— Он всё слышал, — сжалась я от стыда.

— Не обращай внимания, они любыми средствами хотят оказаться на моём месте, но мы условились на два часа. Пусть ждут под дверью, как слабаки, пока я доставляю тебе удовольствие, — попытался меня успокоить Генри Рид.

— Да она будет стонать со мной в десять раз громче. Ты вообще хоть раз был с девушкой, идиот? — бесцеремонно вмешивался в наш разговор Себастьян.

— Я так не могу. Я вообще не такая. Господи, что же вы творите...

— Тихо, тихо, всё хорошо, Элис, — шепчет мне Генри и обнимает крепко.

— Ты можешь прервать свидание с ним в любую секунду, просто скажи, что не хочешь продолжать, и мы вытащим Генри за шкирку, — раздался голос за дверью всё того же блондина.

— Не обращай внимания, — шёпот в висок и нежный поцелуй.

В объятиях Генри, большого и сильного парня, мне было комфортно настолько, что я поверила ему и замолчала, не подавая признаков жизни.

Я неосознанно задумалась о том, как легко перенесла первое прикосновение мужчины к своему телу. Наверное, только с Генри это было возможно. Он сжимал меня в объятиях, как нечто ценное, и предлагал выбрать именно его в мужья, не удостоив меня ни одной пошлой шуткой или интригой. Очень понятный и надёжный дракон, на котором стоит остановиться. Мысль, что я так быстро согласилась внутренне с этим выбором, меня насторожила. Не может быть всё так просто. С другой стороны, когда выбор стоит между надёжным Генри с действительно полезным даром и тремя непонятными драконами, выбор очевиден. Хотя Себастьян довольно решительный, в нём есть искра, а Дориан поцеловал меня первым и ни капельки не сопротивлялся, пока я его била. Полёт над городом был хоть и страшным, но сказочным. Человеку никогда не получится так легко кружиться в воздухе. Теодора мне было откровенно жалко, очень застенчивый парень с кучей секретов, только в его шкафах может храниться что-то такое, что повергнет меня в шок. Трястись и бояться за мужа, который сделал не такой артефакт для короны или инквизиции, мне не хотелось.

— Я выбираю тебя, — произнесла тихо, решая, что судьба уже давно всё решила за меня. Брюнет пришёл первым, я в его доме, именно он коснулся меня первым как мужчина.

— Ты не пожалеешь, Элис, — одобрил мой выбор дракон, обнимающий меня, и просиял от счастья.

Я закрыла глаза и позволила себе просто быть. Плыть по течению, выбрав первый попавшийся вариант. Руки Генри скользнули по моим плечам, смывая остатки напряжения тёплыми круговыми движениями. Его губы нашли изгиб моей шеи — невесомо, будто он боялся спугнуть, и я выдохнула, сама не замечая, как моя голова отклоняется в сторону, открывая ему доступ. Мышцы расслабились. Впервые за этот бесконечный день я не думала о побеге, о своей защите, о драках между драконами. Мне было так тепло и уютно. Мужская ладонь на лопатке, нежный поцелуй за ухом.

Моё тело отвечало само. Я чувствовала каждый миллиметр, которого касался Генри: горячее пятно на шее там, где его губы задержались чуть дольше, тяжесть его ладони на моей груди, движение пальцев по позвонкам.

Что я могу сделать против дракона, у которого столько денег? Генри вряд ли сможет смириться с отказом, а вот я могу смириться с ситуацией. Я всегда за плечом кого-то. Аннабель, которая стала мне подругой, но я не могу перестать присматривать за ней. Картес, который уже и не был моим начальником и по характеру всегда был добр ко мне, но я всё равно старалась не спорить с ним, старалась угодить, потому что он знатный дракон и под его защитой, в его доме мне было комфортно. Я всего лишь человек, не имеющий права выбора.

Покалывание на запястье вырвало меня из приятных оправдательных раздумий. Будто кто-то провёл по коже мокрой кистью, чтобы я чувствовала каждую букву.

Я открыла глаза и посмотрела на свою правую руку, которая безвольно лежала на краю ванны.

Имя Генри на старом драконьем наречии проступило ярче, будто пульсируя в такт моему сердцу. Остальные три имени так и остались блёклыми.

Я заворожённо смотрела, как магия вплавляет чужое имя в мою плоть, и внутри всё оборвалось.

Это не я. Не мой выбор. Это магия истинности затуманила мой разум. В голове сразу пронеслось много мыслей. Почему я решила поверить Генри Риду, я же совсем его не знаю? Почему позволяю ему то, что никогда прежде не делала, и почему оправдываю свой поступок тем, что я всего лишь человек? Моё подсознание будто само сделало выбор и оправдало его целиком и полностью. Это магия истинности проснулась от прикосновения мужчины и заставила меня подчиниться. Объяснить это сложно, но я точно знала, что права. Вывод напрашивался сразу: я не должна позволять прикасаться к себе.

Я резко села, отстраняясь от Генри, и вода в ванной плеснула через край.

— Что такое? — его голос был хриплым, ладони потянулись ко мне снова, но я выставила руку вперёд, останавливая дракона.

— Не трогай меня.

Он замер. На его лице промелькнуло недоумение, потом обида. Я не стала ждать, пока он заговорит. Я смотрела на своё запястье, на имя дракона, которое перестало ощущаться так отчётливо.

Вот как это работает. Магия завораживает меня, действуя как гипноз.

Я думала, что это Генри меня сломал. Что это его настойчивость, его руки, его поцелуи заставили меня прошептать «я выбираю тебя». Но это была магия. Это она вливалась в меня через его прикосновения, усыпляла волю, подменяла мои настоящие чувства сладким теплом и ложной безопасностью.

— Свидание окончено, — сказала я, и мой голос прозвучал твёрже, чем я себя чувствовала.

Генри нахмурился.

— Элис, ты только что…

— Я знаю, что я только что. — Я перебила его, потому что если бы дала договорить — снова бы поверила в свой выбор. — Это магия истинности. Пока ты меня трогаешь, я не могу думать. Ты знал об этом?

— Элис... — Генри вдруг сделался неуверенным на пару секунд, но быстро взял себя в руки. — Со мной тебе будет лучше.

— Значит, ты знал. Ты же лекарь, поэтому ты сразу полез с поцелуями... — выдохнула я свой вывод.

Он хотел что-то возразить, но я уже отвернулась, натягивая колени к груди и обхватывая их руками. Теперь — дистанция. Теперь — только на расстоянии вытянутой руки.

Потому что когда он рядом и когда он касается — я перестаю быть собой.

Генри молчал несколько долгих секунд, а потом я услышала, как он поднялся, вылез из ванной, заливая пол водой от мокрых брюк. Дракон занял место у стены, потихоньку стягивая с себя одежду, которая облегала его бёдра и колени.

Я выдохнула, чувствуя, как возвращается способность дышать по-настоящему, свободно от чужого влияния. Мне нужно было отвернуться, чтобы закрепить эффект, но я не смогла. Твёрдая плоть Генри в паху, украшенная чёрной дорожкой коротко подстриженных волос, заставила меня прикусить нижнюю губу. Мой разум снова помутнел, как запотевшее стекло.

Обнажённый Генри выглядел так привлекательно и сексуально, что у меня перехватило дыхание. Я желала пройтись ладонью по его мышцам на груди, погладить живот и сжать твёрдую плоть, проверяя, настолько ли она тверда, как кажется.

— Генри, ты слышал, что она сказала! Свидание окончено! — ворвался в дверь Себастьян и так и застыл на пороге. — Ты что, больной? Прикройся! Зачем ты показываешь моей жене своё хозяйство!

В Генри полетело полотенце, а блондин, который, к слову, был по пояс голый, взял второе полотенце и, растянув его перед моими глазами, полностью закрыл мне обзор на голого Генри.

— Элис, я надеюсь, что ты сделаешь правильный... — начал брюнет.

— Пошёл вон отсюда, она сказала, что свидание окончено! — перебил его Себастьян, готовый снова драться.

Когда дверь хлопнула и мы остались наедине с блондином, он посмотрел на меня сверху вниз, убирая полотенце.

— Вот видишь, наш лекарь оказался не таким идиотом, как сначала казалось. Но не переживай, я не опущусь до его методов. Ты можешь спокойно принимать ванну, а я... — дракон начал озираться, ища убежище, чтобы спрятаться. — Я подожду тебя у двери.

Себастьян сложил полотенце в два раза, оставил его на раковине и, сделав несколько шагов, уставился лицом в дверь. Широкая спина замерла, как каменное изваяние, обещая мне, что не двинется больше. Я ладонью плеснула воду в ванной, но дракон не повернулся. Я тяжело выдохнула, понимая, что это очень подозрительно для блондина, и выждала несколько минут. Ни слова, ни малейшего движения от дракона не последовало.

— Ты всё слышал, да? — спросила я, смущаясь.

— Не переживай за это. Как видишь, благородный дракон может поступить совсем неблагородно. Я мало понимаю в человеческом организме, но я бы не позволил себе играть так грязно. Хоть ты и моя истинная, к которой меня тянет.

— Разве не ты кричал, что заставишь меня стонать в десять раз больше? — растянулась я в улыбке, понимая, что мне нагло врут. Если бы Себастьян знал первым такой действенный способ, он бы непременно им воспользовался.

— Я пытался напомнить о себе. Я же не должен молчать, когда мою истинную склоняют к неправильному выбору, — ответил собеседник всё так же не поворачивая головы. Я чуть расслабилась и даже повисла на одной стороне ванной, рассматривая мужские ягодицы, широкую спину и красивые светлые волосы.

— Что, если я не выберу никого из вас? — спросила у силуэта, приковавшего мой взор.