Через несколько дней театральные повозки стояли во дворе заброшенного португальского монастыря. Весь путь из Испании Дуремар ломал голову, как спасти Карабаса. И вот его осенило: нужно нанять самого лучшего мадридского адвоката. А для этого нужны деньги. Но чтобы их получить, нужно новое ослепительное представление!

Дуремар собрал артистов на зелёной поляне. Когда-то здесь находился центральный монастырский двор, но теперь всё заросло. Воздух в Португалии был совсем не такой, как на Кастильском плоскогорье: густой, влажный, пахнущий сырой землёй, цветущим олеандром и лавром.

– Итак, быка у нас забрали, но нам нужен невероятный номер для выступления в Лиссабоне, – картаво объявил Дуремар. – Есть идеи, что это может быть?

Он строго посмотрел на артистов.

– Бу? – пожал плечами Арлекин.

– Ра! – подхватил Артемон.

– Ти! – продолжила Мальвина.

– Но! – добавил Пьеро.

– Ту-ту-ру-ту-ту-ту-ру! – пропел Буратино, настукивая ладонями по деревянным коленям. – У нас и без быка отлично получалось. В Афинах, в Риме…

– Нет-нет-нет, – прервал его Дуремар, выходя на середину двора и размахивая руками. – Представление «Бу» мы, разумеется, оставим. Но теперь оно будет подводить зрителя к гвоздю программы.

– К чему? – переспросил Артемон.

– К гвоздю! – пояснил Арлекин. – Нам раздадут гвозди, и мы будем заколачивать их во всё подряд. Грохот будет такой, что весь Лиссабон услышит!

– А вот и не тако-о-ой, – передразнил его Дуремар. – «Гвоздь программы» – это самое главное в представлении. Термин, который знают руководители и директора театров. Вам, рядовым артистам, не понять.

В общем, что бы ни предлагали актёры, Дуремар уже всё за них решил. Новым номером будет представление… с пиявками. Главную роль в нём, конечно же, исполнит владелец заветной банки с этими замечательными и крайне полезными для здоровья существами. Но и для Пьеро, Арлекина, Артемона и Мальвины предусмотрены свои задачи. Только для Буратино роли не нашлось. Потому что пиявки совершенно не интересовались деревянными артистами.

– Но помни, это ничего не значит, – с серьёзным лицом заявил Дуремар. – Ты не выступаешь в этом представлении, но играешь в другом. И вообще, деревянность – это самое важное качество артиста репертуарного театра. Об этом так часто говорил наш дорогой художественный руководитель!

При мыслях о Карабасе, который безвинно томился в мадридской тюрьме, голос Дуремара дрогнул, а на глаза навернулись слёзы. Ему пришлось несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть. И даже помахать руками, чтобы успокоиться. В конце концов, сейчас не время раскисать! Нужно собраться, сделать грандиозное представление! И спасти любимого начальника!

Дуремар раздал всем задействованным актёрам листочки с их словами. Буратино же расположился на стволе упавшего дерева в тени монастырской стены. Рядом уселись три таракана. Алехандро порядком потрепало при спешном бегстве из Испании. И сейчас старик мечтал отдохнуть, наблюдая за утончённой театральной постановкой. Двое других тоже были не против поразвлечься.

Артисты в центре монастырского двора возились с пиявками. Тараканы и Буратино смотрели. Шло время.

Минут через пятнадцать Антон высказал своё мнение:

– Глупость какая-то!

– Да уж, – прокряхтел Алехандро. – Не думал, что скажу такое. Но мой запальчивый коллега прав. Постановка и правда оставляет желать лучшего.

– Думаете, надо им что-то другое репетировать? – нахмурился Буратино.

– Нет-нет, пусть с этим продолжают, – замахал лапками Антон. – Может, что-нибудь смешное всё-таки получится!

– Но вам, синьор Буратино, я бы рекомендовал прогуляться, – Алехандро указал тростью на руины вокруг. – К сожалению, артисты труппы всё ещё остаются в тени достопочтенного руководителя театра. И никак не решатся проявить себя. Но вы-то, синьор, вы обязательно сможете и должны демонстрировать самостоятельность. Используйте для этого любую возможность. Вот, например, здесь. Познакомьтесь с местной историей. И географией. Это пригодится вам в школе.

– Ой, как здорово, – захлопал в ладоши Буратино. – И это поможет мне стать врачом или адвокатом?

Алехандро задумался, а Антон в преувеличенно отчаянном жесте хлопнул себя лапкой по лбу.

– Ну чего ты голову себе раньше времени забиваешь? – он подтолкнул Буратино к каменной лестнице, поднимавшейся на крепостную стену. – Иди, наслаждайся видами. Люди за это огромные деньги платят. Билеты на поезд, извозчик до руин и обратно. А у тебя уже всё готово.

Буратино послушно поднялся по лестнице. Сверху стену закрывала полуразвалившаяся галерея. Плющ так плотно её оплёл, что солнечный свет сюда почти не проникал. Буратино пробрался меж обвалившимися деревянными балками и оказался перед невысоким проёмом в стене. Это был вход в башню. От него начиналась узкая винтовая лестница. Карабкаться по ней пришлось долго, но в конце концов Буратино выбрался на верхнюю площадку. Отсюда открывался замечательный вид на изумрудно-зелёную долину и красные черепичные крыши Лиссабона вдали. Буратино не знал, насколько хорошо это познакомит его с историей и географией, но уже очень хотел рассказать об этих видах папе Карло. Надо старательно всё-всё запомнить, а потом нарисовать картинку для письма.

Он высунулся между двумя каменными зубцами, чтобы получше рассмотреть деревенские дома в долине. Его движение спугнуло маленькую пурпурно-чёрную птичку. Та вспорхнула и уселась на один из зубцов, нервно покачивая хвостом.

– Ой, простите, синьорина птица, я вовсе не хотел вас пугать.

Но она не стала дослушивать, сердито чирикнула, подпрыгнула и, резко взмахивая крыльями, скрылась за монастырской стеной. Из крыла птички выпало крошечное пурпурное перо и закружилось в воздухе. Буратино поймал его на ладонь. Вот это удача! Он обязательно вложит это перо в конверт и отправит папе! Пусть Карло тоже посмотрит, какие красивые птицы водятся в Португалии.

Буратино боялся помять это нежное перо, поэтому так и держал его на раскрытой ладони. Он спустился по винтовой лестнице, но свернул не в разрушенную галерею, а вышел в низкий каменный зал. И тут случилось несчастье! Порыв сквозняка подхватил лёгкое пёрышко и сбросил с ладони. Буратино погнался за улетающей пурпурной точкой. И уже почти догнал, но прямо перед его носом её схватили когтистые оранжевые пальцы.

– Скр-р-р-ри-и, ск-к-к-кри, фьюсьс-с-с-с.

Буратино отшатнулся. Фальцет пялился на него огромными жёлтыми глазами. Он прижал к груди лапу с добычей и медленно отошёл на пару шагов назад.

– Фьюсьс-с-с-с, фьюсьс-с-с-с.

Фальцет отступил ещё чуть дальше. Он настороженно оглядывался.

Из темноты в глубине зала показалась Де Ладонна. Её длинное платье шуршало по полу. Зверёк подбежал к ней, но забираться на плечо не стал, а мелким шажками засеменил рядом.

– Удивительно, в каких интересных местах мы встречаемся, – графиня подошла к Буратино. Фальцет у её ног кривлялся и размахивал пером.

Буратино попытался выхватить перо, но обезьяна каждый раз оказывалась быстрее и успевала убрать лапу.

– Скр-р-р-ри-и, ск-к-к-кри! – злобно-торжествующе трещала она.

– Как вижу, ты продолжаешь собирать коллекцию? – безэмоционально спросила графиня тихим хрипловатым голосом.

– Скажите ему, чтоб отдал! Это для папы! – рассердился Буратино.

– Фальцет! – приказала Де Ладонна.

Обезьяна тут же прекратила трещать и быстрым движением разорвала перо на отдельные пушинки.

Буратино онемел от такой неожиданности.

– Ах, какая жалость, – холодно заметила графиня. – Буратино, я должна извиниться перед тобой за эту глупую обезьяну, поэтому в качестве компенсации предлагаю взглянуть на жемчужину моей коллекции. Очень редкую и очень ценную вещь, которую можно увидеть только в этих развалинах.

Не ожидая ответа, она развернулась и пошла обратно в тёмную часть зала. Фальцет, мерзко свистя и пощёлкивая, побежал следом.

Буратино ужасно разозлился на них обоих. Но в то же время ему было интересно: что это за редкость такая? А вдруг именно она помогает стать хорошим врачом или адвокатом? Ведь тараканы не зря рекомендовали ему всё-всё тут внимательно осмотреть. Наверняка это пригодится в учёбе. А папа Карло очень хотел бы, чтобы его сын учился. И закончил сначала школу, потом университет, а потом сделался врачом или адвокатом. А может, с этой редкой вещью можно стать кем хочешь даже без университета?

И Буратино побежал за графиней.

Они прошли через несколько залов и коридоров и оказались на широкой лестничной площадке, где стоял обычный деревянный ящик. Де Ладонна остановилась возле него, как будто это и было сокровище. Но ящик ничем не отличался от любых других, тех, в которые складывали глиняную посуду или безделушки на блошином рынке. Разве что размеры у него были побольше.

– А где же редкая вещь? – Буратино повертел головой.

– Ты ещё не догадался? – тихо спросила графиня. – Редкая вещь – это ты.

Она мягко толкнула его. Буратино споткнулся о высокий борт ящика и упал внутрь. Тут же чьи-то крепкие руки опустили над ним деревянную крышку.

Бам-бам-бам.

Бодро стучал молоток, забивая гвозди. Буратино попытался отпихнуть крышку и выскочить наружу, но те, сверху, работали быстрее.

– Готово, сеньора, – сказал грубый мужской голос.

– Несите в повозку. Только аккуратно, – тихо ответила графиня.

– Вы что? Вы куда? Я не вещь! Я артист! Я сын папы Карло! Пустите! – Буратино колотил изо всех сил по стенкам и крышке ящика, бил ногами по его дну. Но людям снаружи было всё равно.

Ящик качнулся. Буратино понял, что его поднимают. Он покатился от одной стенки к другой. Потом обратно. Наконец подручные графини выровняли свою ношу и стали спускаться по лестнице. Свет, пробивавшийся сквозь щели между досками, прыгал и танцевал, как будто кто-то зажёг свечу и водил перед ней рукой. Затем пляска света сменилась ровным сиянием. Ящик вынесли на улицу.

Буратино услышал фырканье лошадей. Скрип колёс. Вдруг что-то глухо стукнуло по крышке. Одну из щелей накрыло тенью.

– Кх-к-к-к-кх-х! – противно затрещало из этой щели.

– Ну-ка, брысь, – рявкнул мужской голос.

Обезьяна спрыгнула. Люди, которые несли ящик, подняли его и закинули на повозку. Буратино ударился головой о стенку.

– Брезентом его накройте. От чужих глаз, – сказал всё тот же голос.

И тут стало совсем темно.