Экскурсию в горы, как выяснилось, проводить будет проводник на специализированном транспорте, сильно потрепанным жизнью, увидев который, Марух дал заднюю:
– Господа, у меня дела. Я вспомнил, что всегда хотел изучить последствия дестабилизации. И вот мой шанс. Сами понимаете, во имя науки и прогресса. А так я бы очень хотел…
– Я тоже за прогресс, – присоединилась к нему Кира. – И тоже не хочу никуда ехать на этом ржавом мобиле. Нас укачает.
Ксандр тяжело вздохнул и собрался было уговорить двоих предателей, решивших соскочить с прогулки к Серебряным водопадам. Но Майя вмешалась, не дав ему сказать ни слова:
– Оставайтесь. Дестабилизацию действительно важно изучать.
– Вот именно! – Марух победно сверкнул глазами в сторону Ксандра и, поманив за собой Киру, быстро пошел назад, как если бы опасался, что у Ксандра свое мнение на счет прогулки или дестабилизации.
Майя с облегчением наблюдала, как сестра рванула следом за ним, и тихо добавила:
– Пусть остаются. В конце концов, скоро свобода закончится. И кто знает, будет ли у них время пообщаться снова?
– Разумеется, будет, – спокойно ответил Ксандр, приобняв ее за плечи и направляя к мобилю. – Я согласен с тобой, пусть остаются. Нытья Маруха с нас уже достаточно. Поторопимся, проводник заждался.
Последний – коренастый невысокий мужчина в светло-бежевом летнем костюме – встрепенулся и натянуто любезно улыбнулся экскурсантам:
– За индивидуальные экскурсии для двоих сумма будет не меньше, чем за четверых.
– А если нам все понравится, то и больше, – кивнул ему Ксандр, открыв перед Майей дверь в мобиль. Сел рядом с ней на заднем сиденье и тихо, но веско добавил, блеснув красными искрами в глазах: – Девушка любит красивые виды с историей, вы уж постарайтесь ее не разочаровать.
Вскоре мобиль, явно приспособленный для езды по бездорожью, довольно бодро тронулся в путь.
Ксандр покрутил браслет на запястье, чтобы до минимума снизить воздействие своей темной энергии на проводника во избежание неприятностей.
Проводник, представившийся Михаилом, предупредил их, что в багажнике есть вода и шерстяные накидки на случай, если вдруг похолодает.
Дорога была ухабистой, но вполне терпимой. Особенно без нытья Маруха. Сперва пришиблено поглядывавший на Ксандра проводник, вскоре расслабился и начал рассказывать о местных красотах, нравах, жителях, образе жизни и легендах, передающихся из поколения в поколение. Майя улыбалась, но слушала вполуха – смотрела в окно на действительно красивую местность и… кожей ощущала близкое присутствие Ксандра. Он сидел рядом – расслабленный, сильный, красивый. Касался ее колена своим. Думал о чем-то, иногда смотрел на Майю, что она подмечала краем глаза.
Когда Ксандр в очередной раз повернулся к ней, Майя тоже посмотрела ему в глаза – в темноте его зрачков заискрило красным. Ксандр протянул ей руку, дождался, пока она вложит в его ладонь свою и, чуть сжав тонкие, но сильные девичьи пальцы, наконец расслабился. Улыбнулся легко и непринужденно, разбивая напряженную тишину между ними. А Майя вновь отвернулась к окну, чувствуя, как щеки заливает румянец.
Михаил все говорил и говорил, наверное, не подозревая о происходящем сзади. Впрочем, даже если бы он смотрел на своих пассажиров-экскурсантов в упор, вряд ли понял, что между ними творилось. Майя и сама пока не отдавала себе отчета в происходящем. Она понимала, что Ксандр к ней неравнодушен. Как и она к нему. Но к чему это приведет? Это ей неведомо…
Дорога к водопадам заняла не больше получаса, минут пятнадцать из которых ехали вверх, по горному серпантину. Их трясло и качало, Майе приходилось держаться за дверную ручку, но в какой-то особо ухабистый момент «прилетела» к Ксандру. Обняв ее за плечи и прижав к себе, он шепнул, коснувшись губами ее виска:
– Посиди так. Это безопаснее.
И Майя сидела так, затаив дыхание, прислушиваясь к себе и ощущая толпы разбегающихся по коже приятных мурашек. Потом, опомнившись, наконец вдохнула, и Прах прижал ее еще крепче. А когда мобиль остановился и проводник объявил, что они прибыли к водопадам, Майя едва скрыла разочарование. Она готова была трястись в этом мобиле годы и десятилетия, лишь бы вот так. С Ксандром в обнимку. Чувствуя его совсем близко и не думая о том, что будет дальше. Жаль, чудесные мгновения закончились.
Ксандр вышел из мобиля, открыл перед ней дверь и, протянув руку помочь выйти, попросил:
– Закрой глаза. Будет гораздо интереснее, если ты увидишь водопады сразу с близкого расстояния.
Майя послушно зажмурилась, ожидая что Ксандр проведет ее за руку. Но вместо этого он подхватил ее на руки, предупредив:
– Не подглядывай! Иначе сама себе испортишь впечатление.
Она зажмурилась сильнее, улыбнулась и кивнула. Проводник продолжил рассказывать, надо думать, Ксандру, откуда откроется наиболее зрелищный вид. А Майя, с удовольствием путешествующая на руках у замечательного мужчины, прислушивалась к его дыханию, биению сердца и запаху.
– Вот здесь вашей невесте очень понравится! – услышала Майя и не осмелилась открыть глаза, чтобы не пришлось смотреть на Ксандра в этот момент.
Характерный рокот воды приблизился, и она ощутила свежий, бодрящий воздушный поток. Ксандр помог ей встать на ноги там, где посоветовал проводник для лучшего обзора и прошептал на ухо:
– Смотри!
Открыв глаза, она обнаружила себя на… краю скалы, нависающей над бездной. Посмотрев вниз, Майя удивленно нахмурилась: казалось, дно пропасти заполнено жидким металлом. С противоположной скалы срывался неистово бурлящий водный поток, похожий на расплавленное серебро, и с ревом несся вниз. Сонм парящих в воздухе капель создавал настоящую искрящуюся феерию, в которой отражалось солнце, усиливая сияние. Ослепляя.
Залюбовавшись этим чудом природы, Майя невольно вцепилась в руку Ксандра, не в силах справиться с волнением, настолько величие стихии пугало и одновременно манило. Мельчайшая водяная смесь оседала на их ресницах, лице и волосах, затем скатывалась сверкающими каплями.
– Хочешь уйти? – громко спросил Ксандр, и Майя только тогда поняла, как он напряжен.
Она отрицательно помотала головой и с шальной улыбкой попыталась заглушить рев водопада:
– Ни за что! Это потрясающе!
– Серебряные водопады – наша гордость! – так же прокричал проводник, стоящий в шаге у них за спиной. – Существует легенда…
– Потом! – попросила Майя, махнув ему рукой.
Ксандр тоже добавил:
– Прогуляйтесь по гордости! Мы позовем, как только насладимся… видами!
Михаил понятливо отступил.
Ксандр, проводив его взглядом, предложил Майе:
– Хочешь отойдем подальше?!
Мотнув головой, она вновь глянула вниз с шальной улыбкой: если бы не Ксандр, она бы не решилась подойти к обрыву так близко. Тем более стоять у самого края пропасти. А рядом с Ксандром она ничего не боялась. И никого. Как это произошло? Когда началось? Она не помнила. Просто приняла, что этот мужчина стал важен для нее, подарил чувство защищенности, чего, оказывается, ей очень не хватало долгие годы. Их взгляды столкнулись и Майя внутренне дрогнула, ей почему-то показалось, что он все-все про нее понял. Про ее мысли, чувства, страхи…
– Спасибо, Ксандр! – громко сказала Майя, глядя ему в глаза.
Он качнулся к ней, обхватил ее мокрое лицо руками и коснулся губами губ. Нежно, осторожно, почти невесомо. Проверял, не оттолкнет ли она?
Майя привстала на цыпочки и обняла его за шею. Ей и в голову не пришло отстраниться. О, нет! И как только Прах понял это, его поцелуй стал напористей, ярче, жарче. Шум воды смешался с усиленным биением их сердец, восторженных от столь желанного сближения. Жаль, что вскоре послышалось чрезвычайно громкое покашливание. Снова и снова…
Майя отстранилась от Ксандра и неловко улыбнулась:
– Кажется, наш проводник намекнул, что пора идти дальше!
– Надо дать ему самый действенный и горький сироп от кашля, – проворчал Ксандр, не сводя с Майи глаз, полных жадного восхищения и желания продолжить целоваться немедленно.
Смущенно хихикнув, она бросила последний взгляд на сверкающий водопад и повела Ксандра за собой к мобилю. Михаил, уже порядком раскрасневшийся от вынужденного кашля, сам открыл им двери с заискивающей улыбкой, наверное, чтобы не передумали:
– Усаживайтесь поудобнее. Впереди у нас Поющие скалы. И… Пещеры теней, если пожелаете. Но сегодня ветер усиливается и там, скорее всего, будет холодно.
– Долго ехать к скалам? – спросила Майя, старательно не глядя на Ксандра. – Там будет кафе для перекуса?
– Ехать примерно час. И там… – начал было отвечать гид.
– Сюрприз, – перебил его Ксандр. – И голодными нас точно не оставят.
– Отлично! – Майя села в мобиль и сразу отвернулась к окну, не представляя, как теперь разговаривать с Прахом. Как себя с ним вести?
У водопада все было естественно и понятно, а в мобиле вернулась реальная жизнь, где они толком не знали друг друга.
Но Ксандру, как выяснилось, не нужны были слова. Он сел ближе к Майе, притянул ее к себе и, поцеловав в макушку, спросил:
– Тебе так удобно?
– Идеально! – радостно прошептала она, прижимаясь к мощному мужскому плечу и широко улыбаясь, не в силах удержать эмоции внутри.
Проводник, заняв свое место впереди, вспомнил о своих обязанностях и принялся рассказывать об уникальной породе горных козлов, которых нашли именно здесь, и больше таких нигде нет.
Майя слушала, прикрыв глаза, представляя наглых коричневых козлов, быстро перебирающих копытами по склонам местных гор, и… не заметила, как задремала. Разбудил ее нежный поцелуй и шепот:
– Мы приехали, соня. Ты пропустила столько интригующих легенд…
Майя тихо рассмеялась и неискренне покаялась:
– Мне ужасно жаль.
Ксандр прищурился, рассматривая ее заспанное лицо, затем тяжело вздохнул и попросил:
– Давай выходить. Пока я… не прекратил интересную экскурсию раньше времени.
Поющие скалы оказались примерно с пятиэтажный дом и высились на берегу все той же реки Эхи́ры. Этакие молчаливые стражи с расщелинами и несколькими арочными проходами создавали тень и окутывали прохладой среди яркого солнечного дня.
– Когда дует сильный ветер, из-за расщелин в скалах создается эффект голосов, песен или стонов, – пояснил проводник, глядя на восторженно замершую Майю. – Иногда эти звуки чарующие, но чаще – пугающие. Каждый слышит что-то свое.
Прислушавшись, Майя ответила:
– Сейчас только легкие завывания.
– Ветра практически нет, – пояснил Михаил, – но он может налететь в любой момент, ваш спутник взял покрывала. Накиньте. Мы пройдем у подножья скал, и я расскажу вам о них легенду.
Ксандр встряхнул накидку, прежде чем укрыл ею Майю. А сам не воспользовался второй. Михаил, тоже утеплившись, шел впереди и вещал нечто романтическое о споре луны и солнца из-за самого сладкоголосого певца: каждое небесное светило хотело заполучить его себе, чтобы он творил только в их время. Но так и не смогли договориться. В итоге певца превратили в местный дух и, заточив среди скал, обязали петь, как только ветер, посланец светил, передаст пожелание.
Майя слушала длинную драматическую историю и удивлялась неиссякаемой фантазии местных жителей, сочинивших множество сказок про тропы, горы или даже козлов. Казалось, для всего вокруг местные сложили волнующие истории, трогающие туриста за живое, да еще глядя на окружающие красоты.
Ксандр молча шел рядом с Майей, держал ее за руку и размышлял на гораздо более важную тему. Еще в самом начале миссии Марух ознакомился с местным фольклором и заверил, что совсем недавно ниарские мужчины просто забрасывали понравившуюся женщину на плечо и уносили к себе. Дикари, безусловно. Но как же Ксандр оказался близок к ним, прогуливаясь с любимой женщиной. Теперь, когда он понял, что Майю влечет к нему не меньше, хотелось схватить ее, прижать к себе и унести. Не только из Поющих скал, Далиша и Гарюста, вообще с этой планеты. К себе домой, где они будут наконец счастливы и по-настоящему близки.
Но Майя с таким вниманием слушала говорливого Михаила и смотрела на скалы, что Ксандру пришлось отложить осуществление мечты об общем будущем еще ненадолго, убедив себя, что необходимо потерпеть и закрепить достигнутый успех в развитии их доверительных отношений. Он жаждал ее любви, а не только тела.
Вскоре они вышли на небольшое плато у реки. Поднялся обещанный ветер и Ксандр вздрогнул, услышав тихую, нежную мелодию, с таким переливом звуков и тонов, что неожиданно удивился.
Майя же замерла на вдохе. И смотрела на скалы, будто увидела впервые, даже слезы навернулись.
– Так они поют, – тихо сказал гид.
– Потрясающе! – шепнула Майя, прижимаясь к плечу Ксандра. – Будто в горе действительно заключен несчастный дух, сотни лет мечтающий о свободной жизни.
Ксандр озабоченно посмотрел на Майю, размышляя: говорит ли она о легенде или сопоставляет с собой – магом, у которого нет права выбора, а есть только обязательства перед Республикой и Ниаром?
Приобняв Майю, Ксандр преувеличенно бодро напомнил:
– У нас впереди ужин, насколько помню.
– Да, конечно! – довольно улыбнулся проводник. – Обещанный сюрприз для вашей невесты. Нам нужно обогнуть крайнюю скалу. Там небольшая едальня, госпожа Тисс. Кухня простая, но блюда очень вкусные. А после ужина вы с веранды можете понаблюдать закат. Здесь они изумительные. С видом на реку и горы…
Михаил говорил и говорил, Майя шла, прижимаясь к горячему боку Ксандра и думала, что еще никогда не было в ее взрослой жизни дня счастливее, чем этот. И это замечательное ощущение крепло с каждым шагом.
Они вышли к небольшой площадке, на которой притулилась обещанная едальня. Совсем небольшая, но словно сошедшая с нарядной сказочной картинки. С одной стороны – Поющие скалы и река. С другой – зеленые горы. Одноэтажный беленый деревянный домик с огромной верандой и окнами с красивыми наличниками под старину. Вполне возможно, что он прятался здесь с давних пор и раньше был фортом или жилищем горца.
Внутри было светло и тепло, и пахло так, что Майя сразу ощутила, что проголодалась. Михаил оставил их, пообещав вернуться через пару часов. Майю с Ксандром посадили за стол у окна. К удивлению девушки, здесь ужинало еще несколько пар и выглядели лучше, чем они с Ксандром – туристы в несколько измятой в поездке одежде, растрепанными ветром волосами и припыленной обуви.
– К нам часто приезжают местные, – пояснила улыбчивая официантка, проследив за взглядом гостьи. – Особенно в выходные дни. В будни наплыв не такой большой. Вы после экскурсии?
– Да, – кивнула Майя, взяв протянутый листочек меню, написанный от руки. – И очень устали. Что бы вы посоветовали?
Официантка, кстати, одетая на манер горянок, любезно рассказала о нескольких, самых интересных, на ее взгляд, блюдах. Да так, что Майя сглотнула слюну. Ксандр заказал все перечисленное, аргументировав тем, что хочет попробовать каждое блюдо. Майя, конечно, не возражала, она, по ощущениям, и целого барана бы съела.
Они сидели за столиком, накрытым накрахмаленной, кипенно-белой скатертью. Неловкость не успела прокрасться в их ряды, потому что Ксандр, принялся обсуждать с Майей все увиденное и услышанное за прошедшие несколько часов. Оказывается, он весьма внимательно слушал, и теперь с удовольствием делился своим мнением о местных легендах. Майя слушала его, вставляла замечания, а вскоре принялась с неменьшим энтузиазмом высказывать собственные предположения о здешнем фольклоре.
Блюда, восхитительно пахнувшие и не менее восхитительно выглядевшие на расписных блюдах, они пробовали вместе. Сначала пополам, затем Майя справлялась с третьей частью, а Ксандр – с остальным. И все было действительно вкусно! Но из пятой тарелки Майя попробовала пару ложек, а к седьмой, заключительной, не притронулась. Сыто откинулась на спинку стула, хихикнув:
– Мне больше некуда!
– Впереди десерт, – напомнил ей Ксандр, с тоской глядя на последнее блюдо.
– Заберем с собой? – сочувствующе предложила Майя, даже не собираясь отказываться от той вкусноты на десерт, о которой читала в меню. – В конце концов, угостим наших исследователей дестабилизации.
Он обаятельно хмыкнул и кивнул:
– Давай. А пока предлагаю прогуляться.
Официантка показала влюбленной парочке тропу для прогулки перед закатом. И напомнила, что через час их ждут на веранде, откуда откроется прекрасный вид. Влюбленные, в чем она, повидавшая немало гостей, не сомневалась, душевно поблагодарили и обещали непременно вернуться.
– Без проводника даже странно, – сказала Майя спустя какое-то время, следуя за Ксандром по узкой тропке.
– Хочешь, я расскажу тебе романтическую легенду об этом месте? – Он обернулся и подмигнул с самым шкодным видом.
– Уже мечтаю! – засмеялась она.
Тропа как раз стала шире, так что Ксандр взял Майю за руку и шел рядом, рассказывая:
– В этих краях жила одна прекрасная девушка, красивая, умная и талантливая, но очень одинокая.
– Несостыковка, – заметила Майя, – если она была такой, где женихи?
– Я тоже не понимаю, – неожиданно кивнул Ксандр. – Но, похоже, девушка сама их отпугивала грозным взглядом. Она умела та-ак посмотреть… Да, ты правильно показываешь.
Майя снова рассмеялась, качая головой:
– Ты не умеешь придумывать романтические легенды. Зато смешно.
– Ну, во мне должны быть хоть какие-то недостатки, – развел он руками. – Теперь ты знаешь о них. Но это касается только легенд! В реальной жизни я очень романтичный и готов на все ради любви.
– Вот как? – Майя остановилась, глядя на Ксандра и, набравшись решимости, спросила: – И многое ты уже сделал? В смысле, ты уже был женат?
– Никогда, – тут же ответил он. И добавил с прищуром: – Но собираюсь это исправить в скором времени.
У Майи екнуло сердце. Захотелось отвернуться и сбежать от этого неудобного разговора, слишком личного и откровенного. Но больше, чем неудобные разговоры, Майя не любила только недосказанность и ложь. Потому, сжав кулаки, задала следующий вопрос:
– Хочешь сказать, ты уже встретил кого-то, с кем готов провести время до конца жизни?
– Да, – кивнул Ксандр.
Он совсем ей не помогал! Нисколько! Только дразнил в привычной манере. Но если раньше это было мило, то сегодня, сейчас показалось Майе почти издевкой. Она сжала кулаки и взяла серьезный тон:
– Ксандр, ты можешь говорить со мной честно и открыто? Я прошу тебя, потому что это очень важно. По поводу чувств…
– Если хочешь знать, в кого я влюблен, – тут же отозвался он, – то это вполне очевидно. В тебя, Майя! С первой встречи. Ты поделила мою жизнь на «до» и «после». И только от тебя зависит, что будет дальше.
– Зависит от меня? – повторила она, пытаясь осознать, что любима.
В нее, самую обыкновенную Майю, хоть и одаренную, влюбился очень необыкновенный мужчина. И да, конечно, судя по его действиям, отношению к ней – все это не просто так. Но ей важно было услышать это от Ксандра. И теперь, она поняла насколько. Отчего ей хотелось прыгать от счастья, и почему-то – кричать. И кружиться!
Но Майя стояла и лишь широко улыбалась, глядя на мужчину, в глазах которого все ярче разгоралось красное пламя. Он тоже смотрел. А потом потянулся к ней и поцеловал. Совсем не так, как целовал у водопада. Иначе. Этот поцелуй был трепетным и томительным. Он напоминал прелюдию к чему-то большему. Как обещание настоящей близости, к которой стремились двое и больше не видели препятствий. И Майя, растворяясь в огне своего желания, таяла, не в силах мыслить ни о чем другом.
А дальше… в следующий час они словно потерялись во времени. Гуляли по берегу реки, рассматривали величественные горы вдали, останавливались для жарких объятий и снова шли дальше, говоря о всяких незначительных вещах, смеясь над глупостями и глядя друг на друга с той жадностью, с какой смотрят в легендах драконы на свои сокровища.
Опомнились, лишь когда начало темнеть. Ксандр повел Майю назад, на веранду, с которой она мечтала увидеть обещанный неповторимый закат. И увидела. Это действительно было незабываемое зрелище: алое зарево, горы, легкий ветер и объятия мужчины, с которым хотелось остановить время! Следом наступила ночь с его дыханием совсем рядом с ее. И мириады звезд в потемневшем небе светились только для двоих. И слеза на щеке, потому что счастье желало литься через край…
Проводник, отдыхавший несколько часов во внутреннем дворике, благополучно задремавший и чуть опоздавший к назначенному времени отбытия, нашел свою парочку туристов на веранде ресторана. Он принялся извиняться и каяться, но вскоре понял, что мужчина и девушка его не слышат. Кивали, следовали за ним, любезно взявшимся донести их последнее блюдо и десерты, но выглядели слишком блаженными и отрешенными. В мобиле они сидели тихо. Девушка прижималась к жениху, и тот, совершенно утратив прежний суровый вид, гладил ее по голове, нашептывая какие-то милые глупости.
Дорога назад заняла больше времени по причине необычайно темной ночи. Тени стелились всюду, вызывая дрожь и неведомый до этого страх в душе проводника. Ему часто приходилось снижать скорость и присматриваться к окружающей обстановке в ожидании неприятностей. Так что к концу пути Михаил, обеспокоился, как туристы отреагируют на такую медленную езду назад. Но парочка не жаловалась. Девушка мирно дремала на плече мужчины. А тот молча смотрел в окно, словно что-то мог видеть в сгустившейся тьме.
Доставив туристов в гостиницу, проводник получил чаевые и на радостях пожелал им веселой свадьбы, чем почему-то смутил невесту. И убрался восвояси почему-то с ощущением необъяснимой жгучей тревоги.
Майя, разомлевшая и кажется еще больше уставшая после недолгого сна в мобиле, с восторгом отнеслась к предложению Ксандра «еще немного посидеть на свежем воздухе». И хотя оба нуждались в горизонтальном отдыхе после столь бурной прогулки, в обществе друг друга они нуждались еще больше.
Посиделки в ближайшей беседке вылились в поцелуи и тихий смех. После чего Майя вдруг вспомнила, что сама так и не призналась Ксандру в чувствах. Просто ей было неловко сказать о своей любви. Она подалась вперед и шепнула Ксандру на ухо:
– Расскажешь?
Он вздернул бровь:
– О чем?
– Нет, о ком, – поправила Майя. – О себе, конечно. Думаю, теперь-то я заслуживаю знать, откуда ты? И чем занимаешься на самом деле?
– Я сопровождаю писателя, – ответил Ксандр, подмигнув, – забыла?
Майя перестала улыбаться и чуть отстранилась, всматриваясь в лицо, которое (теперь она точно знала) никогда не забудет. И заговорила с новыми интонациями, не игривыми, а вполне серьезными:
– Ксандр, прошу, поговори со мной нормально. Я обещаю, что это останется между нами. Если ты думаешь, что я раскрою твои секреты начальству…
– Не думаю, – перебил он.
– Тогда что тебе мешает? – настаивала Майя.
– На данный момент мне мешает отсутствие магазина с мороженым, – ответил Ксандр. – Я бы купил себе шоколадное. А тебе – клубничное.
– Ты хорошо меня изучил, – кивнула Майя, опустив руки. – Многое обо мне узнал. А о себе рассказать не хочешь?
– Разве ты мало обо мне знаешь? – любимый мужчина снова сделал вид, что удивлен.
– Я работаю в полисмагии, – напомнила Майя, чувствуя, как счастье внутри начинает отчаянно замерзать, грозя обернуться глыбой льда. – Знаешь, сколько девушек регулярно поступают в отделение из-за того, что связываются с парнями, обещавшими им звезды с небес?
– Полагаю, много, – ответил Ксандр, прищурившись, и напомнил: – Но я никогда не даю пустых обещаний. И всегда готов прийти на помощь. Или ты считаешь иначе?
– Я считаю, что ты скрываешь от меня свое прошлое и свою суть, – холодно сказала Майя, поднимаясь. – И повторяю: мне важно знать, кто ты. Зачем ты и твой друг приехали в наш город? Почему так упорно добивались общения с нами?
Ксандр тоже поднялся со скамьи и, склонив голову, попытался свернуть тему:
– Ты устала сегодня и слишком раздражена, чтобы продолжать разговор. Потому предлагаю перенести, когда ты отдохнешь, и я…
– И ты снова солжешь мне? – прервала его Майя, чувствуя, как внутри закипает злость.
– Разве я хоть раз тебе лгал? – Ксандр прищурился, и в его глазах вновь проявились красные искры.
– Молчание и отговорки в ответ на четко поставленный вопрос также неприемлемы, как и обман, – сказала Майя. – Для меня это фактически синонимы. А для тебя – образ жизни?
Мужчина, спокойно смотревший ей в глаза, стал совершенно серьезным. На скулах у него заходили желваки, черты лица слегка заострились. И рядом мигом появились темные тени. Сразу несколько. Раньше Майя отнесла бы это на воображение, но не теперь. Она видела их уже не раз и четко осознавала, кто их создал.
Ксандр, заметив ее внимание к тьме, передернул плечами и мягким низким голосом попросил:
– Вернемся к этому разговору завтра. Я провожу тебя к домику.
Она кивнула.
Тени исчезли, словно их не бывало, заодно с Майиным романтическим наваждением. В ее голову, теперь занятую логическими и рациональными рассуждениями, полезли гораздо более важные вопросы. Она думала о будущем рядом с человеком, скрывающем о себе слишком много. О безопасности сестры. О собственной глупости и доверчивости…
К домику Майи они дошли быстро и попрощались весьма скомкано. Ксандр выглядел тревожно-задумчивым. А Майя… О, она злилась на себя. И, стоило ей войти в дом, бушующие эмоции захватили сознание полностью.
Майя сама не поняла, как собрала вещи и в гневе написала письмо Ксандру. Что-то о нежелании больше его видеть и тем более – слышать его вечные отговорки. О прощании. Даже пожелала всего самого хорошего с другой, более доверчивой дурочкой.
Точных формулировок Майя не помнила, но Кира, которую она разбудила спустя четверть часа, прочитав письмо, тихо присвистнула:
– Это не слишком?
– Это еще мало! – прошипела Майя, пакуя вещи Киры и сообщая, как данность: – Мы уезжаем. Я уже вызвала такси. Очень дорогое. Придется потратить сбережения, и в этом тоже виноват этот врун! Понимаешь?
Кира снова кивнула и принялась натягивать сарафан.
Через десять минут девушки тихонько вышли из домика. Майя, взявшаяся нести оба чемодана, велела сестре отнести письмо к двери наглого красавчика и оставить там. А сама ринулась к такси. Вскоре Кира догнала Майю.
Какое-то время сестры ехали в молчании. Затем Майя принялась объяснять ни о чем не спрашивающей Кире, почему злится. Ей банально хотелось выплеснуть остаток бурлящих внутри эмоций. И получить хоть какую-то поддержку от единственного в жизни близкого человека. Однако Кира, дослушав сестру, пожала плечами и невозмутимо произнесла:
– Твое поведение не логично. Мы тратим на такси деньги из сбережений, чтобы уехать от тех, кто живет с нами на одной лестничной площадке. Я впервые вижу, как ты совершаешь столько поведенческих ошибок одновременно. И меня это настораживает. Возможно, за финансовые траты в будущем лучше отвечать мне?
Майя не ответила, сказать было нечего. Теперь, спустя час пути, она и сама осознала, как глупо поступила под влиянием собственных эмоций. И чего добилась? Разбудила сестру ночью, посадила в дорогущее такси, стоящее треть месячного содержания, позорно истерила, написала дурацкое письмо человеку, с которым действительно живет на одной лестничной клетке!
Рвано вздохнув, Майя прижала ледяные руки к горящим щекам и остаток пути молчала, грустно размышляя над тем, что натворила. За окнами занимался рассвет. И если закат Майя встречала самым счастливым человеком на свете, то теперь ощущала себя самой несчастной. Кто мешал ей просто лечь спать?! Кто мешал дождаться утра и спокойно завершить беседу с Ксандром?
Однако, стоило ей представить их якобы спокойный разговор, как в душе поднялось такое буйство эмоций, что не продохнуть. Никогда раньше Майя не испытывала ничего подобного ни к одному другому мужчине. Не любила и не доверяла. И потому не боялась предательства. А теперь…
– Я закатила в письме истерику, – тихо признала Майя, глядя на их дом, к которому они подъехали.
– Это все стрессы на работе, – Кира неожиданно похлопала сестру по плечу. – И чрезмерная ответственность за меня. Надеюсь, дальше тебе будет легче, ведь скоро мне предстоит отбыть на учебу и перейти к более самостоятельной жизни.
– Да уж, – прошептала Майя, осознавая и эту предстоящую проблему, вновь придавившую каменной глыбой.
Из такси они вышли одновременно. Водитель достал из багажника чемоданы, принял оплату и уехал. Майя проводила мобиль взглядом и собралась уже подхватить чемоданы, когда рядом остановился до боли знакомый транспорт.
– Наконец-то они нас догнали! – торжественно сказала Кира.
– Наконец-то? – недоуменно повторила Майя. – Ты знала, что они ехали за нами?
– Разумеется, – ответил ей Марух, встав с переднего пассажирского сиденья. – Кира передала мне твое письмо перед вашим отъездом.
Майя перевела ошеломленный взгляд на сестру, а та спокойно напомнила:
– Ты сама меня попросила отнести письмо к двери наглого красавчика и оставить там. Поэтому я передала его Маруху. Он не спал и встретил меня у двери.
Марух удивленно вскинул брови:
– Почему я наглый?
– Это мнение моей сестры, – пожала плечами Кира. – Спросите у нее.
– Письмо предназначалось Ксандру! – с досадой ответила Майя.
– Очень жаль, что это недоразумение лишило меня нескольких часов плодотворной работы, вынудив анализировать свое поведение, чтобы выявить, где я проявил наглость, – укоризненно произнес Марух, глядя на Майю. Подхватил чемоданы и направился к парадной, попросив Киру: – Идем со мной.
Майя на миг закатила глаза, с иронией отметив, что Маруха неприятно зацепил только «наглый», а не «красавчик». А красавчик, которому адресовалось письмо, стоял в двух шагах от нее. Все это время она чувствовала его присутствие кожей, но трусила посмотреть на него. В итоге Майю, стоявшую спиной к нему, хватило только на вопрос:
– Зачем вы помчались в такую рань?
– Волновались за вашу безопасность в дороге, хотели убедиться, что вы благополучно доберетесь домой, – чуть хрипло ответил Ксандр, шагнув к Майе.
– Как мило, – буркнула она, по-прежнему не оборачиваясь.
– Еще Марух очень хотел выяснить, почему ты сочла его наглым? – с мягкой иронией добавил Ксандр.
– Он выяснил, – хмыкнула Майя.
– Марух умеет достигать поставленных целей, – согласился Ксандр, осторожно обняв ее за плечи.
Майя знала, что правильнее было бы уйти. Раз уж она решила мыслить и действовать рационально. Ведь ответов на ее вопросы как не было, так и нет. И она по-прежнему обижена на Ксандра Праха за молчание.
Но отстраниться не смогла. Замерла, дышала чаще и, повернув к нему голову, призналась:
– Я впервые в жизни так сильно разозлилась на кого-то.
– Прости за мое молчание и эту нервную встряску. Пока ехал, было время подумать. Поэтому давай поговорим предельно откровенно.
– Правда? – Майя наконец-то обернулась, с неудовольствием отмечая краем сознания, что снова забыла и про логику, и про гордость.
– Честное слово, – улыбнулся он, осторожно убирая локоны с ее лица. – Но у меня будет одна просьба. Майя, дорогая моя, ненаглядная, вспыльчивая моя…
Она ощутила, как загорелись щеки.
– Пожалуйста, – продолжил он, немного вымученно улыбаясь, – дай мне и себе несколько часов для здорового, крепкого сна. Обещай в это время никуда не сбегать и не писать мне поэтичных писем на витиеватом, эмоциональном языке. И я все-все расскажу. И покажу. Даже разрешу потрогать.
Почти оттаявшая Майя, прищурилась, оценив двусмысленность, и строго ответила:
– Обещаю не сбегать. Но извиняться не собираюсь. Потому что…
– Сам сглупил, – покаянно отозвался Ксандр. – И обещаю впредь помнить об этом. Будет мне уроком.
Что еще оставалось Майе после такого обещания? Только поверить ему. Снова.
Ксандр совершил финансово неоправданные траты для получения избранницы с очень нестабильной нервной системой. Прогнозирую проблемы в их будущем из-за ее абсолютной непредсказуемости. В итоге ему уже пришлось мчаться за ней несколько часов ночью, чтобы… извиняться.
Для себя я сделал три вывода.
Первый. Мне очень повезло: мышление моей Киры отличается от мышления избранницы Ксандра в лучшую сторону.
Второй. Хозяин пока не осознал, какой подарок сделал мне, побывав у оракула. Он добыл драгоценную информацию для себя, но осчастливил и меня.
Третий. Нужно поговорить с Майей и максимально доступно изложить свою позицию в отношении ее сестры, чтобы потом неожиданно не получить от нее корреспонденцию с таким количеством нелицеприятных речевых оборотов, что впору заказывать переводчика из местных оторванцев.
Примечание для служебного пользования: оторванец – локальный неологизм, описывающий субъекта с неприемлемыми нормами поведения в обществе.
Из опасений: наблюдая за поведением эмоционально развитых людей и набираясь от них собственного эмоционального опыта, я обоснованно опасаюсь деградации своих ментальных способностей. Однако присутствие Киры рядом нивелирует эти опасения. Об этом тоже следует поразмышлять в свободное время.