/Витар/

Две недели спустя.

— Я поработаю у тебя, — пропела Ксения, вплывая в мой кабинет с коробкой в руках.

— Не понимаю, почему ты не можешь поработать у себя? — процедил я, позволяя себе двухсекундный взгляд на её лицо.

Ксения расцвела. Сейчас ей можно было дать лет двадцать пять. Кожа разгладилась, стала напоминать дорогой фарфор. Волосы приобрели серебристое сияние. Глаза наполнились большей яркостью, а губы — сочностью. Да и тело подтянулось, обрело плавность и соблазнительность, подчёркиваемое струящимися тканями платьев и костюмов. Запах её усилился, нещадно бил по инстинктам, а Ксения не стремилась давать мне передышку, постоянно находилась рядом. Казалось, аромат персика пропитал все мои комнаты. Разве что не добрался до спальни. Только там я мог отдохнуть от метаний внутренней сущности.

— Здесь атмосфера настраивает на деловой лад, — взмахнула она ручкой и с придыханием рассмеялась, погладив перебравшегося ей на колено терраса.

Рыкнув про себя, я призвал свою тень к порядку. Она вернулась, но явно только на время. Скоро снова убежит изучать мага с божественной искрой.

— Ты сбиваешь с делового лада меня, Ксения.

— С чего бы? — притворно удивилась она, принявшись раскладывать на столе свои инструменты.

— Ты прекрасно понимаешь, о чём я! — обвинил, размашисто расписываясь на документе.

И только потом вспомнил, что не успел его изучить. Прокля́тая истинность!

— Ты же хорошо с собой справляешься, Витар, — невинным тоном отозвалась она. — Ох, забыла перо. Возьму у тебя?

И она летящей походкой двинулась к столу и зачем-то обогнула его, встала по правую руку от меня, принявшись нарочито-задумчиво изучать ассортимент писчих принадлежностей.

— О чём так долго думать? — я схватил перо и протянул его Ксении, чуть разворачиваясь к ней в кресле.

— Спасибо, Витар, — она чуть нагнулась, и мой взгляд невольно, абсолютно невольно, скользнул в её декольте. Грудь её тоже подтянулась, и Ксения не забывала подчёркивать этот факт. — Ты так любезен.

Она забрала перо, развернулась и охнула, подавшись ко мне спиной. Естественно, я поймал её, и она развалилась на моих коленях. Мой взор заскользил по тонкой шее, снова нырнул в декольте и только силой воли вернулся к улыбающемуся лицу Ксении. Она подтянулась, усаживаясь на моих коленях удобнее.

— Террас напугал, — пояснила она, погладив меня по плечу.

— Ксения, ты ведёшь себя неприлично, — я ссадил её с колен, поднялся сам и подтолкнул её в сторону софы. — Пришла работать, так работай. И тебе нужно сменить гардероб. Ты моя помощница, и должна выглядеть… по-деловому, а не как…

— Как кто? — прищурилась она.

— Ты слишком нарядна, вот, — проворчал я. — Мне надо отойти.

И подышать!

Перед мысленным взором стоял образ Ксении на моих коленях, возбуждение скручивало внутренности. Я прошёл в свою спальню, распахнул створки окна, рухнул на пол и принялся отжиматься. В сильном теле — сильная воля.

Отсчитав тысячу отжиманий, я вернулся в кабинет. Ксения сосредоточенно работала, собирая очередной артефакт. Надо сказать, она действительно старалась. Снабдила моё ближайшее окружение хорошей защитой, артефактами-одеждой, наварила запас универсального противоядия и заживляющих зелий, которые попаданки назвали «подорожником».

Кроме того, она эффективно направляла действия Аминтаса. Благодаря её участию мы накрыли все известные ей убежища врагов — семь штук по территории Илеоса. Не везло нам только с Геронтом: мы не могли понять, где он прячется. Города, деревни или хотя бы реки с названием «Деисе» не было на карте, а сам он не дополнял свои формулировки, лишь раз за разом пытался поймать юркую танцовщицу.

Несмотря на эту неудачу, помощница из Ксении вышла отличная, её было за что хвалить. Но меня напрягало её чрезмерное рвение к общению со мной. Как по мне, необходимость в постоянном контакте отпала, Ксения была в курсе дел, освоилась в замке и прекрасно знала, как на меня давят инстинкты. Предположил бы, что ей нравится выводить меня из себя, но мы вроде нашли общий язык. Я сам её не доставал, не поддевал, старался сократить общение, чтобы мы ненароком не сблизились, но обеспечивал ей полный комфорт. Только усмирение заботой терпело неудачу, Ксения продолжала меня мучить! Наверное, стоило идти по пути запугивания, но уже поздно, она не поверит.

— А вчера ты качал пресс. Поэтому у тебя такие кубики? — спросила она, когда я вернулся за свой стол.

— В сильном теле — сильная воля, — отозвался я, стараясь сохранять спокойствие.

Она что за мной подглядывает⁈

— У тебя сильное тело, — закивала она. — И красивое. Да и воля ого-го как сильна.

— Спасибо, — прочистив горло, пробормотал я.

Почему мне слышится в её словах издёвка? И похоже, мне снова надо выйти…

Через час Ксения засобиралась на встречу с Гектором.

— Свидание продлится час. Я оставлю вещи здесь, пусть никто ничего не трогает, — наказала она.

— Это свидание? — заинтересовался я.

Внутренняя сущность зарычала, принявшись точить когти о клетку моего самообладания.

— Да так, Гектор уговорил пройтись с ним по саду, — небрежно пожала она плечами, поднимаясь с софы.

— Хорошо провести время, — пожелал я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

— Спасибо, Витар, — благосклонно кивнула она и двинулась прочь, бесстыдно виляя бёдрами.

Я честно пытался не смотреть… первые десять секунд. Эта женщина будто создана из соблазнов. И ладно бы только внешне. Она ещё умна, хитра и при этом легка нравом. Каждый день погружается со мной в транс, наблюдает смерти людей и драконов, но сохраняет стойкость перед пугающими образами. Правда, и я начал ощущать, что транс с кем-то снижает касания чужих эмоций, будто отдаляет боль и агонию смерти. Мелькала, конечно, мысль, что это особенность истинности, но я старался её не обдумывать. Мы с Ксенией договорились сотрудничать на время освобождения Веноса и предотвращения ритуала пленения богов, после чего распрощаться. Таков был уговор, а я всегда держу своё слово. Ксения вскоре испарится из моей жизни, глупо к ней привязываться.

И пусть эти мысли были здравы, но вскоре я всё равно обнаружил себя у окна. Ксения брела по саду, о чём-то спокойно общаясь с Гектором. Они не держались за руки, сохраняли дистанцию, но меня распирало от злости внутренней сущности. Пришлось заставить себя вернуться за стол и заняться делами. С этой истинностью проблемы провинции так и останутся нерешёнными.

Только раньше, чем я приступил к изучению следующего документа, меня окатило холодной волной. Крики боли и ужаса вспыхнули в мыслях. В глазах потемнело. На ощупь поднявшись из-за стола, я покинул кабинет. В коридоре мне удалось побороть слабость, к своему алтарю я спустился быстро и без проволочек. Но раньше чем я погрузился в транс, в комнату вбежала Ксения. По её щекам бежали слёзы, она тяжело дышала.

— Что-то страшное, Витар, — дрожащим голосом зашептала она, приблизившись ко мне. — Я слышала крики и…

— Грядёт множество смертей. Надо выяснить, можно ли их предотвратить, — я взял её за руку и потянул к алтарю.

Мы почти привычно погрузились в транс. Крики смерти стали громче, но терпимее. Мне удалось отдалить их и направить свой дар на определение места.

— Смерти под обвалами. Это землетрясение? — предположила Ксения.

— Да, на окраине провинции, — подтвердил я, выныривая вместе с ней из транса. — Они ещё не случились. Мы успеем предупредить и эвакуировать жителей.

Я извлёк из кармана артефакт связи, быстро назвал Аминтасу координаты, приказал скорее связаться с главами городов. Он выслушал и поспешил прервать вызов. Знал, что наше время ограничено.

— Я отправлюсь с отрядом на место землетрясения. Никто лучше эбонитовых драконов не предотвратит смерти.

— Хорошо. Летим, — кивнула она решительно.

Больше не плакала. Подобралась.

— Ты останешься во дворце. Мы полетим на пределе, будет холодно. Там опасно. Да и…

— Летим, Витар, — она красноречиво закатила глаза, схватила меня за руку и потянула прочь из комнаты.

Непробиваемая женщина…

Сборы прошли споро. Ксения тоже не подвела, уже через пятнадцать минут выбежала на балкон в дорожной тёплой одежде с рюкзаком за спиной и сразу подлетела ко мне. На её макушке сидела Газа, серьёзно щуря глаза. Похоже, не собиралась оставлять без защиты мага с божественной искрой.

— На тебе полечу, — сообщила мне Ксения.

— Кто бы сомневался, — отозвался я.

— Во мне вообще не стоит сомневаться, — она подтолкнула меня в плечо и тускло улыбнулась.

Я невольно улыбнулся в ответ, но быстро опомнился, прочистил горло и вернул на лицо непроницаемое выражение. Как же с ней сложно держать дистанцию.

— Ксеня, не уходи! — на балкон выскочила Атэна. За ней еле поспевала няня, женщина уже в возрасте, но вырастившая не один десяток детей. — Не уходи, позалуста, — взмолилась девочка, прижимаясь к ногам Ксении.

— Я должна во всём помогать лорду, малышка, — она подняла её на руки и поцеловала в макушку.

— Там стлашно, — всхлипнула Атэна.

Видимо, уловила последок пришедших нам виде́ний.

— Поэтому мы туда и летим, чтобы помочь людям. Не плачь, мы скоро вернёмся, — она поцеловала девочку в лоб и вручила её в руки няни.

Атэна рано лишилась матери из-за катаклизмов, потому ей не хватало женского внимания. А Ксения тянулась к детям и часто играла с малышкой. Конечно же, в моём кабинете. И видя её с ребёнком на руках, было особенно сложно контролировать мысли и инстинкты.

Последние воины с припасами выбежали на балкон, к ним присоединился Гектор, и мы один за другим взмыли в небо. На этот раз не могли лететь с оглядкой на комфорт Ксении, ведь от нашей скорости могли зависеть десятки, а то и сотни жизней. Но она не жаловалась, куталась по самую макушку, обогревалась артефактами, настоями и объятиями Газы. Благодаря вложению магии и отсутствию остановок к раннему вечеру мы добрались до первой деревни. Вдали тянулась зубастая цепь гор, от одной из них поднимался густой дым. Похоже, землетрясение будет вызвано деятельностью вулкана. Остаётся надеяться, что удастся избежать хотя бы извержения.

К счастью, жители деревни отозвались на моё предупреждение, из поселения тянулась вереница людей. Они спешили отдалиться от строений, но успели не все. Земля содрогнулась. Дома со скрежетом пошатнулись. На миг в преддверии страшного воцарилось мрачное безмолвие и оборвалось грохотом камней. В горах начался обвал, земля вновь задрожала. Самые хлипкие домики и постройки сложились первыми, поднимая в небо клубы пыли и грязи. Люди побежали, стараясь отдалиться от рушащихся зданий.

Я первым спикировал вниз и приземлился. Ксения была предупреждена, потому сразу слетела с моей спины по крылу, позволяя мне обратиться. Её гнездо упало рядом. Мотнув головой, чтобы отогнать нахлынувшую слабость, я велел Ксении организовывать людей за пределами поселения, а сам с обратившимися воинами понёсся к деревне, намереваясь обследовать обвалившиеся дома.

Новые виде́ния проносились перед глазами. Требовалось нереальное сосредоточение, чтобы вычленить из них ближайшие как по времени, так и по местоположению. Первым я заметил старика в доме на окраине. Его завалило у входа. Я приподнял обломки двери одной рукой, а другой вытянул его наружу. Проверил повреждения, направил волны исцеления, после чего поднял и понёс к беженцам, но мне навстречу вылетела Ксения.

— Давай на спину Газы, — без предисловий потребовала она, указывая на обратившуюся четвероногим монстром с широкой плоской спиной хранительницу.

— Не лезьте в дома, — только и предостерёг обеих, укладывая мужчину на Газу.

Ксения повела хранительницу к беженцам, а я рванул дальше на поиски. К счастью, под обломками осталось мало людей, мы спасли ещё пятерых и кошку с котятами, после чего поручили главе деревни организовать лагерь, а сами поднялись в небо и полетели к следующему поселению.

День выдался тяжёлым как морально, так и физически. Мы разыскивали раненых, лечили повреждения, помогали беженцам организовать вре́менные лагеря. Виде́ние пришло мне вовремя, предупреждение достигло цели, и большинство жителей успели покинуть свои дома. Но многие теперь остались без крова, и мне следовало организовать им временную крышу над головой и пропитание. Впрочем, я был не один. Ксения занялась формированием лагеря и распределением ресурсов, которые направлял нам из соседних поселений Аминтас. Её помощь оказалась неоценима.

— Держи, — Ксения сунула мне прямо под нос миску с похлёбкой, прерывая мой разговор с советником. — И ложка, — следом вручила столовый прибор, пресекая слова возражений.

— Тебе действительно нужно отдохнуть, Витар, — подавив улыбку, заметил Аминтас.

— Хорошо, — проворчал я. — До связи, — бросил другу, прерывая вызов.

Ксения довольно улыбнулась и присела на бревно возле меня со своей тарелкой в руках.

Царил поздний вечер. К этому времени мои воины в союзе с беженцами успели сформировать временный палаточный лагерь, разжечь костры и приготовить ужин. Я предпочёл сесть подальше ото всех, чтобы никого не стеснять постоянным установлением пологов тишины. Мне казалось, Ксения села ужинать со своим Гектором, но она, как всегда, решила иначе. Но не скажу, что меня не обрадовало её появление.

— Устала? — спросил, присматриваясь к ней внимательнее.

Она выглядела измождённой, волосы растрепались, на щеке растянулся мазок грязи, который очень хотелось стереть. Но я предпочитал не касаться Ксении лишний раз.

— Очень, — кивнула она. — А ты?

— Тоже устал, — хмыкнул я.

Не видел смысла храбриться.

— Но это приятная усталость, — она зачерпнула ложку каши и с аппетитом забросила её в рот. — Твои действия спасли столько жизней. Конечно, эти люди лишились домов перед началом зимы, но в ином случае могли погибнуть.

— Я действовал не один, — напомнил ей, тоже сосредотачиваясь на еде.

Ксения улыбнулась, тепло, с притаившейся в глубине синих глаз нежностью, и я отвёл взгляд, ощутив странное смущение.

— Витар, как ты думаешь, я здесь в опасности?

— Ты про Геронта? Узнать будущее он никак не мог, а ближайший город в нескольких часах пути, но вряд ли он находился там. Названия не сходятся.

— То есть опасности нет? Ты же говорил, предусмотрительность не бывает лишней.

— Не бывает, — подтвердил я. — Поэтому тебя сопровождают и будут охранять ночью.

— Ага, — кивнула она, и уж слишком лукаво звучал её голос.

Смысл этого разговора стал понятен позднее, когда лагерь закрыли защитным куполом, и его жители разбрелись по палаткам. Я тоже отправился в возведённое для меня жилище, сбросил мантию, обувь, приблизился к спальному месту и опешил, обнаружив там Ксению.

— Чего застыл? — зевнула она. — Ложись.

— Что ты здесь делаешь? — процедил я, не зная, как реагировать.

После дня работы её запах звучал убийственно для моего самообладания. Одна часть меня хотела скорее забраться к Ксении в постель, обнять, познать вкус лукавых губ, другая же часть желала нестись прочь от навязанных желаний.

— Как ты знаешь, палаток не так много, к тому же не хотелось напрягать охрану, ведь все устали, поэтому я решила спать здесь. Ничего особенного, только практичный подход, — пояснила она, отбрасывая в сторону одеяло, и постучала ладонью по матрасу. — Ложись, Витар. Мне прохладно.

— Практичный подход, — повторил я, почему-то чувствуя подвох, хотя в её словах был резон.

Ей бы действительно пришлось спать одной, при охране, а так можно отправить двоих драконов отдыхать.

— Да, прагматизм и ничего лишнего, — вновь зевнула она, наблюдая из-под прикрытых ресниц за тем, как я укладываюсь на матрас рядом с ней и укрываюсь одеялом.

— Если прижмусь к тебе ночью, не пугайся и не буди. Это привычка после замужества.

— Ты… никогда не рассказывала о прошлом.

— Ты избегал этой темы. Не хотел сближаться же, — напомнила она, мило подкладывая ладони под щеку.

— Мы пока не спим. И можем поговорить.

— Хочешь, чтобы я рассказала?

— Кажется… да. Хочу узнать о тебе, — признался ей и себе в первую очередь.

Похоже, я всё же начал к ней привязываться.

— Там особо и нечего рассказывать. Родителей я потеряла рано. Мама заболела раком, умерла, у отца на фоне горя не выдержало сердце. На лечение ушли все деньги и квартира, братьев и сестёр у меня не было, так что пришлось выживать одной. Я много работала, параллельно получала образование. Так попала в отделение банка, там и выросла по карьерной лестнице, стала директором. Но наследственность давала о себе знать, я тоже лечилась от рака, пережила две ремиссии, на этом фоне не могла забеременеть. Мы с мужем очень хотели детей, да не складывалось. Мне поставили диагноз бесплодие, и я его отпустила, оттолкнула, чтобы он обрёл счастье. Он и обрёл, встретил другую несчастную женщину, она сразу ему родила. А я решила жить работой, пока не попала в аварию и не переместилась в этот мир.

Её история сжала грудь в тоске. На этот раз я не сдерживал себя, протянул руку к лицу Ксении и стёр пробежавшую по её носу солёную дорожку.

— Здесь ты сможешь обрести радость материнства и счастье новой любви.

— На это я и рассчитываю, — улыбнулась она, не открывая глаз. — А ты? Расскажешь о себе?

— Моей матери пришло виде́ние, что она приведёт в мир спасение. Она была молода и свободна, уж не знаю, кого выбрала мне в отцы, но свою миссию выполнила, зачала, родила и передала меня в храм Веноса, оставив мне только письмо. Но я позже пытался найти её. Путь её предсказаний прошёл через все страны. Она предрекала смерти, помогала сократить жертвы от стихийных бедствий, да и погибла, спасая жизни в детском госпитале.

— Тяжело было расти без родителей, — прошептала Ксения.

— Жрецы верили в предсказание матери, а я верил им и рос с мыслью о важности моей миссии. Мне обеспечили кров, образование и направили мои способности в нужное русло. Я стал сильнейшим, поэтому меня выбрал преемником лорд. Моя мама оказалась права: в союзе с остальными лордами я привёл свой клан к спасению. Правда, мой путь ещё не завершён.

— И не завершится с освобождением Веноса, — она потянулась ко мне и сжала мою руку своей.

По телу пробежала дрожь, на душе потеплело. Так странно чувствовать столь интимную сопричастность с кем-то.

— Не уверен. Виде́ния о моей смерти посещают меня всё чаще.

— Что? — Ксения резко приподняла голову.

— Да, мне снится моя смерть. С момента прибытия в этот мир.

— Надеюсь, от старости? — нахмурилась она.

— Нет, — я отпустил её руку и лёг на спину. — Спи, Ксения, завтра много дел.

— Спокойной ночи, Витар, — прошелестела она.

— Ночи, — отозвался я так же шёпотом и прикрыл глаза.

Практичный подход. Мы лишь сотрудничаем, чтобы спасти мир, после чего расстанемся. Правда, теперь не уверен, что это произойдёт к взаимному удовольствию. Но в любом случае нельзя создавать в ней чувства ко мне, и уж тем более не стоит взращивать их в себе. Особенно в свете моих виде́ний.

Несмотря на присутствие Ксении, заснул я быстро. Видимо, сказывалась усталость дня. Во снах привычно мелькали виде́ния о будущих смертях, но при этом непривычно далёкие, обезличенные, размытые настолько, что можно было от них не закрываться. И лишь одно из них встало перед мысленным взором ярко. Ксения плакала над телом Геронта, задыхалась рыданиями, сжимала рану на его груди, уговаривая проснуться. Образ получился таким живым и странным в своей сути, что я вздрогнул и проснулся. Проснулась и Ксения, тесно прижимающаяся к моей груди. И мы растерянно заморгали, глядя друг другу в глаза.

— Мне снилось что-то очень странное, — просипела она. — Я ревела над телом Геронта.

— Я тоже это видел, — подтвердил, медленно кивнув, и попытался отодвинуться.

Да не вышло, за ночь Газа оплела нас змеиным телом, привязав друг к другу. Вот же негодница!

— Газа, развяжи нас, — процедил я, дёрнувшись в меховых путах.

Сонное отупение после сна проходило, кожа вспыхивала жаром в местах соприкосновения с телом Ксении. Запах мха и персика кружил голову.

— Можно попробовать выползти сверху, — предложила Ксения, выгибаясь в спине, но стало только хуже, ведь её колено легло поверх моего бедра.

А Газа сжалась сильнее, прижимая нас друг к другу особенно тесно. Я гулко выдохнул и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться.

— О, Витар… — пробормотала Ксения. — Какой ты… эм… твёрдый… — хихикнула, постучав пальцем по моей груди.

— Лучше молчи и не шевелись, — попросил я, со скрежетом стискивая зубы.

Жар гулял по телу, внутренности скручивало. И больше всего на свете хотелось отпустить себя, поддаться желаниям.

— Не шевелиться? Вроде, наоборот, надо выбираться, — словно издеваясь, Ксения задёргалась, срывая с моих уст судорожный вздох.

— Не шевелись, — рыкнул я, стискивая пальцами её колено, и сам не заметил, как рука скользнула выше, погладила упругое бедро.

А Ксения прижалась ко мне теснее, хотя, казалось бы, куда дальше, и тихо простонала. Вдоль позвоночника пробежал заряд электричества.

— Витар, — позвала Ксения, проведя коготками по моей щеке.

Наши взгляды схлестнулись. Дыхания смешались. И мир перевернулся. Ксения оказалась распростёртой подо мной. При всём желании не мог понять, Газа это решила сменить положение или я сам. Зато точно знал, что навязывает мне нестерпимое влечение. Впрочем, сейчас всё казалось неважным, потому что Ксения находилась подо мной, не вырывалась, наоборот, звала взглядом, притаившейся в уголках губ улыбкой и учащённым дыханием. Она чувствовала то же, что и я. И это заставило опомниться, ведь на неё не должна воздействовать истинность.

— Ты под дурманом? На нас влияют? — я напряжённо оглядел скромное пространство палатки и прислушался к звукам снаружи.

Лагерь будто ещё спал.

— Газа! — рявкнул я, и Ксения вздрогнула подо мной. — Освободи нас.

Хранительница послушалась. И как только хватка её длинного тела исчезла, я слетел с Ксении и выглянул из палатки.

— Всё в порядке, лорд? — один из драконов с непроницаемым выражением на лице глянул на меня из-за плеча.

Похоже, охранники слышали возню в палатке, потому предпочли отойти подальше, но в пределах возможного расстояния.

— Да. Мне показалось, слишком тихо, — пояснил я.

— Ещё рано, — ответили мне.

— Ну да, — кивнув им, я вернулся в палатку.

Ксения сидела в позе лотоса на матрасе и раскачивалась из стороны в сторону, поочерёдно поднимая руки. Ткань рубашки натягивалась на упругой груди, разрез демонстрировал изящную шею и верхнюю кромку кружевного лифа. Сердито выдохнув, я отвернулся.

— Ты что такой злой с утра, Витар? — задорным тоном поинтересовалась Ксения. — И почему ты решил, что я под дурманом?

— Истинность выводит меня из себя, — отозвался я, подтягивая к себе мантию. — Ты… проявляла к моим действиям благосклонность, я посчитал это подозрительным.

— Нет ничего подозрительного, — пропела она.

— Ты что задумала? — прищурив глаза, я вновь присмотрелся к её довольному лицу.

— Ничего, — усмехнулась она, опуская руки на колени. — Просто мы же не маленькие, взрослые люд… человек и дракон. Много общаемся. Нет ничего удивительного, что нас вдруг потянуло друг к другу.

— Это эффект истинной связи.

— Она и на меня влияет? — насмешливо приподняла она светлые брови.

— Нет… не должна, — выдохнул я, и мысли посетило озарение.

Ксения пытается меня соблазнить!

— Ты… Нет… Нет-нет-нет, Ксения. Ни за что, — мотнул я головой в неверии.

— Что? — она невинно захлопала длинными ресницами.

Лукавит? Играет со мной? Или я надумываю себе то, чего нет, то, что сам хочу?

— Давай собираться на завтрак, Витар, — она мило потянулась и зевнула. — И спасибо, что приютил. Я чувствовала себя защищённой. И было очень тепло, — поделилась она.

— Мне тоже было спокойнее, — ответил я, стараясь придать лицу бесстрастное выражение.

Но наш разговор прервался криком боли. Я зажмурился, уплывая в вереницу новых виде́ний. Заметался в пучине чужих страданий, пытаясь найти причины, и тут ощутил хватку тёплой руки на плече. Присутствие Ксении успокоило, упорядочило мысли, и мне удалось развеять флёр чужих эмоций, чтобы рассмотреть место, время и причины смерти. И тогда мне вновь предстало увиденное во сне. Только теперь Ксения бежала, звала, словно пытаясь успеть спасти Геронта.

— Витар! — пронёсся её крик боли в мыслях, и страшный образ рассеялся.

— Сход сели. Южнее, — просипел я, открывая глаза, и вздрогнул, столкнувшись с полным тревог взглядом Ксении. — У нас есть шанс успеть.

— Поторопимся, — закивала она и вдруг подалась ко мне.

Мягкие губы прижались к моим губам в коротком поцелуе. Мысли развеялись, руки сами собой обхватили тонкую талию. Грудь сжало потоком хлынувших через край эмоций. Неверие смешивалось со страхом, радостью и желанием.

— Держись меня. Не рискуй, — наказала Ксения, сразу отрываясь от меня.

— Это я должен тебя оберегать, — напомнил ей сипло, не зная, как реагировать на её порыв и пугающее виде́ние.

— На этот раз нет, — выскользнув из моих объятий, она рванула споро одеваться.

Да, надо спешить.

/Ксения/

Сборы прошли максимально быстро. Естественно, не было и речи о том, чтобы умыться или поесть. Мы оделись, похватали вещи и покинули палатки. Пока Витар общался с Аминтасом, я вводила в курс дела отряд драконов.

Если бы мне месяц назад сказали, что я буду участвовать в спасательных операциях в зоне природных катаклизмов, ни за что бы не поверила, посчитала бы себя бесполезной для этой миссии. Но виде́ния о тысячах смертей изменили моё отношение. Да, они пугали, но в то же время дарили надежду на спасение людей от боли. Я осознала, что если моё участие поможет хотя бы одному человеку, это уже много.

Витар завершил общение с Аминтасом, но внезапно подозвал к себе Гектора. Мужчины не просто поговорили, они ещё и закрылись пологом тишины, что мне весьма не понравилось. Уж очень тёмный лорд стремился от меня избавиться. Чем активнее я вокруг него кружила, тем отчаяннее он мне сопротивлялся.

— Ты полетишь со мной, — сообщил Гектор, подходя ко мне. — Это приказ лорда.

— И что он задумал? — проворчала я. — Окружи-ка нас пологом, пожалуйста, — попросила у своего психа.

Впрочем, он потихоньку исправлялся. Больше не хватал меня за руки, не зажимал, вёл себя учтиво, пытался ухаживать. А я хоть и оценивала его, проводила с ним время, но внутренне, похоже, уже выбрала одного тёмного-тёмного лорда. Потому что успела понять: он как пряничек, немного жёсткий снаружи, но с нежной начинкой внутри.

— Ладно, — Гектор хоть и удивился, но мою просьбу выполнил.

И как только мы оказались под непроницаемым для звуков пологом, я сняла хранительницу с плеча, чтобы дать ей инструкции.

— Ты должна находиться при Витаре, он в опасности. И во что бы то ни стало ты должна защитить Геронта, злодея с длинными светлыми волосами. Нельзя позволить ему умереть, поняла?

Газа мило захлопала глазками, но кивнула, после чего испарилась. А материализовалась вновь на плече подозрительно присматривающегося ко мне Витара.

— Лорд в опасности? Что ты имеешь в виду? — настороженно уточнил Гектор. — Он мне то же самое говорил о тебе, сказал защищать тебя и следить.

— Нам пришло виде́ние. Я плакала над телом Геронта, бежала и испуганно кричала имя Витара. Думаю, Витар боится, что я брошусь его спасать и попаду в беду.

— Ты провела ночь с ним, — сипло отметил он. Взгляд его стал болезненным. — Твоё сердце выбрало его, да, Ксения?

— Похоже на то, — тускло улыбнулась я.

На миг меня кольнуло чувство вины, но пришлось напомнить себе, что никто не обязан идти на поводу чужих эмоций и инстинктов. Гектор поступил в моём отношении непростительно, по крайней мере, такое я не смогла воспринять нормальным. Конечно, он пытался исправиться, и ему даже удалось продемонстрировать свою положительную сторону, да конкуренция сыграла против него.

— Ладно, летим, Ксения. Надо помочь людям, — Гектор спешно отвернулся, чтобы скрыть от меня свои чувства.

— Ты… ты встретишь свою любовь, — зачем-то сказала ему вслед.

Видимо, всё же прониклась к нему расположением, раз чувство вины сумело пробиться.

— Конечно. Боги не оставят своих верных служителей, — кивнул он, принявшись отдаляться от меня, чтобы обратиться.

Его я обеспечила костюмчиком в первую очередь, чтобы не светил передо мной голым задом и не отвлекал от другого мужчины.

Мы поднялись в небо и понеслись на юг. Здесь через узкое ущелье проходил торговый путь, ведущий в соседнюю провинцию Ледяную Пустошь. На тракте встали в ряд десятки повозок и всадников. Впереди виднелся обвал, который пытались разобрать. Эбонитовые драконы понеслись дальше, половина из них поднялась к горам, чтобы предотвратить селевой сход, а вот Гектор приземлился у самого начала ущелья. И пусть я тоже желала бы быть полезной, но понимала, что на дороге лишь попаду в беду с остальными людьми и причиню беспокойство Витару.

— Лети им помогать, Гектор, — потребовала я, сползая по его крылу. — Я спрячусь и буду ждать здесь. Обещаю.

Сомневался он долго, пока не получил ладонью по носу. В итоге подчинился, полетел помогать убегающим прочь людям. В конце концов, один дракон в небе может спасти сотни жизней. Ну а мне предстояло сжимать кулаки за чешуйчатых спасателей и ждать.

Вскоре грянули толчки землетрясения. Я на всякий случай активировала защитный артефакт, хотя до гор оставалось прилично. К счастью, драконы удержали сошедший с вершины поток грязи и камней. Люди успели покинуть опасную зону. Пострадало только несколько повозок.

Но пока драконы трудились, мне нечем было заняться, потому я слонялась вокруг камней, за которыми пряталась, и здесь недалеко от уходящей на северо-запад дороги увидела указатель. Вытянула его из кустов с мыслями о том, чтобы воткнуть где-нибудь в более полезном месте, и обомлела, прочитав название. Деизе. Это был указатель на Деизе! Открытие и обрадовало, и встревожило. С одной стороны, путь несчастий привёл нас к месту долгих поисков, а с другой стороны — враг находился близко. Геронт весьма опасный и коварный засранец. Настолько, что я невольно огляделась по сторонам.

Естественно, Геронта не обнаружила, зато увидела идущую по дороге женщину с рюкзаком за спиной. Она куталась в пальто и присматривалась к суете у начала ущелья. Заметив меня, она вздрогнула от неожиданности, но подошла. На вид ей было лет двадцать семь. Блондинка с серыми глазами. Невысокая, но с хорошей фигурой и симпатичным лицом.

— Здравствуйте, что там случилось? — поинтересовалась она. — Я чувствовала толчки. Никто не пострадал?

— Произошёл оползень. Драконы успели, никто не пострадал, — заверила я её.

— Как хорошо, — она погладила себя от шеи к груди в странном жесте облегчения. — О драконах говорят всякое, часто плохое, но я не припомню от них зла, только добро, — поделилась она.

— Наверное, это не самое популярное мнение.

— Что травнице до мнения других? — рассмеялась она, пренебрежительно махнув рукой. — Кому не нравятся мои слова, могут закупать лекарства у кого другого.

— Хороший подход, — усмехнулась я. — Мне тут случайно попался указатель на Деизе. Но на карте нет такого места. Это город?

— Это заброшенное поселение, — она указала мне пальцем направление.

Вдоль цепи гор действительно тянулась узкая дорожка, которая исчезала дальше в лесу.

— Давно заброшенное, там не сохранилось домов, только остов старого храма, посвящённого семи богам.

Ого, похоже, мы действительно нашли.

— Вы там бывали?

— Я и сейчас туда иду. Собираю травы по пути.

— Вам, наверное, лучше отправиться с сопровождением. Недавно… хм… поступала информация про Деизе. Там мог затаиться опасный преступник.

— Преступник? — встревожилась она. — Но кому может быть дело до заброшенного столетия назад поселения? Там ничего нет, только стены храма.

— Лучше перестраховаться. Подождите здесь со мной драконов. Как вас зовут?

— Мелита, — отозвалась она встревоженно.

И, показалось, серьёзно занервничала. Пожалуй, не стоит проявлять в её отношении наивность, она может оказаться сообщницей или марионеткой Геронта и сейчас возвращается к нему или с информацией, или с провизией.

— Меня зовут Ксения, — представилась я.

Наш разговор прервался под взмахи мощных крыльев. Стремительно спикировав вниз, в трёх метрах от нас приземлился медный дракон. Естественно, своего психа-истинного я узнала сразу. Как и поняла, что он собрался делать, потому поспешила предупредить Мелиту, чтобы она закрыла глаза. Женщина послушалась, что помогло избежать ослепления. Гектор обратился и твёрдым шагом двинулся к нам.

— Ксения, всё в порядке? — спросил он.

Коричневый костюм оплетал подтянутое тело, потому за изумлением Мелиты последовало смущение. Она замялась и предпочла отвести взгляд.

— Да, это травница Мелита. Она проводит нас в заброшенный посёлок Деизе. По её словам, в нём находится древний храм Семерых, — не скрывая намёков в голосе, пояснила я.

Про Деизе Гектор слышал, потому серьёзно кивнул, приблизившись к нам, и вдруг оторопело застыл, принявшись часто дышать.

— Мелита, — чуть сипловато повторил он. — Красивое имя. Мелита, меня зовут Гектор, — и аккуратно протянул ей руку.

— Рада с вами познакомиться, Гектор, — ответила она, пожимая его ладонь.

И что здесь происходит?