... — он делает паузу, и мы оба всё понимаем. — Но сейчас это может нарушить легенду. А главное — поставить под угрозу твою безопасность.

Он ловит мой взгляд в зеркале. Его лицо становится предельно серьёзным.

— Хочу, чтобы ты понимала, Анечка… Я очень сильно тебя люблю. И твоя жизнь для меня сейчас дороже всего на свете.

Я стою, сжимая в руках сережки.

В комнате повисает такая звенящая тишина, что Артур, кажется, решает сбежать от этого момента. Он быстро разворачивается и выходит из спальни.

Дрожащими руками я вдеваю серьги в уши. Последний взгляд в зеркало и… пора покидать наш закрытый мир.

Мы встречаемся в прихожей. Спускаемся на подземную парковку, садимся в закрытый минивэн и мчим в сторону ресторана.

Праздник начинается…

Здание ресторана буквально залито огнями. Оно сияет в весенних сумерках, как огромная драгоценная звезда.

Поток машин кажется бесконечным. Одна за другой подкатывают люксовые авто, из которых выходят нарядные люди.

Водители и парковщики работают как часы, моментально уводя автомобили на стоянку.

Я и не подозревала, что в городе столько запредельно обеспеченных людей… Хотя, скорее всего, здесь собралась элита не только из Москвы.

На улице ранняя весна, ещё довольно зябко. Поверх своего «металлического» платья я накинула светлую брендовую шубку из искусственного меха — стилист настоял, что это сейчас самый писк моды.

Артур же выходит из машины прямо так, в пиджаке, как будто вообще не замечает холода. Он уверенно приобнимает меня за талию, и мы направляемся к входу.

У дверей нас встречает вышколенный сотрудник. Едва переступаем порог, мою шубу тут же принимают в гардероб.

Сервис здесь просто космический.

Проходим в основной зал. Внутри приглушенный свет, но все вокруг продолжает мерцать и переливаться. Столики, накрытые тяжелыми скатертями, расставлены так, чтобы у гостей было личное пространство.

Но все друг у друга на виду…. Артуру то и дело кто — то кивает. Нас провожают оценивающими взглядами.

Щербинский идет спокойно, не сбавляя шага. Как хозяин положения.

Официант с подносом предлагает аперитив.

— Позже, спасибо, — коротко бросает Артур.

Я тоже качаю головой. Расслабляться сегодня нельзя, а алкоголь — плохой помощник, когда нужно держать ухо востро.

Пригубим потом, во время основных тостов.

Мы проходим вглубь зала, и вдруг сбоку раздается звонкий женский голос:

— Артур Щербинский! Неужели!

Я оборачиваюсь и вижу очень колоритную брюнетку. Она в возрасте, немного полноватая, но с потрясающей статной фигурой.

Строгое черное платье служит лишь фоном для ее украшений. Крупные бриллианты на шее и руках так и кричат о своей цене и статусе владелицы.

Мне на секунду кажется, что она сейчас сгребет Артура в объятия. Такая от неё исходит энергия!

Но женщина останавливается в шаге от нас, ослепительно улыбаясь. Она не позволяет себе лишней фамильярности. Однако в ее глазах прыгают чертики.

— Давно мы тебя не видели… — говорит она Щербинскому, и ее взгляд тут же переключается на меня, принимаясь изучать с неприкрытым интересом.