Я плавлюсь в руках Ильи. Тону в нежности, которой мне так сильно не хватало. Даже я не знала, что мне хочется ласки. Но вот она я — лежу в объятиях любимого мужчины и изо всех сил гоню от себя чувство вины.

Мне хочется большего с ним. Хочется сбросить одежду и ощутить Илью целиком. Позволить ему сломать все мои барьеры и наконец заглушить мое чувство вины. Утопить его навсегда, не позволяя мне постоянно проваливаться в это состояние.

Но даже когда я утопаю в нежности, все равно тонкий голосок в голове прорывается в мои мысли и напоминает обо всем, о чем сейчас я бы предпочла не помнить. Например, о том, что Илью я знаю всего ничего. А со своей семьей я прожила много лет. Или о том, что Илья с такой легкостью отказался от своих обязательств перед Машей, отдав предпочтение мне. Да, у него ко мне чувства, но освобождает ли это его от данного моей сестре слова?

Я мечусь, когда голос в голове становится громче. Но потом руки Ильи начинают блуждать по моему телу, и я начинаю слышать только грохот крови в ушах и тихий шепот Ильи.

Сама не замечаю, как мы оба оказываемся без одежды.

— Не могу поверить, что наконец могу касаться тебя, — произносит Илья и снова целует.

На этот раз поцелуй выходит другим. Страстным, горячим. Он поджигает кровь в моих венах и заставляет ее бежать быстрее. Все тело вспыхивает желанием, а внизу живота ноет и приятно щекочет.

Извиваюсь, не в силах выдержать ласк Ильи. Его губы, съехав вниз, блуждают по моему телу. Дарят наслаждение, от которого кружится голова, а с губ срываются стоны. В тишине комнаты они как будто отбиваются от стен и растворяются в пространстве. Оседают на всех поверхностях, заставляя их вибрировать и еще сильнее накалять атмосферу.

Я вся дрожу, когда Илья, насытившись вкусом моего тела, нависает сверху. Наши взгляды встречаются. Его дикий и необузданный, полный острой жажды и решительности. Как будто на меня смотрит зверь, готовый вот-вот разорвать меня на части.

Когда наши тела сливаются, я закрываю глаза, пытаясь прочувствовать каждую секунду. Впитать ее и запомнить. Чтобы каждый раз, когда задамся вопросом, почему выбрала Илью, этот момент тоже всплывал в моей памяти. Потому что Илья дает мне все и даже больше. Заполняет собой до самых краев, заставляя чувствовать себя любимой, обласканной, самой большой ценностью на Земле.

Сначала движения Ильи плавные. Нежные и аккуратные, как будто он боится сломать меня. А, когда я открываю глаза, он ускоряется, и теперь двигается резче. Берет меня жадно, будто не может насытиться. Не может поверить в то, что именно я здесь с ним. И именно меня он ласкает, целует и…

— Ах! — вырывается из меня за секунду до того, как мое тело будто парализует. А потом я начинаю трястись, ощущая настолько острое удовольствие, что на несколько секунд перед глазами темнеет.

Илья накрывает мои губы своими и ускоряется в погоне за собственным наслаждением. Целует, кусает, ласкает и бормочет о том, как любит. Я снова и снова утопаю в этой ласке, пока окончательно не сдаюсь и во второй раз не взлетаю на вершину вместе с Ильей.

Он прижимается своим лбом к моему и тяжело дышит, приходя в себя. А потом скатывается на кровать и прижимает меня к своему боку. Поддев подбородок, заставляет повернуть голову так, чтобы наши губы снова встретились.

— Я люблю тебя, — в который раз повторяет Илья, обдавая горячим дыханием мои губы.

— И я люблю тебя, — отвечаю хрипло.

— Выходи за меня.

— Илья…

— Не надо сейчас этого всего, ладно? Анфиса, мне плевать, кто и что подумает. Плевать, как к нам отнесется твоя семья. Я просто хочу быть с тобой. И я готов взять все удары на себя. Закрыть тебя собой и не дать никому даже косо посмотреть в твою сторону. Ну так что? Ты согласна?

— А у меня есть время подумать?

Он заваливает меня на спину и нависает сверху. На его губах расплывается очаровательная улыбка.

— Разве что только до утра. — Мы пару минут молча смотрим в глаза друг другу и улыбаемся. — Почему ты тогда сбежала?

— Стало страшно, что влюблюсь, и из-за тебя мне придется вернуться.

— И как? Получилось не влюбиться? — Я качаю головой и на мгновение зажмуриваюсь, а Илья ловит мое лицо в ладони и целует улыбающиеся губы. — Тогда почему не вернулась?

— Решила, что время расставит все по местам, и я смогу забыть тебя.

— Тоже не получилось, я надеюсь?

— Нет. Когда увидела тебя на приеме в твоем доме, поняла, что чувства во мне как будто притаились. Ждали удобного часа, чтобы в определенный момент выскочить, как черт из табакерки.

— Значит, это самые правильные чувства. И чихать на тех, кто считает иначе.

— Илья… А как же твоя репутация политика? Все соцсети и газеты уже называют вас с Машей женихом и невестой.

— Не прямо так, но да, все трубят о том, что мы пара.

— И что же теперь будет? — сжимаюсь немного, потому что тот противный голос в голове начинает звучать громче. И неприкрытая, постыдная правда все никак не хочет прятаться. Наоборот, теперь она как будто намеренно выпячивается и кричит, чтобы я наконец увидела то, что пыталась игнорировать.

— Ничего не будет. А если и будет, как сказал, я возьму удар на себя.

— Но твоя карьера…

— Да и хрен с ней, — легко отвечает Илья. — В первую очередь я бизнесмен. Это нас точно прокормит. Все равно я губернатором стал ради тебя.

— Что? В каком смысле?

— Я же рассказывал. Ты забыла? Когда не смог найти тебя, думал, стану губером, ты увидишь меня на каком-нибудь из баннеров и сама придешь. Но ты, Анфиса, просто какой-то сундучок с сюрпризами. Маленький, коварный сундучок.

Он начинает щекотать меня, потом целовать, и в конце концов все это перерастает в еще один эпизод, где мы голые, потные и счастливые.

А утром я просыпаюсь раньше Ильи. Тихонько одеваюсь и присев на край кровати, смотрю на любимого мужчину. Отвожу крохотную прядь его челки с опущенных век и тяжело сглатываю.

Вчера, когда я была в объятиях Ильи, а его голос завораживающе шептал мне о чувствах и том, как все будет легко, мне наша ситуация казалась намного проще. Сейчас же, когда первые лучи солнца пробиваются в комнату, я понимаю, что все не так радужно. Эти лучи как будто подсвечивают все то, на что я старалась не обращать внимания в те часы, которые провела с Ильей. Но мне придется столкнуться с суровой реальностью и принять окончательное решение, что делать со всем этим.

Наклонившись, оставляю на щеке Ильи невесомый поцелуй и сбегаю из его дома. Направляюсь к своим родителям, чтобы вобрать в себя весь их гнев, а потом навсегда исчезнуть из жизней самых родных и любимых людей.