Илья буквально выдергивает из рук таксиста мой чемодан. Хватает меня за локоть и тащит через всю парковку.

— Илья! Остановись! У меня через час рейс!

— Ты никуда не летишь!

— Это не тебе решать!

— Мне! — рявкает он.

— Нет! Да стой ты! Отпусти!

Он молча доводит меня до своей машины. Разблокирует двери, открывает багажник. Пока грузит чемодан, я срываюсь с места и бегу в сторону здания аэропорта. Но не успеваю пробежать и десяти метров, как Илья подхватывает меня за талию и поднимает в воздух.

— Отпусти!

— Прекрати орать, иначе мы привлечем к себе излишнее внимание.

— Тогда отпусти, и я не буду орать!

Вместо того, чтобы выполнить мою просьбу, он несет меня к машине. Усаживается за руль и тянет меня к себе на руки.

— Что ты делаешь?!

— Будем ехать так, если ты не собираешься угомониться и выслушать меня, — спокойно сообщает он и заводит машину.

— Пусти! Я сяду рядом!

— Двери заблокированы, так что даже не дергайся, — отзывается он и пересаживает меня на пассажирское сиденье, а сам срывает машину с места. Я едва успеваю пристегнуться.

— Ты не имеешь права, ясно?! — рявкаю на него, когда мы покидаем территорию аэропорта.

— Если бы не имел, не приехал бы за тобой. Но, помнится, вчера ты говорила, что любишь.

— При чем здесь это?

— При том! — его голос громыхает на весь салон. — При том, что только это важно, ясно?! Почему ты ушла утром?

— Потому что… Я хотела мирно поговорить с семьей, объяснить все.

— Я так понимаю, не получилось?

— Нет, — всхлипываю, а Илья сбрасывает скорость и кладет руку на мое колено.

Тогда я снимаю свои балетки и забираюсь на сиденье с ногами. Илья поглаживает мою ногу.

— Что там случилось?

— Меня обвинили в том, что я разрушила счастье сестры.

— И ты не нашла ничего лучше, чем сбежать. Я же сказал, что возьму удар на себя. Зачем ты лезешь грудью на амбразуру?

— Илья, они же моя семья. Как иначе? Я хотела просто поговорить и выяснить все спорные вопросы.

— Маша привыкла получать все, на что укажет пальчиком. И твои родители всячески этому способствуют. Неужели ты думала, что в этом случае будет иначе? Я не знаю, какие между вами отношения. Точнее, не знал, но сейчас примерно понимаю. И как ни прискорбно это признавать, но твое счастье всегда будет не настолько важным, как счастье Маши. Я тебе кое-что расскажу.

Он бросает на меня взгляд, а я сглатываю. Мне наверняка не понравится то, что скажет Илья.

— Мы с твоим отцом заключили сделку. По ней я женюсь на твоей сестре, а он за это инвестирует деньги в развитие города и области. И это не я пришел к нему с этим предложением, а он — ко мне. Потому что Маша встретила меня на одной из вечеринок, и я ей понравился. Меня тогда газеты назвали завидным женихом, и твоя сестра решила, что я как раз ее уровень. Понимаешь, к чему я клоню?

— Нет, — отвечаю честно.

— К тому, что я для твоей сестры проект. Ей не был интересен я сам, как и она — мне. Я нуждался в жене для укрепления своего статуса. Она — в муже для… для чего там гламурные девочки выходят замуж за статусных мужиков? Вот и все, Анфиса. Никаких чувств и чего-то такого. А с тобой у меня крышу срывает, понимаешь? Мне без тебя дышать тяжело. И я готов… услышь меня, Анфиса! Готов пожертвовать своей должностью и репутацией, чтобы быть с тобой.

— Господи, как все сложно, — вздыхаю я.

— На самом деле нет. Вообще не сложно. Просто делай так, как сама хочешь. Оставь своих родственников самостоятельно справляться с этой надуманной проблемой и позволь себе наконец делать только то, что хочешь именно ты. Чего ты хочешь? Вот прямо сейчас.

— На ручки, — произношу первое, что приходит в голову.

Илья тут же включает поворотник и съезжает на обочину. Включает аварийку, отщелкивает своей ремень безопасности и тянет ко мне руки.

— Иди.

Я быстро отстегиваюсь и переползаю на колени к своему любимому мужчине. Сворачиваюсь клубочком, утопая в больших, горячих руках. Илья зарывается носом в мои волосы и целует в макушку.

— Вот видишь, как все просто? Надо лишь слушать свои желания, потом озвучивать их и позволить мне воплотить их в жизнь. Элементарно.

— Что будет дальше? — спрашиваю его, закрыв глаза.

— Дальше мы полетим в Милан, чтобы собрать твои вещи и отправить их сюда. Потом поженимся. Ты определишься, чем хочешь заниматься. Если ничем, так тому и быть. Будем жить, путешествовать, спать, есть, ходить в кино и театр, читать книги, смотреть фильмы, ездить в горы, заниматься любовью. А как-нибудь позже нарожаем кучу маленьких Илюх и Анфис. Ты станешь прекрасной мамой, а я буду стараться стать классным отцом, каким был для меня мой.

Я улыбаюсь, слушая его голос. Мне так нравится озвученная им перспектива, что я очень красочно представляю себе, как это будет выглядеть.

— Илья, а что с моими родителями?

— А им надо дать время, чтобы они осознали ценность и младшей дочери. А если не смогут, то они потеряют больше, чем ты. Потому что у них новой семьи уже не будет, а ты себе можешь построить такую, какую только захочешь.

— И буду любить всех наших детей, никого не выделяя. Я буду справедливой мамой.

— Конечно, будешь, малышка. Ты будешь самой лучшей мамой на свете. — Он поднимает мою голову за подбородок и нежно целует. — Начнем работать над этим прямо сегодня? — Илья играет бровями и улыбается. — Или немного подождем?

— Немного подождем.

— Правильно. Надо сначала забрать твои вещи из Милана, а перед этим надеть на твой пальчик колечко. Что ты больше любишь: золото, платину, серебро?

— Белое золото.

— Значит, белое золото, — кивает он. — Поехали сейчас выберем тебе кольцо.

— Илья, я, наверное, не готова.

— Готова. Это родители в твоей голове не готовы, но мы у них не спросим. Давай, садись на свое место, поедем за колечком.