Почти перед 1 сентября мы всей семьей отправились приватизировать квартиру. Мы теперь, как и все граждане нашей страны, становились собственниками своих жилищ.

Мама выступала инициатором этой процедуры. Она торопила нас: «Не успеем – останемся без жилья».

– Я уже осталась без жилья! Вот он ключ, – бабушка демонстрировала ключ от квартиры в Минске, он всегда находился под рукой, а квартиры больше не было. – Кто мне вернёт эту квартиру?

– Мама, мы сейчас и эту, нашу единственную потеряем, – уговаривала мама.

– А я уже молодость и здоровье потеряла! – заводилась бабушка. – Теперь вы тряситесь за квартиру. Мне уже терять нечего.

Наконец, мы решились.

Бабушка намылась, накрасилась, надушилась. Она свирепо шла впереди, мы – робко за ней.

– Я – инвалид второй группы, ветеран войны и труда, иду без очереди! – предупредила она всех в паспортном столе.

Папа тихонько ворчал, что мы могли бы и постоять, как все.

– Тише, Сеня, – шипела на него мама.

Бабушка являлась главным собственником нашей квартиры. Нам с родителями выписали равные доли, что бабушке очень не понравилось.

– И этому иждивенцу? – она указала на папу. – Он пришел с маленьким чемоданчиком, растратил всю свою собственность на лимитчиц. Ему долю в моей квартире?!

Женщина в окошке начала успокаивать бабушку.

– Да, гражданочка, всем, кто прописан – доли, такие правила.

– А где правила, чтобы мне вернули мою квартиру в Минске? – взвилась бабушка. – Я ушла в тысяча девятьсот сорок первом году, закрыла дверь, и нет больше моей квартиры. Кто мне ее вернёт? Кто вернёт мою жизнь, мою молодость, моих братьев, мужей кто вернёт?

Не зная, чем еще утешить бабушку, женщина рассматривала документы.

– Ну, вы основной собственник, – приговаривала она.

– Еще бы – не основной, – возмущалась бабушка. – Всю жизнь на своих больных руках тащу иждивенцев. Вы видели, чтоб в семьдесят лет женщина-инвалид второй группы содержала семью? Я уже умереть хочу, а на кого этих шлимазлов оставить? Будь оно все проклято!

Наконец, мы все подписали и вышли. «Ну, все, – подумала я, – больше ни за какие доли в квартире, даже если бы это была квартира как у Оли или у дедушки Бори, я с этим семейством никуда вместе не пойду, хватит с меня унижений! Довольно я натерпелась за это лето».

Но, оказывается, все самое интересное ждало меня впереди.